Глава 2

— Я тебе доверяю, как никому в этом мире! Кроме тебя, как мужчины, любимого мужчины, мне никто не нужен! Мне нет дела до других мужчин, оборотней, Альф в этом самом смысле. — вторя его сумбурным объяснениям, слова полились из меня мощной рекой. — Но! Сергей! Если ты захочешь быть со мной, когда я разберусь с Зальцманом, я буду с тобой, твоей! Не сейчас! Я не хочу рисковать всеми в этом доме, если с кем-то из нас что-то случится, что будет с ними? Да, я когда-то сказала, что любовь подразумевает под собой эгоизм, но тут слишком много жизней и судеб замешано! Я не стану скреплять союз, а сопротивляться этому инстинкту все труднее и труднее. Ты моя пара! Никто другой, никого лишнего! Все это время, рискуя собой, выкидывая сюрпризы и слушая своих тараканов, я пыталась понять кто я такая и как мне дальше жить. Меня не надо учить, Сергей. Ты — это ты, а я — это я. Мы разные. Ты ничему меня не сможешь научить! — я сбросила его руки с плеч, переводя дыхание.

— Альфой, по-твоему, быть просто? — тихо спросил он, а я не решалась встретиться с ним глазами, предпочитая смотреть в пол.

— Нет. Не просто. Но я не хочу быть таким Альфой, как ты, как другие. Я другая! Я большую часть жизни была человеком, у меня другие ценности, другие понятия!

— Все совершают ошибки, Вика, и ты их будешь совершать.

— Ошибки? Сергей, вы укокошили четырех женщин, которые умерли рожая от вас детей! Ты привез меня сюда в первую нашу встречу и запер в подвале, в клетке! Ты позволил другим Вожакам гостить в своем доме! Поверил им! Ты спровоцировал их на планы по собственному уничтожению. Ты терял людей, семью, но и тут ты решил не останавливаться, а проколоться с Кариной и ее лже-беременностью. Вновь погибли люди. Дети… Как они вообще с тобой выжили? Зак! Почему он не ходит в школу? Он хоть писать умеет? Сергей, я не хочу быть таким Альфой! Поэтому я не спрашиваю советов у тебя, а набиваю собственные шишки… Пойми правильно… Хотя бы попытайся…

— Я ошибся, да… Пусть не раз, но не все так глобально! — вскинулся он.

— Ошибся? Ошибся, Сергей — это под холодной водой вымыть голову Head Shoulders ментоловым… это ошибка. А ты… В общем, у нас разное отношение к этому, у нас даже значения разные для этого слова. Для меня это… жестокость и глупость… не просветная…

— Все сказала? — я кивнула, вздрогнув от его голоса. — Молодец! Вот и удачи тебе! Ты же у нас другая, особенная! Вперед! Сама и разбирайся со своим дерьмом!

Я, как-то разом сникла и печально взглянула ему в след. Вот он сейчас уходит, такой обиженный, гордый, даже не обернувшись, а я ничуть не жалею о сказанном. Жалею, что сейчас именно это пришлось сделать, когда между нами и так устаканились натянутые отношения. Слезы предательски защипали глаза. Ну, а что я хотела? Где же моя хваленая женская гордость? Могла же все это высказать по-доброму, по-хитрому… Замылив глаза и пустив в них пыль… Осторожно… Намеками… Могла, конечно… Раньше так и делала… А сейчас, как-то все навалилось. Только мне показалось, что что-то в моей жизни идет на поправку, как случается новая лажа… Я такая тупица…

— Птаха… — тихий голос позади заставил зажмуриться и поспешно проморгать слезы, прежде чем обернуться. Миша и Амалия смотрели на меня тепло и участливо, даже жалостливо, настолько, что я чуть опять не разревелась.

— Вы все слышали?

— Не только мы, — поморщившись признался Миша.

— Они в восторге от тебя, Вика. Его стая любит тебя, и будет сражаться за тебя, как за его самого. — включилась Амалия. — Дай ему время. Он отойдет…

— Я дала. — обижено просопела я. Но он только что меня, кажется, бросил и не захотел это самое время брать… — Что мне делать? Уезжать? А дети? А вы? — глаза вновь защипало, а я разозлилась на саму себя, впившись ногтями в ладони.

— Эй, ты чего?! — перепугался Миша.

Незаметно нас начали окружать люди, точнее оборотни. Кирил, Стивен, еще один Кирил, Зак, мои девочки. Они все мне говорили что-то хорошее, пока я откровенно ушла в себя основательно. Даже Катия… И мне это помогло, правда. Поддержка и теплые слова со стороны они окрыляют, придают сил… И хоть я и чувствовала себя, как на собственных похоронах, но мой мозг резко зафонтанировал гениальными идеями… И плевать, что они самоубийственные… Как будто в первый раз…

Я уехала в этот же вечер, полностью выбросив из головы наш разрыв с Сергеем. Он временный — я уверена. Пара дней нам понадобилось на оформление документов девушкам. Спасибо моему флеру, я только сейчас начала осознавать, какая власть в моих руках. Ну случаю… Начальник паспортного стола оказался мужчиной. Девушки оттаяли немного за это время, а увидев мою квартиру вообще выпали в осадок.

Время наступало на пятки, поэтому мы забрали документы и тут же забронировали билеты на ближайший рейс.

Едва мы спустились с трапа самолета, как тут же взяли минивэн в аренду. Амалия с Мишей вовсю ворковали на задних сидениях, вызывая приторно сладкие спазмы. До того эта парочка была ванильной. А грозного и хмурого Миху, я вообще не узнавала. Мои девченки сидели тоже позади, кроме Катии, она сидела рядом со мной, а ей в затылок время от времени бросал задумчивые взгляды Стивен. Уж кого я не ожидала увидеть в своих попутчиках, уезжая из особняка Сергея, так это его. У меня уже сложились определенные догадки, причиной которых и были эти самые его взгляды в сторону кучерявой девушки.

— Итан, малыш, привет… — пропела я нежным голоском в трубку, явно не ожидавшему моего звонка оборотню.

— Вика?! Приятно удивлен… — врет, однозначно. Он, кажется, даже чем-то подавился. — Чем обязан?

— В гости звал? Я еду! Диктуй адрес. — сразу же взяла быка за рога я.

— Гости? Едешь? Адрес?

— Итан, снимай с тормоза, я тебя прошу. Куда подъехать? — позади послышались приглушенные смешки.

— Хорошо… Есть куда записать? — недолго подумав отозвался он.

— Сообщение скинь на этот номер, так будет проще. — Др встречи. Чмоки-чмоки. — нажав отбой, я тоже рассмеялась вместе с хихикающими кто в ладонь, кто в кулак, а кто и в плечо, оборотнями. — Сколько вы там говорили у него Волчиц?

— Трое. — отозвалась Лана. — По крайней мере месяц назад было трое.

— Я же правильно понимаю, все согласны с будущим пополнением в наших рядах?

Все дружно загалдели, заулю-лю-кали и я со спокойным сердцем проложила путь по полученному в сообщении от Итана адресу.

"Четыре Волчицы не стая, бла-бла-бла… "- вспоминала я слова Сергея, злорадствуя. Посмотрим, что ты скажешь, когда нас будет еще больше!

Сказать, что я была удивлена, ничего не сказать. Нас встретил огромных размеров особняк, с большим заездом и парком перед домом. Настолько ухоженным и современным все было вокруг, что мне стало стыдно за обитель Сергея. Да и оборотни этой стаи не норовили меня убить, на первый взгляд, скорее контролировали, чтобы это я никого не убила. Мне разом вспомнились все фильмы про шпионов, спец агентов и телохранителей, когда трое в черных костюмах и начищенных туфлях двинулись к воротам, открывать их для нас. Нам даже это трио кивнули, прежде чем один из них что-то нажал сбоку и ворота пришли в движение.

— Как думаешь, Итан их приодел для нас, чтобы произвести впечатление? — тихо спросила я у своих пассажиров.

— Не думаю, — пожала плечами Лина, — Вон какие вышколенные… — что-то мечтательное промелькнуло в ее глазах, что я непроизвольно дернулась. Странный взгляд определенно: толи она раздумывает, как их особо жестоко убить; толи реально ест их глазами и вот-вот облизнется.

— Спасибо, мальчики. — поблагодарив ошарашенных от моего веселого тона охранников, я поехала по дороге к дому, поглядывая в окна. И лавочки, и кованые беседки, небольшой пруд с мостиком, фруктовый сад, цветочные клумбы, чего тут только не было. Здесь было умиротворяюще красиво, именно так я представляла себе свой будущий дом, для меня и моей стаи, возможно и близнецов — красиво, спокойно, просторно и штукатурка чтобы на голову не сыпалась, как у Сергея.

— Еще… — присвистнула Лина, когда я уже припарковалась. Я проследила за ее взглядом замечая еще двоих в костюмах, выходящих из дома и направляющихся к нам.

— Не нравится мне это, Птаха… — поворчал Миша, — Странные они какие-то…

— Все вопросы к производителю. — хохотнула я, выбираясь из машины. — Что-то мне подсказывает, что это блажь местного Альфы, а не желание парней по жаре расхаживать в костюмах и закрытых туфлях.

Нас окинули равнодушными взглядами, удостоив кивками и приглашением следовать за ними. Мы и последовали. Дом поражал размерами и чистотой. В глаза то и дело бросались просторные комнаты и натертые до блеска предметы. Мебель, рамы, перила, картины, зеркала — все сверкает до рези в глазах. Моё воображение живо подкинуло мне картинку, как оборотни вылизывают и полируют весь дом.

— Виктория… — томно протянул Альфа, вперившись в меня напряженным взглядом, — И ее друзья. — тут его взгляд стал еще и хмурым, стоило заметить Волчиц. — Рад видеть вас в качестве своих гостей, и просто жажду узнать последние новости… — махнув в сторону красивых диванов и большого стола, он первым занял место и молчаливо ждал, когда вся наша компания усядется. — Что будете пить?

— Напитки. Освежающие. Безалкогольные. На твой выбор. — улыбнулась я.

— Как скажешь. — мужчина обернулся и от куда-то тут же выступил очередной костюм, слушая распоряжения Альфы. Вот это ничего себе… — Как прошла дорога? — спросил он, едва костюм скрылся из виду, вновь повернувшись к нам.

— Отлично, Итан. Спасибо, что спросил. — улыбнулась я, внутренне негодуя. Мы видели уже достаточно оборотней и все они мужского пола. — Я приехала, чтобы тебе помочь, потому что теперь у тебя есть, что мне предложить…

— И что же это? — заинтересованно подался вперед оборотень.

— Ты сказал, что не пойдешь против Зальцмана, верно? — дождавшись его кивка, я удовлетворенно кивнула: — Я попрошу от тебя того же: не идти против меня. — его брови нахмурились и поспешила внести ясность:

— Меня не надо поддерживать, сражаться на моей стороне, даже не надо за меня голосовать, ничего из этого и тому подобного. Просто, чтобы не задумал Зальцман, ты его не поддержишь, сохранишь нейтралитет. Ни мне, ни ему. Улавливаешь понемногу о чем я?

— Я прекрасно тебя понял, Вика. — усмехнулся он, видимо уже приняв решение. — Я, конечно же, даю тебе слово не учавствовать в делах Зальцмана, касающихся тебя…

— И моей стаи! — поправила я мужчину, перебив.

— Твоей… стаи… — задумчивость с шоком отразились на его лице всего на мгновение. Но надо отдать этому мужику должное, он толи быстро соображал, толи быстро брал себя в руки, контролируя свои эмоции. — И твоей стаи. — дополнил он, откинувшись на спинку дивана.

Нам принесли напитки в больших блестящих стаканах, со льдом, мятой и лаймом. Если это Мохито, я надеюсь он безалкогольный. Девушка в черном платье средней длинны и белым воротничком, молча поставила тяжелый, заставленный разнос на стол и так же молча удалилась, под мой недоуменный взгляд. Я покосилась на Лину, так уж сложилось, что мы вдвоем оговаривали всевозможные ситуации на чужой территории, пока остальные предпочитали слушать, и она, верно поняв мой молчаливый вопрос, покачала головой. Я немного зависла:

— Ээээ… Итан, а почему тут люди? — в том что девушка была человеком у меня сомнений не осталось. — Разве оборотни не избегают их? А, как же сохранение тайны?

— Я тебя понял, Вика. — он был приятно удивлен, и его улыбка в кои то веке не походила на ухмылку, или оскал. — В моем доме другие законы, но они никак не нарушают наши. У меня есть прислуга, пара садовников, дворник и шеф-повар, все они люди. Моя стая контролирует себя и не создает мне проблем в контакте с людьми. Я хорошо плачу всем кто заботится о нашем доме, подстраивая их график под фазы Луны. Да, какое-то время нам приходится справляться с готовкой самостоятельно, а горничным после десятидневного отсутствия с особой маниакальностью драить то, во что мы превратили за это время дом, но оно того стоит. Мы цивилизованные люди. — я почувствовала себя мороженкой, вот чем больше он говорил, тем больше я таяла. Я же именно этого и хотела: жить бок-о-бок с людьми, чтобы дети ходили в школы, возможно и детские сады, чтобы Волки не чурались и не брезговали соседством с обычными людьми. Мы же по факту ничем особым не отличаемся, у нас даже наоборот больше проблем, обязанностей и тд.

Смешок Катии заставил меня сбросить сладкую пелену с глаз и вспомнить, что я имею дело с Альфой. Двое из четырех меня ни разу не порадовали, а лишь врали, пытались манипулировать и совершенно не отличались человечностью, да и вообще рациональным подходом к чему-либо.

— Это впечатляет… — вынуждена я была признать. — И это в корне отличается от…

— Порядков Серого? — предположил Альфа во время моей заминки.

— От того, что я ожидала увидеть. — тактично уйдя от ответа, я решила сменить тему разговора: — Так, и где твоя Волчица?

— Внизу.

Все! Больше он мне не нравится. Точно такой же, как и все остальные, только разве что фасадом прикрылся. Рядом дрогнула Катия, я нащупала ее ладонь на диване и слегка сжала, поделившись спокойствием и поддержкой. Признаться, это было непросто, когда внутри меня самой клокотали злость и разочарование.

— Я думаю, мои друзья могут остаться здесь! — я не спрашивала, я приказывала. — А мы с тобой отлучимся. — Миша со Стивом было дернулись, но я взглядом усадила их на место. То-то же!

— Нет проблем. — Итан поднялся и галантно предложил мне локоть, за который я тут же взялась, бросив грозный взгляд на своих парней. Еще не хватало, чтобы они нам все запороли.

Недолго петляя по коридорам мы остановились у тяжелой двери, за которой была широкая лестница. Я послушно семенила рядом с мужчиной, подстраиваясь под его шаг, игнорируя его любопытные взгляды.

За еще одной дверью оказался подвал, но в нем не оказалось того, что я ожидала увидеть. Вместо клеток тут стояла больничная койка, на которой привязанная ремнями лежала девушка. На стуле рядом с койкой сидел очередной костюм, который подскочил с места при нашем появлении, а после кивка Итана и вовсе удалился. Я смотрела на выкрашенные белой краской стены, на какие-то приборы и шкафчик с бутылочками, скляночками, баночками, таблетками за стеклом, как на нечто пугающее. Рядом стояла небольшая кушетка, тоже больничного образца. Под потолком небольшое окно без решеток, ставней, просто окно. Я была в шоке. Если бы Итан не начал говорить, я бы обязательно спросила: "Где клетки? Где колодки? Где всё???".

— Мы не можем держать ее на успокоительном и транквилизаторах постоянно. Ремни и охрана — это вынужденная мера, Вика.

Вика… Вика была в шоке…

— Итан, а другие Волчицы… Они где?

— Наверху, а что? — любопытный взгляд прошелся по моему опешившему лицу.

— Просто… Спросила…

— Я, кажется, понял от куда ветер дует. — изрек он с видом всезнайки. — Подвал Серого…

— Итан, все в порядке. Не бери в голову. — отмахнулась я.

— А Волчицы, которые с тобой приехали, они от куда взялись? Пойми правильно мой интерес, на счету каждая, а с тобой прибыло четыре. Столько только у Зальцмана, но с ним я разговаривал сегодня утром. Если бы не его звонок, я бы решил, что ты его укокошила и подмяла под себя его Волчиц. — вот оно значит, как… А Лина мне говорила, что у Марка не четыре, а шесть Волчиц… Неужели Итан, в самом деле, такой беспросветный кретин, что верит этим двоим? То, что он не учавствовал в обмене самками мне сказала Амалия, ей я верила. Но это еще не делает его хорошим. Ну подумаешь не стал делиться своим, и что? Просто жадный, но не хороший…

— Они моя стая. — я пожала плечами, переключившись на девушку. Взгляд затуманенных карих глаз бездумно уперся в потолок. Худощавость проступала острыми ключицами в вырезе белой длинной майки. Нос с небольшой горбинкой. Чувственные губы чуть приоткрыты с ярко выраженным контуром. Она была симпатичной, но от нее за версту разило опасностью. Я ощущала это каждой клеточкой своего тела и вздыбленным волосяным покровом.

— Раз уж мы с тобой подружились, позволь дать тебе совет. — отвлек меня Итан. — Я, конечно, дал тебе слово и сдержу его, не участвуя в делах Зальцмана и твоих. Но не могу не сказать, что ты не к тому с этой просьбой пришла. Я ему и так не помогал в ситуации с Серым, отказавшись выделить Волков для наступления. Тебе договариваться об этом нужно с Бэнджамином, а не со мной. Я не позволю своим людям гибнуть из-за чужих распрей… пусть даже и в которых ты трофей. А вот Бэн… С этими двумя нужно быть настороже. Действеннее бы было отделить его от Марка.

Я слушала в пол уха. Да, он прав. Если бы мы не убили Бэнджамина, я бы именно так и поступила, и ноги бы моей не было в этом доме в такие короткие сроки.

— Спасибо, Итан. Еще немного и я подумаю, что ты обо мне переживаешь. Осторожнее, я могу решить, что ты ко мне неравнодушен.

— Так и есть. — кивнул он. — А теперь, когда у тебя Волчицы, которые якобы в твоей стае, ты оставляешь меня еще более неравнодушным к себе, Виктория. Это интригует и волнует…

— Сбавь обороты, я с Сергеем.

— Это не мешает мне быть заинтересованным тобой и восхищаться. Я же не домогаюсь к тебе.

— И то верно. — улыбка вышла напряженной. — Я могу обратиться?

— Конечно.

— Чего стоишь? Выйди.

Хохотнув, мужчина скрылся за дверью, позволяя мне раздеться и, сложив вещи в стопочку на стуле, обратиться.

Усилившийся запах медикаментов резанул по обонянию. Я поморщилась и чихнула. Итан тут же вошел обратно, не удивлюсь, если, собака такая, подглядывал. Извиняющее взглянув на него, я задрала голову вверх и завыла, пытаясь установить связь наобум, не трогая своих. Не знаю, как Итан пояснит людям, пребывающим в доме, все вот это- я к такому не готовилась. Пришлось действовать на свой страх и риск.

К моему вою подключались все новые и новые голоса, давая понять, что избежать своей стаи у меня не вышло. Затем примешался треск. Я взглянула на койку, где уже сидела девушка, лихорадочным взглядом изучая меня. Пара мгновений, и она полностью освободилась, обернувшись в белую Волчицу с милой рыжиной на ушках и мордочке. Затем к нам вбежали мои девочки, а за ними в подвал вошли еще две незнакомые Волчицы.

От вида испуганного и шокированного Итана стало стыдно. Некрасивая ситуация получается. Приехала помочь, вроде как, одной, а забрала всех в свою стаю. Я вновь извиняюще взглянула на Альфу, оставшегося без самок. Он хмуро кивнул и тут же обратился.

"Силен, собака!" — подумала я, глядя на черно-белого Волка. Зверь у него донельзя красивый. Он завыл монотонно, громко, протяжно. У меня засвербело в голове от этого воя. Взглянув на поморщившихся Волчиц, бьющими хвостами о пол, я поняла, что не одной мне доставляет это дискомфорт.

Через пару минут Волк сжалился над нами и прекратил свои песнопения. А еще через минуту встал на две ноги абсолютно голый с ненавидящим взглядом, устремленным на меня. Волчицы облегченно выдохнули. Я обратилась и поспешила натянуть хотя бы штаны, прежде чем заговорить:

— Прости, Итан. — начала я. — Ты не так плох, как остальные, но я вынуждена была использовать подчинение. Мы можем поговорить спокойно?

Мужчина кипел гневом. Его ноздри трепета ли от учащенного дыхания, а мускулы на теле то и дело вздувались.

— Пожалуйста, выслушай. — доверительно попросила я, положив ладонь на его грудь. Меня тут же обжог жар его тела.

— Я выслушал, принял себя в своем доме! И как ты поступила?

— Итан, оглянись. — попросила я, обводя рукой притихших Волчиц. — Что ты видишь? Кого? Я не отобрала у тебя стаю, пойми. Здесь нет ни одного мужчины.

— Вика-а-а, — впадая в ярость, протянул он.

— Итан! Я не знаю, как это работает! Возможно, я ущербная или немощная какая-то, но моему подчинению подчиняются только женщины! Ну и три Волчонка тоже. Уж прости за каламбур. С мужиками это УУУ-УУУ-ууу, не работает! Прости! — выговорившись я доверительно взглянула в его лицо, состроив жалобные глазки.

— И от куда ты взялась на мою голову?! — рыча пробасил он.

— Это спорный вопрос, что именно на твою. — осознав, что рвать на лоскуты меня не собираются, я кивнула на бело рыжую Волчицу. — Она кажется в порядке…

— У меня очень много вопросов Виктория…

— Леонидовна Белова. — дополнила я и обезоруживающе улыбнулась. Не знаю, что подействовало: улыбка, или то, что я так и не успела надеть хотя бы лифчик. Итан смягчился.

— Ах вот оно в чем дело… Ну теперь дорогуша ты должна, нет ОБЯЗАНА, ответить на все мои вопросы… — с соблазнительным прищуром поставил он меня перед фактом.

— Хорошо. — я сдалась. В конце концов, что я теряю? — Выйди, пожалуйста, мне нужно девочек вернуть в… удобное состояние.

— И чего я там не видел?

— Видел? Запомнил? Вот и вспоминай по памяти! Будь человеком, день только начался, я не хочу так безрассудно и расточительно уничтожать одежду.

Выдохнув он вышел, оставив меня наедине со своей стаей. Времени особо на знакомство не было, поэтому мы лишь бегло познакомились с новыми членами нашей стаи — Ириной, Ксенией и Агнией. Удостоверившись, что ни в каких подвалах и прочих пыточных девушек не содержали, они не подвергались насилию и тд, я с легким сердцем поспешила выйти за дверь, чтобы продолжить разговор с Итаном, спихнув новеньких на Амалию с остальными.

— Ээээ-эээ… — только и вырвалось у меня, стоило открыть дверь и увидеть троих костюмов. — Я, типо, под конвоем?

— Виктория? — сам спросил, сам себе кивнул один из них. — Следуйте за мной. Девушек проводят остальные.

А вот хрена вам лысого!

— Я никуда не пойду, пока мы не отведем девушек к моим друзьям и я не буду уверена в их безопасности.

Костюм скрежетнул зубами, но кивнул двум собратьям. Дождавшись когда девушки закончат и присоединяться к нашей процессии мы отвели их в ту же гостиную, из которой мы с Итаном и удалились в подвал. Миша и Стивен застыли в напряженных позах, их окружал добрый десяток совсем недобрых костюмов.

— Что здесь происходит? Вас били? — повертев головы своих оборотней в разные стороны, и не найдя следов побоев, я выдохнула.

— Они доставили легкий дискомфорт обитателям этого дома, своим чрезмерным любопытством. — отчитался все тот же костюм. А я, что-то не поняла: остальные, что глухонемые, или языки куда засунули?

— Все в порядке? — дождавшись двух кивков, я стрельнула глазами в ряды костюмов. Эх, хороши, заразы. Вот как на подбор. Плечистые, красивые, фигуристые, мужественные… Рассадник, ё-моё. И все пожирают глазами моих девочек. А я то думаю, что Миша так покраснел от напряжения. Ревность, она, знаете ли, не красит.

— Стив, принеси одежду из машины для девочек. — оборотень ушел, а за ним следом пошли два костюма. Нет, ну охрана, ей-богу. — Ты, разговорчивый, веди меня к своему главному, и смотри мне… — пригрозила я, — не дай бог, он не вернется, или кто-то из них мне пожалуется! — дальше я как-то угрозу не придумала, поэтому просто помахала кулаком перед безэмоциональной физиономией. — Шагай.

Меня привели не в кабинет, как я ожидала, а в спальню. В спальню, мать его, Итана! Вот какого хрена он делает? Зачем меня дискриминировать? Это вообще нормально? Пересуды еще пойдут…

— Не стой на пороге. — его голос прозвучал вместе с хлопком двери. Это сбежал костюм, которого я допекала всю дорогу, измываясь. Кремень мужик! Правда, часто скрипит зубами. Я слышала, так при солитёрах в организме бывает…

— И куда мне идти? — я осмотрелась. Большая кровать с персиковым постельным и покрывалом. Большой стол и стул, всего один. На стене огромная плазма, под которой столик с бутылками. Справа стереосистема. Сам Итан стоял в пижамных штанах в широкую полоску, держа стакан в руках, у стены с напитками и плазмой, что-то себе подливая. Я улыбнулась. Штанишки занимательные, точь-в-точь, как в моем детстве клоуны в цирке носили, только эти на бедрах надеты, да и на скульптурное тело. Наглеть — так до конца. Я уселась за его стол, крутанувшись на удобном белом офисном стуле, и расслабленно закинула ноги на стол.

— Выпить хочешь? — хмыкнув, спросил он.

— А не отравишь?

— А это выход… — он сделал вид, что задумался… или и в правду задумался.

— Спасибо, воздержусь. — ухмыльнулась я. — Что ты хочешь знать?

— Я хочу знать кто и в чем мне врет, Виктория. Ты или Зальцман… Второму у меня есть причины не доверять, но даже он не вторгался на мою территорию и не подчинял себе Волчиц. Моих Волчиц! Тебя я знаю… Я тебя вообще не знаю… — отхлебнув их стакана, он изучающе прошелся по мне взглядом, прежде чем добавить:

— Но одно могу сказать точно, ты, как то шампанское, всегда бьешь в голову, хотя на первый взгляд и послевкусие легкая, ранимая и слабая… Сказать почему, я не помог Зальцману и прекратил интриги против тебя? — дождавшись моего кивка, он продолжил, — Ты, Вика, очень хорошо врешь… И это не комплимент. Это констатация факта. Но я тоже. Моя стая превыше всего. Пусть все остальные хоть глотки себе перегрызают — меньше потенциальных врагов останется. Мне плевать. Я солгал раз, второй и третий, во благо своей стаи. И посмотри итог: вот мы, два врага, лгущих человека, мирно беседуем, после того, как стая Зальцмана поредела почти в двое, стая Серого лишилась… пяти, кажется. Бэнджамина низшие тоже мертвы и прикопаны где-то в лесах Серого. Это не наши методы…

— Ты ошибаешься… — улыбнувшись, я потянулась и, заложив руки за голову, попросила плеснуть мне того же, что пьет он сам. — Хотел знать все и правду? Я расскажу! Но будь уверен это изменит твои взгляды на все: на мир, оборотней, женщин, хорошо-плохо. И ты пообещаешь мне перед своей и моей стаей, что не тронешь человеческих женщин и не возьмешь силой ни одну Волчицу. Если это выполнимо, я готова к рассказу и более того, приму тебя в круг своих друзей. — мужчина думал пару минут, пока я принюхивалась к стакану и его содержимому. Абсолютно ничего не смыслю в алкоголе, но это явно не вино, а значительно покрепче.

— Рассказ будет занимательным, я чувствую! — передо мной на стол поставили бутылку, почти полную янтарной жидкости, и уверено пробасили:

— Это чушь, собачья, и я, разумеется, могу тебе это пообещать. Прости, Вика, но Зальцман рассказал мне о детях из стаи Серого. Я не готов на ближайшие, считай, пять лет становиться нянькой, неполноценным детям, даже если будут гарантии, а не только слова Зальцмана. К тому же, ты нарушаешь сейчас закон — самки стаи собственность Альф. Никак иначе. Я имею право убить тебя на этом самом месте, и не только вернуть своё, но и забрать твоё, Вика!

— И что же не убиваешь? — прищурившись спросила я, глядя в глаза мужчины, в которых уже плескался ответ — похоть и выгода.

— Что-то мне подсказывает, что ты можешь мне предложить гораздо большее в перспективе…

— Это здравый смысл подсказывает, Итан!