ГЛАВА 16

Когда я очнулась, то не сразу поняла, где нахожусь. Тело болело и замерзло, и только спустя какое-то время я вспомнила, что упала в обморок в ванной. То, что мне приснилось, было настолько реалистичным, что сбило меня с толку. Что это было? Почему Амалия так странно выглядела? И что значили ее слова про печать? Какая еще печать? Я обхватила руками голову и вздохнула. Я уже ничего не понимала. Живот почему-то болел, и я притянула к себе колени, а потом испуганно выдохнула, увидев на полу кровь. Долго не могла понять, откуда она, пока не осознала, что у меня просто начались месячные. Из-за своего заточения я понятия не имела, какой сейчас был день по календарю, но, кажется, и правда пора. По крайней мере Моррис не обманул, и я не забеременела. За эти две недели Эдар столько раз в меня кончил, что будь беременность возможна, она бы наверняка наступила. А значит у меня и правда не может быть детей от Эдара. Хоть какая-то хорошая новость за последнее время. Мне даже подумать страшно о том, чтобы носить в себе его ребенка. Я помылась и пошарила рукой по полкам в поисках тампонов или прокладок. Уже успела испугаться, что у женщин-оборотней не бывает месячных и Эдар меня раскусит, но все-таки нашла упаковку с тампонами в одном из ящичков. Облегченно выдохнула, вернулась в комнату и легла спать в одном белье. Сил одеваться уже не было, к тому же Эдар все равно меня разденет, так какой в этом смысл? Хотелось сэкономить время и поспать, пока у меня была такая возможность. Эдар мог нагрянуть в любой момент и вновь потребовать раздвинуть перед ним ноги. И не факт, что мои месячные его остановят. Я закрыла глаза. Все тело зудело от усталости, но я не могла перестать думать о том странном ритуале. Амалия, все эти свечи и жуткая боль в спине на месте шрама… Что если это был вовсе не сон? Если бы только я могла выбраться из этой ледяной крепости и отыскать Амалию.... У меня к ней было очень много вопросов. Проблема в том, что я понятия не имела, где она жила. После аварии она выходила меня и отправила в приют в другом штате, а я на тот момент так странно себя чувствовала, что ничего не запомнила и не спросила. Голова у меня была как в тумане, и все время было ощущение какой-то странной пустоты. Мне как будто не хватало чего-то, но я не знала, чего именно. Только чувствовала, что это было неотделимой частью меня, а теперь этого нет. Как будто лишилась руки или ноги. И еще долгое время чувствовала себя некомфортно. Только спустя годы привыкла к этому состоянию. Чем больше я об этом думала, тем сильнее убеждалась, что Амалия как-то связана с этими странностями, которые происходили с моим шрамом. Но чтобы найти ее и потребовать ответы, мне сначала нужно было отсюда выбраться. А как это сделать, если Эдар мне даже окна открыть не разрешает, я не представляла. Я еще немного полежала, думая об этом, а потом сама не заметила, как уснула. Несмотря на миллион неразрешенных проблем, мое тело было настолько уставшим, что просто отключилось. В этот раз я спала долго. Дольше, чем когда-либо, с тех пор, как меня похитили. И даже сквозь сон я начинала понимать, что это странно. Неужели Эдар так и не пришел? Эта мысль заставила меня открыть глаза. С минуту я не понимала, почему мне так тепло и уютно. И только потом осознала, что лежала на горячей мощной груди, которая мерно вздымалась. Я застыла, не веря в происходящее. Эдар лежал с обнаженным торсом, но в штанах. Одной рукой он обнимал меня за талию, а второй поглаживал бедро. А я лежала всем телом прямо на нем, уткнувшись лицом в его грудь, и тихо млела от ужаса. О Боже… Как это вообще произошло? Когда он успел уложить меня на себя и почему я не проснулась? Я очень старалась не шевелиться, но Эдар все равно почувствовал мое пробуждение. Его рука вдруг сжала мою ягодицу, и я услышала его хриплый шепот: – Ну, наконец-то. Он взял мою руку за запястье и опустил на свой пах. Даже сквозь ткань штанов я почувствовала, что член у него был напряжен. Он недвусмысленно рыкнул и резко подмял меня под себя, раздвигая мне ноги коленом. – Эдар, у меня эти дни. Я не могу сегодня. Он застыл и нахмурился, нависая надо мной. – Что у тебя? – Ну… Эти дни. Месячные. Он так странно смотрел на меня, что мне стало очень неловко. Я почувствовала, что краснею. – Это когда кровь идет, – пояснила я. – Оттуда. Эдар продолжал хмуриться, а я уже занервничала не на шутку. – Понимаешь, у женщин, если не наступает зачатие, то… – Я знаю, что это, – зарычал он. – Тогда, может… Ты слезешь с меня? Эдар даже не шевельнулся, продолжая прожигать меня странным взглядом. – Из какой ты, говоришь, стаи? Я сглотнула. – Я же говорила. Не из какой. – Но ты ведь родилась в какой-то стае. Я хочу знать в какой. И я хочу знать, за что тебя изгнали. У меня задрожали губы. То, что его колено было между моих ног, а лицо в опасной близости, только сильнее усиливало тревогу. – Почему ты спрашиваешь? – Потому что я еще ни разу не слышал, чтобы волчица называла свое месячное кровотечение «этими днями». Насколько я знаю это длится всего один день. Какие еще «дни»? Я прикусила губу. Серьезно? Ох, и откуда мне было это знать? На удивление, месячные у меня тоже длились всего один день, и сейчас я была благодарна создателю за это совпадение. На самом деле это считалось аномалией, но сколько бы я ни обследовалась, врачи не могли найти причину. Но, как же, черт возьми, это было удачно. Кто же знал, что моя гинекологическая особенность в конце концов спасет мне жизнь. – Просто я очень долго прожила среди людей. Ну, когда меня изгнали из стаи. А так, конечно, у меня тоже всего один день. – Я спросил из какой ты стаи. – Из далекой… Очень далекой. Ты ее точно не знаешь. Эдар приподнял бровь. – Я предупреждал тебя, что не потерплю лжи. – Я не лгу… – Пусть так, Камилла. Я все равно выясню правду. И если окажется, что ты мне лгала, ты очень сильно об этом пожалеешь. Сердце у меня так сильно забилось, что его стук отдавался в ушах. Эдар хмыкнул, а потом опустился еще ниже и слегка прикусил мою нижнюю губу. Рыкнул и начал стаскивать с меня белье. Я вздрогнула и схватила его за руки. – Подожди. Я ведь сказал, что у меня кровь… – Кровью меня не отпугнешь, Камилла. – Эдар… Пожалуйста… Я очень устала. Он остановился и смерил меня недовольным взглядом. – Пожалуйста, – прошептала я. – У меня живот болит. Дай мне всего один день. Я особо ни на что не надеялась и ожидала, что он сорвет с меня белье, но Эдар на удивление поджал губы и лег. – Тогда спи, – рыкнул он. Я ошарашенно оглянулась на него, не веря, что он и в самом деле согласился дать мне передышку. Неужели он даже не потребует взамен ласкать его ртом? Это было настолько не похоже на него, что я не могла перестать смотреть на него с немым удивлением. – Спи! – зарычал он. Я вздрогнула, перевернулась на бок и закрыла глаза. Но Эдар резко подхватил меня, устроил у себя на груди и вновь стиснул бедра. Его напряженный член уперся мне в живот, а сердце под моей ладонью билось очень сильно. – Спи, – уже спокойнее сказал он. – Всего один день, Камилла. А потом я спрошу с тебя вдвойне.