Глава 5

Всё было так странно, так неправильно, что я полночи провозилась, пытаясь устроиться на кровати в новой для меня роли жены. Я то засыпала, то просыпалась, абсолютно не видела снов и испытывала жуткий дискомфорт от того, что кто-то спал со мной рядом в одной постели.

Всё было абсолютно неправильно: и новая кровать, другая комната и мой супруг, что всю ночь тоненько посапывал, так же мешая мне спать. Но, в конце концов, к утру я задремала, а проснулась совершенно одна, с разочарованием отметив, что всё это мне не приснилось. За окном накрапывал нудный серый дождик, и настроение, и без того паршивое, испортилось окончательно.

С постели вставать не хотелось, как и заниматься чем-либо ещё. Моя болезненная апатия давила на меня, прорастая слабостью во всём теле. Я знала, что сегодня должна была встретиться с матерью и другой роднёй, но не могла заставить себя подняться и хотя бы одеться.

Когда пришла служанка и предложила помочь мне искупаться, я не стала отказываться. К слову сказать, эту девушку я не знала, она была горничной, приведенной сюда Фредериком в качестве вклада в новую совместную жизнь, и нам ещё только предстояло познакомиться.

Девушку звали Каролина, она была миловидной курносой блондинкой не старше меня возрастом, а простоватое платье горничной придавало ей какой-то особый шарм. Одного взгляда на неё мне было достаточно, чтобы понять, что мы подружимся.

— Какую воду в ванне предпочитает госпожа? — спросила она, хлопая длинными тёмными ресницами.

— Я люблю, когда погорячее, — произнесла я, сама не заметив, как выдала вполне двусмысленную фразу. Каролина сдержанно улыбнулась, но промолчала. — И, прошу, давай без всех этих «госпожа», хотя бы пока мы не на людях. Мы с тобой одного возраста, а когда ко мне обращаются так, как положено в плане сословий, я чувствую себя очень и очень старой.

Девушка кивнула.

— Хорошо, я постараюсь не забыться… Аврора, — довольно-таки легко согласилась она.

— Вот и славно, — я была рада возможности с кем-то сейчас поговорить — с тем, кто не принадлежал к моей семье. — Скажу честно, у меня была ужасная ночь, и сейчас мне не повредит ванна с чем-то успокаивающим.

— Мята подойдёт? — тут же предложила Каролина. — Или можно добавить эссенцию из пустырника и мелиссы.

— Да, пожалуй, давай на твоё усмотрение, — так и не смогла выбрать я, предоставив горничной самой распоряжаться насчёт этого вопроса.

Та склонила голову в знак того, что всё поняла, и принялась за дело. Я же молча накинула халат и приготовившись ждать, пока вода по трубам наполнит мою круглую ванну, а Каролина добавит в неё всё самое необходимое.

Дом, в котором мы сейчас находились, принадлежал Фредерику, и это было одной из традиций семей нашего круга. Чтобы продолжать жить после свадьбы с кем-то из родственников и речи быть не могло. Даже сама свадьба должна уже была проходить здесь, как вчера, собственно, и было. Мне доводилось бывать здесь пару раз до свадьбы, и в один из них слуги как раз доставили сюда мои вещи — приданное, абсолютно новые платья и другую одежду, обувь, бельё, украшения. Вещи из прежней, «старой» незамужней жизни предавались огню и замужняя женщина, если она принадлежала к нашему сословию, сама бы ни за что не стала их больше носить.

Я считала этот пунктик абсолютно глупостью, но девушка моего ранга обязана была соблюдать все традиции без исключения. А потому в шкафах гардеробной меня дожидались абсолютно новые наряды, некоторые из которых мне предстояло надеть уже сегодня.

Вода с эссенцией масел мелиссы и мяты и впрямь придала мне сил, успокоив нервы и взбодрив тело. Каролина умело потерла мою кожу мочалкой, сразу было видно, что девушку с детства учили быть горничной. К тому же она была достаточно умна, и не открывала рта понапрасну. В её компании мне оказалось быть достаточно комфортно, и я окончательно пришла в себя, мысленно поблагодарив Фредерика за такой подарок.

После Каролина помогла мне одеться и собрала мои светло-русые волосы в не слишком сложную прическу, украсив их шпильками с драгоценными камнями.

— Какие у тебя прекрасные волосы! — хвалила она меня, когда расчёсывала их грубой щёткой — другой такие было не разодрать.

— Да, — польщённо соглашалась я, с благодарностью принимая комплименты. — Наследство, доставшееся мне от матери, которое не купишь ни за какие богатства. Только если получишь его в дар от природы.

— Аврора… — в тоне голоса девушки я услышала некоторое смущение. — Скажи, как её пережить — первую ночь замужества?..

Я замерла, а после резко обернулась. Говорить о таком было просто не прилично, но я увидела на лице девушки не праздный интерес, ей действительно было страшно, ведь когда-нибудь и её ожидала эта самая «первая ночь».

Но хуже было то, что её слова вызвали обратно во мне все те чувства и вспоминания прошедшей ночи, которые я с таким трудом смогла подавить в себе совсем недавно. А сейчас…

Передо мной вновь, как вспышка, появилось сильное и страстное тело Тауруса, обнажённого и совсем не испытывающего стыда, а потом я испытала то влечение, о котором мне самой было стыдно, но сладко вспоминать. Увы, но моя первая ночь в качестве законной жены ассоциировалась во мне не с моим супругом, а с тем, кто, лишив меня невинности, показал мне целый спектр сладострастных ощущений и чувств, всё это время прятавшихся за тонкой гранью.

Кажется, я даже покраснела, но, улыбнувшись Каролине, произнесла лишь короткое:

— Ничего. Вытерпеть можно…

И опять повернулась к ней спиной, говоря тем самым, что разговор на данную тему окончен.