Глава 4

Интерлюдия

Тринадцать лет назад

Земли, отошедшие королевству Форсберг

Эдрик шел позади последней повозки и опасливо оглядывал бело-серые просторы. Небо было не по-январски пасмурным, и это лишь усугубляло ощущение подстерегающей опасности. Официально Вторая магическая война закончилась неделю назад подписанием мирного соглашения, но отдельные вражеские элементы об этом еще не знали или не желали смириться.

Вот и жителям приграничной деревеньки не повезло. Подожгли ее, изверги, народ едва успел в лесу спрятаться и подмогу вызвать. Все, что смогли спасти и унести собой, сейчас ехало в пяти скрипучих телегах впереди мага, а полторы сотни людей, замерзших и уставших от долгого пути, вяло шли рядом. На повозках сидели только дети и уж совсем немощные старики. До крепости оставалось уже меньше четверти пути, но беспокойство внутри Эдрика все нарастало. Боевой маг от природы обладал отменной интуицией, хотя, возможно, это и были проявления так и оставшегося в стадии зародыша дара ясновидения, коим в совершенстве владела прабабка. Помочь в эвакуации жителей их отправили всего втроем: выживших магов было слишком мало, чтобы Форсберг мог позволить себе больший отряд.

Хлопок открывшегося позади колонны портала разорвал зимнюю тишину. Ярдах в двадцати от группы на снежный наст ступило четверо. Один из них, судя по характерным всполохам на руках, огневик. Специализация остальных сходу была неясна. Напарник Эдрика молниеносно накрыл весь караван защитным куполом. И он, и молоденький, но уже «обстрелянный» парнишка-менталист разом взглянули на командира. Логично было бы оставить с собой менталиста. Возможно, юноше удастся сдерживать одного-двоих, пока Эдрик будет вести бой с остальными. Но мрачное предчувствие в груди лишь нарастало, а парню, даст бог, еще жить и жить.

— Серж, ведешь людей в крепость, — отдал он юноше четкий приказ. — Охраняешь любой ценой. Мы с Генрихом остановим магов.

Парень собирался открыть рот, чтобы возразить, но Эдрик лишь строго глянул из-под нахмуренных бровей, и молодой менталист сразу развернулся и принялся командовать караваном.

Эдрик с Генрихом встали плечом к плечу. Шанс отбиться, конечно, был. Но главное — не допустить никого из садаахцев преследовать колонну. Впрочем, враги пока и не спешили. Численное превосходство было явным, и, судя по возрасту, каждый из магов был в полной силе и отлично обучен.

— Наши страны заключили перемирие, что вам нужно? — Эдрик попробовал сперва пойти дипломатическим путем.

Опять же чем дольше они разговаривают, тем дальше уйдет обоз.

Черноволосый маг с волчьим оскалом сплюнул.

— Нищенские объедки это, а не перемирие. Хотите получить наши земли? Ну, значит, на них не останется ничего. Жрите выжженную пустошь.

— Садаах сам подписал передачу приграничных земель. Но даже если вы считаете, что правда на вашей стороне, дома уже спалены, людей мы забираем. Какие вопросы?

— Не строй из себя дурака, граф! Тебе не идет. Люди тоже наши, и никуда они не пойдут! Впрочем, если вы сдадитесь, мы, пожалуй, сохраним вам жизни.

— Мы согласны сдаться, — в этот момент Эдрик боковым зрением увидел, как расширяются у напарника глаза. — Но после того как за караваном опустится крепостная решетка.

Противники захохотали.

— В благородство решил поиграть? — еще шире осклабился садаахский главарь. — Не, граф, с нами такие штуки не покатят.

И на щит разом, даже без всякой команды, обрушился шквал магии. Огненные шары бомбардировали незримую стену, из земли стали прорезаться острые шипы, ураганный ветер старался сорвать защитный покров, еще колышущийся над двумя магами, готовыми к битве. У Генриха слишком много сил ушло на огромный защитный купол, оберегающий удаляющийся караван. Эдрик понимал, что долго друг заслон не удержит.

— Опусти его, будем биться! — крикнул Эдрик, стараясь перекрыть зловещие завывания ветра.

Генрих послушал приказ, и вот они уже вдвоем в центре боя. Далеко не первого для обоих, но граф очень надеялся, что и не последнего. Сбивая вражеские заклинания, Эдрику удалось оплести главаря живой лозой, а напарник отправил в нокаут еще одного садаахца. Силы, во всяком случае на время, сравнялись.

— Я возьму левого! — удовлетворенно крикнул Эдрик, поворачивая голову к напарнику.

Генрих не успел ответить, как и не успел сбить несущийся в него огненный шар. Напарник, с кем граф бок о бок прошел всю войну, в долю секунды превратился в огненный факел, а в следующую уже осыпался пеплом на снег. Боль словно острым штырем вонзилась в грудь Эдрика. Он пустил в сторону вражеского огневика целый рой ядовитых спор и принялся сражаться один на один с оставшимся магом. Внутри бушевала ненависть, и это придавало сил. Граф мог победить! Но слишком поздно вспомнил, что щит на колонне питается за счет их общего с Генрихом резерва. Ресурса для нападения оставалось слишком мало. Как на грех, еще очнулся тот, кого Генрих отправил в нокаут в самом начале. Всего пара ударов магией, и можно переходить на меч. Только с ним он, вероятно, даже и добежать до противников не успеет.

Неожиданно позади врагов приземлился огромный белый дракон. Абсолютно бесшумно, как облако пара. Каждый школьник знает, что драконов не существует, это лишь легенды. Но этот выглядел очень даже материально. Может, Эдрик уже мертв и перенесся в мир за Гранью?

Дракон подул в сторону садаахских магов, и те тут же превратились в ледяные столбы, рассыпавшиеся через мгновение на множество стеклянных осколков. Дракон и человек стояли и молча смотрели друг на друга. Граф не мог понять, на каком он свете и что происходит, а дракон внимательно, словно изучая, всматривался в мага.

Потом вокруг неожиданного помощника поднялся и закружился снег, полностью скрывая его от глаз. Когда внезапная метель прекратилась, навстречу шел мужчина в распахнутой шубе, кого-то пряча под ее полою.—

— С-спасибо, — растерянно проговорил Эдрик, не уверенный, что дракон понимает язык.

— Услуга за услугу, — совершенно четко и ясно проговорил мужчина, выпуская вперед то, что скрывал.

Это был мальчик. С виду совершенно обычный и напуганный. Лет семи, не больше.

— Я слежу за вами с прибытия. Мне показалось, граф, что вы благородный человек и вам можно доверять. Это мой сын. Его надо надежно спрятать, чтобы ни одна живая душа не заподозрила, что он дракон и из иного мира.

— Конечно, все что угодно! — сглотнув, проговорил Эдрик.

Дракон только что спас ему жизнь, и граф чувствовал, что обязан этому существу куда больше, чем обозначенная просьба.

— В двадцать один год юноша войдет в силу и сможет найти дорогу назад. Надеюсь, к тому времени наша война закончится, так же как сейчас закончилась ваша.

Мужчина подтолкнул оробевшего сына в сторону Эдрика. Парнишка обернулся, в его глазах стояли слезы, но дракон лишь покачал головой. Отступив назад, он снова превратился в огромного зверя и взмыл в серое небо. Мальчик смотрел вверх до тех пор, пока не исчезла из вида даже точка.

Мир Радуги, резиденция Красных драконов

Несколькими днями позже

— Дворец рода Белых драконов захвачен, ваше величество! Их войска не сегодня-завтра сдадутся, ведь в противостоянии пропадает всякий смысл!

Однако Эгон, монарх Красных драконов, вместо того чтобы спокойно сидеть на троне и принимать эти безусловно приятные новости, нервозно прохаживался перед посланником. Благо в зале они были вдвоем.

— Белый лорд подписал капитуляцию?

Посланник сконфуженно помотал головой.

— Почему до сих пор нет⁈ —вскричал монарх, едва удерживаясь, чтобы не вкатить подданному оплеуху.

— Он мертв, ваше величество. Сражался наравне с другими воинами, и на нем не было никаких знаков отличия…

Красный дракон рыкнул, так что из мозаичных окон местами вывалились цветные стеклышки. Посланник сжался, опасаясь, что и его могут сейчас превратить в осколки.

— Где его сын? Лорд мертв, значит, титул переходит его сопляку. Пусть мальчишка подпишет!

— Нет возможности, ваше величество, — пробормотал посланник, непроизвольно делая несколько шагов назад.

— Тоже мертв? — порычал Эгон.

— Пропал. Белый лорд успел переместить сына куда-то в другой мир. Мы не знаем точно, куда, но уже выслали трех самых опытных ищеек. Они непременно найдут его, вопрос только во времени.

— Что ж… Для драконов время не самый ценный ресурс. Я умею ждать.