Глава 10.

Как я дошла до своей комнаты помню с трудом. Все тело ныло и болело, так, что ком в горле стоял. Нет я слышала, про глупые и жестокие приколы сокурсниц, в стиле возбудить парня и не дать. Но я не думала, что это настолько больно.

В глазах все плыло и кружилось когда передо мной наконец то открылась дверь в мои покои.

— Кири? Реми?

Жалобно позвала я. Но мне никто не ответил. Не было ни старых служанок, ни новых. Я доковыляла до ближайшего дивана и скрутилась в нем обхватив живот руками.

Не знаю сколько я так пролежала. Сквозь боль, которая заливала, мозг я услышала как открылись двери. Чьи то маленькие нежные руки погладила меня. Я услышала мурлыкающие знакомые голоса, но что они говорили я была не в состоянии понять.

С трудом открыла глаза и увидела мою Реми. Схватила ее за лапку и застонала от боли. Та испуганно посмотрела на меня, а потом что то яростно курлыкнула Кири и та убежала, в попыхах хлопнув дверью. Потом она снова посмотрела на меня, гладя второй рукой по волосам.

— Отпусти мою руку Льяра-Ке, я принесу тебе попить. Тебе полегчает. Наверно.

Я разжала пальцы. Может и полегчает. Мне бы чего то покрепче… Но в рот мне полился сладко-кислый сок. Я не успела допить как дверь распахнулась и гортанный рык Тирана отогнал от меня Реми с бокалом.

Он присел рядом со мной. А я попыталась отодвинутся от него, отгораживаясь рукой.

— Нет! Уходи. Не мучай меня больше. Чудовище!

Я попыталась придать голосу уверенность и настойчивость. Но вышли жалкие всхлипы. Зато его голос звучал как всегда уверенно и властно.

— Что ты чувствуешь?

Что я чувствую? Он еще спрашивает! Я собрала все силы и прошипела в ответ.

-— Мне больно! Все тело ноет и болит. А ведь ты говорил, что не причиняешь боль женщинам.

— Я сказал, что не бью женщин. Хотя и причинять боль не люблю. Потерпи.

Он поднял меня так легко, словно я ничего не весила. Схватил покрывало со спинки дивана и обернул меня в него. Потом прижал к груди и понес куда то.

Нет! Отпусти! Пожалуйста верни меня к Реми и Кири.

— Они сделали правильно что позвали меня. Они искупили свою вину.

— Тиран, отпусти меня. Зачем, ты мучаешь меня? Я поняла свою ошибку, я больше не выйду из комнаты!

Мужчина вздохнул.

— Смысл наказания был не в том, что бы ты сидела в своих покоях, а в том, что ты должна научится покорности. А покорности в тебе как не было, так и нет.

— Я покорна! - Хныкнула я.

— Тогда, почему ты указываешь мне, что делать?

— Потому, что мне больно. И плохо.

Это было последнее мое усилие. После чего мир стремительно закружился и померк.

В последнее время я слишком часто теряю сознание по странным причинам. И просыпаюсь в странных местах.

В этот раз я проснулась на широченной прохладной постели. В просторном, помещении выдержанном в минималистичном стиле было прохладно. По этому я была накрыта очень тяжелым толстым одеялом.

Вдруг я осознала, что в постели я не одна. Рядом, спиной ко мне, лежало огромное тело. Широченные плечи возвышались нажо мной на метр, не меньше. Одеяло прикрывало его только до пояса и мне удалось в полумраке разглядеть переплетение мощных мышц.

Кажется в человеческой анатомии их поменьше. Я напряглась пытаясь вспомнить земных качков и строение их мускулатуры. Моя голова предупреждающе заныла. Мне что и о других мужчинах думать нельзя. Отлично. Я тяжело вздохнула.

Мощное тело Тирана шевельнулось. Он приподнялся и с легкостью перевернулся на другой бок.

— Как ты себя чувствуешь, женщина?

Его голос был тихий, с легкой хрипотцой. А еще непередаваемая интонация от которой возникло почти физическое ощущение, что меня приласкали. Это было настолько реально и непривычно, что я дернулась.

— Хорошо, вроде. Что со мной было? Почему я в твоей постели?

— Мои лекари впервые столкнулись с настолько чувственной землянкой. Твое тело настраивали по стандартам, а ты… Ты вспыхиваешь, как сверхновая…

Я почувствовала, что он коснулся меня под одеялом. Так и есть, одна рука подпирает голову, а вторая…

А вторая легла мне на колено и медленно двинулась вверх по внутренней стороне бедра.

Я отпрянула назад упираясь ногами и руками в простынь. Но тут же была поймана за щиколотку и сдернута назад. Дальше он перехватил меня за талию, притянув к себе .

Я тихо пискнула. Близость мощного мужского тела волновала. Я уперлась ладонями в обнаженную грудь. Обнаженную. О, Боже! Может он совсем голый? От этой мысли тело полыхнуло жаром, а между ног разлилось тепло.

О нет. Только не снова. Я в панике сначала посмотрела вниз, взгляд уткнулся в одеяло, потом перевела взгляд на его лицо. В полумраке в хищном оскале блеснули клыки. Его лицо неотвратимо приближалось.

Я попыталась вжаться в подушку, но сильная рука скользнула мне под спину легла на шею и затылок. Игнорируя мое сопротивление он притянул меня к себе.

Поцелуй был стремительный и властный. Тиран подловил момент когда я хотела озвучить свой протест и теперь полностью завладел моим ртом. Его язык напористо изучал свои новые владения. Его губы жадно терзали мои.

Меня никто раньше так не целовал. Мощное наслаждение затопило сознание. Я снова почувствовала тугой узел внизу живота. Между ног я почувствовала горячую.

Тиран удовлетворенно заурчал не прекращая целовать меня. А я осознала что мои руки обхватили его мощную шею, пальцы зарылись в удивительно мягкие пряди его волос.

Мужчина приподнялся, аккуратно взял взял мои запястья и завел наверх. Уложил на подушку. Навис надо мной и заглянул в глаза. Его зрачки мерцали мягким золотом. Хищный разрез глаз, сейчас в них было, что то тигриное.

Он снова приблизил лицо ко мне и я не отпрянула. Тень удовлетворения скользнала во взгляде. В этот раз он не стал целовать мои губы. И теперь его внимание привлекла шея. Жадные поцелуи прошлись от ушка до ключицы.

Я чувствовала как его клыки скользят и слегка царапают мою кожу. Неожиданно для себя самой я возбудилась еще больше. Кто бы мог подумать, что опасность и острые клыки возле яремной вены могут так возбудить.

Мое дыхание ускорилось. Руки сами обхватили широкие плечи, а тело выгнулось навстречу пьянящим ласкам.

Изучив мою шею он двинулся ниже. Большие ладони обхватили оба моих крупных полушария с напряженными сосками. Он слегка стиснул ладони и сдвинул к центру, так, что бы соски были ближе друг к другу.

Не отрывая от меня своих золотых глаз он лизнул один сосок. Почему его язык оказался вдруг таким шершавым? Во время поцелуя этого не ощущалось. Надеюсь он не превратится в кота. В драконоподобные чудовище вот умеет… как то. Тут мысли покинули мою голову.

Мужчина обхватил губами один сосок и пососал его одновременно поглаживая языком. Тем временем пара пальцев занялись соседним сосочком. Видимо, чтобы ему было не обидно.

И действительно, мое тело отозвалось бурей эмоций на эти ласки. Я выгнулась дугой и хрипло застонала.

— Тебе нравится?

Спросил Тиран прежде чем, его губы и пальцы сменили друг друга. Вот теперь сосочкам точно не будет обидно. Никого не обделили вниманием. А я блаженно стонала то впиваясь когтями в плечи мужчины, то гладя их и длинные пряди черных волос.

— Да, мне нравится.

— Хочешь больше?

— Да, хочу, пожалуйста!

Я всхлипнула, боясь, что он снова обманет и остановиться и мне снова будет больно. И, я неожиданно для себя, взмолилась.

— Только не останавливайся. Прошу тебя. Я не выдержу этой пытки снова!

— Не остановлюсь.

Он не стал ломать мою гордость и заставлять умолять дальше. Его голова двинулась ниже. Язык проделал мокрую дорожку по животу вниз, через пупок к гладкой, нежной коже лобка.

Мои ноги раздвинулись сами собой сдаваясь победителю и проявляя покорность, которую он так желал.

А я сейчас желала его. До крика, до слез. Мне показалось, что если он все таки остановится, я умру.

Но он, слава всем Богам, не останавливался. Его, все еще необычно шершавый язык коснулся моих половых губ, раздвигая их. Он прошелся пару раз языком снизу вверх, словно пытался слизать всю мою влагу. Каждый раз надавливая на напряженный, возбужденный клитор.

Уже не стон, а хриплый крик вырвался из моей груди. Новогодние китайские фейерверки ничто по сравнению с тем, что сейчас творилось в моей голове. Ласка была настолько нестерпима, что меня выгнуло дугой, а бедра бесстыдно подались ему навстречу.

Не прекращая вылизывать мою щелку, мужчина надавил на мой живот ладонями. Утихомирив меня, обе ладони накрыли груди и пальцы обхватили соски. Покрутили, надавили, слегка оттянули. Язык вторил этому ритму, уделяя особое внимание бусинке клитора.

Не знаю как соски связаны с клитором, но такая ласка обострила наслаждение. Желая получить еще больше я металась под ним несмотря на то, что сильный мужчина довольно жестко меня фиксировал своим телом.

Тело напряглось на секунду, застыло, словно корабль на гребне цунами и рухнуло вниз в пучину оргазма.

Крики наслаждения вырвался из моего горла, снова травмируя связки. Я билась в его руках, словно меня полосовали нейро хлысты, но не от боли от дикого, неведомого ранее удовольствия.

— Тиран! Тир!

Поняв, что я больше не выдержу эту пытку наслаждения, он остановился. Его большая ладонь круговыми движениями гладила мой плоский животик, пока тело не перестало сотрясаться.

— Тир…

Я снова прошептала укороченный вариант его имени. Мне понравилось. Обхватила обеими руками его ладонь не давая ее убрать, прижала к себе. Почувствовала ее напряжение.

— Кто такой Тир?

Его грозный рычащий голос выдернул меня из блаженной неги. Чего он злится? Что опять не так? А он повторил влпрос.

— Кто такой Тир?

Вообще вопрос странный. Мог бы и сам догадаться. Я не открывая глаз, чтобы получить инфаркт, от его скорее всего злющего лица в этот момент, улыбнулась и ответила.

— Это ты. Тиран, Тир. Мне было настолько приятно, что не осталось сил на полное имя. Плюс, ты тоже мне дал другое имя.

Рука на моем животе расслабилась.

— Ты дала мне имя в момент страсти? Хорошо. Пусть так. Но только наедине, слышишь Льяра. Никто не должен услышать это имя.

Я осторожно приоткрыла один глаз. Глаза были заполнены тьмой, но я видела, что он не злится.

— Хорошо. Не буду. - А потом вдруг осмелев задала вопрос. - Почему сейчас у тебя глаза черные? А были золотые…

— Потому, что мне надо себя сдерживать. Иначе, я уже накинулся бы на тебя и причинил боль. Ты еще не готова.

— К чему? Почему ты так считаешь?

Он не стал объяснять, а просто встал с постели. Одеяло соскользнуло с его бедер и я поняла о чем идет речь.

— Ты не готова принять меня в себя.