Глава 55

Нейт Я несся в полузверином обличии, ничего не замечая вокруг. Ревность бушевала во мне, отравляя сознание. Перед глазами проплывали сцены того, как Лина смеялась, разговаривая с тем проклятым доктором. Как он касался ее. Как заигрывал с ней… А потом я представлял, как он раздевал ее. Представлял, как он раздвигал ей ноги. Как она стонала под ним… Кулаки сжимались, и словно издалека я слышал собственное рычание. Перед глазами стояла красная пелена ярости. Я хотел убить его! Разорвать на маленькие кусочки! Нужно было сделать это еще тогда! Нужно было сразу покончить с ним, как только я их застал. И я ведь так хотел… Я ведь мечтал о том, чтобы вырвать ему глотку! Сдержался только ради того, чтобы не пугать Лину. Потому что жалел, что плохо с ней обращался. Пытался все исправить. А пока я сходил с ума от тревоги за нее, она трахалась с другим за моей спиной! В висках уже стучало так сильно, что я не слышал собственных мыслей. Почувствовал, как ломает хребет от бесконтрольного оборота. Зарычал и скрылся в темном переулке. Пришлось остановиться, чтобы вернуть контроль над зверем. Мой волк метался как бешеный и требовал крови, еще больше воспаляя меня. Терзал меня изнутри и пытался вырваться. Он требовал убить того, кто посягнул на нее. На ту, которая должна принадлежать только мне… И я не мог больше ни о чем думать. Все, что я хотел – это отомстить. А потом сделать так, чтобы больше никто не смог к ней даже подойти. Я заставлю ее быть только со мной. Свяжу ее. Запру ее дома. Никогда не выпущу. Она должна быть моей навсегда. Только моей… При мысли о том, что она добровольно легла под другого, становилось невыносимо. Больно так, что легкие сжимались, не в силах сделать вдох. Я никогда еще такого не чувствовал, и это убивало. Движимый одним лишь желанием крови я поплелся в сторону больницы. Отчаянно хотелось верить в невиновность Лины. Настолько, что я был готов убедить себя, что доктор сделал это с ней насильно. Только так я мог жить дальше. И я хотел верить, что ребенок мой. Да будь она волчицей, я бы слепо поверил каждому ее слову. Принял бы ребенка, лишь бы не терять ее. Я хотел верить ей. Хотел… Вот только я знал, что она врет. Знал, и не мог закрыть на это глаза. Она не моя пара и она человек, а значит отец ребенка кто-то другой. Лина была девственницей, когда я забрал ее, и единственный кто подходил к ней в мое отсутствие – это доктор. Проклятье, меня ведь не было всего пару часов! Как такое могло произойти?! И как Лине хватает выдержки врать мне в глаза?! Или…. А что, если Лина так искренне считает, что беременна от меня, потому что сама верит в это? Она спала, когда я уходил из больницы. Что если, он взял ее, пока она была в отключке? Эта мысль настолько шокировала меня, что я снова остановился. С силой сжал кулаки, ощущая, как когти вонзились в ладони. А ведь это похоже на правду… Лина так искренне убеждала меня. Она ведь не умеет врать… Черт… Он точно изнасиловал ее, пока она была без сознания. Это все объясняет. Объясняет, почему Лина думает, что беременна от меня. Почему я не чувствую лжи, когда она говорит это. Она в это верит, потому что не знает, что этот… Проклятье, я убью эту тварь! Убью!!! Сначала я утоплю его в собственной крови. Отомщу за каждую секунду, когда его мерзкие руки касались ее тела! А потом я увезу Лину в стаю. Она сделает аборт, и все будет как раньше. Она снова будет только моей… Мы забудем об этом раз и навсегда. В полной решимости я добрался до больницы и, игнорируя крики, поднялся сразу в кабинет того самого доктора. Вот только вместо него там сидела женщина, которая сразу же завизжала и испуганно схватилась за сердце, увидев меня. – Где он?! – заорал я. Она сильнее вжалась в стул и выглядела так, будто вот-вот потеряет сознание. Я зарычал, сорвал со стены снимок доктора на какой-то конференции и помахал перед ее носом. – Где он?! Женщина дрожащими губами пробормотала: – В отпуске… До конца недели… Я отшвырнул снимок в сторону. Стекло разбилось, а женщина зажмурилась и заплакала. Несколько секунд я разъяренно дышал, потому что жажда убийства никуда не делась. Раз доктор пока избежал своей участи, я хотел убить хоть кого-нибудь. Кого угодно, потому что ярость душила меня изнутри. И мне было все равно кого. Я уже предчувствовал, как мои когти вонзятся в ее плоть. Но услышав ее плач, я застыл. Вспомнил слезы Лины, и зверь во мне резко присмирел. Какое-то время я молча смотрел, как она плакала, а потом развернулся и ушел. Чувствовал, что мне нужно вернуться к Лине. Ощущал какую-то странную нарастающую тревогу. Зря я оставил ее в слезах. Зря накричал на нее… Пусть ревность до сих пор душила меня, но мне придется с этим жить. Через неделю я вернусь и убью того, кто заделал ей ребенка. А сейчас мне нужно к ней. Мне срочно нужно к ней…