ГЛАВА 14: Летучий матрас…
Мне кажется, или сценарист моей жизни
сидит на какой-то жёсткой наркоте?
Обернуться в свою ипостась, чтобы убить светлого, демон не успевает. Пока Егор в панике отступает, заметив безумный взгляд верховного, Агния-Вася, не обращая внимания на ярость Василия, отпускает ладонь Родионова и с радостным визгом с голосом яростно бухающего алкоголика кидается на демонскую шею.
— Ты его вырубил! Вырубил! — верещит осиплым голосом прямо в ухо богиня, обдавая его таким шикарным амбре, что Василий готов перестать дышать добровольно, — ты лишил его магии! Это просто праздник какой-то!
Василий шокировано замирает, за что тут же получает поцелуй в щечку от богини, сражающий насмерть своим перегаром. Если бы он был обычным человеком, он бы точно умер. Агния отпускает полуобморочного демона и с восторгом перемещается к лежащему на снегу Темному богу.
— Обалдеть, — лепечет с умилением Агния, внимательно рассматривая воткнувшегося лицом в снежок Эрама, — как красочно торчат крылья из его беспомощного тельца. Давайте попинаем его, раз убить его нельзя.
А Темный бог действительно лежит занимательно, в луже собственной мочи, вытянувшись по струнке, лицом в землю и расправленные черные крылья устремлены вверх.
— Агния, а ты точно Агния? — беспокоиться Василий, не замечавший раньше за ней кровожадности.
— Ну, хорошо, хорошо, пинать не будем, а вот селфи обязательно сделаем, — фыркает Агния и достает телефон из кармана протертых и заношенных грязных джинсов.
— Агния?! — ошарашенно спросил Трейдер83, выступая из тьмы, и получив утвердительный ответ от всей троицы, удивленно произнес, — жизнь на Земле тебя здорово помотала богиня.
— Не без этого, — улыбается почти беззубым ртом Агния-Вася. У Трейдера83 дергаются оба глаза, и он, хватаясь за живот, начинает ржать, как конь посередине ржаного поля. Были бы копыта, стал бы бить копытом для полноты картины. Чтобы его не накрыл инсульт от смеха, уползает к ближайшему гаражу в надежде наконец-то успокоиться.
Агния активно фотографирует на телефон лежащего Тёмного бога, потом через фронтальную камеру фотографируется на его фоне. Окончательно обнаглев, она переворачивает его на бок и делает селфи на фоне его разбитого лица при падении, корча рожицы. Фотографии тут же выставляет на уже ставшей популярной в социальных сетях страницы алкоголички Васи. Народ массово пишет комментарии, и даже посвящает целые оды, ставит лайки, фотки бесконечно тиражируются и разлетаются по сети.
Василий, глядя на экран телефона из-за ее плеча на ее бесчинства, тихо вздрагивает. Ему еще перемещать Агнию-Васю к себе в особняк и вводить ее в живую в отбор. Глядя на нее, он все больше понимает, как безумна его идея. Как сложно будет объяснять всем, почему воняющую за версту перегаром, Беломором и немытым телом алкоголичку он старательно не выгоняет из отбора. Что скажет мама?
Боже мой, действительно, что же скажет мама? Ему становится совсем плохо, даже верховный глубоко в душе побаивается маму-демоницу, из наманикюренных ногтей, которой можно скрыться только на том свете и то не факт. Отца на беседы она каждую неделю вызывает с помощью сеанса спиритизма. Отчим, поняв что откидывать тапки бесполезно, приспособился рыбачить неделями где-то в районе тихого океана.
— А как ты поняла, что у него сейчас нет магии? — спрашивает у Агнии Василий.
— Почувствовала, что его поисковик, настроенный на меня, перестал работать, — шмыркнула носом Агния, и машинально вытерев нос рукавом тонкой сильно поношенной курточки, продолжила писать что-то на своей страничке в соцсетях, — а твоя добрачная тату привела сюда.
— Егор, ты что сделал? — ошарашенно перевел взгляд на Родионова Василий, — я же просил поменять только внешность, а не характер. Сколько эта гадость действует?
— Месяц, она сама просила, — вежливо ставит его в известность Егор, улыбка у светлого натянутая, он явно пытается удержаться от гомерического хохота и уподобившись Алексею уползти к гаражам.
— Ужас, — не сдерживается демон и решает купить себя несколько пачек валидола, а в идеале приобрести в собственность аптеку и таскать с собой врача с портативным аппаратом ЭКГ, тонометром и… а лучше купить реанимационный автомобиль скорой помощи с парой опытных врачей. Похоже ему скоро это все очень сильно пригодиться.
— Какой матрасик интересный, — отрывается от телефона Агния и вернув тот на свое место в карман, двигается к заброшенному и заскучавшему матрасу.
— Иди сюда лапочка, — зовет матрас к себе богиня. Матрас, почувствовав, что про него наконец-то вспомнили, с визгом понесся к богине, и не рассчитав сбил ее, уронив на себя.
— На нем можно летать, — как малое дитя радуется божество и устраивается поудобнее, — желающие есть? слетаем до Акулины Ивановны в гости.
Как ни странно, никто не бросился вперед, страстного желания составить Агнии компанию никто не изъявил. Все скромно замолчали. Особенно один светлый, который тихо отошел во тьму и слился с нею.
— Нам надо в особняк, ты участвуешь в отборе. Да и Темного бога туда же надо отнести, — призывает ее к благоразумию Василий.
— Егору и Трейдеру83 не впервой до твоего особняка обоссанных пьяных доставлять, — игнорирует Агния его призывы, — полетели на матрасе.
Она нежно погладила матрас и тот радостно тяфкнул.
— Лапатулечка-матрасик хочет у нас полетать, — сюсюкается с матрасом богиня, легко похлопывая его по поверхности. Матрас, войдя в священный щенячий экстаз легко трепыхается под ее рукой слегка махая углами.
— Чувствую, что я об этом пожалею, — вздыхает обреченно демон, и поворачиваясь в сторону, где прячется Родионов, говорит:
— Егор будь другом доставь Алексея и бога в мой особняк.
— Угу, а твоя матушка из меня фарш приготовит, — не соглашается Егор, припоминая последнюю встречу с неприветливо настроенной демоницей. Если бы она была не в шоке, от того-что он доставил ее сына, то живой бы он точно оттуда не ушел.
— Там куча девиц, ей не до тебя, — успокаивает его Василий, в надежде что мама всё-таки реально занята стравливанием невест в отборе.
— Тебе со мной не рассчитаться до конца твоей демонской жизни, — бурчит недовольно Егор, — Алексей давай помогай тащить этого пьянчугу бога через портал!
Где-то возле гаража раздается очередной приступ хохота.
— В следующий раз подгузники хоть что ли одевайте, — продолжает ворчать светлый беря за руку бога. Из тьмы выходит Алексей, все еще похихикивая, он берет бога за вторую руку. И они волоком втаскивают Эрама в портал, оставляя лишь следы волочения и желтое пятно на снегу.
— Я об этом точно пожалею, — говорит под нос себе демон и на карачках добирается по матрасу к Агнии.
Он садиться рядом с ней и обнимает ее за талию рукой.
— Полетели? — шмыркает она носом и снова на автомате вытирает его рукавом, вызывая у демона невралгию вдоль всего позвоночника.
— Полетели, — соглашается он, содрогаясь от ужаса. Агния хлопает матрас по спине и тот резво поднимается в высь, заставляя демона замереть от восторга. Матрас поднимается над гаражным комплексом и зависает, перед ними расстилается вечерний город, сверкая и переливаясь огнями.
— У меня к тебе просьба, — хрипит Агния, — у меня есть желания, которые ты способен выполнить.
— Хм, и что за желания? — заинтересовывается демон, прижимая девушку к себе покрепче.
Матрас начинает осторожно планировать в сторону дома бабушки Трейдера83.
— Это не мои желания, — поясняет серьезно она, — Алекса попросила для своего мужа работу с хорошим доходом, но с небольшой занятостью, четыре часа в день, а Даша для своих родителей решение проблем на работе, — не стесняется богиня, — только без демонских фокусов, никаких душ в залог и подстав, а то обижусь.
— Легко, — соглашается Василий и щёлкает пальцами, как заправский волшебник, выбивая огонь, — готово.
— Исполнено, — тут же шепчет богиня и коварно улыбается, пока демон не видит.
— И еще одно, а можно Алексе фигуру, как в ее двадцать три года, — наглеет божество. Василий тяжело вздыхает и отвечает:
— Понимаешь Агния, за выполнение такого желания требуется плата, я не могу выполнить его просто по доброте душевной.
— Ммм, — ненадолго задумывается Агния, и тут же начинает торговаться, — мой поцелуй подойдет?
— У меня нервы крепкие, но я как-то не готов снова ощутить перегар возле своего лица, — отшучивается Василий, не особо горя желанием поцеловаться с Васей.
— А если так, — и девушка в мгновение ока превращается в саму себя, только без крыльев, и невинно улыбается, глядя в его глаза. Одежда остается на ней та же, но жестокое амбре исчезает.
— Родионов сказал месяц, — удивляется Василий.
— Я же богиня и зелье про запас у меня еще есть, — мило возражает она, — одежду только не могу сменить. Блин сразу стало холоднее. В теле Васи, кстати, намного теплее, похоже жирок все-таки реально греет.
Демон едва не подавился слюнями от ее умозаключений, скромно откашлялся.
— Согласен на поцелуй, — мурлычит он, вжимая ее в себя посильнее, старательно делая вид, что пытается согреть её.
— Пусть фигура у Алексы будет, как в двадцать три, — пафосно говорит демон и снова щелкает пальцами. Искры летят в разные стороны.
— Исполнено, — шепчет богиня, вцепляясь в Василия, она начинает промерзать насквозь. Еще немного и зубы застучат, выбивая дробь.
— А теперь мой заслуженный поцелуй, иначе ничего не получиться, — воркует довольный предовольный демон. Он подтягивает ее повыше и впивается в губы соблазняя и исследуя, инкуб внутри тут же просыпается и требовательно настаивает получить желаемое немедленно.
Девушка не сопротивляется, обвивая его шею руками, она сама льнет к демону, позволяя ему заполучить больше, чем невинный поцелуй. Его руки жадно скользят по ее стану, страсть начинает разгораться против его воли, он отрывается от ее губ, на секунду встречает ее затуманенный взгляд, разрешающий абсолютно все, и роняет ее на матрас, мгновенно оказываясь сверху. И снова терзает ее губы, настойчиво и сладко.
— Моя богиня, — шепчет он, заставляя девушку под собой прогнуться и простонать. От богини к нему льется магия, он ее чувствует, хоть и не видит. Поцелуй становиться откровенным, погружающим во мрак и отрывающим от реальности, демон отчетливо понимает, что теперь она принадлежит только ему, ему одному, и он может сделать с ней все, что он пожелает. Он отрывается от ее губ, смотрит на ее полузакрытые глаза и припухшие губы и неожиданно его накрывает страшная догадка:
— Ты не можешь мне отказать?