Глава 8

Виолетта

В целом я осталась довольна тем, как прошёл наш разговор. Мишель умеет идти на уступки. Это радует. И собой я осталась довольна. В целом, чего хотела, о том с ним по-деловому и договорилась.

На душе стало немного легче. Не успела зайти домой, как на пороге меня встретили родители. Они были в курсе моей задумки о том, что я собираюсь озвучить Мишелю свои условия. Отец, конечно, не разделял моего энтузиазма. Он искренне полагает, что очень скоро я почувствую нашу с Мишелем истинность. В понимании отца – это всего лишь вопрос времени. Но родители не стали меня отговаривать от моей затеи. И предоставили возможность действовать на своё усмотрение. За это я их очень ценю.

– Ну и как всё прошло? – Спросила мама, увидев меня.

– Отлично. Он согласился на все мои условия. Правда, во Францию мы уезжаем уже завтра. И ночевать я буду сегодня в доме альфы. В соседней с ним комнате.

– Хм, это ещё раз свидетельствует о том, насколько ты ему дорога. Видишь, он не давит. Если бы ему неинтересно было твое мнение, то и на твои условия ему было бы все равно. В таком случае, он уже давно взял своё, и метку поставил. А уж если Мишель, при его силе и власти, пытается договариваться, и идет тебе на уступки, то значит, он достойный оборотень и тобой дорожит.

Мне не хотелось продолжать разговор об этом, и я сменила тему:

– Вы рассказали всё Матвею?

– Днем я до него не дозвонилась. – Ответила мама. – Наверное, он был занят на работе.

– Это хорошо. Я сама ему позвоню, и расскажу.

И я поднялась к себе в комнату собирать вещи. Набрала номер Матвея. И через несколько продолжительных гудков брат все же взял трубку.

– Привет, Вета! Уже соскучились по мне? Смотрю, и мама днем звонила, пропущенный звонок от неё. Или случилось что?

– То есть ты с альфой не общался ещё сегодня?

– А должен был? Так. Говори. Что там у вас?

– Ты только сильно не переживай....

– Вета! Давай без предисловий, мне уже не по себе, когда ты так начинаешь.

– Я увидела, кто твоя истинная пара....

– Из тебя, что теперь каждое слово клёшами вытягивать? Говори – кто она?

– Луиза. Сестра главы международного клана… – услышала, как брат обрадованно присвистнул в ответ. – Но я бы на твоём месте не сильно радовалась.

– Это ещё почему? – Довольным голосом ответил Матвей. – Я, например, слышал, что она сильная волчица, к тому же красавица. Я видел её фото, когда узнал об их с братом приезде в нашу стаю.

– Всё так. А ещё она избалованная, надменная, и себялюбивая…

– Ничего, исправим. – Оптимистично проговорил брат. На его приподнятое настроение я лишь вздохнула. Хоть кто-то из нас принял новости радушно.

– Ты должен знать. Мишель собрался уезжать назад, во Францию, и она поедет с ним. Хотя она уже знает, что ты её пара…

Решила я рассказать брату всё как есть, чтобы сильно не обольщался про свою пару.

– Хм, значит поеду за ней во Францию. Так даже ещё интереснее и мне, и моему волку.

Меня радовало, что брат всё так позитивно всё воспринимает.

– Матвей, откровенно говоря, она не очень рада, что ты её истинный…

– Почему?

– Ты – бета, а ей альфу подавай. Она считает себя мега крутой альфа-волчицей и ей претит, что её пара будет на вторых ролях.

– Вот как? Значит, будем заниматься укрощением строптивой. Не волнуйся, уж я ей точно смогу доказать, что я не хуже альфы, и полностью в состоянии удовлетворить потребности своей пары…

Интересно, кто же победит в их противостоянии? Луиза, стерва ещё та. Но мой брат, если ему нужно, может быть мега настойчивым и упертым. Радует то, что он с таким воодушевлением и оптимизмом все воспринял.

– У меня есть ещё новости.

– Давай, весь во внимании. Выкладывай.

– Завтра я тоже уезжаю во Францию. – В трубке стояла тишина. Видимо брат переваривал новость и я пояснила: – Дело в том, что наш гость, Мишель, признал во мне свою пару.

– Брат Луизы? Тот самый?

– Да. Он.

– Офигеть! Ничего себе!

– Я к нему совсем ничего не чувствую. И мой дар молчит. Мне кажется он ошибся. Но наш папа уверен, что такую реакцию волк может давать только на свою истинную пару.

– Отец видел его реакцию?

– Да, это произошло у нас дома. Он чуть Егора не порвал из-за того, что он меня от его захвата освободил.

– Ну и дела…

– Так или иначе, мы с Мишелем договорились, что я еду с ним. Пока. Но если через два месяца я не почувствую нашу истинность, то он меня отпустит.

– Я бы не отпустил.

– Вот спасибо, утешил! Он обещал это при свидетелях…

– Это он погорячился…

– Ты, вообще, на чьей стороне?

– Конечно, на твоей, сестренка. Но его, по-мужски я тоже понимаю. И удивлен, что он так легко согласился на такие условия, ещё и при свидетелях. Вроде о нём все говорят, что он человек слова. Так что ты давай, держись там. Я, как здесь дела разрулю, к вам приеду. И я обязательно проверю, чтобы у тебя всё было хорошо. И если что не так или тебя там кто вдруг обидит, то я за себя не ручаюсь. И мне будет совершенно всё равно на его положение и статус.

– Ладно, пока!

– Звони если что.

Честно говоря, слова брата меня напугали. Прекрасно понимаю, что если что-то там во Франции пойдёт не так, то мой брат обязательно заступится, и начнёт отстаивать мои интересы даже ценой собственной жизни. До этого доводить ни в коем случае нельзя! Я же прекрасно понимаю настолько опытный и сильный Мишель. И в схватке между ними двумя, если не дай Бог такая состоится, исход очевиден.

Так, ладно, сумку собрала и пора возвращаться, пока меня не потеряли.

Несмотря на то, что я брала только вещи первой необходимости. Старалась брать только то, что мне может пригодиться в самое ближайшее время. Но всё равно сумка оказалась довольно тяжёлой. Зря я папу не попросила мне помочь. Наверное, это из-за того, что вышла из дома, возвращаясь мыслями в разговор с братом.

Внезапно со стороны спины меня за талию обхватили чьи-то руки. Я вздрогнула от неожиданности. Шагов я не слышала. Кто-то подкрался слишком незаметно! Напряглась. Мишель?

По-свойски меня притянули к себе, обнимая. Но, вопреки моим ожиданиям, услышала голос Ильи, а не Мишеля.

– Куда направляешься, дорогая? Еще и с сумкой?

Я сбросила его руку со своего плеча. Безумно раздражает наглое поведение маршала нашей стаи в отношении меня!

– Что тебя нужно, Илья?

– С каких это пор ты отвечаешь вопросом на вопрос? Что в сумке? Ты её еле тащишь.

– А ты взял бы и помог.

– Хм. Я помогу. Но услуга за услугу. Ты меня за это поцелуешь…– И он потянулся ко мне своими губами.

Всегда меня раздражало поведение Ильи: его ухмылки, похотливые шуточки, сальные взгляды в мою сторону. Всё это раздражало и нервировало. А сейчас его поведение и вовсе казалось омерзительным.

Я попыталась руками его оттолкнуть. Но его грудь, словно каменная, не поддавалась моему сопротивлению. Увернулась от него практически в последний момент. Когда губы Ильи мазнули по моей щеке, промахнувшись из-за того, что я ловко увернулась в сторону.

В последние недели он регулярно приставал с поцелуями. Когда не удавалось мне этого избегать, он обслюнявливал меня, настырно толкая свой язык в мой рот. И с каждым разом его поступки становились настырнее и бескомпромисснее, намекая, что после моего дня рождения у нас с ним всё будет.

– Ты, правда, ещё ничего не знаешь?

– Ты о чём? – Спросил он, снова, как кошка, плавно и настырно подкрадываясь ко мне.

Судя по его довольной улыбке, Илью забавляла моя реакция на него. Вероятно, моя неприступность ещё больше распыляла волка. Может быть, поэтому у него и зародилась навязчивая идея именно меня сделать своей парой до тех пор, пока он истинную не найдет?

– Илья, я уезжаю во Францию. И думаю, что мужчине, с которым я туда еду, не понравится твое поведение по отношению ко мне.

– В смысле во Францию? – Переспросил маршал, а затем его взгляд упал на землю, на сумку, которую я бросила, уворачиваясь от его поцелуя. По вспыхнувшей желтой радужке глаз я поняла, что он взбешен.

– Подстилка! Кого из наших французских гостей ты охмурила? Того, рыжего ловеласа или прихвостня Жана?

– Меня. – Раздалось справа от меня, и я резко повернула голову.

Мишель стоял на расстоянии метров пяти от нас. Судя по тому, как он сжимал пальцы в кулаки, от чего они становились белого цвета, и на его лице ходили желваки – он слышал разговор.

– Месье… Мишель… – Заикаясь, проговорил Илья. В один момент вместо наглого и напыщенного грубияна, перед нами предстал нашкодивший школьник.

Обстановка была настолько накаленной, что казалось, я кожей чувствую, как в воздухе летают разряды…

– Ты что-то имеешь против того, что девушка меня… как ты выразился… «Охмурила»?

– Н-нет. Я не знал, что речь идет о нашем уважаемом госте…

– Меня больше всего волнует дррругое. Как ты её назвал, щенок? – Мишель медленно шёл в сторону Ильи, а тот всё сильнее пригибался, понимая, что бежать от разгневанного волка, тем более альфы, бессмысленно.

То, что в речи Мишеля отчетливо слышалось рычание, говорило о том, что его волк близко, и он себя еле сдерживает. Илья молчал, глядя в пол.

– Я тебя спррашиваю! Ты кого подстилкой назвал? Мою истинную пару?

Илья вздрогнул как от удара, понимая, что сильно попал. И за обычную пару волк заступится, а вот за оскорбление истинной, и вовсе может порвать.

– Простите. Я на эмоциях. Я не сдержался.

Мишель подошел впритык к Илье, и я увидела на его пальцах острые когти. Кисти частично трансформировались. Илья, конечно, мерзавец, и в данный момент его трусливая реакция очень порадовала моё самолюбие. Это стоило увидеть. Но вот доводить до крайних мер я не хочу. Не хочу, чтобы из-за меня он пострадал. Почему-то мне даже жалко его сейчас стало.

– Мишель, не нужно, не трогай его. – Попросила я.

Французский альфа посмотрел на меня злым взглядом, и рычащим голосом спросил:

– Что между вами было, что ты так за него заступаешься?

А после своего вопроса он схватил за горло Илью, отрывая его ноги от земли. Илья хрипел, болтая ногами, и пытаясь руками ослабить захват.

– Ничего. Ничего не было!

– И поэтому он здесь пытался тебя лобызать?

Напряжение зашкаливало. Вот как можно остановить разъяренного оборотня? Что делать? Илья уже хрипел. А Мишель как будто этого не слышал.

И я сделала в этой ситуации то, что считала единственно верным способом успокоить взбешённого оборотня. Подошла к Мишелю, который в ярости сжимал горло противника. И обняла его руками со спины, приговаривая:

– Тише, тише… отпусти его. Не стоит об него марать руки. Ты же знаешь, что на самом деле между мной и им и быть ничего не могло. Я сумку собрала, завтра еду с тобой во Францию.

Пальцы на руке блондина разжались, и Илья с грохотом упал на землю. Пригнулся, не вставая. Лишь рукой растирал себе шею, мельком из под опущенных ресниц, подглядывая за нами. А Мишель вначале обнял своими руками кисти моих рук, прерывисто дыша. Затем медленно повернулся ко мне лицом, спрашивая:

– Тебя никто не учил, что к разозлённому оборотню со спины подходить нельзя?! Я же мог тебя поранить!

– Но ведь не поранил?

Он подушечками уже своих нормальных, человеческих пальцев, погладил мои скулы. Наклонился к моей макушке, и резко втянул в себя мой запах.

– Не поранил. Волк не позволил. И это еще раз подтверждает, что ты моя истинная пара. До сих пор не веришь?

– Нет.

– Упрямица, моя.

Я попыталась отстраниться от него. И Мишель позволил мне это сделать, но с явной неохотой. Затем он поднял с пола мою сумку. Вторую руку протянул мне:

– Пойдем.

Не очень мне хотелось идти с ним за ручку, как влюбленные. Но всё то, что происходило здесь до этого, не позволило ему отказать. Вложила свою руку в его, и мы пошли с ним в дом альфы.

Как только вошли в дом, я одернула свою руку. Мишель ничего не сказал на этот мой жест. Он провел меня в выделенную мне комнату, и поставил сумку на пороге. Возникла неловкая пауза.

– Может, расскажешь всё-таки, что у вас было с этим… маршалом стаи, пока я не вернулся к нему, и не завершил начатое.

– Я уже сказала. Ничего.

– Только он почему–то вел себя очень собственнически…

– Он надеялся, что я стану его парой.

– А ты?

– Что я?

– Тоже надеялась стать его парой?

– Нет! Ни за что!

Он удивленно поднял одну бровь и уточнил:

– Почему?

– Он мне не нравится даже.

– Да? А кто тебе нравится?

– Никто! Хватит! Уже поздно, и я хочу спать.

– Хорошо, – любезно согласился он, делая шаг на встречу мне. –Отдыхай. Но к этому вопросу мы с тобой еще вернемся.

Он хотел меня притянуть к себе, но я попятилась назад, не давая обнимать себя, и тем более целовать. Его рука уже тянулась к моему лицу, но видя мою реакцию, он сжал пальцы в кулак и отпустил руку.

– Доброй ночи. – Сказал он, покидая мою комнату, и закрывая за собой дверь.