Глава 22

Далия

На следующий день Ксандр не отходит от меня. Словно тень ходит по пятам, и я ничего не могу поделать. Как мой истинный, он имеет право. И я чувствую, что терпение волка на исходе.

— Ксандр, хватит на меня так смотреть, — начинаю уже сама тихо рычать.

— Нет, — отвечает строго.

И даже не могу ему возразить, так как он в своем праве. И это право я никак не могу оспорить. Тем более мужчина — вожак древней стаи.

Тяжело вздыхаю, понимая, что попала в ловушку. Ловушку, сотканную из древних законов и неумолимой привязанности. Чувствую его взгляд на себе каждую секунду, он словно прожигает меня насквозь. В этом взгляде — и собственничество, и нежность, и какая-то звериная тоска, от которой у меня сжимается сердце.

День тянется мучительно медленно. Каждый его жест, каждое слово — как удар под дых. Я пытаюсь отгородиться, спрятаться за маской безразличия и работы, но это бесполезно. Он видит меня насквозь, чувствует каждое колебание моего настроения. И я знаю, как ему тяжело сдерживать свои инстинкты, и я просто поражаюсь его выдержке. Отец иногда появляется в кафе, присматривает за мной.

Если бы не он, то Ксандр уж точно закинул бы меня на плечо и давно утащил бы в свое логово.

— Далия, ты ничего не чувствуешь к Ксандру? — спрашивает меня Элиан, когда вчера вечером зашел проведать меня.

— Я сама не могу понять, — признаюсь честно. — Когда он рядом, я словно вся становлюсь наэлектризованной. Сердце колотится. И чувствую его взгляд все время.

— Это связь, Далия, — мягко говорит Элиан, — древняя связь истинных. Она сильнее любых преград, сильнее воли или проклятия. Она — как зов крови, как отражение души.

Я опускаю взгляд, перебирая пальцами край футболки. Боюсь признаться даже самой себе, что его слова — правда. Что этот дикий, властный волк пробудил во мне что-то первобытное, что-то, чего я никогда не знала в себе. И это пугает меня, потому что я не знаю, как с этим жить.

Вечером, когда кафе закрывается и я остаюсь одна, Ксандр появляется в дверях. Он молча подходит ко мне, берет мое лицо в ладони и смотрит в глаза. В его взгляде — вся боль, вся надежда, вся нежность, которую он так долго сдерживал.

— Далия, — шепчет он, — я знаю, что тебе страшно. Я знаю, что тебе нужно время. Но прошу тебя, не отталкивай меня. Дай мне шанс доказать, что моя любовь к тебе — это не просто инстинкт. Это то, что делает меня живым.

Его слова проникают глубоко в сердце, заставляя его болезненно сжаться. Я вижу в нем не только вожака стаи, но и раненого зверя, отчаянно нуждающегося в любви и понимании.

— Мне очень тяжело держаться на расстоянии от тебя и не прикасаться, — говорит с рыком. — Особенно когда рядом крутятся самцы, а ты у меня пока, малышка, свободная самочка.

— Я человечка и не могу быть самкой, — возражаю.

— Как же ты ошибаешься, моя истинная, — мужчина говорит с нажимом. — И я тебе это докажу. Я уверен, что у тебя есть зверь, и волчица сильная.

Смотрю в его глаза и замечаю, как они меняют свой свет. Словно миллиард звезд вспыхнули золотистым цветом. В горле пересохло, и я не нахожу слов, чтобы ответить. Его близость обжигает, лишает воли. Я чувствую, как слабею под его взглядом, как рушатся стены, которые я так тщательно возводила вокруг себя. Боюсь признаться, что и сама жажду его прикосновений, его тепла. Боюсь этой дикой, неконтролируемой силы, которая поднимается во мне при одной мысли о нем.

Его пальцы нежно скользят по моей щеке, вызывая дрожь во всем теле. Я закрываю глаза, позволяя себе на мгновение забыть обо всем — о страхе, о законах. Позволяю себе почувствовать только его — его тепло, его силу.

— Я попробую, — шепчу едва слышно, открывая глаза. — Попробую понять. Попробую не бояться.

Уголки его губ приподнимаются в слабой улыбке, и я вижу, как в его глазах вспыхивает надежда. Он наклоняется и касается своими губами моих, легко и нежно.

— Я буду терпелив, Далия, — шепчет он, отрываясь от моих губ. — Дам тебе столько времени, сколько понадобится. Но никогда не откажусь от тебя. Ты — моя истинная, и я буду бороться за нас.

Я прижимаюсь к нему, вдыхая его запах — запах леса, мускуса и какой-то дикой, необузданной силы. Чувствую, как его тело напряжено. Понимаю, что оторваться и остановить себя, не заходя дальше поцелуев, ему было трудно.

В объятиях Ксандра я чувствую себя в безопасности, хотя и понимаю, что это лишь иллюзия. Безопасности рядом с таким мужчиной не может быть по определению. Он — воплощение силы и опасности, дикий зверь, заключенный в человеческое тело. И этот зверь хочет меня. И, кажется, я тоже его хочу.

После его слов, наполненных обещанием терпения и непоколебимой преданности, во мне что-то надламывается. Я устала отталкивать его, устала отрицать очевидное. Его прикосновения будят во мне такие чувства, о которых я и не подозревала. И пусть это страшно, пусть это безумно, но я хочу узнать, что будет дальше.

Ксандр отстраняется, но не отпускает меня из объятий. Он смотрит мне в глаза, словно пытаясь прочитать мои мысли. В его взгляде — настороженность и надежда. Он боится спугнуть меня, боится сделать что-то не так. И это трогает меня до глубины души.

— Пойдем, я провожу тебя до комнаты, — говорит он тихо.