Глава 31

Алсу Я не привыкла убегать от сложностей, если это не отец-ублюдок. Отвечаю на вызовы судьбы и часто борюсь за себя и свой собственный покой. Как могу, по-девчачьи, но борюсь. А сейчас? Мне чертовски страшно. Моя мама умерла. Отец, слава богу, мертв, и надеюсь, это была самая страшная часть его жизни. Я хочу верить, что это было больно и плевать, насколько жестоко это звучит, он заслужил самой мерзкой смерти. Осталась лишь я. Не то чтобы я потеряла внезапно семью, когда я похоронила маму, я уже тогда осталась одинокой, но сейчас. В эту минуту, когда я задала Ринату вопрос и он оставил решение за мной, я захотела убежать. В первую очередь от него, а еще лучше, если и от себя удастся. Я сейчас была способна на марафонский забег, да только этот гад меня все равно догонит. Протискиваясь сквозь толпу танцующей молодежи, я уже почти чувствовала аромат ночи и не могла дождаться, когда сделаю последний шаг, но он схватил меня за руку и потянул на себя. Уперевшись от резкого разворота в его грудь руками, я приложила немало силы, чтобы толкнуть его. – Отстань, не трогай, – закричала и снова ринулась на выход. На этот раз уже сам Ринат схватил меня и потащил в том же направлении. Когда мы оказались на воздухе, он, не переставая идти, тащил меня за собой к машине. – Ринат, отпусти. Пусти, говорю, – вцепилась в его руку и попыталась расковырять его пальцы, но куда там мне до его силы. Поддавшись, я села в автомобиль на заднее сидение, и Ринат, сдвинув меня в сторону, опустился следом. Затем заблокировал двери и замер. – Прекрасно, – закатила от недовольства глаза и отсела еще дальше, сложила руки на груди и посмотрела на него. Он тяжело дышал. Не так, когда только закончил бег, а именно со злостью. – Ты притащил меня сюда, чтобы молчать? Тогда открой, я пешком постою и лови свой дзен в одиночестве. – В чем дело? – заговорил тут же, но не повернулся. Он остался сидеть неподвижно, оставив ладони на своих широко расставленных коленях. – В каком смысле? – В чем дело, Алсу? – повторяя свой вопрос, он посмотрел в глаза. Сейчас я имела честь увидеть злого Рината. Это не пугало, но увидеть все же стоило, для понимания. Его ноздри топорщились и раздувались, а губы были крепко сжаты. Узкие глаза были сужены еще сильней. Я растерялась под его взглядом и сделала то, что ненавидела делать никогда – признавалась то ли в поражении, то ли просто признавала то, в чем сама не была уверена. Это был порыв и импульс, но мы должны поговорить, он прав. – Ты сказал, что отец мертв. Очевидно, что не нужно больше играть в счастливых молодоженов. – Я не играл ни минуты, – сразу же последовал четкий ответ. – О, да брось. Это была веселая авантюра для тебя, да и… для меня тоже. Не нужно сейчас этого самообмана. К тому же у нас был договор. – Ах, договор. Напомни-ка мне его. Я заглянула в его по-прежнему озлобленные глаза. – Не буду. Хватит игр. – Согласен, хватит. Что я сказал тебе только что в клубе? – Ты многое… – Что тебе решать, Алсу. И это серьезно. Я могу тебя удерживать, могу сбивать с курса и оттягивать момент, но в конечном итоге, если ты хочешь уйти, ты уйдешь. Даже если останешься сегодня, то сделаешь это завтра. Он говорил четко. Каждое слово выверено было и ощущалось, как капельки воска на обнаженном животе. Кап – боль, кап – боль… кап-кап – боль, пауза, боль… – У нас был уговор, – снова держусь за крохи контроля и прежних установок в своем мозгу. – Я только что тебе об этом сказал. Поэтому, если этот уговор важен до сих пор, – послышался щелчок блокировки дверей. – Документы, деньги, загранпаспорт. Все что пожелаешь, я тебе дам. Я не могла поверить в его слова. И не могла поверить в то, что до сих пор сидела не шевелясь. Даже не предпринимая попытки вылезти из машины. – Почему ты сейчас все выкручиваешь так, что это я должна решать, а ты словно против? – Потому что я против. Потому что, как сказал ранее, не играл, Алсу. Я давно для себя все решил. На самом деле почти с первого момента для меня все было ясно. Просто хотел, чтобы и ты пришла к такому выводу. – Хватит… – отвернулась от него и закрыла глаза. – Ты хоть понимаешь о чем говоришь? – Понимаю. – Я и ты? Серьезно? Думаешь это… сработает по щелчку пальцев? – Уверен. – Ну конечно. Мои губы задрожали. – Алсу, – он пересадил меня на свои бедра, усадив лицом к лицу, и взял в свои ладони мое лицо. – Посмотри на меня. Я держала глаза закрытыми, потому что в них скопились слезы, и, если я это сделаю, они станут моим поражением. Поэтому отрицательно помахала головой и услышала, как он с улыбкой усмехнулся. – Ну же, – Ринат поцеловал сначала один мой глаз, затем второй. Губы сместились к кончику носа и отметили его. Затем левый уголок губ, правый… – Ты очень важна для меня, – шепот пронесся по моей коже со скоростью тысячу километров в секунду и замер глубоко внутри, обволакивая мое сердце. – И я не хочу тебя отпускать. Клянусь не хочу. Но я клянусь, что если ты хочешь уйти, то сделаю это… отпущу тебя. Помогу всем, чем смогу и отпущу. Просто скажи. Для начала мне требовалось признание самой себе. Признание в том, что если я и не люблю его, то действительно не хочу быть вдалеке от Рината. Мы начали не очень правильно, но в итоге я чувствую, что это мое место. По крайней мере, я хочу верить, что это не самообман и не минута слабости, когда ты просто не можешь сказать: «Нет». Ухватившись за его плечи сильнее, я медленно отстранилась и все же посмотрела на него. Сейчас он не накидывал на себя лишнюю браваду. Будто снял все свои щиты и не прячась за юмор и остроумие обнажился передо мной. Была ли я так же обнажена перед ним? Видел ли он мою уязвимость? – Мне очень страшно, – первое, что я сказала. – И я не знаю, что сейчас будет правильно. – Нет ничего правильного на сто процентов, – сдавив ладонями мои щеки сказал он и погладил большими пальцами пространство под глазами, стирая капельки слез. – Ты прав. И я не хочу лгать, говоря, что хочу уйти. Я не хочу… не чувствую, что должна. – Не должна, – сразу же подхватил. – Значит… – Значит, мы пошлем к черту весь мир, ладно? – Это мне подходит, – шмыгнув носом, я улыбнулась и обхватила его шею руками, чтобы теперь быть немного ближе. – Отлично, – он прижался своим ртом к моему и сразу же отстранился. – Сейчас мне очень хочется побыть немного Юрием и хорошенько потрахаться, – на его губах была коварная ухмылка. Ринат не матерится и всегда говорит выверенными фразами, если не пытается быть намерено легкомысленным. Эти слова были не в его стиле, но мне понравилось. – И что тебе мешает? – Плачущая жена в моих руках. – Тогда тебе стоит ее успокоить. – Ждал, когда ты это скажешь. Уже через минуту мое платье лежало сбоку от нас на сидении. А его штаны были расстегнуты. Ринат вытащил мою грудь из лифчика, просто отогнув чашечки, и припал к соскам, которые слегка зудели в надежде, что им уделят внимание. Пока его кончик языка играл в пинг-понг с твердыми вершинками, мужские руки сдвинули в сторону мои трусики, а я уже высвободила налитый желанием и весьма твердый член. – Презерватив, – шепнула я. – В подлокотнике. Обернувшись, я подняла мягкую верхушку и на ощупь нашла там пару пакетиков. Чтобы не отвлекать его от моей груди, потому что я была без ума от того, как он ласкал ее своим ртом, я сама открыла презерватив и растянула его по мужскому достоинству. Как только дело было сделано, Ринат обхватил мои бедра и сам приподнял повыше. Приставив член к своему входу, я стала медленно опускаться, вбирая в себя его по сантиметрам. – Как хорошо, – сдавленно пробормотала и не спешила подниматься вновь. – Согласен. Ринат хаотично водил губами по шее, ключицам и плечам, затем обхватил меня так, будто окутал собой всю без остатка, и я задвигалась на нем. Этот секс был быстрым, но в тысячу раз чувственней, чем наши предыдущие контакты. Сейчас я была собой и отдавалась ему, зная, что завтра я не уйду. Что я что-то значу… Эта мысль заставила меня вжаться в мужа крепче и со стоном кончить на его члене. Когда Ринат догнал меня в своем оргазме, то не спешил разжимать руки, впрочем, как и я. Он гладил мое влажное от пота тело и бесстыдно лапал. То его пальцы обводили место, где мы были соединены до сих пор, то гладил ягодицы, а затем анальный вход. – Я должен признаться, – услышала его голос, сквозь наше тяжелое дыхание. – В чем? – Я не планировал тебя отпускать. – Так ты блефовал? – я улыбнулась и запустила пальцы в его волосы, крепко сжимая, пока он не зашипел от боли. – Ай. Конечно, я блефовал. Заставив его посмотреть на меня, я выгнула одну бровь и сделала выражение лица очень недовольным. – Что? – Я сейчас очень злюсь на тебя. – И что мне сделать с этим? – Убрать руки от моей задницы. – Она слишком аппетитная, я не могу, – пальцы сильнее впились в упругую плоть. – Может, я лучше куплю тебе набор столовых приборов, а ты мне поугрожаешь? Я старалась сдержаться, но в итоге не смогла и просто рассмеялась. – Ты до ужаса невыносим. – Это не единственное мое качество, поверь. – Все, давай домой. Нужно помыться. – Согласен. Только еще минутку, – он снова прижал меня к себе, и я согласилась на эту минуту, наслаждаясь каждой ее секундой.