Глава 21

На даче мы остаёмся до воскресенья, а потом возвращаемся в город. От предложения остаться ночевать в родительской квартире Данррим отказывается:

— У Таяны слишком маленькая кровать. Мы уже сняли жильё неподалёку, будем ночевать там.

— Танюш, ну хоть ты останься, — просит мама.

Смотрю на своих мужчин, на своих родителей и киваю:

— Хорошо.

— Тогда до завтра, — улыбается Рарртум.

— До завтра, — прощаюсь я.

Как ни всматриваюсь в лица своих мужчин, но обиды или недовольства не замечаю. Когда выхожу их провожать, на всякий случай уточняю:

— Вы ведь правда не возражаете?

— Снова волнуешься? — проницательно замечает Ангурр. — Не переживай. Мы всё понимаем. Ты соскучилась по семье и хочешь побыть с ними. Когда вернёмся в наш мир, ты снова будешь безраздельно принадлежать нам, так что мы потерпим. Тем более стены в ваших домишках слишком тонкие, а если мы останемся рядом с тобой…

— Вам пора! — прерываю его я. — Утром родители уйдут на работу, и мы сможем весь день провести вместе.

— Договорились.

Смотрю, как они садятся в машину, а потом поднимаюсь наверх.

Спать в своей кровати, как раньше, на этот раз странно и непривычно. Очень не хватает мужского тела рядом, которое можно обнять. Окончательно понимаю, что теперь мой дом в другом месте, — рядом с моими заботливыми и бесконечно любимыми мужчинами.

Утром мы с моими драконами завтракаем в кафе, причём расплачивается Рарртум невесть откуда взятой картой. Хотя, конечно, понятно откуда: мир дал. И эта возможность доставать буквально из воздуха разные вещи не перестаёт меня удивлять. Причём карта оформлена на то же имя, что было в паспорте.

Видеть своих мужчин на привычных мне улицах родного городка странно — как будто соединяются два совершенно несоединимых мира. Причём, что удивляет, драконы вовсе не испытывают никаких затруднений: переходят дорогу на зелёный, не выходят на проезжую часть, не пугаются машин, легко расплачиваются картой и без проблем отвечают на вопросы продавцов. Если бы не знала, кто они, приняла бы за обычных горожан.

Показываю школу, в которую ходили мы с братом, детский сад, здание поликлиники. Драконы задают много вопросов и с любопытством слушают ответы. Смотрят на обшарпанные многоэтажки без брезгливости, не морщатся из-за выхлопных газов и обилия машин, за что я им очень благодарна. Вот только пожив в мире драконов, привычный мир больше не воспринимаю обыденным, его недостатки слишком бросаются в глаза. Как будто это уже и не родное место вовсе. Ностальгия есть, но больше по прошлому. Понимаю, что не хотела бы сюда вернуться насовсем.

Показываю драконам то место, где увидела необычную дверь. Никакой двери там не оказывается, всё выглядит точно так же, как раньше.

А потом гуляем по парку. Девушки на моих мужчин заглядываются, а вот они смотрят только на меня. И когда одна наглая блондинка просит телефончик у Рарртума, он с равнодушным видом сообщает:

— Простите, но я женат, и очень люблю свою жену.

Вдоволь нагулявшись, отправляемся в кафе, чтобы пообедать. Заказываю для моих мужчин борщ, оливье, селёдку под шубой, котлеты, пюрешку и морковный торт. Они едят и нахваливают, но мне теперь кажется, что в мире драконов продукты гораздо вкуснее.

По пути домой Ангурр произносит:

— Таяна, я бы хотел тебя кое о чём спросить. Можно?

— Можно, — озадаченно киваю я.

— Мы с тобой говорили о детях. Ты сказала, что пока не думала об этом. Но с того дня прошло много времени. Может быть, ты уже приняла какое-то решение по этому вопросу?

Моего ответа ждёт не только он, остальные тоже смотрят выжидательно.

Улыбаюсь:

— Да, я думала об этом. И приняла решение.

Продолжать не спешу, поэтому Ангурр интересуется:

— И какое решение ты приняла?

— Я хочу от вас детей. И совсем не буду возражать, если первый появится в ближайшее время.

— Правда? — на лице Ангурра расцветает улыбка.

— Правда, — подтверждаю я.

Рарртум и Данррим счастливо переглядываются. Данррим интересуется:

— А что ты думаешь насчёт того, чтобы зачать ребёнка в твоём мире в ближайшие дни?

— Я за.

— Тогда, может быть, завтра?

— Завтра?! Так быстро?.. Но вы же говорили, что нужно найти правильное место.

— Мы найдём. Так что?

— Давайте завтра, — решаюсь я.

Внутри расцветает предвкушение. С одной стороны, нет особой причины торопиться с появлением детей, но с другой — во мне сейчас так много любви, что её вполне хватит и на ребёнка. Очень любопытно, как мог бы выглядеть наш общий малыш, на кого он или она будет похож. Хочется узнать как это — быть матерью.

В дорогу отправляемся с утра, предупредив моих родных, что несколько дней нас не будет.

В пути болтаем и смеёмся, поэтому время пролетает незаметно. Останавливаемся пообедать в небольшом городке и двигаемся дальше. На ночь мужчины бронируют домик, так что засыпаю с чудесным видом из окна. А утром снова продолжаем путь.

К вечеру второго дня сворачиваем на просёлочную дорогу и уже в темноте подъезжаем к озеру.

Рарртум улыбается:

— Мы добрались.

— Место силы где-то на берегу озера? — спрашиваю я.

— Нет. Озеро — это и есть место силы.

— А как всё будет происходить? Мы будем заниматься любовью в воде?

— Да.

— Хм… Ну ладно.

Ангурр устанавливает шатёр. А как только я переступаю порог, Данррим подхватывает меня на руки и относит в ванную. Тянусь к его губам, но он качает головой:

— Сегодня нам всем лучше выспаться, так что умывайся и приходи к нам.

— И даже немножечко нельзя?

— Какая нетерпеливая! Дождись завтра.

— Ну, ладно.

После водных процедур ложусь спать. Мужчины обвивают меня руками и ногами, но и только. Это как-то даже расстраивает. Однако делать нечего, устраиваюсь поудобнее и засыпаю.

Ангурр будит меня на рассвете. Целует так, что по телу прокатывается волна возбуждения, а потом подхватывает на руки и несёт к озеру.

Заходит в воду по пояс и начинает меня целовать.

Вода тёплая, словно парное молоко. Над ней клубится туман, создавая ощущение уединённости. Всё ещё чувствую запахи утреннего леса, слышу перекличку птиц и шорохи деревьев, но постепенно всё это как будто приглушается, отходит на задний план. Остаюсь только я и мои мужчины. Ангурр отпускает меня в воду, чтобы тут же подхватить под бёдра и соединить мои ноги у себя за спиной. Прижимаюсь к горячему телу и целую нежные губы. Ёрзаю, потому что хочется большего.

Мысли в голове словно растворяются, а вот возбуждение разгорается всё ярче. Когда наконец-то наши тела соединяются самым желанным образом, выгибаюсь от пронзительного удовольствия... Занимаемся любовью нежно и трепетно, неспешно, с каждым движением приближаясь к вершине наслаждения…

А когда я застываю на этой вершине, Ангурр кончает, изливая в меня своё семя. Затем передаёт меня Рарртуму.

Моё тело настолько изнемогает, что как только дракон опускает меня на свой член, едва не кончаю. Но снова не получается. Что-то как будто удерживает меня на самом пике удовольствия…

Чувствую всё даже слишком остро… Малейшее касание к моему телу отзывается яркой вспышкой…

Но достигнуть разрядки не удаётся.

Я как будто застыла на вершине. Удовольствие очень острое, тело напряжено до предела. Но кончить снова не получается.

Рарртум со стоном изливается в меня, а потом его сменяет Данррим. Мне настолько хорошо, что даже больно. Хочется уже получить желанную разрядку и в то же время хочется, чтобы эта сладкая пытка продолжалась…

Когда Данррим начинает содрогаться от оргазма, внутри меня словно вспыхивает наслаждение, усиливается, а потом накрывает с головой, заставляя кричать от слишком острых ощущений. Тело потряхивает, словно через него пропускают электрический ток. Мышцы сокращаются от удовольствия. Мне настолько хорошо сейчас, что сознание не выдерживает и милостиво отключается.

Придя в себя, обнаруживаю, что вцепилась в спину Данррима. Осматриваю руки и вижу кровавые разводы под ногтями.

— Я тебя поцарапала! — охаю испуганно.

— Не переживай, — в голосе дракона улыбка. — В месте силы на нас всё моментально заживает.

— Правда?

— Да.

Опускаю ноги на дно озера и заглядываю Данрриму за спину. Удивлённо качаю головой:

— Правда! Следов нет.

— Я же говорил.

— Как ты себя чувствуешь? — подхватывает меня на руки Рарртум.

— Отлично! — довольно улыбаюсь я. — Но такое ощущение, будто разгрузила вагон угля! А мы уже? В смысле, я уже беременна?

— Да, — кивает Рарртум. — Ты совершенно точно беременна. Я уверен.

— Но я ничего необычного не чувствую. Ну, кроме усталости.

— А что ты хочешь почувствовать? Малыш же пока слишком крохотный.

— Ну, не знаю… Но ты точно уверен, что у нас получилось?

— Да. Я точно уверен, — он выносит меня из воды и разворачивается к озеру лицом: — Смотри!

Вчера оно казалось мне совершенно обычным, да и окружающий его лес тоже. Но теперь вижу, что вода кристально чистая, сквозь неё хорошо просматривается белый песок дна. А само озеро имеет форму идеального круга.

Ели, раскинувшие свои ветви над водой, кажутся очень древними. Их мощные стволы и втроём не получилось бы обхватить. Такие деревья я видела в мире драконов, но никак не в своём.

Сквозь ветви елей у нас за спиной пробиваются лучи солнца и мягко озаряют и озеро, и деревья напротив. Природа кажется умиротворённой и величественной. Теперь меня уже не удивляет, что именно здесь место силы.

Рарртум относит меня на кровать, Ангурр подаёт чашку кофе. А Данррим, улыбаясь, протягивает тарелку с клубникой:

— Тут неподалёку есть городок, позавтракаем там чуть позже, а сейчас лёгкий перекус.

— Ладно, — соглашаюсь я. — Чувствую себя такой уставшей!

— Ещё бы, — улыбается Данррим, — ты пропустила через себя силу озера и нашу силу. Это с непривычки может быть сложно. Зато теперь проживёшь гораздо дольше, чем люди вашего мира.

— Из-за того, что через меня прошла сила? — интересуюсь, отхлёбывая кофе.

— Да.

— А если я буду каждый год беременеть, то стану бессмертной?

Вопрос внезапно вызывает у моих мужчин приступ смеха. Нахохотавшись, Ангурр отвечает:

— Это маловероятно. Ресурсов твоего организма настолько не хватит. Максимум можешь прожить до двухсот пятидесяти лет, а потом придётся отправиться на перерождение.

— И сколько раз мне нужно забеременеть, чтобы столько прожить?

— Одного достаточно.

— Эхх… А я-то надеялась!

Это вызывает у моих мужчин новую волну смеха. А Рарртум с улыбкой уточняет:

— В нашем мире есть и иные способы продлить человеческую жизнь — без того, чтобы зачать от дракона.

Веселюсь вместе со всеми, не то чтобы я всерьёз наделась жить вечно. А потом до меня доходит сказанное Рарртумом, и я озадаченно хмурюсь:

— Получается, вы можете продлить жизни моим родным?

— Если я это сделаю, они не смогут оставаться в вашем мире — у других людей появится множество вопросов, ведь твои родные перестанут внешне меняться. После продления жизни стареть они будут очень медленно. Пожалуйста, не питай пустых надежд на этот счёт. Сперва узнай, что думают они сами по этому поводу. Готовы ли переселиться в наш мир и оставить свой.

— Но разве вы не можете достать для них новые документы?

— У вас довольно прогрессивный мир в информационном плане. Есть интернет, где сохранятся фотографии твоих родных. Даже если они откажутся от интернета, всё равно останутся видео с камер наблюдения. Конечно, существует шанс, что об их секрете не узнают, но гарантий нет. Кроме того, им со временем придётся отказаться от общения с друзьями и менять работы — это решение очень сильно повлияет на их жизнь. Пообещай постараться принять любой выбор, который они сделают.

Вздыхаю:

— Ты прав. Я на радостях об этом не подумала… Наверное, пока им и без того потрясений достаточно. Пусть сперва переварят то, что у меня три мужа дракона, побывают в вашем мире, а уже потом расскажу им о возможности жить дольше.

— А о ребёнке когда скажешь?

— Не то чтобы я вам не верю, но мне сперва самой нужно убедиться. А потом обязательно расскажу… А для ребёнка не опасно перемещаться из мира в мир?

— Нет. Наоборот, очень полезно. Как только он немного подрастёт, обязательно нужно будет брать его в путешествия по мирам, чтобы научить выживать в любых условиях.

— Его? Вы уже знаете пол?

— Да. У нас будет мальчик.

— Правда? Здорово! Конечно, я была бы рада и девочке, для меня нет особой разницы. Но мне нравится знать, кто у меня растёт внутри.

— Здорово.

Чтобы позавтракать, останавливаемся в кафе в соседнем городке. Заказываю себе сырники, омлет, жареные колбаски и мороженое. Когда заказ приносят, и тарелки занимают весь столик, то первая мысль, что я пожадничала. Но как-то незаметно под приятный разговор уминаю всё, а потом ещё беру дополнительную порцию мороженого.

В машине почти сразу засыпаю. Никогда не могла спать в дороге. А тут ранний подъём, активные утренние упражнения и сытость сделали своё дело. Сплю до самого обеда, снова поглощаю огромную порцию еды, а потом снова засыпаю.

Весь следующий день провожу так же, кушая и отсыпаясь, из-за неотступающего чувства усталости. Но когда подъезжаем к дому, чувствую себя уже гораздо лучше.

Мои мужчины проводят вечер с моей семьёй, а ночевать возвращаются в арендованную квартиру.

Проводив их, заглядываю на кухню, чтобы задать маме животрепещущий вопрос:

— Мам, а как протекали твои беременности?

— Чай будешь?

— Буду.

Она ставит передо мной чашку с чаем, пододвигает ко мне поближе тарелку с печеньем и улыбается:

— В первые месяца три я чувствовала себя жутко уставшей. Я и так-то всегда с трудом просыпалась на работу, но в тот период было ещё сложнее. Спала по десять-двенадцать часов и всё равно не чувствовала себя отдохнувшей… А что, вы уже задумываетесь о детях?

Киваю:

— Да. Поэтому мне всё интересно.

— Раз интересно, тогда слушай. Но учти, у всех беременность протекает по-разному. Если так было у меня, то совсем необязательно, что и у тебя будет так же.

Киваю, конечно. Но мысленно вздыхаю: хотелось бы мне не пойти по материнским стопам, но, похоже, поздно. Со дня зачатия я постоянно чувствую себя уставшей. Сегодня вот поспала двенадцать часов, казалось бы, должна выспаться. Но ещё только девять вечера, а я уже сонная и уставшая.

— Знаешь, — продолжает мама, — первые месяцы постоянно было такое чувство, словно у меня похмелье. Сильное такое похмелье. Мутило, голова была чугунная, мысли путались. И всё время хотелось спать. Но приходилось вставать и топать на работу. Тебе в этом плане будет полегче — ты сможешь оставаться дома и спать.

— Это точно, — соглашаюсь я.

— А как у вас с разделением домашних обязанностей?

— Да нормально. Они хорошо готовят. У драконов нет женских и мужских обязанностей.

— Значит, тебе повезло. А вот твой отец на момент моей первой беременности совсем не умел готовить.

— Правда?!

— Правда, — улыбается мама. — Но беременность протекала трудно. Врачи запретили мне стоять у плиты, так что твоему отцу пришлось научиться. Конечно, первое время это было очень забавно: он приносил мне картошку и морковку для супа, чтобы убедиться, что порезал всё правильно. А как-то у нас морковка закончилась, так он очень удивлялся, что суп можно сварить и без неё.

— Правда?! Он же сейчас очень хорошо готовит. Не хуже тебя.

— Да. Научился за время беременности. Да и когда ты появилась, я тоже не всегда могла заняться готовкой — у тебя то животик болел, то зубки резались, то ушки ныли. В общем, были периоды, когда поспать мне удавалось только урывками.

— Если было так сложно, как же ты решилась на второго ребёнка?

— Потому что радости от материнства всё-таки было больше, чем сложностей. Ты была такая миленькая!.. Как же быстро растут дети! — мама вздыхает.

— И тебе всё время беременности хотелось спать?

— Нет. Только первые три месяца. Потом всё наладилось, и ещё три месяца я была относительно бодра и весела. Если бы не угроза прерывания беременности, было бы вообще чудесно. Из-за неё приходилось бодро и весело лежать в постели. Хорошо хоть не в больнице.

— А потом?

— А потом наступил последний триместр. У меня изменился центр тяжести, и я стала жутко неуклюжей. Твой отец не мог смотреть, как я что-нибудь режу, боялся, что отрежу себе что-то нужное, и потому запретил мне хозяйничать на кухне самостоятельно. А ещё в какой-то момент живот стал настолько огромным, что я больше не могла завязывать себе шнурки. И твоему папе приходилось мне помогать и в этом тоже.

— Но ведь ты говорила, что у тебя был постельный режим.

— Был. Только от походов в поликлинику это меня не избавляло… Обычно в интернете принято романтизировать период беременности. И это отчасти оправданно. Беременное тело прекрасно. И шевеления малыша внутри тоже, хоть и не всегда. Да и в целом понимание того, что твоё тело способно создать нового человека, — непередаваемо. Но на этом всё не заканчивается. Беременность переносят все по-разному. Мне во многом не повезло, но меня и не рвало, как других моих знакомых. И в больницу я всего три раза за две беременности попала, а некоторые почти весь срок пролежали… А как в том мире с врачами?

— Рарртум сам хорошо разбирается в медицине, но если что, мои мужчины найдут нужного специалиста. Драконы лечат не так, как мы. У них своя магия. Так что в том мире со мной всё будет в порядке… А ты рожала вместе с папой или сама?

— Вместе с твоим папой. Ребёнка мы делали вместе, поэтому я решила, что и на родах будем вместе. Мне так было спокойнее. Найти роддом, в котором твоему отцу разрешили бы присутствовать, было нелегко, но у нас получилось. И я не жалею о своём решении — во время родов голова начинает плохо соображать, хорошо, когда рядом есть кто-то, способный трезво оценивать ситуацию.

— Понятно…

— Ты только в интернете информацию не начинай искать. Там наверняка всякие ужасы. У всех всё по-разному. Моя подружка всю беременность носилась как угорелая. Работала в школе, а потом ещё репетиторством занималась. И через несколько дней после того, как родила, снова продолжила заниматься репетиторством. Но у неё и роды прошли легко и быстро. Она потом говорила, что сходить к стоматологу для неё страшнее, чем ещё раз родить. Так что всё по-разному бывает. Не нужно заранее настраиваться на плохое.

— Хорошо, мам.

К совету я решила прислушаться. То, что в интернете полно всякого, я и сама знаю. Пожалуй, действительно не стоит заранее настраиваться на плохое. Но вот каких-нибудь умных книжек почитать будет нелишним.