Глава 40

Глава 40

Седрик оглядел методично двигающихся людей, машинально отметил про себя, что работа явно была для них привычной, затем, повернувшись к друзьям по несчастью, был предельно сосредоточен и деловито сообщил:

- Как я и думал, бухта довольно мелкая или же у них нет времени для того, чтобы изучать глубины. Поэтому корабль контрабандистов стоит неподалёку, а сама контрабанда перевозится на лодке. Здесь, внизу, находится около дюжины людей. Часть перетаскивает корзины, часть складывает, остальные гребцы. Можно попытаться захватить их. Но сам корабль уйдёт, это я могу сказать с уверенностью. Вряд ли капитан контрабандистов ворон считает и конечно же, поймёт, что на причале была засада.

Ален сказал, что попытаться задержать всё же стоит. Кто его знает, вдруг контрабанда – это не что иное, как ворованный урожай с земель госпожи Вален, а не просто торговля без соблюдения эфемерных интересов государства.

- И такое тоже может быть, - степенно ответил Седрик и стал готовиться к нападению на превосходящие силы противника, достав короткий меч.

- У меня нет с собой оружия, - печально покачал головой Ален и упрямо выпятил челюсть.

Капитан «Эхинании» посмотрел на него с тоской и вытащил небольшой засапожный нож со странно изогнутым лезвием. На невысказанный ужас в глазах кюре он пояснил:

- Нож для того, чтобы резать стропы, а не глотки вашим мирным прихожанам, уважаемый, поэтому извольте засунуть своё неодобрение куда-нибудь подальше.

Ален Бернард, как прилежный прихожанин и верный сторонник истинной веры, не мог произнести подобную крамолу вслух, однако он предложил святому человеку нести свет истинной веры среди бесчестных контрабандистов. Однако, кюре Ксавье отчего-то посмотрел волком на собратьев по несчастью и не сдвинулся с места, устроившись за каким-то выступом. Намёк на то, что эти мерзкие люди могут гореть в геене огненной, а ему будет и горя мало, был вполне очевиден.

- Думаю, что нам стоит поторопиться, - нахмурился Седрик и собрался покинуть безопасное укрытие. – Ещё немного, они заберут последние корзины, сядут на шлюпку и вернутся на свою шхуну. А там уже поутру покинут бухту.

Остальные мужчины неохотно двинулись вслед за ним, стараясь оставаться в тени валунов.

- То есть сейчас они не станут выходить из бухты? – оживился святой отец, с опаской смотревший себе под ноги.

- Боюсь, что нет, - иронично произнёс капитан, - вряд ли они рискнут выходить в открытое море в ночное время. Даже то, что они нащупали путь, ориентируясь на один только костёр, и то, большая удача. Хотя, возможно, они тут не в первый раз, конечно.

- Если так, - ликовал кюре, - то они покинут бухту только после рыбалки. Быть такого не может, чтобы они не ушли отсюда без свежего улова! Я вообще, чего сюда поехал? Поместье Гийом меня никогда и не интересовало особо, взять с него нечего, а тут узнаю я будто новая хозяйка у него появилась! Люди говорят, мол, взялась она круто за обновление хозяйства, дом отремонтировала, да и вообще… бухта своя, рыбу коптят, прибыльная статья!

- И вы решили, дай, мол, увеличу свою паству на одну одинокую дамочку с тугим кошельком? Или в каком качестве вы хотели продолжить это удивительное знакомство? – скривил губы Ален, и даже в темноте его глаза нехорошо сверкнули.

- А я чего? Я ничего! – сорвался на фальцет кюре. – Я разузнал всё, что мог. Глава семьи теперь – её пасынок, он в дела поместья не вмешивается, это точно. Люди говорят, что она одна тут распоряжается всем… а там, глядишь… а сами-то вы припёрлись сюда только для того, чтобы засвидетельствовать своё почтение? Вот вы, к примеру?

Седрик ехидно улыбнулся, когда заметил обвинительный перст кюре, который был направлен в его сторону:

- У нас деловые отношения. И леди Тина пригласила меня к себе в гости. А вот для чего приехали вы, господин чиновник?

- Госпожа – моя коллега и старая знакомая! – отрезал Ален и взъярился: - И вообще, я не собираюсь отчитываться перед кем бы то ни было!

Чувствовалось, что мужчины увлеклись выяснением чистоты помыслов своих соперников и слабо реагировали на то, что происходило внизу, возле каменного причала. А там было на что посмотреть, благо, что света от костра было достаточно для того, чтобы увидеть, как причалила ещё одна лодка и несколько морских разбойников уверенными движениями волокут какого-то плюгавенького мужичонку. Судя по всему, у них накопилось несколько вопросов к гражданину. Наверняка сказать было сложно, но они довольно однозначно тряхнули его за шкирку. После чего мужик стал размахивать руками, как бы говоря, что они опоздали.

- Конкурирующая организация, точно вам говорю, - радостно протянул Седрик и ткнул локтем в бок господина секретаря.

Но тот только кинул взгляд, полный самодовольства и собственного превосходства на присутствующих тут мужчин, как бы намекая, что лично у него конкурентов здесь нет. Чем бы всё это закончилось – неизвестно, но тут произошло нечто вовсе уж невообразимое.

Впереди, плохо различимое в свете костра, показалось что-то непонятное и жуткое. Оно, помедлив мгновение, издало такой страшный стон, что даже привыкший ко многому капитан «Эхинании» с трудом сдержал вопль ужаса. Прямо впереди них, неподалёку от завопивших морских разбойников, показался сам Баал! Демон преисподней был точно таким, как его изображают на храмах, дабы стращать неискушённую публику. Он был огромен, словно буйвол, мощная шея, большая голова с крошечными, горящими злобой, глазами, голову украшали впечатляющих размеров серебристые рога.

Рядом с чудовищем показались два женских силуэта в струящихся одеждах. Морские разбойники были так напуганы зрелищем ожившего демона, что восприняли появление ундин довольно хладнокровно, разве что взвыли нечто нечленораздельное. Протяжный рёв чудовища повторился. Контрабандисты, только что азартно лупившие мужичка, были готовы броситься врассыпную, немного пометавшись по берегу, кинулись к тому месту, где оставили лодку, но там их ждало разочарование. Судя по воплям, которые донеслись до наших героев, лодка оказалась небрежно привязанной к пристани, поскольку сейчас вольно качалась на волнах неподалёку. Ещё немного, и прибой разобьёт её о каменный причал.

- Что же! Теперь им отступать некуда, позади море, а впереди – то чудище. Конечно, они могут выбрать смерть от рук ундин, что вряд ли, – пробормотал Ален дрожащим голосом. Казалось, только присутствие рядом этого заносчивого выскочки, лорда Гимбола, не даёт ему возможности завопить от страха почище того сброда.

Седрик, пережив первый неконтролируемый приступ паники, был готов дорого отдать свою жизнь, поэтому он повернулся с нехорошей ухмылкой к своим приятелям:

– Боюсь, что они найдут путь для отступления. Взобраться выше в гору и попробовать сбежать от того ужаса, что твориться внизу.

- То есть, они побегут туда, где находимся мы? – немного истерично поинтересовался святой отец, прервав на мгновение тихое бормотание и ежесекундное осенение себя знаком Всемилостивейшего.

- Ага! – совсем не по благородному согласился Седрик и добавил: - Кажется, самое время показать себя героем. Вы со мной, святой отец?

Тот молча затряс головой, что можно было расценивать двояко. Ален подобрался и высказался в том ключе, что лучше сразиться с контрабандистами, нежели с потусторонними ундинами. Что же, здравый выбор… мужчины, решив, что эффект внезапности пока никто не отменял, взяли несколько камней, прикинули их вес и заняли своё место, решив подождать контрабандистов прямо тут. Пару-тройку они обезвредят, просто бросив камень в приближающегося противника, остальным не так повезёт, поскольку играть в благородство и пытаться взять в плен противника никто не собирался. Так, если возможность подвернётся…

Оказалось, что морские разбойники мало видели в своей жизни сверхъестественных существ, поскольку очередной протяжный рёв со стороны демона ночи только подстегнул их двигаться быстрее вверх по осыпающимся камням, и не подумав даже использовать свои короткие мечи для собственной обороны. Возможно, поэтому они восприняли появление вооружённых людей с некоторой долей облегчения и не оказывали столь яростного сопротивления, как ожидалось.

Седрик быстро содрал с себя пояс и в одно мгновение двое разбойников было надёжно связаны хитрыми узлами. Впрочем, Ален оказался тоже не лыком шит и использовал рукоять ножа в качестве кастета. После всего, обернувшись га звуки тихого скулёжа, они заметили, что кюре Ксавье приподнялся на ватных ногах и собирался ползти наверх. Впрочем, любой бы так поступил, услышав от приближающихся ундин крики, исполненные таким знакомым голосом: «За ВДВ!», «За победу!», «Мы русские, с нами Бог!».

- Можете не спешить так, святой отец! – с нервным смешком произнёс Седрик и вытер дрожащей рукой вспотевший лоб, обессиленно опускаясь на камни. – Поживём ещё… леди Тина, какое счастье вас лицезреть…

***

Сиона медленно и обстоятельно водила щёткой по моим волосам, до невозможности гордая своей новой ролью личной горничной. Я рассеянно слушала её трескотню и думала о том, как это хорошо, что я не была приверженкой радикального окрашивания волос. Поскольку, отрастая, они могли вызвать массу ненужных вопросов…

В дверь тихо поскреблись и просунулась голова деда Гаспара, который был явно чем-то взволнован.

- Ить, это… нету детей ещё по сию пору. - тяжело вздохнув, поведал он. – Как ушли они на прогулку с Лапочкой, так и не вернулись ещё…

Так… не было печали! Нужно отправиться на поиски, мало ли чего могло произойти… я торопливо потуже затянула пояс своего халата и спускалась вниз. Тейна, услышав причитания деда, молча кивнула головой и накинула на плечи тонкую шаль.

- Сиона, Леони, вы остаётесь дома, будете ждать ребят здесь, Симон, ты отправишься по той дороге, что ведёт к посёлку, а мы с Тейной спустимся к бухте.

Повар тут же поспешил в посёлок, а дед Гаспар, нервно озирающийся по сторонам, заявил, что я должна дать ему самое ответственное задание, потому что на иное он не согласен. Я решила, что сейчас не то время, чтобы спорить, мы бежали по саду, когда открылась калитка и показалась Лапочка, а на ней ребята с взволнованными лицами.

- Разбойники! Контрабандисты! Что нам делать? – завопили они, как только заметили мой развевающийся халат.

Сердце пропустило удар, когда я ещё только осмысливала сказанное. По их рассказу выходило, что ребята уже возвращались домой, когда увидели далёкие всполохи огня, которым совершенно нечего было делать на берегу бухты. Приблизившись, стало понятно, что какие-то люди таскают корзины и складывают их в лодку. Поняв, что сама я вряд ли стала украдкой продавать собственный урожай, ребята поспешили ко мне.

Звать на помощь было некого, да и некогда, поэтому я, сцепив зубы, велела показать то место, где творилось безобразие. Что делать с этой информацией – я не знала, да и не думала об этом в тот момент, если честно… Амели, как самая бойкая, тут же развернула Лапочку, и мы с Тейной и причитающим дедом резво двинулись за коровой.

Когда колотьё в боку стало совсем уж невыносимым, пот застилал глаза и дыхание вырывалось из лёгких с жуткими хрипами, мы достигли нужного спуска в бухту.

- Вот здесь мы увидели людей… точно, тут! – горячо сказал Демиэн, тыкая пальцем куда-то вниз.

Мы тут же упали на живот и выглянули из-за камней. Внизу, возле костра, было несколько человек, которые недвусмысленно были чем-то недовольны, поскольку размахивали руками и награждали тумаками какого-то крестьянина. Так, контрабандистов мы обнаружили. Но как задержать их? Я не владею навыками самообороны, к сожалению. О чём и сообщила.

- Тогда нам стоит применить хитрость, - Тейна выглядела на удивление спокойной и собранной, – помнится мне, как ты рассказывала, будто напугалась маленького представления, который устроил дед с ребятами в момент вашего знакомства.

Я машинально кивнула, а глаза дедули зажглись бешеным азартом:

- Вот это дело! Вот это я понимаю! Идея, что надо! Схема у нас с ребятами обкатана, в правках не нуждается… поэтому ребята пугают, я отвяжу лодку, дабы эти лиходеи сбежать не смогли, а вы… вы тоже можете кричать что-то устрашающее замогильными голосами.

Я машинально кивнула, хотя не понимала, как мы с Тейной можем устрашать, стоя в одних ночных сорочках и халатах, ведь никакого оружия у нас нет.

- Ты знаешь какие-то пугающие выкрики? – спросила Тейна, немного недоумевающая от странных распоряжений деда.

- Повторяй за мной! – наставительно подняла палец я.