Глава 14

– Простите, но что вы… – я осеклась на полуслове. Райзен уже исчез за дверью, оставив после себя странную, повисшую в воздухе недосказанность. – Имели в виду, – вздохнув, закончила фразу. – Ну что, ушёл? Из-за пузатого горшка с ворчливым кактусом высунулась взъерошенная Изабелла. Чёрно-белые перья торчали во все стороны, словно она только что вылезла из-под подушки. – Да, – вздохнула я, всё ещё сжимая в ладони монету. – И послушай, насчёт этого… Больше никаких краж, хорошо? Ни монет, ни блестящих пуговиц, ни чего-либо ещё. Сорока из древнего рода Лучезарных картинно закатила глаза: – Ничего не могу поделать, Мелечка. Это всё гены, понимаешь? Генетическая предрасположенность к коллекционированию! А? Я нахмурилась, пытаясь понять, где сорока могла научиться подобным речам: – Откуда ты вообще знаешь такие слова? Это же термины из моего мира… Но Изабелла уже перепорхнула на стол, деловито подбирая крошки от бутербродов: – Между прочим, работать кто будет? Витрины – это лицо лавки, а лицо должно быть чистым, сияющим и приветливым! Намёк поняла? Я беззлобно фыркнула, признавая её правоту и оценив умение птицы обходить подводные камни. Всё же, дело говорит. Чем скорее приведу всё в порядок и пойму, как ведётся торговля живыми цветами, тем быстрее смогу купить себе всё необходимое. А монету пока сохраню и при первом же удобном случае верну Райзену. Мне чужого не нужно. Особенно после такого надменного замечания. – Вкуса у меня, видите ли, нет, – ворчала я подобно кактусу, отыскивая в подсобке подходящего размера тряпку. – Или он думал, что я буду работать в самом красивом наряде? Нет, я точно куплю пособие по этикету в книжном и вручу ему по-соседски в подарок. Пусть читает и просвещается. Выбрав несколько тряпиц, я принялась протирать пыль с полок, где в разноцветных горшках дремали магические растения. Задача была не из простых: сначала аккуратно переставить цветы на стол, а их на каждой полке стояло не меньше десятка. Затем собрать пыль влажной тряпкой, пройтись насухо, обтереть горшки от комочков земли и чистые, красивые вернуть обратно. Мои новые подопечные сначала застенчиво поджимали лепестки, когда я, затаив дыхание, оттирала горшки, а как только освоились, то расправили листочки и затянули песенку. Вскоре к первой полке присоединилась компания чайных розочек, выводя весёлую мелодию на три голоса, а большой фикус в углу подхватил низким басом. – Развели шум и гам, – проворчал Кактус с видом заправской драматической актрисы. – Скоро соседи придут жаловаться. – Ой, да не мешай. Ворчишь как старый дед, – отмахнулась сорока и, чуть подумав, добавила, – Меля привыкла к песням, Глэдис рассказывала, что… Ай! Получив колючкой по макушке, сорока слетела с подоконника и, показав язык ворчуну, пересела на потолочную балку. А мне всё нравилось. В этот момент, окружённая живыми поющими цветами, я чувствовала себя принцессой из диснеевской сказки. Остатки недосыпа и обида на вредного соседа развеялись как дым, и я бодро орудовала тряпкой. Двигаясь в такт импровизированному концерту и тихонько подпевая, я мыла окна, расставляла горшки ровными рядами и развешивала пучки сушёных трав, сваленных в одну кучу за кадкой с фикусом. Пальцы то и дело касались шершавых листьев и прохладных лепестков, слегка поглаживая, а в груди разливалось удивительное солнечное тепло. Как будто я оказалась там, где была нужна, и меня очень ждали. Протирая подоконник, я то и дело поглядывала в окна дома напротив. Силуэт мистера Харта был отчётливо виден за полупрозрачными занавесками. Сосед стоял неподвижно, как изваяние, и, казалось, наблюдал за каждым моим движением. Я только пожимала плечами – пусть смотрит сколько душе угодно, лишь бы не приходил с очередной претензией и не мешал работать. Когда солнце поднялось высоко и с улицы отчётливо доносились голоса прохожих, я как раз закончила мыть полы в торговом зале. Вылив грязную воду и наполнив ведро чистой, обернулась к мирно дремлющей Изабелле: – Ну как тебе? – я провела рукой по влажным прядям, сдвигая их за уши. Сорока придирчиво осмотрела сверкающее помещение, склонив голову набок: – Прекрасно, дорогуша! Может, пообедаем? Время-то к полудню. – Есть хочется ужасно, – призналась я, поглаживая урчащий живот. – Но только без воровства! И сначала фасад отмою. Заодно познакомлюсь с соседями – не один же мистер Харт тут живёт. Изабелла как-то странно выдохнула и ответила не сразу: – Как знаешь. Только будь готова к неожиданностям. Интересно, к каким? Размышляя об этом, я вышла на улицу, щурясь от яркого солнца. Прохожие в старомодных костюмах и платьях с кружевами замедляли шаг, бесцеремонно разглядывая меня и пихая друг друга локтями. Неужели я так запачкалась? На всякий случай быстро отряхнула подол, прокашлялась и решила: сейчас или никогда. – Доброго дня! – я приветливо улыбнулась, стараясь унять дрожь в голосе. – Я Камелия, новая хозяйка лавки. Рада познакомиться с… Недоеденное яблоко просвистело над головой и с сочным чавканьем разбилось о дверной косяк. Я испуганно вскрикнула, инстинктивно прикрыв руками затылок, и тут же услышала грозное: – Зачем вернулась, малолетняя нахалка?!