Глава 14

От лица Ангурра.

На завтрак у нас сегодня блинчики. Не высокие и маленькие, как я привык, а тонкие и большие. В них очень удобно заворачивать копчёное мясо и прямо руками есть, запивая кофе. Чем мы и занимаемся втроём, любуясь нашей истинной, которая суетится у плиты. Приятно видеть её горящие счастьем глаза, слышать её смех. Значит, мы всё делаем правильно, и ей с нами хорошо.

Уплетая очередной блин, спрашиваю:

— Таяна, у тебя есть планы на время после завтрака?

— Нет, — качает головой она. — Хочешь что-то предложить?

— Да. Буду рад, если согласишься пойти в мой сад и заняться там любовью. Я раньше никогда не выращивал цветы страсти, хочется попробовать.

— Цветы страсти? — в её глазах любопытство.

— Если мы займёмся любовью в саду, цветы вокруг впитают наши эмоции. Когда они расцветут, я смогу поделиться нашей страстью с теми, кто в этом нуждается.

— Звучит интересно! Для этого требуется что-то особенное?

— Вовсе нет. Я захвачу плед и закуски, так что от тебя нужно просто пойти со мной.

— Договорились.

— Я бы хотел внести предложение, — улыбается Рарртум. — Таяна, было бы здорово, если бы ты перестала надевать нижнее бельё. Постоянно приходится сдерживаться, чтобы не разорвать его. Ничего не могу с собой поделать.

Она улыбается:

— Я соглашусь, если вы начнёте ходить по дому с голыми торсами, чтобы я могла любоваться этим зрелищем не только во время занятий сексом.

— Без проблем, — улыбается Рарртум и стягивает с себя рубаху.

Мы с Данрримом следуем его примеру. Таяна переводит взгляд с одного на другого, и в её глазах появляется огонёк желания. Понимая, что план по выращиванию цветов страсти теперь под угрозой, быстро допиваю кофе и интересуюсь:

— Таяна, ты уже позавтракала? — дожидаюсь кивка. — Тогда пойдём.

— А как же плед и корзина с перекусом?

— Всё уже ждёт у входа.

— Тогда идём.

Друзья провожают её жадными взглядами, но не пытаются остановить. И я им за это благодарен.

— А драконы все такие нелюдимые? — интересуется Таяна, когда мы выходим из замка и сворачиваем на дорожку, ведущую к саду.

— Что ты имеешь в виду?

— Все драконы предпочитают селиться в уединённых местах?

— Насколько мне известно, практически все. Исключения встречаются редко.

— Вам не нравятся города?

— Нравятся. Просто нам сложно долго находиться среди большого скопления других существ. Понимаешь, мы же чувствуем эмоции и общее настроение. Мы устроены так, что невольно начинаем упорядочивать всё вокруг себя таким образом, чтобы сделать среду существования комфортной. Чем более неупорядоченное пространство, тем больше сил это отнимает.

— Сил? Что ты имеешь в виду? Вы от этого устаёте?

— И это тоже. Но усталость не физическая, а скорее эмоциональная. Всё не так уж плохо. Если тебе захочется пожить в городе, мы просто выберем дом на окраине, окружённый большим садом, или просто поселимся рядом с каким-нибудь естественным водоёмом — рекой или озером. Да и чем больше драконов, тем легче, а нас трое.

— Пока мне нравится жить в замке. Я выросла в городе, и такая жизнь меня устраивала. Но как оказалось, в глуши я тоже чувствую себя вполне комфортно. Тем более у тебя очень удобный замок: просторные комнаты, большие окна, купальни, современная кухня… Думаю, дело в том, что я удивлена тем, насколько мне у вас хорошо. И не уверена, не захочется ли мне в будущем пожить где-то ещё… Но если мы переедем, то как же твой сад и работа Рарртума?

— С работой Рарртума всё просто: он откроет ветеринарную клинику и будет в ней работать. Через её дверь смогут проходить посетители из других миров, так что в этом ничего не изменится. А к крупногабаритным пациентам он сможет выходить сам. Что касается сада — я умею сворачивать пространство, так что смогу создать сад в любом месте. Но мне потребуется время на подготовку, чтобы этот сад без меня не завял.

— И как ты будешь готовиться?

— Поищу садовника, который смог бы за ним присмотреть, а ещё отправлю все созревшие на тот момент цветы адресатам.

— Ясно… Я не могу понять. Вот к Рарртуму приходят люди и животные. Они же приходят не только из вашего мира?

— Верно.

— Но почему тогда они могут сразу же вернуться в свои миры, а мне нужно ждать месяц?

— Это потому что боль и отчаяние добавляют много энергии и усиливают намерение куда-то попасть, найти помощь. За счёт этого внутренние резервы организма почти не тратятся. А для обратного пути используется чувство облегчения, надежды или благодарности… Постарайся вспомнить, что ты испытывала, когда зашла в дверь?

— Лёгкое любопытство, — признаюсь я. — Вот оно как работает! Получается, если бы я очень хотела попасть в этот мир, сил на переход почти не потратилось бы?

— Верно.

— Но я сейчас очень хочу обратно. Пусть мы и оставили моим родным письмо, они наверняка всё равно за меня беспокоятся. Да и я по ним соскучилась — последний раз мы так надолго расставались, только когда я ездила в лагерь. А ещё очень хочется познакомить их с вами и рассказать о том, что у меня происходит.

— Нельзя сказать наверняка, хватит ли этих эмоций для перехода. В случае если нет, снова потратятся твои внутренние резервы. И на этот раз последствия могут оказаться более серьёзными: продолжительная слабость, апатия, снижение критического мышления. Ты даже можешь заболеть. Так что лучше будет, если твой организм сперва полностью восстановится.

— Ладно. Потерплю, тем более уже меньше месяца осталось.

— Вот и умница.

Поднимаемся на холм, с которого открывается вид на сад. Таяна в восхищении застывает. То, что ей так нравится творение моих рук, наполняет моё сердце счастьем.

Прохожу вперёд и показываю, куда дальше идти. Останавливаемся на участке сада с недавно проросшими цветами. Расстилаю плед на траве, корзинку с перекусом отодвигаю подальше.

Таяна опускается на прокрывало и с любопытством смотрит на меня снизу вверх. Ласкаю взглядом её губы. Потом перемещаю взгляд на шею и в разрез сарафана на верхнюю часть груди. Зрелище более чем соблазнительное.

Продолжать бездействовать становится настолько невыносимо, что поддаюсь желаниям и касаюсь гостеприимно приоткрытых губ. Вторгаюсь языком. Действую нежно, но напористо. С удовлетворением отмечаю, что дыхание Таяны учащается. Она проводит ладонями по моей груди, задевая соски. От её ласки член ещё сильнее твердеет, по телу прокатывается сладкая волна возбуждения.

Неспешно освобождаю Таяну от мешающей одежды, проводя пальцами по обнажающейся коже. Таяна выгибается от моих действий, начинает постанывать, чутко отзываясь на малейшее касание. И эта её открытость и готовность получать удовольствие возбуждает больше, чем что-либо ещё.

Осторожно укладываю её на плед. Провожу ладонями по шее, сжимаю грудь, спускаюсь пальцами к клитору, наслаждаясь тем, как взгляд Таяны всё больше темнеет, как в нём появляется всё больше желания…

Лаская пальцами клитор, очерчиваю языком розовую горошину соска. Перекатываю её на языке, словно самое вкусное лакомство… Слегка прикусываю, вызывая у Таяны стон. Перехожу ко второй груди, уделяя пристальное внимание и ей тоже… Таяна раздвигает бёдра и слегка приподнимает их, намекая, что ей хотелось бы большего. Спускаюсь ниже, ещё шире раздвигаю её ноги, а затем начинаю ласкать клитор языком, одновременно трахая Таяну пальцами…

Стоны сменяются всхлипыванием. Таяна кусает губы, впивается пальцами в покрывало… Вздрагивает всем телом, напрягается и кончает.

Любуюсь её затуманенным взглядом, вздымающейся грудью, разметавшимися волосами. Оглаживаю ладонями податливое тело. Спускаю штаны и наконец-то делаю то, чего мне так хочется: погружаю член во влажную тесноту. Начинаю двигаться, постепенно наращивая темп. Любуюсь тем, как дыхание Таяны учащается, а её расслабленность сменяется возбуждением. Впиваюсь в её губы поцелуем… Переплетаю пальцы наших рук. А потом продолжаю двигаться, не отводя от неё взгляда. Она смотрит на меня тоже. Наслаждается тем, что происходит. Что это именно я её сейчас трахаю…

Самое возбуждающее зрелище из всех, что я видел.

Кончаем одновременно. Пьём глазами оргазм друг дуга. Наслаждаемся тем, что другому хорошо. И это многократно усиливает наслаждение…

Перед тем как отстраниться, целую алые губы. Ложусь набок, притягивая голову Таяны себе на плечо. Заключаю жену в кольцо рук. В очередной раз поражаюсь её хрупкости…

Какое-то время греемся под солнечными лучами, а потом ощущение обнажённого тела в моих объятьях становится слишком острым. Упираюсь затвердевшим членом в попку. Оглаживаю ладонью плечико, провожу по груди… Дыхание Таяны учащается. Она начинает ёрзать и постанывать, поэтому спускаюсь ниже и вторгаюсь членом во влажную тесноту. Трахаю Таяну нежно и с наслаждением слушаю стоны, сопровождающие каждый мой толчок… А когда она кончает, сжимая мой член влажными стенками, достигаю разрядки тоже…