Глава 10

Яр

Катя невероятно красива! И я хочу ей это постоянно говорить. Чтобы вбить в эту прекрасную головку простую истину: она моя. Моя истинная пара. Нет сомнений.

И то, как Катя постоянно дёргала правой ножкой, говорит о том, что метка там. Но малышка не знает, что это и почему оно словно живое.

Увидев ее, завороженно смотрящую в ночное зимнее небо прекрасными зелеными глазами и подставляющую крошечные ладошки, чтобы поймать снежинку, я залип…

Нежность и красота в одном хрупком теле. Да, я смотрю на Катю глазами волка, для которого она была рождена. Но на Асю я никогда не смотрел так… со смесью желания, обожания и страха сделать что-то не так…

— Как вы себя чувствуете? — спрашиваю ее, когда мы выезжаем на заснеженную дорогу. — Не холодно?

— Нет, — она вдруг краснеет, сжимает сумочку пальцами.

— А у вас в последние дни ничего с телом не происходило? — закидываю удочку касательно истинности. — Не появлялись отметины на теле, не менялось поведение?

Она резко разворачивается и смотрит огромными зелеными глазами. Зверь беснуется, в таком узком пространстве вместе с истинной ему пиздец как тяжело находиться.

— Нет, с чего вы взяли? — кусает губки, отворачивается, а я ухмыляюсь.

Врешь, моя маленькая. Ты уже нашла метку и чувствуешь ко мне влечение. Иначе бы такая сладкая невинная девочка не села бы в машину к огромному злому волку.

Но тебе страшно. Ты не понимаешь, почему незнакомый мужик, плюс ко всему разбивший твой любимый красный шар, вдруг вызывал у тебя вполне плотские желания.

— Предположил кое-что. Ну, если нет, так нет, — улыбаюсь, — значит, Новый год будете справлять одна?

— Да. Может, соседка тётя Баня мне что-нибудь принесет, — вздыхает Катя, — посидим, чаю попьем. А вы?

— Я тоже один. Только приехал в город, ничего тут толком не знаю. Был бы признателен, если бы вы мне экскурсию провели, Катя. Что тут за места? Показали бы всё… если конечно, нет планов на январские…

— Нет, но… — она так мило смущается.

Интересно, когда я буду ее сладкую киску лизать, она будет также краснеть? Это пиздец сексуально. Хотя Катя заведет нас со зверем даже в огромной шубе и семейных трусах…

Я просто сорву с неё одежду и…

— Ярослав Владимирович! — слышу тонкий голосок. — Вы в порядке? А можно необычный вопрос?

— Какой? — стряхиваю порочное наваждение, но член уже встал.

— А вы линзы носите? — хлопает пушистыми ресницами. — Или это ваш натуральный цвет глаз? Красивый, янтарный!

— У вас куда красивее, — еле держусь, чтобы не потянуться и не коснуться своей истинной.

Хочу её! Трогать, касаться, сжимать в руках… она моя! Мы со зверем голодные до женской ласки. Истощены без неё. А в Кате очень много нерастраченной любви…

— Просто зеленые, — усмехается, снова смущается.

Если она не прекратит, я сорвусь. Видят боги, это невыносимая пытка для волка — сидеть так близко к своей паре и не иметь возможности трогать и целовать. Или это я такой кретин?

Но мои альфы… они постоянно касались своих истинных. Я тоже хочу… я заслужил!

— Изумрудные, Катенька, — усмехаюсь, — у вас большие и яркие изумрудные глаза.

— Спасибо, Ярослав Владимирович.

Но ее дом всё ближе. Каюсь, я подглядел адрес в личном деле. У меня всё меньше времени что-то придумать, чтобы не отпускать малышку. Подъезжаю прямо к подъезду, глушу мотор.

— Вот, довез вас в целости и сохранности, — улыбаюсь, но открывать дверь не хочу.

Через силу разблокирую двери. Катя не спешит убегать, ласкает мой нюх своим нежным ароматом.

— До свидания, — тихо говорит, мнется, словно хочет сказать что-то еще.

Затем подрывается и выскакивает из машины. Вздыхаю. Более чем уверен: она хотела пригласить меня зайти. Но испугалась. Чего? Последствий или того, что я откажу?

Даю по газам, возвращаюсь домой.

Всю дорогу Катя не выходит у меня из головы. Желание провести с ней Новый год крепнет с каждой секундой. И не только сам праздник, но и жизнь…

Захожу в свою мрачную квартиру. Мда, Катюшку сюда точно не привести. Полночи драю жилье. Не знаю зачем.

Под утро меня начинает терзать странное предчувствие. Не могу понять…

Еду в пустой офис. Долго сижу в кабинете. Тревога не даёт мне покоя. Я уже близок к тому, чтобы заявиться к Кате домой и проверить, как она.

Полдня тридцать первого декабря кружу по городу. Изучаю улицы, наблюдаю за людьми. Вроде всё нормально. Люди как люди. Но что-то тут не так…

Если это связано с проблемами волчиц, то нужно выяснить всю информацию. Какие стаи тут живут, чем известны и что натворили, если их прокляли.

Возвращаюсь домой. Блядь, день сурка какой-то! Подъезжаю к подъезду, вижу толпу людей.

— Что такое? — обалдеваю. Из окон третьего этажа вырывается огонь. — Ну круто, блядь…

— Газ у кого-то взорвался, — говорит мне бабулька, — обрушились стены на третьем этаже. Вы откуда, молодой человек?

— С третьего… — обалдеваю не столько из-за самого взрыва, сколько из-за спокойствия местных.

— Тогда езжайте в гостиницу. Сказали, пока домой нельзя возвращаться. Эх, вот беда!

Она качает головой, а я обалдеваю. И тут мне в голову приходит прекрасная идея! Ухмыляюсь сам себе.

— Нет худа без добра, — хмыкаю и газую в ближайший супермаркет.

Там закупаюсь продуктами и вкусняшками. Покупаю большой торт. Интересно, моя пара любит сладкое?

Набираю четыре пакета продуктов, погружаю в машину. Затем еду к Катеньке. Не откажет же она приютить босса, оставшегося без квартиры…

Ставлю тачку. Время восемь. Отлично! Гляжу на Катенькино окошко. Горит свет. Отлично! На крыльях волчьей любви взлетаю на этаж. Звоню в звонок. Жду.

Щелкает замок, и в дверном проеме появляется моя пара. Рот тут же наполняется слюной. Такая милая и домашняя, Катя удивлённо таращится на меня.

Вижу блеск в ее глазах.

— Ярослав Владимирович? — она едва заметно улыбается. — А что вы здесь делаете?

— Сюрприз!