Глава 16

Глава 16

Маленький невзрачный человек сидел в удобном кресле в беседке, увитой розами и какими-то ползучими лианами, не спеша потягивал воду со льдом, размышляя о том, как он ненавидит климат Галлии. Сам он был родом из Гессии и предпочитал более комфортную температуру, при которой не приходилось плавиться от жары. Впрочем, работа есть работа, так что он стоически боролся с жарой с помощью охлаждающих напитков.

А в данный момент его работа была несложной, но хлопотной – разыскать беглую женщину. На него вышел пасынок госпожи и выразил обеспокоенность по поводу её исчезновения. Мол, переживает он за мачеху, да так, что кушать даже не может.

Вообще, в правилах посланника не было такого, чтобы он поинтересовался деталями, но здесь он осторожно уточнил:

- Сочувствую вашей беде, господин. Но насколько здесь необходимы мои услуги? Если благородная госпожа Тейна пропала, то отчего бы вам не сообщить о том в жандармерию?

На что пасынок скривился и пробурчал, будто у них приличная семья и он не позволит трепать имя рода на каждом базаре, зато готов оплатить эту плёвую работёнку по обычной цене. Что же… хозяин – барин, пусть будет так. Посланник понимал, что мачеха этого молодого человека вряд ли от хорошей жизни сбежала из дома. Однако, денег и документов у неё нет, связей и возможностей тоже. Она будет прятаться, только не так, как это делают воры и убийцы. Скорее всего, женщина постарается проникнуть в ближайший крупный город. И сделает это так, чтобы не пришлось предъявлять документы. Ну, а дальше уже было дело техники, посланник раскинул сети по всему побережью, не сомневаясь в том, что рано или поздно, но дамочка проявит себя. И вот уже эта троица роет носом Сен-Симон для того, чтобы отыскать нужного ему человека.

- Очень прошу вас, уважаемый! – напоследок сказал любящий родственник. – Отыщите вдову моего отца и передайте ей мою просьбу. Ведь теперь я – глава семьи и Тейна под моей защитой и опекой.

Посланник обещал всё сделать в точности, получил недурной задаток золотом и мысленно присвистнул – очевидно, пасынок и на самом деле очень нуждался в своей мачехе, иначе для чего ему отстёгивать такую сумму?

А сейчас он ожидал, когда один из этих недалёких ребят привезёт ему нужную дамочку. Сам посланник предпочитал лишний раз не светиться, если в этом не было особой необходимости. Хлопнула калитка, отвлекая посланника от собственных размышлений, в глубине сада послышались шаги, появился тот парень, которого отправляли за дамочкой, он был в сопровождении высокой крепкой женщины с загорелым лицом. Она несла в руках узелок со своими вещами и независимо смотрела по сторонам.

Если посланник и подумал, что она не слишком походит на благородную даму, то не подал вида. И потом, работа посудомойкой вряд ли кого-то способна сделать красавицей. А этот загар на руках и лице, вкупе с простой одеждой, и вовсе делают её настоящей крестьянкой…

- Добрый вечер, госпожа Тейна! – представитель заказчика встал со своего кресла и мило улыбнулся женщине. – Я счастлив познакомиться с вами. Можете не волноваться, никто не причинит вам вреда.

- Меня зовут Танна… Боюсь, что я не совсем понимаю вас… - удивилась женщина и покосилась на своего сопровождающего. – Вообще, мне предлагали работу…

На это заявление невзрачный человек тонко улыбнулся. Он, вне всякого сомнения, ценил в людях твёрдость и решимость идти до конца. Так и здесь – вроде бы, представитель заказчика достаточно ясно высказался и дал понять, что он всё знает, но госпожа всё ещё гнёт свою линию.

- Всё так и есть, - посланник жесток предложил ей присесть в соседнее кресло и угостил водой со льдом, его слегка огорчило, что дама отказывается называть имя рода, это могло значить только то, что работать с ней будет непросто, - ведь не всегда же вы были посудомойкой, не правда ли? Так почему бы вам не вернуться обратно?

- Нет, не всегда, - Танна смотрела с вызовом, она была убеждена, что этот тип наверняка знал, что обязанностями подавальщицы её функционал не ограничивался, и понимала, что это не то, чем принято хвалиться, - что же до того, вернусь ли я обратно – быть может…

Посланник жестом дал понять, что наёмники пока свободны, те с недовольным видом покинули террасу и скрылись в глубине сада.

- Прошу прощения, вы, должно быть, устали от жары и присутствия вашего нелюбезного сопровождающего. Эта вилла арендована мною на некоторый срок, вы можете располагаться и чувствовать себя как дома. Я полагаю, что завтра мы с вами уже покинем этот город.

На что женщина только равнодушно пожала плечами – ей было абсолютно всё равно, где работать. Документы, деньги и вещи у неё пока никто не отбирал, и она не видела причин, по которым это могли бы сделать потом.

Сам посланник же был только рад подобной покладистости, он общался пару раз с благородными дамами и прекрасно знал, какими невыносимыми, капризными и упрямыми они могут быть. До определённого момента, разумеется. Однако, он вполне искренне полагал себя рациональным человеком и старался не перегибать палку, когда это не было необходимо. Вот и сейчас, дамочка будет жива и даже здорова ровно до того момента, покуда в том будет резон.

А вот в услугах этой троицы он больше не нуждается. Молодой человек небрежно ухмыльнулся и отправился на поиски ребят. Впрочем, разыскивать долго не пришлось – они сидели возле маленького прудика в тени старых чинар и резались в карты.

- Спасибо за работу! – с улыбкой сказал посланник и небрежно кинул Свистуну кошель.

«Серебро!», - безошибочно определил тот по весу и радостно заявил:

- Благодарим вас за щедрость! А если вам ещё какая-нибудь работёнка понадобится, то вы можете найти нас с Кривым возле Рыночной площади или рядом с пирсами справитесь.

Сам Кривой счастливо улыбался и кланялся, Гмыря смотрел на своих подельников исподлобья, но предпочёл промолчать. Не время сейчас и не место для выяснения отношений. Стражник ворот города давно работал с разбойниками, в основном это были мелкие поручения с их стороны – приехал ли в город купец средней руки, где остановился и стоит ли им суетиться по пустякам. Но это задание оказалось несколько иным. Да и потом – изначально Кривой договаривался с ним на одну треть – десять серебряных, только Гмыря слепым не был и прекрасно понимал, что в этом кошеле, который так крепко прижимает к себе Свистун, денег явно больше…

Посланник вежливо улыбнулся наёмникам и распрощался, тщательно заперев за ними садовую калитку. Разбойники, не сговариваясь, быстро зашагали в сторону порта, потому что здесь, в Верхнем городе, где были виллы богачей, всегда полно охраны, а им совершенно не к чему пристальное внимание и вопросы.

Только лишь оказавшись в маленькой и полутёмной таверне возле пирсов, Кривой открыл кошель и отсчитал стражнику городских ворот положенный гонорар:

- Десять серебряных, Гмыря! Как договаривались!

При этих словах Свистун радостно осклабился и заржал. Мол, весёлая вышла шутка, ничего не скажешь.

- Постой, дружок, постой! Ты заикался про одну треть, про десять серебряных, но ведь в кошеле их явно больше! Так давай треть! – справедливо возмутился Гмыря.

- Какой я тебе дружок после таких слов? – делано удивился Кривой. – На десять был уговор, а если они тебе не нужны, можешь нам со стариной Свистуном подкинуть, на бедность! А мы люди не гордые, мы возьмём! И выпьем по кружечке сидра за твоё большое и благородное сердце!

Очевидно, это предложение стражнику не пришлось по душе, потому что он сгрёб в ладонь гонорар и предпочёл удалиться, глухо ворча угрозы.

- Этому жирному борову давно нужно было поджарить пятки! – Свистун откинулся на лавке и презрительно сплюнул через губу на грязный пол. - Много воли на себя берёт в последнее время!

- Если таким образом твой папаша отдал душу Всемилостивому, отказавшись снабдить тебя медью, то это совершенно не означает, что мы так должны поступать со всеми! – наставительно произнёс Кривой, затягивая кошель потуже и пряча его за пазуху. – Но в одном ты прав, старина! Зажился на этом свете жирный, зажился… Знаю я одну смешную шутку, рассказал как-то старый знакомец. Где находится конура Гмыри, мы знаем. Наведаемся туда и устроим ему маленький сюрприз.

После этих слов Свистун был вынужден согласиться с тем, что его товарищ прав, и со вздохом отставил заказанную кружку недурного портера. Ради этого дельца они лишали себя выпивки. Печально, конечно, но куда уж деваться, раз надо! Уже смеркалось, когда они достигли территории возле городских ворот – именно там находилась маленький покосившийся домик, в котором снимал угол стражник. Побродив немного возле окон и убедившись, что внутри никого нет, разбойники осторожно пролезли сквозь приоткрытое окно. Воровать тут было нечего, поэтому хозяин мог даже оставить дверь нараспашку.

В руках у Кривого оказался маленький, просто игрушечный, самострел.

- Так вот, отчего ты в такую жару в камзоле бродишь! – удивлённо протянул Свистун и его глаза загорелись совершенно нездоровым блеском.

- А то! – гордо выпятил грудь напарник. – На спину повесил, как посланник учил. Совсем незаметно и всегда под рукой.

Подельники порадовались счастливому приобретению, которое посоветовал им посланник, прикрепили самострел к двери, и выползли в то же окно, довольные своей милой шуткой. Теперь, когда Гмыря заявится в свою берлогу, он откроет дверь и получит стрелу в башку. А их ждёт портер, маленькая сушёная рыбёшка на закуску и пара-тройка милых девушек.

Возможно, если их бывший товарищ знал о том, что они его недолюбливают, то искренне удивился этому. Впрочем, его сейчас заботило только то, что его несправедливо обидели. Такое прощать было нельзя. Он завязал в узел полученный гонорар и отправился в казарму возле городских ворот. Стражник знал наверняка, что кто-нибудь из знакомых ребят непременно сегодня работает и сможет помочь в его щекотливом дельце. А план уважаемого Гмыри был весьма прост – он хорошо знал, что после денежного дельца его бывшие соратники любили зависнуть где-нибудь возле пирсов, накачаться дешёвым пойлом и оплатить внимание местных девушек.

И было бы весьма кстати, если бы их задержала стража. Разбойников было сложно назвать законопослушными ребятами, так что они бы точно против этого задержания. Стражники «огорчатся» и слегка намнут бока за сопротивление законным требованиям представителей власти. В этой части не было проблем договориться с другими стражниками. Но оскорбление Гмыри было столь огромным, что только смерть его недругов могла бы погасить пожар его праведной ярости. Одним словом, никто не удивится, если произойдёт потасовка между стражниками и плохими парнями. И если последние отдадут душу Всемилостивому, то никто и не огорчится. Осталось только обсудить детали со своими коллегами… Впрочем, у него есть один аргумент в разговоре с другими стражниками.

Совсем скоро носовой платок с серебряными переместился в карман его начальника, а сам стражник отправился в свою квартирку, которую он снимал неподалёку отсюда. Хоть район был откровенно говоря, так себе, зато хозяйка дома была до удивления нелюбопытной личностью…