20. Лучшее, что мужчина и женщина могут создать в соавторстве – это дети

Тамила Ночь прошла для меня беспокойно, и не потому, что мы с Кэмероном провели ее на одной кровати. Тут как раз все было прекрасно. Лорд был пусечкой и на мое строгое «Руки!» почти послушно их убирал. Всего-то пару раз облапал меня с головы до коленок и обратно. А уж когда я пообещала, что возьму Николаса и уйду спать в обеденный зал таверны, вообще присмирел. Пробормотал что-то про жестоких женщин из другого мира, умостил мою голову себе на плечо, обнял и затих. Не знаю, спал или нет, но дышал ровно и лишних телодвижений не совершал. Ну а я половину ночи лежала и думала, что же мне делать, какой ответ дать герцогу? Вечером мы так и не объяснились до конца – потрясение от его истории с подложной истинностью вытеснило все остальное из моей головы. А утром герцог всерьез собирается вести меня в храм, и когда жрец проведет обряд, то все, назад дороги мне не будет. Вот и ворочала я мозгами, пытаясь разобраться в своих эмоциях и желаниях. Да и в чувствах Кэмерона тоже, потому как главного я так и не узнала – что он ко мне испытывает? Да, он сказал «ты моя женщина и моя жизнь»… Будь я лет на десять моложе и не имей за плечами того опыта, что у меня есть, запищала бы от радости: раз я его женщина, значит, любит! Но, увы, я циничная, разочарованная в мужчинах, много раз получавшая от жизни оплеухи стерва. Поэтому никак не могу отключить в своей голове противный голосок, зудящий о необходимости получения гарантий со стороны Кэмерона. Вот только каких именно? Что любить будет, уважать? Не изменять никогда-никогда? Что Николаса как своего сына воспитывать будет? Никто мне таких гарантий не даст, потому что чувства договорам не подчиняются. А я смогу прожить с этим мужчиной до конца своих дней? И все то же самое – не изменять, уважать, любить? Я его почти не знаю. Вернее, точно уверена, что целуется он потрясающе, но на одном этом счастливую семейную жизнь построить сложно. Вот так и лежала я до самого утра, перетаскивая с места на место тяжелые кирпичи мыслей, и не в состоянии прийти к однозначному решению… Когда рассвет постучал в окно, грудь мужчины под моей щекой приподнялась в длинном вдохе. Обнимающая меня рука напряглась, и Дэниэл хрипло спросил: – Ну что, все мысли передумала, моя сладкая? – Все… только все равно ничего не решила, – ответила я прямо. – Ну и не надо, я за тебя все решу, – на полном серьезе заявил он. – Сейчас позавтракаем и отправимся в храм. Оттуда в мой дом. Тебе нужно подумать только, что вам с Николасом необходимо купить из вещей. Еще, наверное, решить, какую мебель и прочие штуки для дома заказать. Я в этом совершенно не разбираюсь. – Неужели ты в чем-то не идеален? – съязвила я. – Так я кажусь тебе идеальным? Я так и думал, – прозвучало самодовольное заявление, и я в мгновение ока оказалась лежащей на герцоге. Прямо передо мной очутились его смеющиеся серые глаза и невозможно привлекательные губы. Еще покрытый темной щетиной мужественный подбородок, нос красивой формы, густые брови… – Поцелуешь меня, невеста? – Дэниэл, я не смогу родить тебе ребенка! – вместо поцелуя в него полетело мое главное признание. – Почему? – Я бесплодна. В своем мире я много раз пыталась зачать, но нет… У меня… В общем, врачи сказали, что помочь мне может только чудо, а волшебства такого рода они никогда не видели. – А разве не чудо, что ты оказалась здесь, в моем мире? Может, и другие чудеса с тобой произойдут, – спросил обнимающий меня дракон, и я захихикала: и правда, даже вообразить недавно не могла такое. – Так что давай не будем безоговорочно верить вашим лекарям. Тем более, в нашем мире все женщины, этого желающие, рожают. Ну а если все-таки ваши лекари правы, я как-нибудь переживу отсутствие детей, – преспокойно сообщил этот мужчина, у которого на все есть ответ. – А Николас? – Что Николас? Усыновлять его я не стану, он Макхонан, и лишать ребенка права носить фамилию отца я не могу. Но воспитывать буду как собственного сына. – Правда? – с облегчением выдохнула я. Два главных моих сомнения только что разрешились. – Что ты еще хотела бы узнать, Тамила? – спросил Дэниэл, всматриваясь в мое лицо. И тут я брякнула: – Ты ее все еще любишь? Свою бывшую невесту Тамилу Эллингтон?