Глава 10. Пурга

Я и не представляла, что бывает столько снега. Он был повсюду. Не только под ногами, но и вокруг, в воздухе. Сыпал с неба нескончаемым потоком, забивая глаза и ноздри, лишая зрения, искажая слух. Все было белым и холодным. Недружелюбным. И с каждым мигом становилось хуже. К счастью, я быстро нашла мантикору. Как и думала, Манти увяз в снегу. Его практически засыпало, спасла Кора, раскачивающаяся на ветру, как флаг. – Потерпите, я сейчас! – упав на колени, я голыми руками разгребала снег. Вскоре из-под него показался дрожащий Манти с обледенелыми усами. Вытащив из сугроба, я взяла мантикору под мышку. Так и шла с ней на руках, проваливаясь при каждом шаге по колено. – А я говорил, что нечего нам тащиться наверх, – ворчал Манти. – Наше место внизу. – У нас-с-с цель, – напомнила Кора. – Какая? Сдохнуть? Если так, то мы к ней близки. – Выс-с-сшая! Я уже привыкла к их постоянным спорам, но сейчас было не самое подходящее время для ругани. – Помолчите, – вмешалась я. – А то я не услышу отклика. Манти с Корой притихли, а я попыталась докричаться до драконьеров: – Сирокко! Ветер принес ответ: – Вихрь! – но я не могла разобрать с какой стороны доносится голос. Куда мне идти – направо или налево? А ведь это горы. Один неверный шаг – и сорвешься с обрыва. Я застыла в нерешительности с мантикорой подмышкой. Страшно было сделать шаг и ошибиться. Неужели я проделала весь этот путь, чтобы бездарно погибнуть? Ну уж нет, я такой подарок Маркусу не преподнесу. Обойдется! Я осторожно подвинула ногу вперед, не отрывая ее от земли. Так хотя бы не шагну в пропасть. Шквальный ветер бросил в лицо новую порцию снега. Я встряхнулась, как собака, и Манти тут же возмутился. – Поаккуратнее там! Не мешок с картошкой несешь. – Вообще-то… вы владеете… магией… – я говорила с перерывами, так как каждый раз приходилось отплевываться от снега. – И могли бы… что-то сделать… – Кого мне укус-с-сить? – поинтересовалась Кора. – С-с-сугроб? А ес-с-сли станем большими, будет только хуже. Провалимс-с-ся окончательно. Я выругалась, но уже про себя. На спор уходило много сил. Вместо этого снова позвала Сирокко. Ответом была тишина. Тогда я выкрикнула по очереди имена всех, но отклика не дождалась. То ли его не было, то ли ветер уносил голоса в сторону. Возникло неприятное ощущение, что я – единственная выжившая среди снежного хаоса. Стало до того страшно, что сердце замерло, но уже в следующий миг забилось вдвое быстрее обычного. Все потому, что из снега вынырнула рука. Выглядело это жутко. Белая завеса и мужская рука словно из ниоткуда. Я отшатнулась от неожиданности, но меня поймали. Сильные пальцы сжались вокруг запястья и дернули. Опомниться не успела, как я лбом впечаталась в мужской торс. Ох, до чего крепкий! В детстве я однажды ударилась о каменную стену, ощущения были схожие. Вскинув голову, я заглянула в лицо мужчине и вздрогнула. Смерч. Я ожидала, что за мной пойдет Сирокко, но никак не он. – Ступай за мной, – велел он. – След в след. Я кивнула. Но проще сказать, чем сделать. Невозможно идти по следам, которые заметает еще до того, как человек поднял ногу. В итоге Смерчу приходилось то и дело останавливаться, чтобы помочь мне. Из-за этого продвигались мы медленно. – Магисса, любые проблемы ничто по сравнению с тобой! – не выдержал он, помогая мне выбраться из очередного сугроба, в который я провалилась по середину бедра. – Так себе комплимент, – буркнула я в ответ. – А это и не он. Ты даже следом за мной не можешь нормально идти. – Я просто замерзла, – оправдалась я. – Конечности плохо слушаются. Смерч ничего на это не сказал. Да и как он мог меня согреть? Впрочем, скоро мне стало лучше. Все из-за смены ветра. К ледяным порывам пурги присоединился приятный ветерок. Не такой сильный, но куда более ласковый. Он нырял под одежду, обволакивая тело теплом. Благодаря ему идти стало легче, и я впервые поверила, что мы выберемся. Жаль, радовалась я недолго. Ровно до тех пор, пока что-то не коснулось моей юбки сзади. Поначалу я не придала этому значения. Ветер дул так, что несчастную юбку как только не трепало. Но когда это повторилось, я ощутила прикосновение к ноге чего-то горячего и шершавого. Это не мог быть снег. От страха и неожиданности я дернулась и чуть ли не рухнула на Смерча, но прижалась к нему максимально тесно. – Мне тоже холодно, но сейчас не время для игр, – усмехнулся он. Я не отреагировала. Мне было не до его грязных шуточек. – Здесь кто-то есть, – прошептала я. Смерч посмотрел мне за плечо. Я тоже оглянулась, но никого не заметила. Я была уверена, что драконьер мне не поверит, даже поднимет на смех, и приготовилась отстаивать свою правоту. Но усмешка исчезла с лица Смерча. Сейчас он выглядел серьезным и собранным. Мне это категорически не понравилось. – Идем, – он снова дернул меня за руку. Теперь он двигался быстрее. Так, словно нас преследовали. – Да что происходит? – выкрикнула я, перекрывая завывание ветра. – Снежные драги. Они выходят на охоту в пургу. Весьма кровожадные существа. – Звучит, как драконы. – Это близкая родня, но без крыльев. Живут в горах. Питаются… – Смерч оглянулся на меня, – чем придется… Он говорил на ходу. Ветер доносил его слова обрывками, но я и так поняла, что мы угодили в серьезный переплет. Сзади зашелестело, Манти зарычал, почуяв угрозу, и я дернула Смерча за руку. Он резко развернулся, оттесняя меня к скале, а я успела заметить, как в снежной завесе что-то мелькнуло. Деталей не рассмотрела, видела лишь смазанную тень. По размеру вдвое больше маленькой мантикоры. – Драги охотятся стаями, – мрачно произнес Смерч. – Нападают скопом и за пару мгновений раздирают добычу на куски. – Можно без подробностей, – попросила я. И так тошно. Мало того, что дико холодно, ни зги не видно, так еще и сожрать нас кто-то хочет. Почему меня никто не предупредил, что путь к Небу настолько опасен? Может, я бы вовсе не пошла. Хотя кого я обманываю… Мои мысленные причитания прервал Смерч. Точнее его действия. Драконьер расстегнул куртку, стянул ее с плеч и бросил на снег. Это еще что за внеплановое обнажение? Этого Смерчу показалось мало, и он, обернувшись ко мне, велел: – Раздевайся. Он что, решил раз мы все равно умрем, то хоть развлечемся напоследок? Я не согласна! Я отрицательно замотала головой и попятилась от явно спятившего мужчины. На что Смерч досадливо поморщился. – Драги реагируют на тепло, – пришлось ему пояснить свои действия. – Чтобы они потеряли след, надо опустить температуру наших тел. – То есть замерзнуть? – я облизнула потрескавшиеся от мороза губы. – Верно, – кивнул Смерч и стянул рубашку через голову. А я подумала, что он точно ненормальный. Раздеваться на морозе – идиотская затея. От обморожения тоже умирают! Но потом из снежной завесы на миг вынырнула пасть с десятком острых зубов, и я трясущимися пальцами принялась развязывать плащ. Замерзнуть так замерзнуть. Кто я такая, чтобы спорить с опытным драконьером? Холодно. Великие скалы, как же холодно! У меня стучали зубы, я не чувствовала пальцев на руках, а ведь только стянула платье, оставшись в нижней сорочке. Ее, как и сапоги, Смерч великодушно позволил не снимать. Мол, и так хватит. И мне действительно хватило. Температура моего тела теперь вряд ли отличалась от окружающей среды. Все, какие есть болезни от переохлаждения, мне обеспечены. Возможно, я умру в ближайшие дни, если, конечно, меня раньше не сожрут драги. Сам Смерч остался в штанах и сапогах. Его голый торс представлял собой смесь из мышц и шрамов. Тело драконьера было результатом выживания. Настоящее оружие – мощное и смертоносное. Один взгляд на этот торс – и мысли сами по себе становились грешными. То, как он двигался, завораживало. Гибко, быстро, ловко. Я по сравнению с ним была неуклюжей уткой, шагающей вразвалочку. Поймав мой взгляд, Смерч насмешливо глянул в ответ. Понял, что я его рассматриваю. Неловко вышло. Снова мне пришлось отвернуться первой. Почему рядом с ним я вечно делаю не то, к чему привыкла? Еще ни один человек настолько не выбивал меня из колеи. Впрочем, мой вид тоже не оставил Смерча равнодушным. Сначала он шел впереди, то и дело проверяя, успеваю ли я за ним. И я заметила, что, оборачиваясь, он смотрит не на мое лицо, а куда-то существенно ниже. Опустив взгляд, я увидела проступающие через тонкую ткань сорочки горошины. Моя грудь естественным образом реагировала на холод. А вот Смерч совсем неуместно реагировал на нее! Я возмущенно фыркнула и прикрыла грудь свободной рукой. Вторая была занята притихшей мантикорой. В очередной раз обернувшись и не увидев то, на что рассчитывал, Смерч велел идти мне первой. – С чего вдруг? – нахмурилась я. – Хочу убедиться, что драги отстали, – объяснил он. – Тропа уже видна, ты не собьешься. Я послушно шагнула вперед. Поначалу так было проще. Никаких заинтересованных взглядов. Я почти успокоилась, пока не поняла, что Смерчу сзади открывается не менее занятный вид. Да и ладно, пусть смотрит, лишь бы мы выбрались. Но хоть ветер был на нашей стороне. Он будто помогал нам. Подталкивал в спину, заметал следы, пряча от драгов. И я почти поверила, что мы выберемся из этой передряги живыми. – Драги отстали? – спросила я. Зря я это сделала, потому что ответ разочаровал: – Боюсь, что нет, – пробормотал Смерч. – Хочешь сказать, мы недостаточно замерзли? Лично я уже ледышка! От негодования я остановилась и повернулась к Смерчу лицом. Пусть объяснится! А не то я начну думать, что про понижение температуры он нарочно придумал, чтобы полюбоваться на мой зад. – У нас проблемы, – под моим строгим взглядом нехотя признался Смерч. – Еще?! Я промерзла до самого нутра, на нас охотятся голодные чудовища. Куда больше-то? – Помимо особого зрения у драгов отличный слух. Лучше всего их привлекает частое биение сердца, – пояснил Смерч. – И что это значит? – я припомнила от чего повышается пульс. Например, от страха. – Надо быть спокойными? Нельзя пугаться? – И это тоже. А еще нельзя возбуждаться. – С чего бы мне?.. – начала я и осеклась. Речь ведь не обо мне, верно? Я зло глянула на Смерча. Дайте-ка я угадаю, кто из нас слабое звено. Лично я не то что возбуждения, я собственного тела не чувствовала! Но мужчина всегда мужчина. Даже в горах, в пургу, на краю гибели он думает… да все об одном и том же! – Немедленно прекрати, – велела я. – Если из-за тебя мы умрем, я тебе этого не прощу! – Это от меня не зависит, – усмехнулся Смерч. – Уж больно вид хорош. Я вспыхнула. Невероятно, но посреди ледяной пурги в одной тонкой сорочке мне стало невыносимо жарко. Тепло шло изнутри в ответ на слова Смерча. Что ж, он вогнал меня в краску, но хоть согрел. Спасибо и на этом. Вот только винил во всем Смерч почему-то меня. Мы двинулись дальше, и он, не переставая, ворчал: – Не виляй задом. Не прогибайся в пояснице. Не тряси волосами. Вот ведь пристал! Может, мне лечь в сугроб и умереть? Очень хотелось его лягнуть, но я сдерживалась, помня, что он один в состоянии вывести нас из пурги. В итоге я шла, прямая как палка, и лишний раз старалась не дышать. Увы, это не помогло. Потерявшие след драги снова нашли нас то ли по сердцебиению драконьера, то ли по голосам. Но одно точно – мы угодили в ловушку. Драги появились внезапно, буквально за одно движение моих ресниц вверх-вниз. Вроде никого не было, я моргнула, и вот они уже повсюду. Оскаленные морды торчали из снега со всех сторон. Чудовища окружили нас! Сколько их здесь? Я перестала считать на двадцати. Некоторых вещей лучше не знать. Например, количество тварей, желающих тебя сожрать. – Драконий навоз! – выругался Смерч. В его руках словно по волшебству возникли кинжалы. Драконьер двигался так быстро, что я не заметила, когда он достал их из ножен на поясе. Длинные лезвия покрылись снежинками, но даже так выглядели опасными. – Что ты умеешь? – спросил Смерч, оценивая ситуацию. Драги пока не нападали, примеряясь. У нас было еще немного времени. – В каком смысле? – не поняла я. – Твоя магия, в чем она заключается? Я едва не взвыла. Смерч рассчитывал, что я помогу ему магически. Но это не в моих силах! – Ни в чем, – буркнула я. Признаваться в своей несостоятельности всегда неприятно. Смерч так удивился, что аж повернулся ко мне, забыв про драгов. – Но ты же магисса… – Запечатанная! – выпалила я. – Твою ж…! – драконьер снова выругался, да так витиевато, что я невольно заслушалась, а заодно пополнила словарный запас. Он отвернулся, бегло изучил расположение драгов и велел: – Прижмись к скале. Я попробую отвлечь их на себя, а ты двигайся вдоль скалы вперед. До привала, где ты будешь в безопасности, рукой подать. Тропа тебя выведет. Главное – не нервничай. Твое сердце должно биться ровно, и драги потеряют твой след. Я сглотнула ком в горле. Он что же собирается пожертвовать собой ради моего спасения? Но мы едва знакомы… Следующие слова Смерча объяснили причину его альтруизма: – В конце концов, это моя вина, что они нашли наш след. Договорив, он скользнул вперед. Да, именно скользнул. Движение было настолько быстрым и ловким, что, казалось, драконьер прошел между снежинками. А через миг ближайший к нам драг взвыл от боли, когда Смерч всадил ему в спину кинжал. Забыв о том, что вообще-то нужно бежать, я наблюдала за схваткой мужчины и чудовищ. Как же он был хорош! Скупые движения, каждое точно выверено, ничего лишнего. Если замахнулся, то неминуемо поразит цель. Смерч сбил одного драга с лап, уклонился от другого, вспорол третьему живот – и все это в считанные мгновения. Схватка только началась, а снег уже окрасился в алый от крови чудовищ. Мне даже стало жаль драгов. Казалось, у них нет шансов. Зря они пошли по нашему следу. Драконьер кружил между снегом и драгами, словно и правда был не человеком, а ветром. Тем самым смерчем, имя которого носил. Стремительным, опасным, сокрушительным. Сама пурга ему помогала. Вот драг прыгнул, но цели не достиг. Порыв ветра отбросил его в сторону, как щепку, и впечатал в скалу. От удара о камень голова чудовища раскололась. Еще на одного меньше. И все же даже Смерч не всесилен. Драгов было слишком много. Они банально давили числом. Один погибал от кинжала драконьера, но на его место тут же вставали еще двое. А потом чудовищу удалось его достать. Когти прочертили полосы по торсу Смерча, и я невольно вскрикнула. Он отвлекся на мой голос всего на миг, но тот едва не стоил ему жизни. В беглом взгляде Смерча, брошенном на меня, я прочитала негодование. «Я же велел тебе уходить!» – билось в его глазах. Действительно, велел. Но разве я могу его бросить? Поставив мантикору в сугроб, я попросила: – Увеличься в размерах и помоги ему! Манти скривил недовольную морду, но мне повезло – на моей стороне была Кора. А она в их тандеме явно главная. Хотя бы потому, что именно ее яд обладает магией. – С-с-сейчас я тебя укушу, – заявила Кора, помня, что Манти просил не кусаться без предупреждения. – А если я против? – заволновался лев. – Зачем нам этот мужик? Ты посмотри на него… он жуткий! – Он нужен, – туманно ответила Кора. – Опять это твоя чуйка. Ненавижу ее. Из-за нее мы вечно влипаем в неприятности, – проворчал Манти, а затем, смиряясь, кивнул: – Кусай. У меня было ощущение, что я подслушала разговор, непредназначенный для моих ушей. Для чего нужен Смерч? Видимо для того, чтобы проводить меня к Небу. Получив разрешение, Кора цапнула Манти. Лев коротко вскрикнул и быстро увеличился в размерах. Не знаю, кто сильнее удивился появлению мантикоры – драги или Смерч. Но эффект она точно произвела. Чтобы его закрепить и заодно напугать врагов, Манти огласил округу зычным рыком. Легкие у льва оказались мощными. Рев начался, как низкий гул, похожий на гром, он все нарастал, и вскоре воздух завибрировал от его силы. Это был не просто звук, а целое сейсмическое событие. На него отреагировали даже скалы. Я ощутила, как камень за моей спиной задрожал. Манти умолк, а мы еще с минуту стояли ошеломленные. Первыми в себя пришли драги. Реакция на рев превзошла все ожидания – они бросились врассыпную. Как удобно, даже драться не пришлось. Давно надо было так сделать. Вот только мне не понравилось, как резко побледнел Смерч. Неужели испугался мантикоры? На него это непохоже. Я всерьез сомневалась, что драконьера может хоть что-то напугать. А потом Смерч бросился ко мне. Я опомниться не успела, как он навалился сверху, тесно прижав меня к скале. Да что с ним? Если он вот так решил отпраздновать победу над драгами, то я буду вынуждена его разочаровать. – Что ты делаешь? – возмутилась я. Но еще до того, как Смерч ответил, сама все поняла. И почему драги сбежали, и с какой стати Смерча потянуло на объятия, а главное – почему нельзя кричать в горах. Рев Манти спровоцировал сход лавины!