Глава 1. Странный красавчик

Холодно. Одежда неприятно липнет к телу, в ушах гудит так, что ещё немного, и голова расколется на части. А в горле будто сгусток лавы застрял. Что со мной?

Только хочу открыть глаза, как ощущаю странную тяжесть на своём теле. Кто-то расстёгивает пуговицы на блузке и надавливает на грудь.

Что? Кто посмел?!

– Если сейчас же не уберёшь от меня свои руки, то, считай, ты труп! – выпаливаю я потенциальному мертвецу, затем, поперхнувшись водой, которая потоком хлынула из моего горла, закашливаюсь.

Точно!

Мост, река, вода!

Я ведь сорвалась с моста, когда летела на жизненно важный экзамен. И котёнок.

Что с котёнком?!

Резко распахиваю глаза и чудом не бьюсь о нависшую надо мной гору. Точнее, это не гора, а широкоплечий мужчина лет двадцати пяти.

Острые черты лица, строгий взгляд безумно красивых голубых, как весеннее небо, глаз. Только вот он какой-то… злой.

— Удивительно, как хорошо вы визжите для мёртвой, — выдаёт он мне ледяным тоном. – Вы совсем страх потеряли?

— Что? — Я немного теряюсь, ибо таких, как он, прежде не встречала.

Не думала, что мужчинам могут идти длинные серые волосы. И выглядит он при этом очень уж мужественно. Или это из-за груды внушительных мышц, которую не способна скрыть даже плотная чёрная ткань одежды?

Или всё-таки из-за строгого взгляда, который секунда за секундой разбирает меня на запчасти?

— Вы думаете, это смешно? — отчитывает он меня так, будто я нашкодивший ребёнок. Даже сжимаюсь невольно. — Уже не знаете, как иначе привлечь к себе внимание?

— Чего? — охаю я, даже думаю оглянуться, вдруг он обращается не ко мне, а к кому-то ещё.

Только вот нас на берегу… Погодите, а где берег?

Почему мы в кабинете? Да ещё и затопленном водой?!

— Я был весьма терпелив и снисходителен к вашим выходкам, списывая всё на ваш юный возраст. Но каждому терпению есть предел, — отчитывает незнакомец, пока я пытаюсь понять, не рехнулась ли часом.

— Да погодите вы…

— Это вы погодите. Перестаньте уже путать ваши детские эгоистичные игры с влюблённостью! Вы адептка, я ваш декан. Зарубите уже себе на носу, никаких иных отношений между нами быть не может…

— Дяденька, вы сумасшедший? Сдались вы мне! Отойдите! — не выдерживаю я и, пока он ловит вовсе не лёгкий шок, подскакиваю на ноги.

Честное слово, если бы не спешила на экзамен и если бы этот ледяной красавчик не был таким странным, я бы, может, и улыбнулась ему пару раз, но точно не сейчас.

Пока мужчина — причём одет он не менее странно, чем себя ведёт, — ошарашенно осмысливает услышанное, я выбегаю в коридор.

Мамочки, да что это за место? Всё в лепнине, потолки как в замках в исторических сериалах. Где здесь выход-то?

Наконец-то вижу распахнутые двери и едва выбегаю на свет, как тут же столбенею, а сердце, забыв, как биться, падает вниз.

Не дыша, оглядываю огромный зал, заполненный студентами в одинаковой синей униформе, которые тотчас оборачиваются ко мне. В моём будущем ВУЗе подобных требований к одежде не было. И не глазели так на меня…

Что? Что не так?

— Лия! Вот ты где! — раздаётся строгий голос.

И, хоть я не Лия, обращаются, кажется, ко мне.

— Ну сейчас ты за всё ответишь!

Во все глаза смотрю на двух незнакомых девиц. Стройненькая брюнетка – вылитая модель с обложки журнала, блондинка ей ни в чём не уступает, а отдельными частями тела даже опережает.

Это местная элита?

— Бросила нас утром одних, а сама! Лия! Амалия Арто, ау! Ты вообще меня слышишь? Или опять ходишь и грезишь о декане Рэймаре? – недовольно спрашивает блондинка и обращается будто бы ко мне.

– А ты её в другом состоянии когда в последний раз видела? – закатывает глаза темноволосая девушка, а потом вновь смотрит на меня. — Ты отвечать-то будешь?

Эм… Ответить-то могу, но сначала бы понять, с кем говорю и почему они меня Амалией называют. Я, вообще-то, Аня Иванова.

– А вы кто? – едва слышно спрашиваю я.

Лица красавиц вытягиваются в удивлении.

— Амалия, ты так не шути! — тянут девицы, опять обращаясь ко мне неправильно.

Да что происходит? Это какой-то розыгрыш?

– Драконьи Боги! Да она сбрендила! – восклицает блондинка. Затем, прикрыв рот рукой, добавляет: – Ты на почве маниакальной любви совсем рехнулась? Нельзя так! Он наш декан.

Не знаю, о какой там любви они говорят, но я точно сбрендила. Иначе как объяснить происходящее?

Ещё несколько минут назад я летела со всех ног на вступительный экзамен, который изменит всю мою жизнь, а потом… Точно! Дикари! Варвары!

Точнее, местные дворовые бездельники, которые решили поиздеваться над несчастным котёнком. И ведь большие лбы уже. Года на три-четыре старше меня, а мне восемнадцать. Одной против таких не выстоять, но и пройти мимо я не могла.

В общем, окатила их чайком из термоса, чтобы отогнать от пушистого комка. Не горячим вовсе, но разозлились они сильно!

— Стой, рыжая! В реке тебя утоплю, если поймаю! – доносилось вслед, пока я бежала по городскому парку с котёнком на руках. И ведь эти ненормальные не шутят.

Они могут! И это пугает! Люди порой куда опасней диких зверей!

Со страху забежала в парк и нырнула под тот самый куст, где живёт мама-кошка. Я всегда ей что-нибудь из своего жалкого обеда приносила. Может, она примет малыша, который только-только глазки открывать начал? Мне-то его нести некуда.

На душе стало чуточку теплее, когда кошка сначала обнюхала, а потом приняла котёнка. Я никогда не знала родительского тепла, выросла в приюте. Пусть хотя бы у этого пушистого малыша будет семья, а я после экзамена найду им еду.

Боже! Экзамен!

В панике взглянув на телефон, я понеслась к остановке, а тут — эти!

Трое высоченных и худых парней, что порядком запыхались, пока гонялись за мной по парку.

— Вот она! Держи! — закричали они.

Я тотчас дала дёру, не подумав о том, что ступаю на мокрый от летнего дождя мостик.

Секунда, и я лечу головой в пруд. Лёгкие заполняет вода. Сознание меркнет. Секунда, и … И какой-то седовласый, но при этом молодой мужчина удумал пуговицы на мне расстегнуть!

— Нет, она точно не в своём уме, — вырывает меня из воспоминаний голос брюнетки.

А я в который раз оглядываю ошарашенным взглядом место, в котором оказалась, и зарождается пугающая мысль. Ведь если я упала в речку, а меня выловили, быть я должна в том же парке, а не здесь. А здесь – это где?

— Может, она головой повредилась? — боязливо говорит подруге блондинка. — Опять что-то перепутала в заклинаниях. Глянь, в каком виде явилась.

«Заклинания? Перепутала?». Ловлю один шок, как тут же настигает второй. Блондинка делает пас рукой, и появляется тёплое дуновение ветерка, который вмиг высушивает на мне одежду.

Мамочки!

Я… Я попала в волшебный мир?

Вселилась в тело какой-то Амалии?

От мысли об этом по телу проходит нервная дрожь. Сердце пропускает удар и падает вниз. Хочется пощипать себя за щёки, чтобы убедиться, что это не сон.

– Что, забыла, как одежду сушат? – подшучивает брюнетка, а я понимаю, что дальше молчать нельзя.

Только хуже будет. Надо во всём разобраться.

– Как-то было не до того, – отвечаю я и обхватываю себя руками.

– Конечно не до этого. Ты была занята тем, что затопила кабинет декана Рэймара. Амалия, тебя ведь предупреждали. Ещё одна диверсия, и ректор примет меры. Тебе не поздоровится!

Примет меры, не поздоровится…

Интересно, как тут наказывают провинившихся? Вдруг какие-то телесные истязания? А если узнают, что я не Амалия, а обычная Аня Иванова, что тогда со мной сделают?

– Адептка Амалия Арто! – звучит как гром среди ясного неба голос, и я невольно подпрыгиваю. – В кабинет ректора! Живо!

Что, уже сейчас?

Золотое солнце висит на горизонте, тёплым светом заливая комнату свадебных приготовлений. Я стою перед зеркалом и рассматриваю белоснежное платье. Изящные линии подчёркивают талию, а длинный шлейф струится за мной, как облако. Белоснежное кружево обрамляет вырез, делая образ нежным и одновременно соблазнительным.

Я прикасаюсь к нему, и в сердце вспыхивает радость, смешанная с лёгким волнением.

— Аня, ты просто потрясающая! — восклицает Севиль, вбегая в комнату с распущенными волосами и сияющей улыбкой.

Сама она одета в изумительно красивое платье цвета морской волны, контрастом играющее с золотистым цветом её волос.

— Спасибо.

Я кидаю на неё благодарный взгляд, но в груди всё ещё колотится волнение. Также мне грустно, что Линды здесь нет. Но мы с Севиль очень надеемся, что у неё на новом месте и с этим непростым некроманто-драконищем всё хорошо. С характером Линды должно быть хорошо.

Ещё несколько минут Севиль проводит со мной, пока гости собираются в саду особняка моего будущего мужа.

Из окна наблюдаю арку, украшенную белыми цветами, что означает в этом мире алтарь. Слышу смех и шёпот, и это наполняет меня чувством счастья. Но вместе с тем приходит и лёгкая тревога.

Это ведь будет не просто свадьба — это начало новой жизни, и такая мысль волнует меня до глубины души.

Стук в дверь отвлекает от дум, и в комнату входит служанка, сообщая, что торжество начинается и меня ждут внизу. Вот и настал момент.

Внутри порхают бабочки, а ноги не идут. Нет, мне не страшно, но очень волнительно, сама не знаю отчего. Я уверена в Дэмире, уверена в нашей любви, ведь за те полгода, что мы вместе после всех злоключений, поводов для сомнений не осталось. К тому же мы истинные.

Хотя даже без этой странной, созданной богами связи я бы не выбрала никого другого, и Рэймар тоже. Чего только стоит его «люблю», нашёптанное с хрипотцой мне на ухо жаркими вечерами.

Немного краснею, вспоминая пикантные моменты, а затем смело выпрямляю спину. Этой мой день, моя свадьба и мой будущий муж. И я хочу к нему. Немедленно!

Выхожу из своей комнаты, спускаюсь по белоснежной мраморной лестнице и направляюсь к алтарю, где меня ждёт он. Мой мужчина. Мой дракон. Мой возлюбленный! Дэмир Рэймар.

Я вижу его, и сердце замирает. Он стоит в строгом чёрном камзоле, а один его взгляд заставляет меня позабыть обо всех гостях, среди которых моя будущая начальница, между прочим. Да-да, победить врагов оказалось не так сложно, как найти работу в этом мире.

Дэмир помог решить все вопросы, и для всего мира я осталась Амалией Арто, впрочем мне это очень даже нравится. Правда в дипломе по стихийной магии, который я получила, они уже вписали другую фамилию. Там я уже Амалия Рэймар. Звучит очень красиво, не так ли? Но что такое названия и буквы, когда всё, что на самом деле важно, — внутри, в сердце!

Я подхожу ближе и вижу, как Рэймар слегка нервничает, поправляя галстук. Понимаю, ведь я умудрилась дважды отложить свадьбу, чтобы никто не говорил, что диплом я получила благодаря тому, что удачно вышла замуж. Да, статус невесты, конечно, при этом никуда не делся, но вкалывала я как проклятая. Хотя моему личному учителю и почти мужу было куда сложнее. Сложнее сдержаться, когда мы были только вдвоём у камина тёмными вечерами.

Теперь все планы выполнены, и я с чистой совестью хочу стать Его женой! И потому моя клятва звучит искренне и от всего сердца. А Рэймар говорит ещё и взглядом, который вновь заставляет меня смущаться и чувствовать себя самой счастливой женщиной на свете.

— Перед небом и землёй. Перед богами и смертными двое истинных дали клятву оберегать и защищать друг друга, так пусть будут они с этой самой минуты мужем и женой! — торжественно восклицает старец в белом одеянии.

И сад наполняется бурными аплодисментами, а после раздаётся лёгкий хлопок.

Вздрагиваю от неожиданности, но тёплые объятия Рэймара успокаивают, а после он сообщает, обжигая ухо своим дыханием:

— Ты ведь скучала по фейерверкам из своего мира.

Обращаю взгляд вверх и застываю, наблюдая, как закатном небе взрываются десятки огней.

— Это сделал ты? Как же прекрасно! — шепчу я в восторге.

Только вот радуют меня не огни в небе, а то, насколько Рэймар всегда внимателен ко мне. Чувство, будто с каждым проведённым вместе днём мы всё лучше и лучше понимаем друг друга.

Хотя куда уж лучше?

— Это пустяк, а прекрасна ты, — говорит мой истинный, мой муж, а после утягивает в такой поцелуй, что толпа взвизгивает.

Уверена, там найдётся тётушка, что после будет причитать о бесстыдстве, но нам с Рэймаром плевать. Мы не делаем ничего постыдного, мы любим друг друга и не будем скрывать свои чувства из-за напускного стыда перед кем-то.

Ага. А вот как теперь дожить до ночи после такого огненного поцелуя — большой-большой вопрос?! И кое-кого он интересует ещё больше, чем меня.

Наверное, потому Дэмир и ворует меня спустя час выслушивания поздравлений, только вот не несёт в нашу спальню на руках, а… обращается в дракона. Знает, как мне полюбилось летать.

Для таких случаев он даже приготовил артефакт, чтобы мне не пришлось взбираться самой по каменистым шипам до упряжки. Хотя меня и это не остановит, ведь полёт с ним, с моим Рэймаром, — это отдельный вид кайфа, ни с чем не сравнимый.

Не пугает ни ветер, бьющий в лицо, ни холод, забирающийся под струящееся в воздухе платье. Это чувство свободы и одних крыльев на двоих.

Дэмир снижает высоту над лесом и опускается у озера, где стоит дом из бревён. Едва не роняю челюсть, потому что такой же я рисовала на полях тетрадей, пока шли скучные лекции. Дэмир построил его для нас?

Дракон кивает и, покрывшись облаком сизой дымки, принимает обратно человеческую форму. Забавно, но даже причёска Рэймара осталась неизменно аккуратной, что уж говорить об идеально выглаженном камзоле.

Однако этот мужчина, видимо, не собирается жалеть одежду, потому подхватывает меня на руки и именно так вносит в дом. Магосветильники в форме канделябров загораются один за другим, а в камине вспыхивает огонь, даря особый уют этому тихому и только нашему тайному месту.

Рэймар ставит меня на ноги, и я ступаю по ворсу мягкого ковра вперёд, чтобы разглядеть окружающею красоту, но стоит мне ощутить дыхание мужа и его близость каждой клеточкой спины, как приоритеты меняются.

Я застываю, наслаждаясь моментом и уверенными, чувственными прикосновениями Дэмира, вызывающими целый ряд мурашек. Где-то снаружи, кажется, начинается дождь. Я слышу, как капли барабанят по крыше и окнам, но вскоре и это ускользает от меня. Оборачиваюсь и тону во взгляде своего мужчины, говорящего мне:

— Моя. Желанная. Истинная.

Слышу это в сотый раз, но не могу перебороть эмоции, что поднимаются со дна души. А этот голос с хрипотцой отзывается мурашками по телу. Дэмир решительно притягивает меня к себе, заставляя каждой клеточкой кожи ощутить жар его тела, несмотря на слои одежды.

Он проводит рукой по моей щеке, и я закрываю глаза, наслаждаясь. Его касания нежны, но полны силы, словно муж хочет запомнить каждую деталь, каждый изгиб моего тела. Я чувствую, как внутри меня загорается огонь, который Джмир разжигает своим присутствием. С каждым его движением я теряю счёт времени, погружаясь в океан чувств, где нет ни страха, ни сомнений.

— Мой. Желанный. Истинный.

Глаза в глаза. Всего один сладкий миг предвкушения, и Дэмир опаляет мои губы поцелуем, а я же жадно закапываюсь пальцами в его серебряных волосах. Невольно вспоминаю, каким холодным и отталкивающий, как айсберг, был когда-то мой мужчина. Теперь же каждое его прикосновение обжигает, как пламя. И я горю в этом пламени и даже не замечаю, как освобождаюсь от одежды, сама стягиваю с Рэдмара камзол, затем и рубашку, которой, кажется, понадобятся новые пуговицы.

Наваждение накрывает с головой, когда я чувствую упирающуюся в живот плоть, потом Дэмир подхватывает меня на руки, и вот я уже касаюсь спиной прохладных белых простыней, которые за секунды нагреваются от наших тел.

Прикосновения сводят с ума. Сначала он нежный, как утренний туман, но вскоре превращается в бурю, что сносит все преграды. Я теряюсь между небом и землёй. Каждая клеточка моего тела жаждет его прикосновений, я притягиваю его ближе и не могу сдержать стон, когда мы сливаемся воедино.

Я вся горю, а его губы скользят по моей шее, заставляя дрожать от удовольствия. Наше дыхание становится всё более тяжёлым, и тело накрывает такая волна, что на секунду я забываю, кто и где я. Чувствую негу в жилах и невероятную лёгкость.

Всё, чего сейчас хочется, — просто лежать в его надёжных объятиях, слышать дыхание и то, как всё сильнее барабанит дождь за окно, а в комнате и в наших душах царит тепло.

— Мы навсегда, — шепчет мне Дэмир.

Эти слова становятся для меня заклинанием, связывающим нас в одну неразрывную нить. Я отвечаю ему тем же, и тут же понимаю, что настоящая жизнь начинается именно сейчас, в объятиях моего истинного.

Конец