Глава 8.
Очнулась я в совершенно неудобной позе. Руки были связаны над головой, а ноги разведены в стороны и я чувствовала, что на лодыжки тоже связаны. Лежала я в этой позе уже давно и тело затекло от неподвижности. А двигаться я и не могла. Подо мной было что то твердое. Было очень темно. Я вообще ничего не видела. Было довольно прохладно.
Я дернула руками и ногами. Гибкие оковы, что стягивали меня слегка натянулись и плотнее обхватили кисти и лодыжки. Когда я расслабилась и перестала дергаться, оковы снова ожили и ослабила хватку.
Занервничав, я пыталась облизнуть губы и с ужасом осознала, что мой рот чем то плотно заклеен. Через эту штуку дышалось хорошо, она в общем то не доставляла дискомфорта. Я ее и заметила то не сразу.
Меня так вырубило, что я не заметила, что со мной творят такое? А потом вспомнила, что было до обморока и задергалась в оковах сильнее прежнего. Оковы стянулись до упора, намекая как я не права, но мне было все равно.
Мне конец. Я это заподозрила как только увидела бой в космосе. То как огромная черная тварь уничтожила космический корабль и при этом выжила в эпицентре взрыва. А когда я поняла, что это чудовище и есть тот самый мужчина, что оставил меня себе, в тот момент подозрение превратилось в уверенность.
Я дергалась и дергалась, пока острая боль не пробила руки и ноги. Я застонала от боли и перестала вырываться.
Вдруг я почувствовала движение прохладного воздуха. Сквозняк прошелся от кончиков пальцев на ногах, до нежной кожи половых губ лишенных волос, по напряженному животу, по груди и напряженным соскам.
Я еще и голая. Отлично. Надеюсь, он меня быстро сожрет и я недолго буду мучится.
Движение воздуха чувствовалось с другой стороны и к моему лицо прикоснулись теплые пальцы. Мгновение и с моего лица сняли что то, из за чего я думала, что вокруг темно.
Я не успела рассмотреть, что было на моем лице, свет в помещении хоть и не яркий ослепил меня. Я находилась в полупустом помещении.
Надо мной стоял Тиран. В своем человеческом варианте. Его золотистые глаза пристально на меня смотрели. Смуглая кожа золотилась на свету. Грива черных волос аккуратно уложена на спине и ни один локон не выбивался из прически.
Я резко вспомнила, что на мне нет одежды и снова задергалась. Возмущенно замычав через кляп во рту. Мужчина предостерегающе поднял ладонь. Когда он начал говорить, голос его был спокойный.
- Не надо так делать. Чем сильнее будешь вырываться, тем сильнее тебя будут удерживать кандалы. Не причиняй себе лишней боли.
Он немного помедлил словно обдумывая что то и продолжил.
- Хотя если тебе нравится боль…
Договорить он не успел. Я отрицательно замотала головой.
- Не нравится? Хорошо. Тогда лежи спокойно.
Он провел пальцами по изгибам моего тела распростертого перед ним. Это нежное прикосновение вызвало неожиданно сильное возбуждение. И я чуть не застонала, когда он убрал руку.
- Я чуть было не совершил ошибку. Я не люблю совершать ошибки. Это не допустимо. Любая моя ошибка может привести к гибели невинных существ.
- Мммм?
Спросила я как могла. Вынимать кляп он явно не планировал.
- Меня подкупила твоя смелость и решительность. Ты первая, кто не опускает взгляд в моем присутствии. Первая, кто смог со мной нормально общаться без страха. Но только сейчас я понял, что причина такого твоего поведения исключительно в незнании и непонимании ситуации в которой ты находишься.
- Мммм ммм? Ммммм!!!
- Нет, кляп не вытащу. Ты наказана за неповиновение. И пока, что я не хочу ничего от тебя слышать. Пока что, слушать будешь ты. И не напрягай связки. Их только, что вылечили, после того как ты изволила их сорвать.
Он оглянулся и присел на удобный стул с высокой спинкой. Не знаю, на чем я лежала, но эта штука шевельнулась и передвинулась так, чтобы ему было удобнее со мной говорить. Я попыталась повернуть голову, чтобы посмотреть, что это за штука, но голова была жестко зафиксирована.
- Так вот. Обычно Наложницу отдают на обучение в Храм. Ты из другой галактики. В Храме тебя сломали бы и создали заново. Ты стала бы моей тенью, которая будет следовать за мной везде и исполнять любое мое пожелание. Но один раз они уже облажались. Я отличаюсь от своих братьев. А они этого не учли. Так, что все это я буду делать сам.
Он заметил, что я снова хочу попытаться возмутиться сквозь кляп и его глаза слегка засветились. А я поняла, что моя шея теперь под его контролем. В итоге мне осталось только скептически изогнуть бровь.
Тиран улыбнулся блеснув клыками.
- Ты неподражаема. Тебя обеспокоило что тебя придется сломать? Не волнуйся, я не собираюсь делать тебя похожей на всех остальных Наложниц. Я хочу сделать из тебя достойную спутницу… которая не погибнет в процессе посвящения.
Я сдвинула брови, оставив одну приподнятой. Я очень старалась, чтобы мое лицо выражало скепсис. С чего он решил, что меня взволновал только момент с ломкой. Да меня все моменты взволновали и крайне напрягли. Лучше бы он меня съел.
Нет как мужчина, Тиран был хорош со всех сторон. Но я понимала, что если он такой огромный, а тело его пропорционально, то его член должен был быть громадных размеров. Он же меня просто порвет!
- Итак. Ты находишься сейчас тут, потому, что ослушался моего приказа. И я вынужден тебя наказать. Кири и Реми тоже будут наказаны и заменены на других служанок.
Девочек накажут из-за меня? Нет! Они же не виноваты! Я снова яростно замотала головой в стороны.
Глаза Тирана снова засветились и моя шея перестала мне подчиняться.
- Я понимаю, что ты не хочешь быть наказанной. Зато в следующий раз будешь вести себя более разумно. Что ж… Приступим.
Он махнул рукой и штука подо мной снова зашевелилась. Я была развернута спиной к мужчине и висела лицом вниз. На ходу опора со спины переместилась на живот. Спину обдало прохладой.
- Это нейрохлыст. Ты помнишь те пятна на своей коже. Они как раз реагируют на него. Боль без повреждений. Мне искренне жаль, что приходиться наказывать тебя. И я надеюсь больше поводов для наказания ты мне не дашь. На первый раз пять плетей.
Что? Что!? Что за дикость? Какой нейрохлыст? Какие пять плетей. Мы же не в каменном веке.
Тиран прекратил контролировать меня. Я замычала и задергалась в кандалах. Кисти и лодыжки моментально стянуло, а до моих ушей донесся тонкий свист хлыста.