ГЛАВА 12

Глупец тот, кто считает, что в архиве сплошь бесполезные бумажки. Даже если этим глупцом была я. До окончания работы на сегодня и отработки вообще оставалось многим меньше часа. Вместо разбора кучи бумажек в углу за всю отработку я закопалась в совсем другой куче – отчетов из дворца. Папок-сюрпризов с информацией советника оказалось не так уж и много, потому возник в конце исследований следующий вопрос: как я копаясь в немногочисленных папках и вытаскивая по одному листочку всего за больше чем за две недели набрала такую кучу? Как теперь мне это вынести незамеченным? Охраны в архиве не было, здание запечатывалось на ночь, а в дневное время работник были убеждены, что бумажки никому не понадобятся. И хотя никакой видимой опасности не было, я сильно нервничала.

– На меня не смотри, прятать ничего не буду, – важно потягивался на стуле лис. – Зачем тебе вообще эти бумажки? Кинь их вон в ту кучу и пошли уже кушать, я голоден.

– Эти бумаги могут стать ключиком к свержению Советника…, – запротестовала я и стала складывать бумаги в свою сумку.

– … или это просто бумажки того, у кого такое же имя как у Советника, – перебил меня мой фамильяр.

– Все хватит, помолчи пять минут! – я прикрикнула на фамильяра и, закончив с укладкой листов, наложила чары для отвода глаз.

Потом придирчиво осмотрела сумку на предмет подозрений: она предательски топорщилась в разные стороны. И без проверок было понятно, что там находится. Вся надежда оставалась на чары. Посмотрев на Ксафа, настроилась на победу и вышла в коридор.

– Тебя заметят еще на выходе, – шел за мной на выход из здания лис. – Скажут “Эй, ты что стащила из архива” и побегут за тобой, а потом…

– Да помолчи ты, – шикнула на него я. Кончики пальцев немели от сильного волнения, шаги неосознанно стали чуть слышны. Даже представлять не хочу, как смешно выглядела со стороны.

Медленно, но верно мы приближались к так нужной мне свободе в виде улицы, под конец я даже почти дышать перестала – так напряженно думала о завершении этой миниаферы.

Наконец, мы подошли к выходу и, осмотревшись, я не увидела никого, уже открыла дверь, как:

– Кто это? – послышался голос заведующей архива позади нас. – Ника!

Я нехотя повернулась к женщине и всмотрелась в ее лицо, чтобы понять зла она сильно или очень сильно. Пожилая, лет шестидесяти, с пучком седых волос на голове и сеткой морщин на лице, она выглядела вполне дружелюбно, никаких негативных эмоций.

– Уже закончила? – директриса подошла ближе и теперь стояла рядом с моей добычей. Еще немного и моей добычей.

– Да, последний день, – смущенно улыбнулась я.

– Ника, – она осмотрела меня с ног до головы. Неужели заметит? Даже ноги начали дрожать. – Я понимаю, что молодость и …

Заведующая архивом теперь уже держала меня за плечи, а я отсчитывала последние секунды свободы. Похоже попала на очередную отработку еще до окончания предыдущей и это еще если повезет. А вот то, что произошло дальше меня просто поразило: женщина притянула меня к себе и обняла.

– Надеюсь, больше не будешь бедокурить и возьмёшься за ум! Ты ведь такая хорошая девушка, теплая и приветливая, думаю ты прекрасный человек, – похлопала меня по спине. – Обещай мне!

Она ослабила хватку и посмотрела на меня, все еще держа в полуобъятьях.

– Я…, – неожиданно в голове стало пусто, все что я делала это смотрела на собеседницу огромными от удивления глазами и глупо хлопала ресницами.

– Прямо сейчас пообещай, что больше не будешь влипать в разные неприятности, – требовательно посмотрели на меня.

Как же мне это пообещать, если неприятности сами липнут ко мне? Смотря на женщину стало вдруг очень неудобно и даже стыдно, а рука с сумкой начала гореть. Вот как обещать не бедокурить, если я прямо на ее глазах ворую.

– Я …

– Просто постарайся больше учиться! – уже улыбнулась она мне. – Поторопись на ужин, проголодалась наверное. Кстати, на лето у нас есть вакантное место, надумаешь – сообщи!

И вот женщины уже нет, и небо опять нахмурилось, хотя выходя из комнаты отработок еще виднелось солнце. И лис уже несколько кругов навернул, а возвращаться в академию совершенно не хотелось. В этом маленьком обшарпанном здании меня встретили тепло и даже попросили вести жизнь лучше, чем сейчас… Вроде ничего и не произошло, а желания помогать Стоулишу уже не было. С одной стороны женщина, увидевшая меня всего несколько раз, решила, какой я человек, в то время как магистр находившийся так часто рядом и видя не мою сильную и уверенную маску, а то, настоящее, что я старалась лишний раз не показывать, так просто решил, что я беспризорница. Стало так тоскливо и зябко, так противно от непонятно откуда взявшихся ожиданий и разочарования в их несоответствии действительности. Просьба о помощи у магистра Стоулиша была ошибкой, нет встреча в самый первый раз в таверне уже была ошибкой. Этот демон с самого начала только играл с окружающими, как и говорил мастер.

– Дождь еще не начался, что это капает на меня? – возмутился подо мной лис. – Пойдем уже, у теня не получается купол от дождя. Или ты собирается сейчас плакать? А потом с красными глазами будешь слушать длинные лекции о том, что все парни – козлы. Это будет ведь пол ночи… и спать мы не будем…

– Нет, не буду я плакать…, – и показательно стерла дорожки слез, легонько постучала себя по щекам, улыбнулась все это под пристальным взглядом Ксафа.

– Вот и молодец! – махнул он хвостом. – А теперь корми меня моя раба!

– Кто? – рассмеялась я.

– Раба! – довольно повторил лис.

– И где ты это услышал?

– Прочитал в какой-то книжке, пока ты архив разоряла, – пошел он вперед меня.

– Ты научился читать самостоятельно? – встала как вкопанная я. Ведь только вчера этот клоун надоедал мне с чтением и что я сейчас слышу?

– Почему тогда не помог? – шутливо возмутилась я.

– Поэтому для тебя я пока не научился читать самостоятельно, – важно подметила эта хитрюга. – Мало того, еще научишь писать и лекции за тебя будешь заставлять конспектировать.

Какой все-таки предусмотрительный у меня фамильяр.

– Отличная идея и чем я раньше думала…, – поддела его и обогнала по дороге.

– Я имел в виду, так не честно… – догнал меня рыжий негодник.

– Ты сам предложил.

– Я…, – искал причины для отмазки от своих же слов Ксаф. – Ты ведь сейчас шутишь надо мной?

– Так не хочешь работать? – прищурилась я.

– Это ты учишься, а не я, – возмутился лис и снова обогнал меня.

– Все равно придется ждать меня, чтобы поесть, – не спешила его догонять.

– Сердобольные студенты не пройдут мимо бедного грязного милашки, – поспорил со мной Ксаф.

– Ты ни под один из критериев не подходишь, – поспешила его разочаровать.

– Недолго поваляться в дорожной пыли и построить умильные глазки студенткам. Будут пищать от восторга и в то же время жалеть бедняжку.

– И ты пойдешь на такое? – не поверила я его словам. Шкурку он пачкать не станет.

Лис ненадолго замолчал, похоже обдумывал свое же предложение.

– Нет, – уверенно отозвался он. – Это самый крайний вариант. Ведь для добычи еды есть ты.

За шуточной перепалкой мы вышли к центру городка, а затем и до академии.

До экзаменов оставалось немногим меньше пары недель. Но в вечер пятницы большинство студентов уже разбрелось по городу или вовсе уехали к родным. Так что сегодня в столовой мне удалось поужинать спокойно. Ну почти.

– Неужели на этот раз ты вытянула Марика из неприятностей? – сел рядом со мной веселый Ликус, сбоку пристроилась нахмуренная Лара.

Я перестала жевать и едва не подавилась. Пальцы сразу сжались в кулаки. Марик держался целых три недели. Всего на двадцать один день хватило на хранение секрета этому треплу.

– У тебя старая информация, – покачала я головой, стараясь быть спокойной. – За это я уже отработала. И будь добр, не распространяйся об этом. А где Тори потерял?

При упоминании Тори Лара как-то непонятно дернулась и опустила голову ближе к тарелке.

– Он… так это… он занят сегодня, – замялся Ликус и почесал затылок.

– Да-а-а? – не поверила я в его очевидные отговорки.

– А правда, что ты отбила Марика от банды отморозков, – плюхнулся рядом Морин.

Так, теперь эта сплетня понесется прямиком в кабинет ректора и вот я уже отчислена. Неосознанно стукнула кулаком по столу.

– И кто проговорился? – рассердилась я.

– Это было хуже банды, – появился виновник обсуждения и моей пыльной отработки. – Эти парни запросто превратят тебя в мокрое место.

– Марик, а не слишком ли у тебя длинный язык? – злобно прошипела на боевика. – Или у тебя память работает все три недели, а после все улетучивается? И не было там так уж и ужасно!

– Ника, это ты, я думаю, преуменьшила нашу опасность, – неожиданно серьезно отозвался затейник. – Те три парня действительно очень опасны, я даже не ожидал, что ты так проедешь у них по ушам…

– Как проедет? – тут же полюбопытствовал Ликус.

– Она такого наговорила в таверне, что они теперь мне сочувствуют, проходя мимо, и не требуют никаких денег, – сложил он руки на груди в притворном ужасе.

– Как ты так смогла? – потребовал рецепт Ликус. – Я в прошлый раз чуть живым остался, они едва меня на составляющие не разобрали.

– В следующий раз только Ника, – важно заявит главный кутила первого курса боевиков.

– Следующего раза не будет, Марик, я и так три недели глотала пыль и нюхала сырость.

– И я вместе с Никой, – подключился лисенок, пожевывая мой ужин. – В следующий раз я съем твое счастливое письмо еще до пробуждения Ники!

Лисенок показательно клацнул зубами и спрыгнул со стола.

– Ксаф, вы же лучшая команда, как я без вас? – тут же на попятную пошел Марик.

– В следующий раз нас всех просто выгонят, – не уступал фамильяр.

Их перепалка меня не волновала. Интересовало настроение Лары. С прихода в столовую вместо обычного чтения книг под любой шум, сегодня моя подруга уныло ковырялась в нетронутой тарелке и постоянно вздыхала.

– Я закончила. Лара, ты со мной? – я не спрашивала, подхватила за локоть и потащила на прогулку. Девушка даже не упиралась и послушно следовала за мной.

На улице дождь еще не пошел, но тучи тяжело давили. Мы свернули в парк. Рядом бежал довольный лис. Его забавляли стайки птиц в кустах, на которых он и охотился, то и дело пропадая из поля зрения.

– Лара…

– Я думаю, он мне изменяет, – шмыгнула Лара и уселась на скамейку так удачно подвернувшуюся нам на пути.

– Кто? – не поняла я и поторопилась занять место рядом с подругой.

– Тори, – заревела она.

Разве они не встречаются всего ничего? Встречаются ли они вообще, в смысле он спросил у нее “Давай встречаться”, а она ответила “Я согласна”? Эти два простофили будут жить вместе, но пока не скажут вслух заветных слов так и будут смотреть друг на друга как на друзей.

– Вы встречаетесь всего…

– Две недели, – не останавливалась подруга и уже висела у меня на плече. – Думаешь этого мало, чтобы полюбить…

“Как по мне вы уже три месяца встречаетесь”, – чуть не ляпнула я, и только чудом сдержалась. И похоже подругу зацепило, раз теперь о любви говорит. А где все сама? Где учеба на первом месте? Так не терпелось поддеть девушку, что сейчас поливала мою форму соленой водой, но начнем с традиционного.

– Почему ты решила, что Тори тебе изменяет? – спокойно спросила я.

– У него дела уже второй день, – немного успокоилась Лара и, отстранившись от меня, начала растирать слезы по щекам.

– Он просто может учиться… – замялась, потому как вообще не представляла, чем может заниматься друг, который живет мечтой стать боевиком.

– Со мной в библиотеке можно просто учиться, – перебила укоризненно меня Лара.

– С боевиками занимается на полигоне, – все же нашлась парочка возможных причин для Тори.

– Все его боевики в это время балду по коридорам гоняют, – отрезала подруга.

– Может, он в чем провинился и отрабатывает? – это была моя последняя зацепка.

– Ты его это сейчас защищаешь? Конечно полгода проучились вместе – это не с нами всего четыре месяца…

Это что меня сейчас ревнуют? Неожиданно приятно, даже в таком контексте.

– Я предполагаю, почему он может быть занят, – пожала я плечами, стараясь не выдать радость. Если она не принимает причины его возможных дел, пойдем с другой стороны.

– Тогда почему ты считаешь, что он тебе изменяет? Спроси, чем он занимается сама.

Для меня это был самый разумный вариант.

– Я спрашивала, думаешь совсем глупая и не додумалась до этого?

Если думать о нас двоих, то, пожалуй, это я глупая, раз не могу подойти и спросить почему так. Да, советовать-то я могу сколько угодно для других, а вот следовать своим же советам – трушу.

– И он сказал… – поторопила я подругу.

– Что не может сказать. Он меня бросит, – снова залилась слезами на моем плече Лара.

Разговор с обоих сторон ни к чему не приводил, пришлось спросить напрямую:

– Он тебе нравится?

– Почему ты вдруг спрашиваешь? Я тут говорю, что он… – сбитая с толку, Лара перестала плакать.

– Если он действительно тебе изменит, что ты сделаешь? – продолжала давить я.

– Я… как он мне может изменить, он ведь даже с другими девушками только парой слов перекидывается…

– Но ты решила, что Тори изменяет…

– Он что-то скрывает … Проследим за ним, – сжала воинственно кулачки Лара и встала со скамейки, пошла вглубь парка.

– Мы проследим за ним и узнаем…

Дальше я уже не слушала, потому что заметила в дальнем конце магистра Стоулиша с Линой. Они держались за руки, и Лина о чем-то трещала, чуть ли не прыгая вокруг магистра. Даже не скрываются от остальных прохожих. За своими мыслями я осмотрела парк и никого кроме нас не увидела. Стало так грустно и тоскливо – идеальное состояние для дождя. Он и пошел, намочив меня, Лару и Ксафа. Магистр раскрыл купол и прижал ближе к себе Лину. Так близко и волнительно, наверное…

Глупое сердце не стучи так сильно, он не для нас. Еще полторы недели и его больше не будет здесь.

– Ника, торопись, промокнем, – тянула меня Лара. – Так значит будем за ним следить. Отправь своего лиса к комнате парней, сейчас они там, а когда выйдут – лис сообщит нам, и мы последуем за ним.

От расклеенной Лары не осталось и следа, передо мной снова та самая уверенная в себе отличница.

Лису эта идея пришлась по душе и он побежал вперед, бросив напоследок:

– Я все понял и уже ушел, только не забудь накормить меня.

– А мы будем ждать новостей, – довольная Лара все так же держала меня за руку и тащила как на буксире в общежитие.

По пути прихватили Милу и основались конечно же в моей комнате. За пару часов были съедены все стратегические запасы печенья и конфет, а еще через полчаса Лара начала строить план мести за то, за что еще даже не поймала.

– Я задушу его, нет я огрею его сначала котелком, а потом добью зельем от икоты, а лучше чесоточным порошком, а еще лучше зельем от запора. Буду каждый день его кормить чихательным порошком, пока на коленях прощения вымаливать не начнет, – зверствовала Лара, шагая как маятник по комнате.

– Вот именно, – поддакивала Мила, которую уже посвятили во все подробности: настоящие и не совсем. Ведьмочка тут же записала Тори в изменники и предложила высмеять перед всеми в академии.

– Кстати я узнала, почему магистр Стоулиш так тебя невзлюбил, – неожиданно бросила в никуда Мила.

– Почему, – глупо спросила я, все еще представляя, как Лара будет топить Тори в болоте полигона, что даже теоретически невозможно.

– Откуда ты узнала? – потребовала источник информации, тут же забыв о своих планах мести Лара.

– С Линой вчера мы сидели в моей комнате и оказалось, что он поймал ее на входе в общежитие поздно ночью, – ответила Мила тоном, которым рассказывала обычно сплетни. А ведь именно таковым это и являлось – не начавшейся еще распространяться сплетней. – Он ее поймал раз, второй, потом они поругались и Лина сказала, что это ты ее вытаскиваешь ночью для вечеринок и ну вы понимаете…

Чашка с чаем в моей руке полетела на пол и разбилась на мелкие кусочки.

– В смысле это я? – сказанное не укладывалось в голову.

– Чтобы он не перестал с ней встречаться, она свалила все на тебя, – просто объяснила черноволосая подруга.

Я смотрела на расползающуюся лужу на полу и не понимала происходящее. По словам Милы Лина, которую я считала своей подругой, так легко подставила меня перед преподавателем и даже не посчитала нужным сообщить об этом. Я делилась с ней проблемами, которые она сама мне и создала.

– Тогда понятно его отношение к тебе, Лина ведь его девушка вроде как, – уже забывшая о своей проблеме, Лара рассуждала над внезапно образовавшейся моей.

– Он с Ликусом покинул комнату и направился к северной башне, – зашел комнату лис и все переключились на первую повестку нашего вечера, точнее почти ночи.

– В северную башню? Туда, где я так хотела побывать, он потащил другую девушку? – не поверила подруга и вылетела из комнаты, не забыла и меня прихватить.

– Мы зададим им жару, – горела праведным гневом Мила.

Коридоры мелькали один за другим, я уже потеряла ориентир из-за такой скорости.

– Вы куда? – наткнулась на нас на одном из поворотов Лина.

– Мстить, – коротко ответила Мила и прихватила ее с собой.

– Помогу, чем смогу, – обрадовалась последняя и все мы летели к башке, которая уже давно была заброшена.

Ходили слухи, что когда-то здесь жил старый ректор академии и после его смерти башню не использовали – ректор был любителем экспериментировать и возможны были ловушки для любопытных студентов. Но ловушек никто за последние тридцать лет так и не нашел, а слухи все еще оставались.

Ликуса мы встретили у основания башни, он спокойно вошел не скрываясь и направился внутрь. Мы все на цыпочках последовали за ним. Преодолев несколько поворотов, мы оказались в небольшой комнатке, ведущей в другую, из которой лился теплый приглушенный свет и голоса:

– Должно понравится…

– Нет, ниже, ниже, еще ниже, замечательно, а это разверни…

– Отлично… вот, а сейчас…

Все это конечно же сопровождалось звуками разной степени кряхтения и оханья. Лара, не выдержав, влетела первая за Ликусом. Нам ничего не оставалось, кроме как тоже пойти.

А вот то, что мы увидели – каждый понял по-своему. Лара решила, что это для его новой девушки и начала гонять непонятно откуда взявшимся веником по комнате Тори, приговаривая какой он скотина. Как по мне же вид из окна на огни города, стол, красиво украшенный цветами в стазисе, сервированный на две персоны, вокруг огромное количество светящихся мелких шариков, создающих полумрак для романтической обстановки – Тори готовил свидание для Лары, но тихо у него не получилось.

– Я хочу знать кто она, – пыхтела оскорбленная подруга и размахивала веником как оружием.

– Нет никого, – в последние моменты уворачивался от “оружия” Тори.

– Где она прячется, – не унималась отличница.

– Здесь нет никого, это для тебя, – бегал из угла в угол боевик от своей девушки, как маленький грызун от кошки.

– Для меня говоришь, – прошипела Лара и запустила этим веником в Тори, тот успел увернуться и веник ударился о стену и упал на пол с сильным щелчком.

– Что здесь происходит? – послышался голос Магистра Стоулиша за спиной. – Разве сюда не запрещено заходить?

Все повернулись к магистру и застыли, послышался шум чего-то разбивающегося под ногами и уже сам каменный пол уходит из-под ног, еще секунда и место, где было окно и стол – ничего не осталось, все обрушилось.

– Все вон, – кричала я, толкая дезориентированных Милу и Лину. Тори и Ликус сработали быстрее подхватив: Тори Лару, Ликус Ксафа, вылетели за девочками на лестницу. Я побежала за ними, почти падая в уходящий из-под ног пол, за мной следовал магистр. Друзья уже скрылись за поворотом и издалека торопили, подбадривая, но это не помогло. Убежать мы с магистром не успели – пол обрушился под ногами, и мы упали вслед за камнями.