Глава 20

Иер, кажется, выдохнул. Полагаю, сегодня он уверовал в богов. 

— Адепт Рейдрих, объясните своё недовольство.

Его Величество не сводил с меня глаз.

— Не хочу. — Припечатал он таким тоном, что желание спорить с драконом должно было отбиться не только у профессора, но и у всей аудитории сразу.

— Адепт Рейдрих, я понимаю, вы привыкли брать от жизни все, но это, — мужчина развел руками, — учебное заведение, на которое власть вашей семьи не распространяется. Я требую, чтобы вы сели на это место. Иначе…

Судя по выражению лица парня, ему было глубоко плевать на угрозы. Не удивлюсь, если он хотел выйти из аудитории, картинно помахав рукой на прощание.

На благородном лице короля заиграли желваки. Я была уверена, что он вот-вот оставит нас и уйдет гулять по пустым коридорам, ничуть не мучаясь от угрызений совести. Ведь нельзя мучиться от того, чего у тебя нет…

Но драконище удивил. Он вежливо улыбнулся и протянул:

— Прошу извинить меня, господин Ефиер. Я заслуживаю отработку за своё дурное поведение. Самую тяжелую. Ночную. Чтобы остальным неповадно было. 

Преподаватель удовлетворенно кивнул.

— Поговорим об этом после занятий. Присаживайтесь, адепт Рейдрих.

И Его Величество направился ко мне. На самом деле, он двигался к пустующему месту, но смотрел он точно на меня!

С оглушительным «бу-бух» учебники в дорогой кожаной сумке спикировали на сиденье. Следом за ними пятая точка дракона опустилась на скрипучую скамью, однако со стороны вид был такой, словно король восседает на золотом троне.

Пора признать, Рианд умеет притягивать внимание. Есть в нем какая-то скрытая угроза, неведомая сила, которая заставляет сердце биться чаще. И неизвестно, от ужаса или от восторга.

И пока я отрицала его природную харизму и боролась с желанием повернуть голову в его сторону, девочки на нижних рядах уже смирились и плыли по течению: они то и дело оборачивались и подмигивали ему. Одна особо смелая отправила воздушный поцелуй.

Рианда это не впечатлило. Он даже не взглянул на воздыхательницу. Вместо этого сложил руки лодочкой и приставил их к лицу.