Глава 13

— Никс! — кто-то окликнул, когда я вышел в главный холл. — Стой!

Ари. Как же некстати.

— Ты меня избегаешь? — приблизился Астэрон.

Я качнул головой и пошел на улицу. Сегодня было свежо, собирался дождь, ветер забрался под полу камзола и прошелся ледяным прикосновением по спине.

— Николас, — Ари нагнал меня около пустого плаца, — я знаю, как тебе сейчас трудно, но… мы… я переживал за тебя. Это правда.

— Что ты хочешь? — я кинул на него взгляд.

— Достучаться. Тебя два года не было, неужели совсем не интересно, как мы жили все это время, что произошло, а что изменилось?

— Представь себе, нет.

Арден слегка дернулся, но продолжил идти рядом.

— Ты отдалился. Это случилось еще до лабиринта, но тогда я понимал твое горе, проявлял терпение. А получается ты просто всех вычеркнул из своей жизни. Зачем тогда пошел со мной Мику спасать?

— Я просто не хочу сейчас говорить. Отстань, а?

Мы вошли под сень фруктовых деревьев.

— Не отстану. Ты мой друг. Лучший друг. Я, блядь, два года с твоей рожей сквозь купол общался!

— Выписать чек в благодарность? — губы закололо, не хотел Ардена так задевать, я ценю его поддержку.

— Ты совсем, что ли? Да что с тобой?!

— Я. Хочу. Чтобы. От меня. Отстали! — пошел вглубь, виляя между деревьями, хотелось побыстрее убраться подальше от академии, хотя бы ненадолго.

— Это из-за нее, да? — Астэрон махнул рукой в сторону Конкорда, убрал длинную челку с глаз. — Из-за Морайны?

— Иди на хуй, Арден, — прорычал я, но дальше идти не смог. Под коленями что-то больно тянуло, угрожая свалить меня наземь.

Арден тоже остановился.

— Я знаю, что ты приходил в лазарет после посвящения, сидел по ночам у кровати Сторм. Конечно, она же во сне ничего не узнает? Я представляю, что это такое, когда хочешь защитить самое ценное, а не знаешь, как.

— Я выпил ее сестру, Ари! — взвыл я, ноги подкосились, рухнул прямо там, где стоял, на колени. — А она теперь ко мне привязана… и я не могу ничего сделать. Желаю ее, сдерживаюсь, но… это… пиздец…

Адрен присел рядом, приобнял меня за плечи.

— Мы найдем выход.

— Как? — я мотнул башкой, она снова гудела, будто в ней улей шершней поселился. — Единственный выход: усыпить меня вновь и позволить девушке жить дальше.

— Вот точно не так, — Ари отстранился и сел прямо на мягкую землю. Взъерошил волосы. — А если с ней, с Морой, все будет иначе?

— С ней все еще хуже, Ар.

— На какой вы степени?

— Вторая.

— Хреново. Слушай, а ведь Уилл и Касс месяца три были на третьей, и нормально, она лишь его эмоции чувствовала.

Ари как-то заговорил меня, посвятил, что сестру Мики оправдали, и она тоже учится теперь в Конкорде, на четвертом курсе. Я не заметил, как прошло время: мысли улеглись, а тело расслабилось. Я даже позволил себе прилечь на мягкий мох и запрокинуть руки за голову.

— И зря ты из апартаментов выселился, — после небольшой паузы сказал Астэрон. — Не на крыше же жить? — все-то он знает! — Вдруг нельзя сдерживать либидо с твоей родовой особенностью?

— Я думал об этом. Но печать все еще при мне, — постучал по виску с цепями.

Арден присмотрелся.

— Будто выгорела. Ты у профессора Хорна проверь все-таки. Мало ли.

Кивнул.

— Спасибо, Ар… реально легче стало.

— Обращайся. Ты, кстати, решил, что Море загадаешь?

— Чтобы она держалась подальше…

— Не, такое уже нельзя. Куда делась твоя изобретательность?

— Ар, не знаю… — я потер лицо, живот жалобно уркнул, да, надо было поесть все-таки, но я как увидел Мору в столовой, понесло с новой скоростью в пропасть. И чем больше отдалялся, тем сильнее хотелось к ней.

— Слушай, а давай свиданку? — друг приподнялся. — Ну девочка ведь не виновата, что к тебе привязалась, подари ей сказку.

— А потом?

— Да сообразишь по ходу дела.

— А вдруг мы перейдем на третью?

— От свиданки такое точно не случится. Ну попробуй. Ты ведь всегда сможешь вернуться к угрюмому Никсу, а на один вечер включи прежнего: моего шебутного друга.

— Он давно умер, — я поднялся, подал Ардену руку, и мы вернулись в академию.

Я отсидел общие лекции, взял формуляр, чтобы сдать хвосты за четвертый курс и обнаружил, что день клонится к вечеру, а я опаздывал на отработку у профессора Накрина. Его тяга к монстрам всех кадетов пугала, но я обожал этот предмет, особенно коллекцию живых экспонатов.

Дверь в кабинет монстрологии была приоткрыта. Внутри полумрак и тишина. Только по центру, там, где лестница с кафедры уходила вниз и исчезала в подземелье, лился легкий свет волшебных ламп.

— Профессор Накрин, — позвал я, прошел по аудитории, разглядывая все вокруг. Здесь уже убрали, уроки давно закончились, даже стулья подняты и пол все еще влажный.

Ступил на лестницу: туда без учителя спускаться нельзя.

Тишину разрезал женский крик, идущий снизу. Я бросился вперед, на ходу трансформируясь в половинчатую форму.

Длинный коридор будто не заканчивался. И крик был таким истошным, что душа замораживалась.

И я знаю чей это голос.

— Мора! — на полном ходу выскочил в большой ангар и опешил.