Глава 22

18+

Ариа Нейрис

Кай вынес меня на берег и осторожно уложил на лежак. Его взгляд скользнул по моему лицу, задержался в глазах. Он будто спрашивал без слов.

Я притянула его к себе за шею, отвечая тем же безмолвным согласием.

Он коснулся губ — сначала мягко, почти невесомо, затем медленно спустился к шее, оставляя тёплые поцелуи. Его пальцы ловко расстегнули бюстгальтер и отбросили его в сторону. Губы вернулись к груди, захватывая сосок, посасывая, слегка покусывая.

Я застонала, вплетая пальцы в его волосы, притягивая ближе.

Его ладони скользнули ниже — по талии, по животу, оставляя за собой горячий след. Одна рука медленно пробралась под ткань трусиков, туда, где кожа уже горела от желания. Сначала он едва касался костяшками пальцев, дразня, проводя вокруг, будто наслаждался моей реакцией. Я подалась вперёд, не скрывая своего желания, прося большего. Его пальцы начали медленно описывать круги, намеренно заставляя дыхание сбиваться.

Я потянула его вверх. Мне хотелось видеть его лицо. Хотелось его поцелуев.

Он сразу ответил, накрывая мои губы своими, и я почувствовала, как напряжение внутри него растёт так же стремительно, как и во мне. Но этого было мало. Мне нужно было больше. Мне нужен был он весь.

Моя рука скользнула вниз, проводя по нему сквозь ткань боксёров. Он тихо застонал мне в губы, и этот звук разлился внутри новой горячей волной возбуждения.

Он прервал поцелуй и опустился ниже, медленно освобождая меня от последней преграды, не сводя с меня взгляда. В его глазах было столько желания, что от одного этого по коже пробежала дрожь.

Его губы оставляли дорожку поцелуев всё ниже — неторопливо, будто он наслаждался каждым мгновением. Когда он коснулся самого чувствительного места, я невольно выгнулась, полностью открываясь ему. Воздух вырвался из груди вместе со стоном.

Я смотрела на него — и от одного этого вида внутри всё сжималось от предвкушения. Его сосредоточенность, его уверенность, его откровенное желание сводили с ума сильнее любых прикосновений.

Когда напряжение стало почти невыносимым, я притянула его к себе. Он оставил поцелуй на моём животе, а его рука снова накрыла грудь, медленно перекатывая сосок между пальцами, посылая по телу тонкую, дрожащую волну.

— Моя сладкая девочка… — тихо произнёс он, и от одного его голоса внутри стало ещё жарче.

Я потянулась к его боксерам, помогая избавиться от них, желая чувствовать его без преград. Он устроился между моих ног — горячий, напряжённый, и в его взгляде читалось то же нетерпение, что и во мне.

Я провела ладонью по его шее и притянула к поцелую. Он ответил сразу — глубоко, жадно, почти лишая меня дыхания. И в следующее мгновение наши тела соединились.

Я выгнулась ему навстречу, застонала прямо в его губы, ощущая, как между нами исчезает последняя граница. Мы словно действительно совпали, как две половины, нашедшие друг друга.

Он двигался уверенно, не спеша, давая мне время привыкнуть к ритму, к этому ощущению полноты и близости. Я цеплялась за его плечи, отвечала на каждое движение, чувствуя, как внутри нарастает новая, глубокая волна.

Он ускорился — движения стали глубже, резче, увереннее. Его взгляд скользил по моему телу, внимательно наблюдая, как я отвечаю ему, как теряю контроль, растворяясь в ощущениях. Внутри всё сжималось, напряжение росло, становилось почти невыносимым.

Кай вновь накрыл мои губы своими, поцелуй получился жадным, горячим. Я отвечала ему в том же ритме, подстраиваясь под каждое движение, чувствуя, как реальность рассыпается на осколки прикосновений, дыхания, стонов.

Это стало последней гранью.

Волна разрядки накрыла меня целиком — яркая, сладкая, оглушающая. Я прижала Кая к себе крепче, не позволяя отстраниться, чувствуя, как ещё несколько движений — и он догоняет меня, растворяясь вместе со мной в этом мгновении.

Потом мы лежали рядом, переплетённые, всё ещё тяжело дыша. Кожа к коже, сердце к сердцу. Ни один из нас не спешил разрывать это тепло, отпускать друг друга или возвращаться в мир за пределами этого берега.