16. Мираж

Ангелина.

Рано утром Рэйнер и целитель Каритас уехали в военный гарнизон. Я чувствовала себя настолько хорошо, что отправилась бродить по замку с поисковым компасом. Безрезультатно. Может быть, Жрец ошибся, и Огненный жезл спрятан не здесь?

Целитель и генерал вернулись обратно только к ужину. Вечером ритуал вливания силы повторился. Определённо, я шла на поправку очень быстро. Каритас довольно потирал руки. На этот раз ему не пришлось даже подсказывать генералу слова. Рэйнер их выучил.

На следующий день любопытство и куча свободного времени заставили меня найти новое занятие. Я начала собственное расследование причин исчезновения магии в Альдебран.

Местные объясняли всё просто: «такова воля Стихий», «Стихии решили». Но это никак не укладывалось в мою картину мира, где есть причинно-следственные связи, методология анализа и другие умные вещи. Ну не бывает дыма без огня.

Что-то случилось много лет назад. Что-то спровоцировало исчезновение магии. Что-то послужило тому причиной. Я верила, что если найти и исправить ошибку, тогда одарённые дети снова будут рождаться в каждой семье, магия восстановится, и похищения девушек станут не нужны.

С умным видом я зашла в библиотеку. Упёрлась руками в бока и посмотрела на полки. Определённо, читали в Файерстоуне не много. Если судить по количеству пыли на полках и корешках книг. Что ж, посмотрим, что тут у нас есть.

Великая битва при Сортанате. Сражения в Лидерии. Славные победы флота. Тактика боевых действий. Тактика построения при атаке. И всё в таком духе.

А здесь у нас что? Перешла к другому стеллажу. Всё о магии огня. Разящая магия огня. Приёмы обороны и атаки магией огня. Стихия огня против других стихий.

Третий и последний стеллаж был завален свитками пергамента, старенькими женскими романами и сборниками стихов. Эмм. И это всё? А где же летописи, своды законов или что-то подобное? Негусто.

Что ж, будем работать с тем, что есть. Перепачкавшись в пыли и исчихавшись, я вышла в коридор ни с чем. Расследование не продвинулось, но решимость осталась при мне.

С лёгким волнением я впервые спустилась к ужину. Целитель Каритас и генерал уже сидели за столом. Увидев меня, Рэйнер встал, подошёл к свободному креслу справа от себя и отодвинул его.

— Спасибо, — благодарно улыбнулась и села.

— Так значит, вы находите состояние здоровья моих воинов удовлетворительным? — Вопрос генерала был адресован Каритасу.

— Вполне, лорд Файерстоун. Признаться, это даже несколько меня удивило.

— Отчего же?

— Учитывая их режим и чрезмерные нагрузки, истощение организма видится единственно возможным вариантом. Однако, этого нет.

Рэйнер хмыкнул.

— Истощённые воины это явно не то, что нужно Империи. Организм привыкает. Самые изматывающие нагрузки спустя время становятся привычными. И тогда планку приходится повышать. Ещё и ещё. Иначе развития нет. Полноценное питание, здоровый сон, и никаких проблем. Впрочем, вы и сами всё видели.

— Видел, и весьма впечатлён, генерал Файерстоун. С такой армией подданные Империи могут спать спокойно.

— Рад слышать, целитель Каритас. Предлагаю вам завтра передохнуть. Я должен съездить в деревню и встретиться с управляющим.

— Можно мне с вами? — вопрос вырвался неожиданно даже для меня самой.

Взгляды обоих мужчин обратились на меня. Удивлённый — целителя Каритаса. Изучающий — генерала.

— Что? — пожала плечами. — Если, конечно, вы не против. Я бы с удовольствием посмотрела окрестности и заглянула в торговую лавку. Мне нужно. Кое-что из белья и косметики.

Целитель Каритас едва не поперхнулся вином. Пробормотал извинения и встал из-за стола. Рэйнер откинулся в кресле и чуть склонил голову.

— Можно, — обронил, как ни в чём ни бывало, — будьте готовы к девяти утра. А сейчас давайте проведём ритуал и покончим с этим. У меня ещё есть дела в кабинете.

Мужчина прикрыл дверь, снял камзол и закатал рукав рубашки. Я растерянно наблюдала за всеми приготовлениями.

— Что, прямо здесь?

— Предлагаете нам с вами вдвоём уединиться в вашей спальне?

— Нет, конечно!

— Вот и я думаю, что здесь более подходящее место.

Рэйнер придвинул своё кресло вплотную к моему, и сел. Положил на стол руку ладонью вверх. Я подалась вперёд и коснулась его руки своей. Шумно втянула воздух, подавляя волнение.

Генерал начал произносить смутно знакомые слова. Приятное тепло сразу побежало по телу, словно давно ждало команды, и, наконец, получило желанную свободу. Я прикрыла глаза. Как же хорошо.

— Доброй ночи, леди Ангелина.

Ритуал закончился неожиданно быстро. Генерал мягко, но уверенно высвободил свою руку и встал. Открылась и закрылась снова дверь, и я осталась в одиночестве.

На следующее утро ровно в девять утра спустилась вниз. В гостевом зале никого не было, но входная дверь была приоткрыта.

Рэйнер был одет в дорожную одежду чёрного цвета и стоял спиной, но я без труда его узнала.

Мужчина придерживал своего коня и разговаривал с начальником стражи. Я на секунду замешкалась, но уже в следующий миг одёрнула юбку и решительно шагнула во двор.

Начальник стражи первым заметил меня, сразу замолчал и почтительно склонился. Рэйнер проследил за его взглядом и тоже обернулся. Я улыбнулась и слегка присела. Генерал держался вежливо и отстранённо.

— Рад приветствовать вас леди. Сегодня хороший день, как раз для прогулок. Как ваша рана? Осилите поездку верхом?

— Спасибо, всё хорошо. Вашими стараниями, лорд Файерстоун, скоро от раны не останется и следа.

— В таком случае, познакомьтесь с Калми, — с этими словами Рэйнер сделал несколько шагов в сторону и вернулся, ведя под уздцы лошадь кремового оттенка с белоснежной гривой. — Это самая спокойная и уравновешенная лошадка, с ней сладит даже ребёнок.

— Отлично, отправляемся сразу?

Я шагнула навстречу, погладила Калми по морде, поставила левую ногу в стремя и приготовилась подняться вверх. Внезапно почувствовала, как сильные мужские руки подхватили меня за талию, и в следующую секунду я была уже в седле. После этого генерал отступил, легко запрыгнул на своего коня, и поехал в сторону ворот. Я направила лошадку следом.

Мы выехали за ворота, проехали мост и двинулись прочь от замка. Первые деревенские домики начинались примерно через двести метров, но торговая улица располагалась значительно дальше. В деревне уже вовсю кипела жизнь. Пастухи вели стадо на выпас. Женщины деловито несли вёдра с водой. Дети беззаботно гонялись по улице за щенком.

Мы свернули направо и оказались на более богатой и чистой улице. Дома здесь выглядели более презентабельно, а люди были одеты опрятней. Тут и там виднелись торговые и ремесленные вывески.

— Значит, бельё и косметика? — Рэйнер обернулся через плечо. Лицо его было серьёзным, но в глазах плясали чёртики. Пара прохожих обернулась на нас, но узнав генерала, почтительно склонила головы. Я ощутила, как щёки становятся пунцовыми.

— У вас отличная память, лорд Файерстоун.

— В этом даже не сомневайтесь.

С этими словами Рэйнер спрыгнул вниз и привязал коня. Я подняла глаза и прочитала вывеску «Одежда для леди и не только». Осторожно слезла с лошади, опираясь на протянутую ладонь генерала. Мужчина привязал Калми и мы вошли внутрь.

Торговая лавка изнутри выглядела как магазин тканей и ателье в одном месте. Множество рулонов материи на любой вкус и цвет, несколько манекенов с выкройками. За прилавком я заметила пожилую женщину и молоденькую девушку, одетых в тёмно-серые платья. Волосы у обеих женщин были гладко зачёсаны в пучки.

Увидев генерала, пожилая женщина тут же вышла из-за прилавка, расплылась в улыбке и присела в почтительном поклоне.

— Лорд Файерстоун, добро пожаловать! Что вам угодно?

— Здравствуйте, госпожа Нидл. Это леди Ангелина, моя особая гостья. Подберите для неё всё необходимое, запишите на мой счёт и доставьте в замок как можно скорее.

— Конечно, лорд Файерстоун, — госпожа Нидл тут же повернулась ко мне.

— Я подожду снаружи, — Рэйнер кивнул мне, и вышел.

Спустя половину часа я вышла из лавки и сразу заметила генерала. Он стоял в окружении местных мужчин. Беседа шла оживлённая. Я решила не прерывать чужой разговор и подошла к Калми. Нежно потрепала лошадку по холке. Оглянулась по сторонам и услышала какие-то всхлипывания. Сделала пару шагов вдоль забора и увидела плачущую малышку. Девчушка лет пяти прятала лицо в ладошках, а её маленькие плечики сотрясались от рыданий.

— Эй! — я приблизилась, девочка вздрогнула и сразу замолчала. Подняла на меня глаза, и я узнала её. Это она махала мне рукой и улыбалась, когда я впервые въезжала в Файерстоун. Сейчас лицо малышки было чумазым и испуганным. Но было и другое, что заставило моё сердце сжаться. Огромный синяк во всю детскую щёку.

Я опустилась на колени перед девочкой и медленно протянула к ней ладони. Малышка всхлипнула пару раз и бросилась мне на шею. Я обняла ребёнка, и ласково погладила по спинке. Сквозь ткань платья подушечками пальцев ощутила странные полосы на спине девочки.

— Тише, тише, всё хорошо, малыш. Теперь всё будет хорошо.

Спустя пару минут рыдания стихли, и девочка лишь часто дышала и шмыгала носом. Я осторожно отстранилась, достала платок, помогла девочке высморкаться и вытерла ей глазки. Когда малышка смахивала последние слезинки, рукав её платья чуть задрался, и я увидела на нежной коже синие следы от пальцев. Как будто кто-то с нечеловеческой силой сжимал ей запястье.

Стараясь не показать своего ужаса, осторожно отогнула воротник, и чуть заглянула под платье на детскую спинку. Так и есть, вся спина девочки была покрыта почти зажившими корками от ударов плетью.

Заглянула ей в лицо и постаралась улыбнуться:

— Как тебя зовут, красавица?

— Мария.

— А я Ангелина.

В этот момент за спиной раздались шаги, Мария взглянула за мою спину и сжалась от страха. А следом прозвучал голос генерала.

— Вижу, вы уже начали знакомиться с местными жителями.

Я поднялась с земли. Рэйнер стоял в паре шагов от меня. Чуть дальше в нерешительности переминались его недавние собеседники. Позабыв всю свою робость, я шагнула к генералу почти вплотную и прошептала.

— Рэйнер, вы знаете, кто родители этой девочки? Она вся в жутких синяках и ранах от плети, это скверно.

Генерал пожал плечами, и так же тихо ответил:

— И что здесь удивительного? Родители воспитывают её так, как считают нужным.

Я едва не задохнулась от возмущения и зло прошипела в ответ.

— Как считают нужным? — отступила в сторону, указывая рукой на малышку, — мы сейчас говорим о маленькой девочке! Разве вы позволяете кому-то калечить детей на вашей земле?

Генерал недобро прищурился:

— Не слишком ли много вы на себя берёте, леди, указывая мне, как управлять на МОЕЙ земле?

Действуя на голых инстинктах, и сама не понимая, что делаю, шагнула ещё ближе и сжала руку мужчины в ладонях, умоляюще глядя снизу вверх.

— Рэйнер, пожалуйста. Здесь что-то не так. Ребёнок напуган, мне страшно за неё. Прошу, помогите!

Глаза в глаза. Горький шоколад и голубое море. Мне казалось, прошла вечность. На самом же деле всего пара секунд. Мужчина высвободил руку и отстранился. Оглянулся назад.

— Ивар! — один из мужчин шагнул вперёд, почтительно кивнув. — Чей это ребёнок?

— Дык ведь это покойного мельника дочка. С мачехой живёт и новой семьёй её.

— Плохо с ней обращаются?

— Дык. Бывает. Кому нужна-то, никому, лишний рот в семье. Мачеха нынче на сносях. Орёт и поколачивает.

— А другие родственники у девочки есть?

— Нету. Мельник с ней на руках издалека пришёл. Одни они тут и были.

Генерал снова нахмурился и посмотрел на девочку. Я снова подошла ближе и тихо спросила.

— А если бы она осталась сиротой, то что бы с ней было?

— Передали бы на воспитание в семью старосты. Или в ближайший храм. Можно было бы взять её на воспитание в замок, будь она мальчишкой. Но она девочка…

— Она могла бы помогать на кухне и в работе по дому! — я с энтузиазмом ухватилась за эту идею. Но Рэйнер уже смотрел мимо меня. Это снова был генерал Файерстоун.

— Вы слишком много на себя берёте, леди. У меня в замке нет лишних нянек, чтобы всем этим заниматься.

Я открыла было рот, чтобы сказать, что готова присматривать за девочкой сама. Но генерал словно прочёл мои мысли.

— И вас в моём замке тоже скоро не будет.

Магия взаимопонимания, на минуту появившаяся между нами, исчезла. Я буквально почувствовала, как мужчина отгородился. Опустила голову и вернулась к девочке. Малышка смотрела на меня внимательно и серьёзно.

— Мария, покажи мне, где ты живёшь? Я провожу тебя.

— Я не хочу домой, — девочка опустила глаза. Я заметила, как дрожит нижняя губка. — Дома плохо. Клара кричит и делает больно. Клара не любит меня.

— Кто такая эта Клара?

— Моя мачеха.

— Покажи мне её. Я попрошу, чтобы она тебя больше не обижала.

— Правда? — Спросила недоверчиво.

— Обещаю, пойдём.

Мария вложила свою ручку в мою ладонь, и я повернулась к генералу.

— Лорд Файерстоун, вы не будете возражать, если мы проводим девочку до дома?

— Если вам так этого хочется, — Рэйнер равнодушно пожал плечами. Малышка потянула меня в сторону, и я пошла за ней.

Спустя несколько минут мы вышли к невысокому домику из серого камня с пыльными окнами и невысоким деревянным забором. Внешне он выглядел неплохо. Но разбросанные рядом миски и тазы, груда грязного и мятого белья, подготовленного для стирки — всё это смотрелось неопрятно. Мы с Марией подошли вплотную к двери.

Рэйнер остановился чуть подальше и сложил руки на груди. Всем своим видом генерал показывал, что не собирается в этом участвовать. Ну ладно же, справлюсь сама. Тем временем малышка громко постучала, но изнутри не отвечали. Мария забарабанила изо всех сил.

— Кого там принесло?

Спустя минуту дверь распахнулась, и я увидела растрёпанную женщину неопределённого возраста с огромным животом. Едва заприметив девочку, женщина открыла было рот. Но тут же его закрыла, переведя взгляд на меня. Мария спряталась за мою юбку.

— Леди? — женщина сделала попытку поклониться, — чем обязаны?

Я смерила её строгим взглядом.

— Я леди Ангелина, прибыла в Файерстоун по личному распоряжению Его Императорского Величества. Мне стало известно о жестоком обращении с девочкой, находящейся под вашей опекой.

Прозрачные глазки женщины расширились и трусливо забегали, а рот округлился.

— Что вы, что вы, это всё наговоры, леди. Я и пальцем…

— Тогда как ты объяснишь это? — я мягко вытащила Марию из-за своей спины и указала на её синяки.

— Впервые их вижу!

— Не нужно мне врать! От магии ничего не скроешь — здесь следы от твоих пальцев, Клара! Как и на её спине — следы от твоей плети!

Я повысила голос и надвигалась на женщину, прожигая её гневным взглядом. Никакой магии у меня нет, но ей это знать не обязательно.

— Я нахожусь здесь по поручению Его Императорского Величества! Если ты лжёшь мне, значит, лжёшь ему! Ты смеешь лгать Императору, Клара?

Женщина в панике переводила взгляд с меня на лорда Файерстоуна и обратно. Затем схватилась за живот и грузно опустилась на колени, сложив руки в умоляющем жесте.

— Помилуйте, леди! Не гневайтесь, простите меня, неразумную, чёрт попутал. Больше не трону её и пальцем. Сдалась мне эта девчонка, глаза бы мои её не видели.

Клара тряслась от страха. Пожалуй, и в самом деле не тронет. Императора здесь боятся, оно и к лучшему.

— Встань, Клара. На первый раз я тебя прощаю. Но беру это дело под свой личный контроль. Впредь ты будешь обращаться с Марией ровно так же, как со своими родными детьми. И никогда больше не посмеешь тронуть её и пальцем. Запомни, Клара, даже у стен есть уши. Если я узнаю, что ты снова обижаешь девочку, тебя ждёт страшное наказание. Ты поняла меня?

Клара закивала часто-часто, не смея поднять глаза. Я же присела рядом с Марией, и тихо прошептала ей на ушко.

— Теперь всё будет хорошо, Мария. Клара больше тебя не тронет.

Девочка на прощание обняла меня за шею.

— Обещай, что приедешь ещё.

— Обещаю.

Рэйнер подвёл Калми и мы двинулись прочь от дома покойного мельника.

— А вы, я смотрю, любите покомандовать, леди. Что-то ещё нужно купить?

Пропустила мимо ушей шутливый тон. Настроение улучшилось, но находиться в деревне больше не хотелось.

— Нет, за остальным отправлю Дафну. Но можно мы ещё проедемся? Наверняка вокруг очень красиво.

— Думаю, я знаю, где вам понравится.

С этими словами конь Рэйнера перешёл на рысь, мне же оставалось только не отставать. Мы выехали из деревни и двинулись направо в сторону леса. Вскоре кроны деревьев спрятали нас от яркого солнца. Высоко над головой пели птицы. Под копытами лошадей похрустывали сухие ветки.

Я вдыхала полной грудью влажный лесной воздух и любовалась на широкую спину генерала. Как уверенно он правил конём, словно родился в седле. Время от времени мужчина оглядывался назад, чтобы убедиться, что я не отстала. От каждого его взгляда сердце в груди радостно подпрыгивало.

Наконец мы выехали на открытое место. От увиденного у меня захватило дух. Мы находились высоко на горе, чуть дальше по склону стекал небольшой водопад. Внизу, сколько глаз хватало, простиралась зелёная долина. Над долиной парили птицы, освещаемые лучами солнца.

По всей видимости, эмоции отразились на моём лице. Потому что Рэйнер понимающе улыбнулся, легко спрыгнул с лошади и подошёл ко мне. Опираясь на его крепкую ладонь, я слезла вниз и с открытым ртом подошла ближе к обрыву.

— Невероятная красота, Рэйнер! Так не бывает!

Ощутила спиной, как мужчина подошёл ближе.

— Это Файерстоун, и да, это самое прекрасное место на земле. Настоящее место силы для нашего рода.

И вот, стоя здесь, на обрыве рядом с генералом, и глядя вниз на величественную плодородную долину, я впервые подумала, что могла бы здесь жить. Могла бы быть здесь счастливой и нужной. Невероятно, но я бы ХОТЕЛА здесь остаться!

Я бы могла быть хозяйкой в этом замке, где за такой короткий срок всё стало привычным. Я бы могла планировать с Фарроу меню на неделю, составлять списки покупок, выбирать новые портьеры и скатерти на свой вкус. Я бы могла организовать в лекарском крыле небольшой сиротский приют для детей из ближайших деревень, чтобы они могли вырасти преданными своему господину и нужными обществу. Я бы могла лично следить за тем, чтобы здесь не обижали детей и женщин. Я бы могла быть счастлива рядом с Рэйнером, потому что, кажется, влюбилась впервые в жизни.

Тёплый ветер из долины обдул лицо, и я прикрыла глаза, вдыхая аромат цветений и свежесть зелёных лугов. Осознание собственных чувств оглушило и вывело из равновесия. Отступила назад, подальше от обрыва и упёрлась в чёрную ткань плаща. Рэйнер придержал меня за плечи. Не смея смотреть на него, и пряча пылающее лицо, шагнула в сторону. Услышала его голос:

— Зачем всё это, с девочкой? Ведь вы должны понимать, что она лишь капля в море. Мир жесток. Всех не спасти. Нельзя так остро на всё реагировать.

Подняла глаза на генерала и ответила:

— Вы правы, Рэйнер. Мир жесток. Всех не спасти. Но если каждый начнёт с себя, если начнёт делать что-то хорошее и правильное вокруг себя. Тогда таких капель в море наберётся океан. А это уже совсем другое дело, правда?

Рэйнер слушал, не перебивая. Его внимательный взгляд не выдавал никаких эмоций.

— Возможно, что-то и есть в ваших словах.

Я посмотрела на собеседника, отвела взгляд и посмотрела снова.

— Рэйнер, ведь я до сих пор не сказала вам спасибо. За то, что спасли меня тогда, в лесу.

Мужчина пожал плечами, и ответил:

— Это мой долг. Ведь именно я отвечал за безопасность гостей.

— И всё же. Вы очень многое сделали для меня и продолжаете делать, — я не выдержала пристальный взгляд, и опустила глаза вниз. От волнения пальцы привычно смяли ткань юбки, — просто хотела, чтобы вы знали. Я очень вам благодарна. Не пойму, откуда там вообще взялось это чудовище, так близко от места охоты.

Мужчина хмыкнул, и отвернулся.

— Не принимайте случившееся на свой счёт. На вашем месте мог оказаться кто угодно, и я бы сделал для него то же самое. Что касается мантикоры, её там держали для вечернего представления. Которое, разумеется, не состоялось.

«На вашем месте мог оказаться кто угодно… кто угодно».

— Здесь так хорошо, — пора было сменить тему. — Хотите, я сыграю на флейте?

— С удовольствием послушаю.

Генерал опустился на траву рядом с деревом и прислонился спиной к стволу. Задумчиво глядя вдаль, он лениво жевал тонкий стебелёк травинки.

Я достала из дорожной сумочки флейту, подставила лицо солнцу и заиграла. Грустная мелодия успокаивала и возвращала мысленный покой. Всё, что я себе вообразила, невозможно. Генералы не влюбляются в глупых девчонок и не женятся на безродных золотых. Не мне составлять меню с Фарроу и делать покупки. Не мне менять назначение лекарского крыла. Не мне хозяйничать в деревне. Не мне встречать любимого после долгого военного похода. Не мне тонуть в глазах цвета горького шоколада. Всё это лишь мираж, в который я на секунду поверила. Это будет делать леди Файерстоун. Другая.

В этот момент со стороны замка раздался звук горна. Мелодия оборвалась, я оглянулась на Рэйнера. Генерал даже не шелохнулся.

— Наши гости пожаловали раньше времени. Пойдёмте, леди. Пора возвращаться.

Рэйнер.

«Рэйнер, приветствую.

Вчера вечером Стилл просил моего согласия на брак с леди Ангелиной. Как ты можешь убедиться, её отсутствие проблему не решило. Владетель северных земель груб с девушками, и слышать не желает о других невестах.

Леди Эленора повела себя тонко. Проявила сочувствие и обещала организовать совместную поездку, дабы навестить свою подругу. Это помогло ей войти в доверие и близкий круг Стилла. Отношения между ними заметно улучшились.

Я позволяю им отбыть в твой замок с конкретной целью. Стилл должен вернуться обратно, оставив всякую мысль о свадьбе с леди Ангелиной.

Как ты этого добьёшься — неважно. Дай повод исключить её из отбора. Либо устрани физически.

Срок поездки три дня. Для соблюдения приличий к ним присоединятся ещё несколько человек.

Коннор Х.»

Письмо Императора не шло из головы последние пару дней. Прокручивал в памяти его слова снова и снова. Очевидно, что сам Стилл не отступит. Устранять Ангелину физически? Бред. Оставался лишь один способ.

Она возненавидит меня за это. И никогда не узнает, что спас ей жизнь во второй раз.