Глава 44

Лея

Руки Мэта напряглись. Он нахмурился и недоверчиво посмотрел на меня.

— Что ты сказала?

— Истинность можно разорвать.

— Как разорвать? Почему?

— Потому что у нас есть выбор! Истинность не приговор. Мы можем отказаться, слышишь? И мы должны отказаться!

Мэт все еще смотрел на меня непонимающе и медленно покачал головой.

— Нет…

— Так нужно, Мэт.

— Да кто это решил за меня?! Кто, черт возьми, решил, что я должен от тебя отказаться, а? Что если не откажусь, Лея? Что будет тогда?

Я вздохнула.

— На метках есть ограничение по времени, но я не знаю, как долго. Наша истинность в любом случае разорвется однажды, если мы оба ее не примем. А я никогда ее не приму.

Мэт побледнел.

— Что значит «не примешь»? Лея!!!

— Я не могу. Зачем ждать и мучить друг друга? Зачем переносить боль метки? Я не знаю, как долго это продлится. Давай откажемся сейчас, и все наконец прекратится.

Черты лица Мэта исказились в ярости, а пальцы сильнее сжали мои плечи.

— Ради Луны, как ты можешь так легко об этом говорить?! Истинная или нет, я жить без тебя не могу! Жить не могу! Ты понимаешь?!

— Это из-за истинности ты так чувствуешь! Если ее разорвать, нас перестанет тянуть друг к другу! Это выход, Мэт. Это единственный выход! Просто откажись от меня и…

Его лицо стало таким решительным и злым, что я умолкла, не договорив.

— Нет, — свирепо процедил он. — Нет. Ты не заставишь меня.

— Я просто знаю, что так будет лучше!

— Ни черта ты не знаешь! Ты трусиха, Лея. Ты боишься. Ты просто боишься как всегда, а я не знаю, что еще сделать, чтобы ты наконец мне доверилась!

Он притянул меня к себе, напряженно глядя мне в глаза, а я вздохнула. Чувствовала, как слезы подкатывают к горлу. Каждое слово давалось с трудом.

— Ты прав. Боюсь. Я боюсь, Мэт. Потому что я знаю, что нас ждет.

— Не знаешь!

— Знаю! Будет очень сложно! Мы не готовы к этому.

— А сейчас не сложно?! Ты пять лет меня изводишь! Пять чертовых лет!

— Вот поэтому нам и нужно отказаться от истинности! Как ты не поймешь, что это самый разумный выход?

— Нет, — прошептал он мне в губы. — Нет и все. Не откажусь. Никогда. И больше не смей даже заикаться об этом.

— Мэт…

Он резко поцеловал меня, давая понять, что разговор окончен. И на этот раз уже не остановился. Наоборот, стиснул меня в крепких объятиях и углубил поцелуй, а у меня не осталось сил сопротивляться.

Я позволила ему вновь раздеть себя, позволила повалить себя на кровать, позволила с нарастающей жадностью целовать везде. Вкус его губ, жар его сильного тела, его ненасытная страсть — все это вновь заставило меня забыться. Мэт будто решил таким образом доказать мне, что я без него не смогу. Его движения были несдержанными, порывистыми, подчиняющими…

Не успела я ничего осознать, как уже стонала под ним, и сама, не стесняясь, вдыхала полной грудью его дурманящий запах. Краем глаза заметила, что наши метки загорелись еще ярче — так, что золотистое свечение искрилось вокруг наших рук, — но не могла думать об этом. Ни о чем не могла думать, кроме его губ, его пальцев, его страсти…

Пять лет…

Наши запретные отношения продолжались уже пять лет, но каждый раз во время близости я испытывала все те же острые ощущения, что и в самый первый раз. Мы оба утопали друг в друге и не могли ничего с собой поделать.

Я знала, что однажды должна отпустить его. Знала, что это единственный правильный выход. Но когда он был так близко, я боялась, что у меня никогда не хватит сил это сделать…