Глава 7

Анастасия Свободина.

Стоило покинуть дом Венделя, как произошло довольно досадное недоразумение. Малыш рванул меня встречать, улыбался своей клыкастой пастью. А в следующую секунду меня разве что только Аривания за спину не задвинула, чтобы защитить от опасной мантикоры. Я совсем забыла, что мои спутники весьма сильные маги и видят сквозь иллюзию.

— Это свои! — прокричала я, искренне испугавшись за жизнь своего друга, а то Арангорн уже собирался в него кидаться огненными шарами. Малыш тоже решил реагировать на агрессию агрессией и собирался уже применять свой ядовитый хвост.

Мой окрик особо не помог, но перед Арангорном выступил Кталхар и уже сам пояснил, что мантикора — мой питомец. Арангорн брюзжал, как выразилась Аривания. Кталхар был, как обычно немногословен и невозмутим. Виттор тоже был предельно собран.

Прислуга вывела наших лошадей.

— Как прошло? — спросил Морок мысленно, когда я подошла к нему, приняв услуги узду своего скакуна.

— Плохо. Обет убил свидетеля.

— Ну, мы особо не верили в успех. Шейрану же не удалось снять обеты.

— Но все равно, обидно, — поправив узду, я запрыгнула в седло. Провела ладонью по бархатному боку Морока, пытаясь скорее успокоить себя.

Меня очень расстраивала новая неудача. Казалось, некромант на десяток шагов впереди, когда мы просто топчемся на месте. Иногда мне казалось, что Источник ошибся, пожалел девочку с частицей его сикры, запертую в немагическом мире. Может, более опытный и сильный маг справился бы лучше с нависшей над лесом бедой, чем я? Не знаю, как на самом деле обстоят дела, думаю, мне и не суждено узнать. Но собственные сомнения не помешают мне бросить все силы на поиски убийцы и Натана.

По дороге я кратко рассказала Мороку о состоявшемся разговоре и наложенной на обеты молчания зеркальной проекции. Мы решили проверить все обеты, а для этого нужно было привести всех пленников в город. Планировалось, что к Источнику отправится Шейран, а оттуда уже откроет портал для переноса пленных. Аривания уже отдала ему свой артефакт телепортации который был ей передан на случай критической ситуации королем.

Вблизи дворец оказался еще прекраснее. Роскошный сад с редкими растениями окружал его по периметру. Множество арок и витражей в оформлении создавали ощущение воздушности. Серые вкрапления в камне поблескивали в лучах заходящего солнца. Копыта звонко отбивали ритм о мощеную камнем дорожку, ведущую к широкой лестнице главного входа. Кованые золотого цвета ворота сразу закрылись за нашими спинами, активировались магические защитные плетения.

— Как только меня устроят в конюшне, я отправлюсь к тебе. Правда, надо бы скопировать другой облик. Собака для дворца не подходит.

— Хорошо, — отозвалась я на слова Морока, хотя так бы хотелось, чтобы он отправился со мной.

В особенностях дворцового этикета он разбирался лучше меня. Все же жаль, что он не может принимать любой облик. Ему нужно было копировать чей-то, буквально создавать точную копию другого существа, вплоть до копирования ауры. Уникальным для него являлся только облик перитона.

Но оказалось, что я зря переживала. Никаких особых знаний не понадобилось. Нас встретила прислуга, чтобы помочь заселиться в выделенные нам покоям. Похоже, обо мне тоже предупредили, потому что покои ждали и меня. Нас всех проводили в восточную часть дворца, где находились жилые комнаты для приближенных к власти людей и двуликих.

— Вит Дрейсон, — услышала я женский голос.

Обернувшись, я обнаружила молодую девушку, подошедшую к Виттору. Ей было около восемнадцати. Строгое платье под горло нежно-алого цвета подчеркивало тонкую фигуру, золотистые волосы достигали ее плеч, кудрями обрамляли симпатичное лицо с большими синими глазами и полными розовыми губами.

— Простите, вам срочная корреспонденция, — она протянула Виттору кипу конвертов.

— Мои помощники считают любую корреспонденцию срочной, — отозвался Виттор, мельком просматривая письма. — Ты уже устроилась? — спросил он, уже обращаясь к девушке.

Ответа девушки я не услышала, потому что слуга пригласила меня входить в покои. Интересно, кто эта девушка? Вряд ли секретарь, она сильный маг воздуха. Она красива. Если в лесу меня особо не волновал мой облик, то во дворце мои простые платья и костюмы будут смотреться блекло. Похоже, нужно будет что-то решать с гардеробом. Но как же мне не нравится мода Вудрии. Та девушка, кстати, одета довольно строго. Может, мода поменялась, пока я бороздила лес? И все же, кто она?

Я чуть было не задала этот вопрос горничной, показывающей выделенные для меня комнаты, но вовремя прикусила язык. Мне должно быть все равно. Потому я сосредоточилась на осмотре комнат. Чересчур много бордовых цветов и тканей в оформлении, но в целом комнаты оказались довольно уютными. А огромная кровать с мягкой периной так и манила скорее лечь в нее и отдохнуть с дороги. Но, конечно, по уюту с моим домиком не сравниться. Здесь я ощущала себя даже неудобно в своей довольно простой одежде. Казалось, по этим покоям нужно плыть в дорогущих халатах, тапочках на каблуках, не расставаться с драгоценностями и всегд-всегда делать подобающую обстановке прическу.

Горничная хотела разобрать мои сумки, но я отказалась. Привыкла заниматься своими вещами сама. Да и мало ли, перепутает что в моих реактивах. Я итак отравилась по дороге, добавила что-то не то в бодрящий настой, облагородила несколько кустов. А когда желудок отпустило, была так голодна, что даже зашла в булочную за парой булочек.

Малыш уже разлегся в моей постели. Я же занялась распаковкой своих немногочисленных вещей. Вскоре мне принесли ужин прямо в покои, сытный и невероятно вкусный.

Дорога прошла довольно тяжело, потому приняв душ и облачившись в ночнушку я уже собиралась ложиться спать пораньше. Но тут звонко затрезвонил колокольчик двери, оповеая о прибытии гостей. Пройдя из спальни в гостиную, я приоткрыла дверь, выглядывая в коридор.

— Можно с тобой поговорить? — довольно официальным тоном спросил Виттор.

Я еще раз оглядела его с иголочки сшитый костюм, невольно пригладила ладонью ткань своей любимой, но весьма потрепанной временем ночнушки. Хотя, конечно, одежда не так смущала, как перспектива остаться с Виттором наедине, в отдельных покоях. Мало ли…

— Это по делу, — пояснил Виттор, от которого не укрылось мое замешательство.

— Я надену халат, — приоткрыв дверь, я поспешила в спальню. Похоже, не зря я прихватила свой халат, правда, он поизносился, в нескольких местах прожжены дыры, но пеньюары в моем гардеробе не водились.

Виттор терпеливо ожидал меня в гостиной, присев на стул возле квадратного стола из темного дерева. Кутаясь в халат, я прошла к нему, мельком отмечая мягкость ворса ковра под босыми ногами. Присела на стул напротив Виттора, всем своим видом транслируя готовность слушать и пытаясь скрыть волнение и тревогу. Смогу ли я когда-нибудь спокойно с ним общаться?

— Я долго думал о том, что ты сказала про разорванную связь и плетение над Источником, — начал он, и замолчал, скользя потемневшим взглядом по моему бесхитростному облачению.

— И? — поторопила я, когда пауза затянулась.

— Ты ведь Хранительница Источника. Я прав?

Серый взгляд вновь вернулся к моим глазам, стал предельно серьезным, цепким. Итак неровно бьющееся при Витторе сердце совершило невероятный кульбит и понеслось вскачь. Похоже, ответ четко обозначился на моем лице, потому что Виттор утвердительно кивнул. Он подцепил цепочку на шее, а потом снял один из медальонов и протянул его мне.

— Зачем? — Я взяла в руки артефакт телепортации, не совсем понимая, для чего Виттор отдает его мне.

— На тебе мощная защита, но лучше ее не проверять, особенно клинком некроманта.

В библиотеке дома Хранителей было несколько книг по истории и теории некромантии. В них не упоминался странный клинок некроманта и его свойства. Но мы предполагаем, что некромант является обладателем аутэма. Морок немного рассказывал мне об аутэме, не просто ритуальном клинке, а мощном артефакте, требующем постоянной подпитки.

— По нашим предположениям некромант пользуется…

— Аутэмом, — Виттор утвердительно кивнул, даже чуть улыбнулся. — Я тоже пришел к этому выводу. Аутэм — опасный артефакт, он вечно голоден и требует жертв. Видимо, потому некрмоант и убивал единорогов. В свете того, что ты закрыла границы леса, аутэм сейчас невероятно голоден и тянет силы из некроманта. Клинок разорвет твою защиту за один удар.

И убьет. Виттор не озвучил своих опасений, но итак было понятно, что произойдет. Он был предельно серьезен, смотрел четко в мои глаза, и словами, и тоном, и взглядом пытаясь донести до меня всю серьезность ситуации.

— Ты правильно сделала, что скрыла, кем являешься. Мы предполагаем, что некромант приближен к власти, поэтому пока будет лучше продолжать хранить твою тайну.

— Хорошо, — я сжала кристалл медальона в ладони. Необходимость бежать не особо радовала. Но догадки Виттора полностью совпали с нашими и мы можем оказаться правыми насчет аутэма. Но лучше бы мы ошибались. — А как же ты?

— Я? — удивился он, чуть нахмурил густые брови. Кажется, не понял.

— Без артефакта.

— Я бы вряд ли его применил, — пожал он плечами, будто это само собой разумеется. Впервые за разговор его взгляд потеплел, словно он на мгновение позволил себе расслабиться, и показал свои настоящие чувства, скрывающиеся за этой маской официальной отстраненности.

— В закромах Антея должно находится еще около трех таких артефактов, а в ночь Рождения мира мы сможем создать еще, энергии должно хватить.

Я молча кивнула. Если бы эти артефакты так легко было создать, я бы себе тоже наклепала парочку. Вообще, магия была довольно сложной наукой, не удивительно, что ее изучают десятилетиями. Каждый ритуал требовал соблюдения многочисленных правил, выбора благоприятного дня проведения, правильной дикции при чтении заклинаний, иногда даже подходящего дня цикла.

— К тебе будет приставлена охрана, — на этих словах Виттор поднялся со стула, намереваясь уходить. — Не покидай, пожалуйста, дворец без сопровождения.

— Я и не планировала. Не по магазинам же гулять, — пошутила я, хотя нормальными вещами все же стоило обзавестись. Не в дорожном костюме же идти на встречу с королем.

Виттор вновь взглянул на мою одежду.

— Завтра тебя посетит модистка, чтобы сшить платье на бал.

— Я сама разберусь с одеждой. — Не хватало еще, чтобы он занимался моим гардеробом.

— На твое усмотрение, конечно. Но модистка не от меня, так распорядился советник короля, когда узнал, что во дворец прибыла Видящая.

— Я не знала.

Виттор как-то неопределенно дернул головой, то ли принимая к сведению, то ли прощаясь. Но потом вдруг остановился, развернулся, шагнул ко мне, присел передо мной на колено. Только успокоившееся сердце забилось еще сильнее. Я не знала, как себя вести, то ли пугаться и трубить тревогу, то ли спокойно ожидать продолжения.

Мина отстраненности исчезла с его лица, наоборот, его будто переполняли эмоции. Он лишь осторожно сжал мои пальцы своими, продолжая заглядывать в глаза.

— Я собирался оставить личное позади, но все же… Все же… — он тяжело вздохнул. Казалось, каждое слово дается ему с трудом. Нежность, в его взгляде, мягком прикосновении к ладони. Именно таким он был в самом конце наших странных взаимоотношений. Так же смотрел в мои глаза, когда признался в своих чувствах. И лучше бы я больше не увидела его таким.

— Я хочу попросить у тебя прощение, Настя. Нет, не так… — он встряхнул головой, твердых губ коснулась горькая улыбка. — Я причинил тебе слишком много зла, моим поступкам нет оправдания. Я хочу сказать, что сожалею о том, что совершил. И постараюсь искупить свою вину перед тобой. Поверь мне, я желаю тебе только добра. Поэтому ты всегда можешь рассчитывать на мою поддержку. Всегда, — повторил он, отпуская мои пальцы. Он протянул нить силы, такую же, что вливает образы в сферу иллюзий. — Ты можешь убедиться в моих словах.

— Нет, — я мотнула головой. Глаза почему-то щипало, а в груди поселилась непонятная тяжесть. Меньше всего на свете я желала нырять в его мысли, мне хватало и тяжести собственных воспоминаний. — Я тебе верю.

Сцепив ладони в замок, я растянула на губах улыбку, еще не зная, как реагировать на откровения Виттора, на слова извинения, на его признание вины. В искренности его слов я не сомневалась. Я думала, он хочет поднять личную тему по другой причине, хочет все вернуть. Но похоже, я была права, чувства, в которых он признавался, были навеяны нашей связью, не более. В Витторе сейчас говорит лишь долг перед страной, Источником и Хранительницей.

— Доброй ночи, Настя, — пожелание звучало сухо, ровно, как и должно было звучать при общении коллег и союзников. Наверное, сегодня произошел последний личный разговор между нами.

В закрывающуюся за Виттором дверь шмыгнул серый кот, огляделся, потом взглянул на меня. На его морде обозначилось что-то вроде улыбки.

— Еле нашел тебя. Что двуликий заходил? На ночь напрашивался?

— Нет, передал мне артефакт.

— Хороший подарок, — похвалил кот, потягиваясь на месте и широко зевая. — Пошли, что ли спать?

— Пошли, — согласилась я, накидывая цепочку артефакта на шею. Правда, сомневаюсь, что я смогу быстро заснуть после состоявшегося разговора.