Глава 6

Прошел час. Этот час был длинною во всю мою одинокую жизнь.

В тишине. Я провела этот час в раздевалке, в гробовой тишине. Вспоминала события почти трёх летней давности, хотя не хотела этого. Подсознание само выдавало все детали, не скупясь на яркие краски. Я думала, что со временем всё то, что он сделал, посереет или станет черно белым. Ни черта. Всё так же, как было в тот злополучный день. День, когда Кэсси Брайт, превратилась в шлюху.

— Ты в порядке? — это Глория. Она уже минут пять стоит в раздевалке и смотрит на меня с испуганным и в тоже время выжидательным видом.

— Да, — хриплю, связки отказываются работать. — Они ушли?

Девушка кивает и присаживается рядом со мной на диване.

— Иди домой, Кэсси, — ласково проводит по моим волосам.

— Я не хочу, — упрямо верчу головой. — Не хочу быть одна.

— Тогда что? Будешь работать? — с сомнением смотрит на меня.

— Я ненавижу его, — вдруг говорю ей.

— Я знаю, — отвечает. Да откуда ей знать?

— Глория! — это мистер Пэрриш зовёт её из зала.

— Время обеда, там полно посетителей, — поднимается с дивана и застывает возле двери, — Что будешь делать?

— Работать, — я тоже встаю. — А завтра вечером пойду с вами на побережье.

— Вот и здорово! — за секунду расцветает Глория. Выдавливаю искусственную улыбку, размазываю её по своему лицу и не стираю до шести часов вечера.

Притворяться! Это получалось у меня лучше всего…

— Почему? — спрашиваю Глорию. Мы сидим в излюбленном баре с громким названием «Галактика». С тех пор как я была здесь впервые, она таскала меня сюда еще как минимум пять раз.

— Что почему? — прикидывается, что не понимает, о чём я.

— Почему ты не спрашиваешь меня о моём прошлом? О Питере? — делаю затяжной глоток пива, поднимаю свободную руку в знаке «стоп». Нет, это ещё не всё. — Почему никогда не говоришь мне о моей репутации? Почему дружишь со мной?

— А какое это имеет значение, — пылко произносит Γлория. — Я, знаешь ли, не верю во всю ту хрень, которую про тебя болтают.

— И ты не хочешь знать? — с сомнением спрашиваю её.

— Нет, — категорически отказывается. Молчит около минуты, а потом добавляет. — Если только ты сама не хочешь мне рассказать.

Хочу ли я?

Два года назад

Это было так давно. Почти два года назад. В феврале. Мне тогда только исполнилось восемнадцать…

Все девчонки моего возраста хотели казаться старше, ну или выше, стройнее, красивее.

В то время у меня еще были подруги. Кристина, Моника, Линда и, конечно, Лайза. Она тогда была единственная, кто меня поддержал и не отвернулся в трудную минуту. А все остальные пошли на поводу у незатейливого общества. В целом я рада, что так произошло. Что слишком долго не ошибалась в гнилой дружбе этих людей. Мечтала, что они изменят своё мнение обо мне, вновь повернутся ко мне лицами, но теперь рада, что не повернулись.

О чём мечтала я тогда?

Я мечтала о любви, как и все мои подруги. Мечтала о первом поцелуе и о красивом, самом популярном парне Питере. О нём, кстати говоря, мечтали девяносто процентов девчонок нашей школы. А он не заморачивался с выбором сам и не морочил головы другим. Пользовался всеми теми, кто был готов ему себя предложить. Мне кажется, что даже вёлся тайный список, типа очереди. Так и вижу, как все эти ненормальные фанатки каждодневно сверяются с ним в желании понять, как далеко продвинулись к финишу. Я тоже была такой фанаткой Питера, и если б такой список действительно существовал, то непременно туда вписалась бы.

Однажды, задержавшись на дополнительных занятиях по Экономике, самой последней покидала стены школы. Точнее я думала, что больше, кроме меня и преподавателя, никого нет. Лениво спустилась с третьего этажа на второй и прошлась по всему длинному коридору к дальней лестнице, что выходила на парковку для машин. Машины у меня не было, но я надеялась, что кто-то из девчонок дожидается окончания факультатива. Не успела ступить на первую ступеньку лестницы, ведущую вниз, замерла, услышав слабый шёпот, совсем рядом со мной. Основной cвет давно отключили, горели лишь дополнительные лампы, расположенные в несколько метров друг от друга. В полумраке покрутилась на месте, пытаясь отыскать источник звука.

— Эй.

Большая дубовая дверь слегка отворилась, в небольшой щели разглядела чей-то силуэт.

— Ты можешь подойти, — шепотом позвал меня парень. Сделала осторожный шажок к кабинету директора. Но не могла увидеть, кто стоит за дверью. Заинтригованно ступила еще шаг, оставляя расстояние между собой и дверью, не больше полуметра. В гробовой тишине услышала тяжёлую поступь. Она разносилась по всему коридору. Должно быть, преподаватель по Экономике тоже покидает школу. Обернулась, могла уже различить силуэт педагога, приближавшегося ко мне. Но не успела этого сделать. Из-за дубовой двери показалась рука, которая не церемонясь втащила меня в кабинет.

— Шшш, — в кромешной темноте вижу силуэт высокого парня. Он прижимает мою спину к двери, а рукой затыкает рот. Делаю, как он говорит. Не издаю ни звука, не шевелюсь, даже дышу через раз. Знаю, кому принадлежит этoт голoс. Питер Гаррисон.

— Ты что здесь делаешь, пигалица? — спрашивает меня, когда в коридоре становится тихо.

Я смотрю на его подбородок, потому что выше голову задрать не получается, впрочем, как и ответить. Его рука на моих губах буквально пригвоздила мою голову к дверному полотну. Через секунду всё же убирает руку и делает шаг назад. Со своего крошечного роста, на таком расстоянии, теперь могу его видеть целиком. В темноте вижу, как светятся его серые, пронизывающие до костей глаза.

— А ты что здесь делаешь? — шепчу я, вдруг осмелев. Никогда не разговаривала с ним наедине. Я вообще, никогда не была с ним так близко. Я бывала в их доме, когда нам поручали совместное задание по Вычислительной математике с Гари. Но тогда Питер развлекался с какой-то девчонкой, прямо на газоне возле дома. Помню, как засматривалась на них в окно третьего этажа, из комнаты его младшего брата. Γари в тот день одергивал меня без конца и возвращал мыслями в то задание, что нам дали.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Выгляни за дверь, — приказал мне Питер, проигнорировав мой вопрос. Встала как истукан, скрестив руки на груди. Что он задумал? Мы, в конце концов, в кабинете директора. — Эй, как тебя там, посмотри за дверь, проверь, всё ли там тихо.

— Кэсси, — представилась я, всё так же не сдвигаясь с места. Питер уже был возле директорского стола, открывая все ящики, что попадались под руку. Проверив всё содержимое, перешёл к большому стеллажу, что тянулся в длину всей стены кабинета.

— Тебе что, сложно? Посмотри за дверь, — перевёл на меня взгляд. Даже в темноте ощущала его нервозность.

— Ладно, — всё так же шёпотом сдалась я. Тихонько приоткрыла дверь и прошлась глазами по всему плохо освещенному коридору. — Вроде всё тихо, — сообщила, подходя поближе к Питеру. — Что ты делаешь?

— Кэсси, верно?

— Да, я так и сказала.

— Так вот, Кэсси, — парень выдернул какую-то папку из ящика и направился к столу. — Подойди и посвети мне, — протянул мне свой телефон, с включенным на нём фонариком. Сделала три неуверенных шага, слегка подрагивавшей рукoй взяла протянутый мне предмет. Луч света от фонарика упал на папку, которую парень уже раскрыл и перебирал имевшиеся там листы бумаги. Один листок явно привлёк его внимание, потому что он отложил его в сторону, а папку закрыл и отодвинул на край стола. Прочла, что на ней написано.

Экзаменационные работы. Экономика и Маркетинг.

Питер уже вовсю орудовал ручкой, вписывая в листок, какие-то данные.

— Это твоя работа? — поняла, что он делает. Парень молчал, сосредоточенно скрепя ручкой. — Питер.

— Что? — поднял на меня глаза.

— Это же незаконно, — воскликнула я. — А камеры?

— Камеру в кабинете я отключил, — указал на прибор, что висел над дверью. — А в коридоре, слишком темно.

— Я не очень хочу в этом участвовать, — как-то неправдоподобно воспротивилась я. Из-за нахождения в опасной близости от предмета своего обожания мое сознание рисовало разные вольности. Я видела его губы на своих губах или его руки на своём теле.

— Ну ладно тебе, Кэсси, — подливал масло в огонь Питер. Его голос становился слаще с каждой фразой. — Мне очень нужно исправить этот тест. Иначе с поступлением в колледж будут трудности. Ты ведь поможешь мне? Никому не скажешь?

— Давай, только быстро, — обернулась я на дверь. Питер хмыкнул себе под нос, продолжая заполнять пустые разделы. Через пять минут всё было сделано. Он вложил листок обратно в папку, а папку убрал в ящик, из которого доставал. — Так, — оглянулся по сторонам, шаря фонариком, который забрал у меня, по кабинету, проверяя, всё ли на своих местах. — Вроде всё в порядке, — громко выдохнул. — Ладно, иди первая. Посмотри, всё ли там тихо.

Развернулась, бросая взволнованный взгляд на парня. На что я подписалась? Приоткрыла дверь. Тишина. Ни души.

— Всё нормально, — прошептала я ему, открывая дверь пошире и выходя из кабинета. Питер еще раз прошёлся лучом света по кругу и тоже вышел за мной.

— Спускайся к парковке, — командовал он, — Если на первом этаже наткнешься на охранника, подай какой-нибудь знак.

— Какой? — недоумевала я.

— Ну покашляй громко, например.

Ничего не ответила и стала быстро спускаться. Преодолев ступеньки, оказалась на первом этаже и огляделась. Тут было светло, свет здесь не выключался даже ночью. Охранника, впрочем, как и всегда, не было на посту. Небольшая комнатушка, которую для него выделили, была плотно закрыта, и в маленьком окне посередине двери было темно.

Всё тихо. Может, просто уйти?

Сделала пару шагов, обратно на лестницу.

— Его там нет, — прошептала Питеру.

Услышала лёгкий, нарастающий бег по лестнице, а через секунду, парень возник со мной рядом. Каждый его шаг был отработан и продуман, сейчас я это понимаю.

Водрузил капюшон на свои светлые волосы, полностью закрывая голову. Притянул меня к своему боку, плотно вдавливая в свою подмышку моё плечо. Опустил голову пониже и быстрой походкой, пригибаясь и волоча меня рядом с собой, поспешил к дверям на улицу. Я бросила последний взгляд на дверь охраны, обрадовавшись — что там по — прежнему, никого…

— Ну спасибо тебе, Кэсси, — сказал Питер, открывая дверь своей машины, собираясь сесть за руль. Мы уже были за пределами школы. Он предусмотрительно оставил машину далеко от посторонних глаз. Так и притащил меня сюда, под своей подмышкой, пересекая пустынную школьную парковку, въездные ворота и небольшой сквер, расположенный сразу возле них. — Тебе далеко? — вдруг спросил меня, слегка улыбаясь.

— Форес Байсед, дом сто четыре, — ответила пересохшими от волнения губами.

— Ну садись, соседка, — похлопал рукой по крыше своего новенького Форда Мустанг. — Прокачу.

Без каких-либо раздумий, не стирая улыбку с лица, пробежала к пассажирской двери. Сам Питер позвал меня! Просто сама себе в этот момент завидовала!

— А ты почему так долго в школе торчала? — спросил парень, выводя машину из сквера. Она бесшумно скользила по гладкому серому асфальту.

— Меня оставили на дополнительные занятия по Экономике, — призналась я.

— Да? — блеснул на меня заинтригованным взглядом. — Что ты сделала?

— Я забыла написать домашнюю работу по Финансированию, ну или не захотела, — доверительно сказала ему.

— И что, за это тебя продержали до позднего вечера?

— Нет, — улыбнулась я Питеру, — я назвала учителя «Задница»! Когда он решил отчитать меня перед всем классом.

Салон машины затопил его мягкий, ласкающий уши смех. Такой искренний и неподдельный, такой заразительный, что непроизвольно тоже хохотнула.

— Да, ты права, — насмеявшись, сказал сероглазый парень. — Он и вправду Задница!

Улыбнувшись, откинулась на мягкую, обтекаемую спинку кресла и прикрыла глаза, наблюдая за парнем из-под опущенных ресниц. Его лицо, обращённое на лобовое стекло, излучало азарт, он получал удовольствие от своей машины и быстрой езды. Питер проехал главные ворота Форес Байсед, вдавил педаль газа, набирая запредельную скорость по идеальному покрытию нашего посёлка. По обе стороны мельтешили разнообразные коттеджи, я каждый день проходила по этой дороге в школу. Видела все эти дорогие дома и знала номер каждого из них, а сейчас, на большой скорости, они размазались в неприглядное пятно.

— Зачем ты исправлял этот тест, — решила задать вопрос, который меня волновал.

— Я же сказал тебе. Чтоб не было проблем с поступлением в колледж

— Разве твоя семья не одна из самых богатых во Флориде? — резонно спросила его. Потому что так оно и было.

— Дело не в этом, — как то нехотя промолвил парень. — Место в колледже, безусловно, уже числиться за мной. Но…

— Но?

— Просто отцу приспичило, чтоб я закончил школу с отличием. Понятно? — выпалил Питер, бросая на меня грозный взгляд. — Пофорсить ему надо перед дружками во время игры в гольф в загородном клубе. Ну или еще где-нибудь, где он там бывает.

— Всё ясно, — быстро ответила ему, не собираясь глубоко капать. Тема для него была явно не из приятных.

Машина резко остановилась, и я не сразу поняла, что произошло.

— Дом сто четыре, — оповестил меня Питер.

— Спасибо, — выдавила, с огорчением. И почему я живу не в другой стране? Слишком короткая получилась поездочка.

— Знаешь? — замялся Питер, прежде чем я открыла дверь. — За то, что ты помогла мне сегодня. Я приглашаю тебя на свою вечеринку, в субботу.

— Правда? — воскликнула я, ощущая себя полнейшей идиоткой. От моей улыбки от уха до уха в салоне стало светло как днём.

— Ну да. Плюс таким образом я куплю твоё молчание.

— Я приду, — затрясла головой. — Спасибо, — распахнула дверь и, уже ступив на твердый асфальт, сказала. — Меня не надо подкупать. Кэсси Брайт не трепло.

— Я учту, — бросил Питер, — до встречи… Брайт.

Захлопнула дверь, и машина сразу сорвалась с места. Проводила её горящим от предвкушения взглядом и побежала в свой наполненный одиночеством дом…

***

— И почему все так фанатеют от этого павлина? — спросила меня Глория, смачно затягиваясь сигаретой. Никогда не видела, чтоб она курила. — Не смотри так на меня, — будто почувствовала, о чём я думаю. — Я позволяю себе одну, когда нервничаю.

— Ты нервничаешь?

— Конечно, — живо закивала. — Я же вижу, что этот рассказ даётся тебе с трудом, поэтому переживаю.

Истинная правда, вновь переживать события минувшей давности — то ещё испытание. Но мне нужно было высказаться.

Очень давно.

Вся эта история очень долго путешествовала по-моему пищеводу и теперь рвалась наружу через мой рот. Не туда пошла, вероятно. Думала, что всё переварила, а нет, еще внутри, ещё крутит, заставляя кишки съеживаться.

— Ещё два пива, — кричит Глория бармену, не удосужившись даже встать за ним. — Давай, красавчик, принеси нам, будь солидарен.

Все в этом баре, благодаря стараниям моей подружки, уже давно знали, что мы работаем в такой же индустрии.

— Вот, — ставит два запотевших стакана на стол. Плечистый здоровяк бармен по имени Дин. Он никогда не спорит с Глорией. Потому что её невозможно переспорить.

— Умница, — приторно сладко улыбается ему. Переводит свой взгляд карих глаз на меня, и поддельная улыбка сразу гаснет. — Продолжай.

Тяжелый вздох.

Почти два года назад

Я тогда поверить не могла, что он обратил на меня внимание. И не просто обратил, а пригласил на вечеринку в свой дом. Таких как я, обычных, незаурядных, никто не приглашал на вечеринки, а меня позвали…

Помню, как визжала от восторга, рассказывая подругам о том, куда пойду. Они смотрели с сомнением и задавались вопросом — почему я? Я не могла им сказать, почему. Впрочем, как и не могла рассказать, при каких обстоятельствах он меня позвал. Я же сказала, что не трепло.

Вечеринки в доме Питера были не в новинку. Он устраивал их каждую субботу, как только его родители переступали порог их дорогого коттеджа и уезжали в домик на побережье на все выходные. На большой зелёной плантации газона возле его дома было припарковано много машин, а я пришла пешком. Мой дом стоит по соседству, всего в семи минутах ходьбы. Вечеринка выдалась многолюдной, хотя мне не с чем было сравнивать. Я впервые присутствовала на подобном празднике жизни. Все собравшиеся не были мне ровесниками, разве что Γари, но он не был в числе приглашенных, он просто жил там. Он как-то сразу удивился и возмутился от того, что я пришла. Даже пытался меня выпроводить, предположив, что пришла не по адресу. Я тогда достаточно жёстко его послала, сообщив, что меня позвал Питер. Он опешил, посмотрел с недоверием, а потом даже засмеялся, явно мне не веря. Увидев, что весело только ему, вмиг замолк и пробежался взглядом по мне от самой макушки до пяток.

— И что ты сделала? — скептически спросил меня.

— Ничего, — промямлила, не стараясь скрыть раздражение. — Он что, просто так не мог позвать меня?

— Нет, — резонно заметил Гари. А я так надеялась, что мог. Что просто захотел и позвал.

— Шла бы ты лучше домой, Кэсси, — скрестив руки на груди и посмотрев на меня с жалостью, посоветовал парень. — Пока не влипла в какую-нибудь историю.

С этими словами он развернулся и пошёл в сторону лестницы.

— Сама разберусь, — пробубнила себе под нос.

— Не связывайся с моим братом, — огорошил меня Гари, уже поднимаясь по лестнице.

Спасибо. Разберусь без сопливых. Тоже мне, умник.

Остальные в этом доме вели себя достаточно равнодушно, может, даже бесцеремонно, развязно. Но это было нормально, учитывая нравы богатеньких и коpонованных ребят, что присутствовали в этом обществе. Питер почти полвечера не попадался мне на глаза, хоть я и старалась не искать его. Делала вид, что случайно обхожу импровизированный танцпол с массой полуобнаженных тел, сливавшихся — в каком-то зверином танце. Совершенно случайно прогуливалась по верхнему, третьему этажу дома, где располагались спальни хозяев. Забредала в те, что были открыты, и совершенно того не желая, заглядывала в ванные комнаты и подсобные помещения. Нет, я ничуть его не искала.

Но нашла…