Глава 48

Я проснулась и сразу же почувствовала горечь, потому что Нейта не было рядом. Приподнялась на локтях, заметив, что боль уже отступила. Я оглядела больничную палату, но нигде не увидела Нейта. Неужели мне приснилось, что он не отходил от меня? Я до сих пор ощущала прикосновение его горячей ладони на своих руках. До сих пор помнила, как его запах обволакивал меня обещанием защиты и тепла. Он точно был со мной. Так куда же он ушел? Почему снова оставил меня одну? Я прождала минут пять, но он все не приходил. Стало тревожно. Я скинула одеяло, подняла больничный халат и оглядела свой покрытый бинтами живот. Хотелось осмотреть рану, но бинты плотно прилегали к коже. Хоть боли я не чувствовала, но кожа живота чесалась, и невыносимо хотелось снять бинты. Я слегка подцепила их пальцем и тут же вздрогнула, услышав звонкий голос у двери. – А вот этого лучше не делать. Все тот же молодой врач укоризненно покачал головой и подошел ко мне. Я смутилась. – Извините. Просто хотела посмотреть. И чешется немного… – Сейчас сделаем новую перевязку. Самой рану лучше не трогать, чтобы не занести инфекцию. Он взял ножницы и разрезал на мне бинты. Они упали на кровать, открывая мой живот, и от увиденного мне захотелось плакать. Я не узнавала собственное тело… Мой живот покрывало сплетение красных шрамов. – Они уже не пройдут, да? – сдавленно спросила я. Доктор рассмеялся. – Девушки – такие девушки. Вы должны радоваться, что остались живы, а вы о шрамах переживаете. Я прикусила губу и вновь опустила взгляд на свой живот. Ужас… Даже смотреть страшно. Я теперь никогда не надену купальник. И Нейт, наверное, больше меня не захочет. Его эти шрамы точно отпугнут… Хоть я уже не понимала, что чувствовала к нему, но от этого осознания мне стало невыносимо грустно. Почти до слез. Несмотря на всю неоднозначность наших отношений, я отчетливо поняла, что хотела привлекать его. Хотела быть красивой в его глазах. – Не беспокойтесь, все не так плохо, как кажется, – сказал доктор. – Краснота пройдет через недельку, и выглядеть уже будет гораздо лучше. Швы тоже рассосутся. Сейчас из-за них шрамы кажутся больше. Уверяю вас, останутся лишь тонкие бледные шрамики на месте повреждений. Если не приглядываться, будет не так уж заметно. – Правда? Он подмигнул мне и улыбнулся. – Слово врача. К тому же, уже заметны улучшения. Чешется именно потому, что заживает. Я сейчас обработаю специальным средством, чтобы уменьшить зуд. Он нанес мне лекарство, а потом достал новые бинты и принялся за перевязку. И при этом так старался меня подбодрить, рассказывая шутки, хоть и не очень смешные, но настолько нелепые, что я не выдержала и рассмеялась. – Так-то лучше, – сказал доктор. – Хорошее настроение – самый верный способ пойти на поправку. Тем более такие красивые девушки обязаны улыбаться. Я смутилась и неловко улыбнулась, но уже в следующую секунду почувствовала, как в палате повисло очень ощутимое напряжение. Обернулась на входную дверь и столкнулась с тяжелым взглядом Нейта. Глаза у него хищно сузились и потемнели. Кулаки сжались. Он, не отрываясь, смотрел на руки доктора на моем животе. Волна ярости, исходившая от Нейта, была настолько сильной, что доктор и сам ее почувствовал. Он вздрогнул и принялся делать перевязку гораздо быстрее. Я видела, как у него задрожали руки, когда Нейт подошел и навис над нами. – Вот и все… – пробормотал доктор. – Как я и сказал, швы рассосутся сами… Все хорошо заживает, просто нужно обрабатывать… Не стоит беспокоиться… Он встал и хотел уйти, но Нейт окликнул его: – Ее жизни больше ничего не угрожает? – Нет… – Тогда я ее забираю. Я округлила глаза и даже сказать ничего не успела. Нейт подхватил меня на руки и понес к двери. Доктор так и застыл с открытым ртом и только, когда мы уже были в коридоре, он побежал вслед за нами: – Подождите… Нужно ведь оформить! А выписка? А рекомендации? Нейт ничего не ответил. Его губы были плотно сжаты, а руки, державшие меня, напряглись только сильнее. Он ускорил шаг, унося меня к выходу.