[10]

***

Ис Ледяной вышел из Зала Заседаний с привычной улыбкой. Он миновал несколько коридоров и отвернулся к окну, прежде чем позволил усталости отразиться на лице.

Переговоры выдались жаркими, говоря очень мягко.

Разумеется, произошедший в Вечном Царстве переворот в корне изменил расстановку сил и приоритеты. С одной стороны, демоны из хозяев положения превратились в просителей - пришла очередь драконов ставить условия. С другой стороны, все прекрасно понимали: Предгорью мирный договор тоже необходим, равно как и лояльный Царь на троне. Пустить события в Вечном Царстве на самотёк было равносильно самоубийству, ибо, расправившись со своими, Лаари со своим иномирным войском явно примется за соседей. Как допустить подобное? Между тем, Алый Старейшина, отправившийся на переговоры с Тэ Чёрным, так и не вышел на связь. Ледяной Старейшина признался, что подозревает худшее. Так это или нет, но до опровержения пришлось вписать Тёмных Властелинов (и Бажен-Шабское Содружество заодно) в число врагов.

Это отчётливо попахивало катастрофой.

Ис винил в ситуации себя. Он недооценил опасность, не успел, не просчитал. Не сумел прикончить в своё время Эла Зелёного, отчётливо спятившего даже по меркам Иса, что говорит само за себя. Излишне доверился племяннику Оса, приблизив к себе мальчишку. Не связал метаморфов с антицарскими настроениями, будучи уверенным, что виновника следует искать среди драконов. Он не думал, гори оно всё пекельным пламенем, что демоны и драконы могут работать вместе!

И вот он, результат.

Нет, договор они всё же подписали, хотя и стоило это шестидесяти часов переговоров (что почти предел даже для нечеловеческих организмов, но никто не жаловался - время чаепитий и длинных пауз прошло).

Между тем, всплыла ещё одна потенциальная проблема. Как выяснилось, царскую резню пережил ещё один принц, Лиибу, и вот положение этой новости на шкале хорошо/плохо Ис определить не брался. Он знал демонёнка практически с детства и относился к нему неоднозначно. С одной стороны, Лиибу был в разы тоньше Воонтэ, что делало его одновременно и более вменяемым царевичем, и более опасным противником. На первый взгляд казалось, что Лиибу менее агрессивен, чем его развесёлые братишки и сестрёнки, но то была иллюзия - парень просто умел наступать на горло собственной гордости, смирять инстинкты, если того требовало дело, смотреть глубже. Воонтэ говорил громко, уверенно, величественно, тогда как Лиибу был тих, вежлив, немногословен и чуть ироничен. Он отменно отыгрывал роль придатка к наследнику, тени. Тем не менее, с момента его прибытия стратегия старшего принца изменилась, и Ис готов был поставить собственный хвост, что знает автора и вдохновителя сих метаморфоз. Вот это не радовало.

Воонтэ, при всех своих плюсах и минусах, был относительно предсказуем. К тому же, если отбросить сантименты, то у них в руках был самый лучший рычаг влияния на будущего Царя - княжна. Ис скривил губы, вспомнив недавно состоявшийся по этому поводу разговор.

- Господин Ис, уделите мне время, - сказала женщина, которую Глава Безопасности меньше всего ожидал видеть.

- Моя княгиня, - сказал он. - Это честь для меня. 

Она недоверчиво хмыкнула. Ледяной мысленно закатил глаза. 

Отношения у них сложились не то чтобы плохие, а скорее просто - никакие. Интересы княгини лежали далеко от его ведомства, и Ис по этому поводу был отчётливо счастлив: работать с человеком там, где речь идёт о подлостях, лжи и интригах древних хищных тварей - хуже не придумаешь. Какой бы умницей ни была княгиня, как бы он ни был благодарен ей за спасенную однажды жизнь Раоки, как бы ни уважал, перечитывая отчёты соглядатаев, как бы ни одобрял её, всегда оставалось "но".  

Княгиня опиралась на человеческое виденье мира, мораль и представления о правильном и неправильном. Она часто не понимала тех инстинктов, которые двигали представителями магических рас. Посвящать кого-то вроде неё в особенности подковёрных игрищ? Совершенно дурацкая идея.

- Не буду ходить вокруг да около: я пришла просить об одолжении. 

Да, вот тут человечке нельзя было не отдать должное - в своих решениях была она внезапна, как осьминог в унитазе. На вкус Иса, это была едва ли не единственная черта, которую Тир со своей парой делили на двоих: было совершенно невозможно предугадать, в какое полушарие венценосных голов шибанёт дурь... в смысле, вдохновение на этот раз.

- Вам достаточно приказать, моя княгиня, - озвучил он традиционную фразу, которая была лишь относительно правдивой. - Что именно вам нужно?

- Я знаю, что у вас предостаточно непростых обязанностей, - она вздохнула. - И не хотела бы добавлять к ним ещё одну. Тем не менее, вы один из тех, кто мне в этом деле совершенно необходим. Господин Ис, не согласитесь ли вы стать воспитателем для моей дочери? Я считаю, что один день в декаду ей следует проводить рядом с вами - разумеется, когда того позволяет обстановка. 

Ледяной моргнул и, к стыду своему, даже улыбаться перестал. 

Он получал в своей жизни хренову тучу безумных, неприличных, незаконных и аморальных предложений и, что уж там, отвечал согласием на большую их часть. Тем не менее, именно в этот момент у него возникло чувство, что жизнь повернула куда-то очень не туда.

- Моя княгиня, - сказал он, тщательно подбирая слова. - Я поразительно способный и весёлый малый, но воспитание человеческих девочек не входит в список моих несомненных талантов. Скорее даже наоборот, это одна из тех сфер, в которых я категорически и безнадёжно плох.     

- Вы себя недооцениваете, - отметила Ирейн. - К тому же, все дети одинаковы. А вам вскоре предстоит много общаться с ребёнком - возможно, даже с дочкой. 

Ис едва удержал лицо. Эта тема занимала в топе его нелюбимых едва ли не первое место; письмо на гербовой чёрной бумаге, лежащее в кармане киото, словно бы жгло сквозь ткань.

- Это мальчик, - сказал Ледяной сухо. - И наше с ним общение в будущем сведётся ко встречам на семейных ужинах. 

Бровь княгини слегка приподнялась.

- Вы настолько ему не рады? - не удержалась она от вопроса. - Не спешите с выводами, мужчины часто не осознают свою привязанность к детям до того, как подержат их на руках. Если вы сейчас не любите его...

- Я люблю его, - сказал Ис куда резче, чем следовало. - Потому-то не собираюсь с ним сближаться. И, с вашего позволения, оставим эту тему. Я - плохая компания для ребёнка, моя княгиня.  Выберите более подходящую кандидатуру, вот хоть вашего приятеля, господина Казначея.

- Привлекательная мысль, - усмехнулась княгиня. - Но тут есть проблема: боюсь, господин Казначей не знает о демонах из царского рода так много, как вы. И не может похвастаться тем, что сумел выжить в их окружении и не потерять себя. А ведь это, судя по всему, фокус непростой. И изо всех, кому я могу доверить дочь, удался он только вам.

Ис усилием воли вернул на лицо насмешливую улыбочку. Глаза его заледенели. 

"Не потерять себя, - думал он. - Кто вам сказал, что мне это удалось?" 

- А что князь думает о такой инициативе? - спросил дракон с демонстративным беспокойством. - Я не смогу вам помочь, если не получу его одобрения.

"... а я не получу" - закончил Ис мысленно. Тир Иветту любил очень сильно; Ледяной предполагал, что даже появление собственных детей-драконов в этом смыслое мало что изменит, ибо маленькая человеческая девочка была уязвимой и хрупкой, по драконьим меркам особенно. А, как известно, именно таких детей родители зачастую опекают с наибольшим рвением. Чтобы Тир подпустил Иса к княжне? Немыслимо.

- Да, - сказала Княгиня. - Тир согласен.

В этот момент Ис понял, что у него крайне большие проблемы.  

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Проблемы, да... Тем не менее, княжна была ключом к Воонтэ, гарантом его лояльности.

С Лиибу было сложнее. Ис уже поручил своим людям искать его душу, но успех сего мероприятия весьма маловероятен, пусть даже однажды ему и повезло. Но постараться стоит, да. Ис предпочёл бы держать душу младшего демонёнка в своих руках - тогда, глядишь, он стал бы посговорчивее.  Впрочем... вероятнее, Ис закрыл бы эту самую душу поглубже и обеспечил бы ей, например, пару тысячелетий комы. Убитая душа демона переродится и рано или поздно с ним встретится, в этом притяжение работает на "ура". А вот существо, увязшее на границе жизни и смерти, не уйдёт на круг перерождений. Демон же, лишенный пары, по закону стоит дальше в очереди наследования престола, да и сходит с ума быстрее, разрушая самого себя.

У Иса, если что, есть живое доказательство.

Письмо с поздравлениями от этого самого доказательства пришло буквально через пять часов после происшествия в посольской столовой - Лаари умеет демонстрировать качество работы, как ни крути. С другой стороны, скандал вышел более чем знатный, и информация о том, что у Ледяного Дома намечается наследник, стала общедоступной.

Будь воля Иса, он бы не объявлял о наследнике... о Эли до его первого порога (то бишь, восемнадцати лет) минимум. По законам Предгорья лишь княжеская семья обязана предавать гласности такие вещи. Старшие Дома же, напротив, всеми правдами и неправдами старались оттянуть объявление на попозже: как ни охраняй яйцо или пару, как ни заботься о них, всё равно для политических противников это шанс. В их реалиях, когда чистокровные наследники дороже земель или богатств, проблема была особенно актуальной. Так, относительно недавний случай с уничтоженным яйцом Ди Медной очень показателен. Ис, тогда только вступивший в должность, порывался расследовать эту историю лично, потому что она наделала невыразимое количество шума в драконьем сообществе, но Медный дом отказался - они подозревали Ледяных и не доверяли его объективности. Сам Ис стребовал с матери и бабки прилюдные клятвы, что они ни при чём, и небезосновательно подозревал в происшествии уши Белого Клана. Доказательств, однако, не дождался: Ди, обезумевшая от горя, разодрала в клочья исполнителя задолго до того, как у Иса появилась возможность его допросить.

Так то Медный Дом, который стоит особняком и в политические разборки предпочитает не вмешиваться вовсе, концентрируясь на промышленности и торговле. Что уж говорить о княжеских придворных? Как пример, интересное положение пары Оса держится в секрете. Разумеется, сама она об этом не подозревает, но любой, кто к ней допущен, приносит клятву неразглашения лично Ису. Разумеется, лояльные князю драконы и самые важные игроки в курсе - к сожалению, слишком уж много было изначально свидетелей. Тем не менее, широкая общественность знать не знает о том, что Водный Дом теперь существует официально - при том, что в Предгорье сторонников у уравновешенного, дипломатичного и миролюбивого Водного куда больше, чем противников.

Касаемо же Ледяных в принципе и Иса в частности, то суммарное количество их врагов составляло цифру просто неприличную. Фактически контролируя деятельность Секретной и Дипломатической служб, их Дом наживал врагов пачками, продвигая свои интересы. Ни для кого не было секретом, что за князем изначально стоит именно их семья. Сейчас, конечно, Алым удалось значительно продвинуться в этом смысле, но до того уровня доверия (и привилегий) которым пользовались драконы ледяных пиков, детям огня недр было расти и расти.

На фоне этого, отсутствие детей у Ледяного Дома делало счастливыми очень многих. Когда Гор стал его парой, на Иса в этом смысле надеяться перестали; когда же Ми связалась с Алым, Ледяному Дому начали пророчить скорое забвение. В этом смысле скандал, наглядно продемонстрировавший всем врагам, что наследник намечается, но магическое равновесие его матери оставляет желать лучшего - хуже расклада просто не придумаешь.

Ис и рад бы был винить Раоку за эти художества. Не детский ли сад - скрывать такие вещи? Но, если честно, вина была его. Стоило изначально нормально поговорить с парой.

Ис, однако, увлечённый разборками с собственным нестабильным ментальным даром и свалившейся на него дикой горой работы, о такой возможности и не задумывался. В его понимании, дети должны были быть у Гора и Раоки: и вероятность выше, и хотел этого Гор ото всей души, и спрятать оборотнёнка проще, и в игры Кланов можно не втягивать. Ис думал, что волчонка можно будет любить, баловать и прочее. О собственных детях он не задумывался на ближайшие лет пятьсот минимум.

Пока жив Лаари, пока власть князя нестабильна, пока... В общем, пока.

Но жизнь иногда бывает той ещё сукой.

"Позвольте поздравить вас, - писал лорд Лаари. - Я, как и многие почитатели ваших талантов, был счастлив услышать о скором пополнении в Ледяном семействе. Предайте мои наилучшие и наитеплейшие пожелания госпоже Крылья Ночи. Я надеюсь, она побережёт себя от тревог, чтобы я смог в будущем познакомиться с нею и новым Ледяным Драконом поближе."

Губы Иса сжались в тонкую линию. Им с Лаари свойственно было изредка отправлять друг другу разного рода поздравления, но с учётом обстоятельств это было слишком... Близко.

Ледяной побарабанил пальцами по стеклу. У него был козырь против Лаари; спорный козырь, который мог сыграть по-разному, с которого он не спешил ходить.

Однако, навестить его не помешает.

*

- Я хотел бы уплыть в Роок на пару дней, - сказал Алохаси задумчиво. - В твоём аквариуме не хватает места. У меня на родине сейчас начался сезон штормов, когда морским созданиям хочется простора...

- Морским созданиям в это время хочется не простора, а хорошенько друг друга вылюбить, - усмехнулся Ледяной, растягиваясь на камне рядом. - Но ты сейчас не можешь покинуть долину, поскольку нужен мне здесь. К тому же, твой так называемый "аквариум" - огромная сеть горных рек и озёр. Плавай - не хочу, объектов для охоты хватает, да и русалок с русалами столько, что можно обложиться в два ряда. Тебе никто не откажет.

Это было правдой. Алохаси, представитель древнего рода, восходящего к самим Змеицам, был славной добычей на русалочьем матримониальном рынке. Его роскошный чёрный хвост, удлиннённый, покрытый шипами и острейшими плавниками-гребнями, привлекал взгляд, а уж зашкаливающий уровень ментальной магии и вовсе превращал его в своеобразную ягодку на торте.

- Ты знаешь, я - любитель экзотики, - хмыкнул русал, переворачиваясь набок, чтобы наблюдать за Исом. Его острые плавники открылись и закрылись, словно иллюстрируя эту мысль.

- Вот чего-чего, а этого добра в Предгорье навалом, - отмахнулся Ледяной. - Ещё раз, я не могу сейчас тебя отпустить.

- Из-за Раоки? - спросил понимающе тритон. - Но там мои услуги не понадобятся ближайшие пару дней. И вообще, вместо того, чтобы валяться со мной на камне, тебе стоило бы пойти к ней.

- Я не хочу её тревожить, - равнодушно отозвался Ледяной.

- Ты её игнорируешь уже больше недели!

- Так будет лучше.

Алохаси страдальчески вздохнул.

- Ис, я тебе знаю уже без малого пятьсот лет, с того самого дня, как твои родители наняли меня, чтобы справиться с твоими кошмарами. И вот, я по сей день поражаюсь тому, как, обладая таким высоким уровнем интеллекта, в иных вопросах ты ухитряешься оставаться твердолобым идиотом.

- Я талантлив, - хмыкнул Ис. - И дело, в любом случае, не только в Раоке. Ты, наверное, ещё не в курсе, но лорд Лаари поднял восстание. Северные и западные кланы признали его Царём.

Расслабленность слетела с русала, как подхваченная ветром паутинка.

- Вот как... - сказал он негромко. - Неприятно. И чем же это обернётся для меня?

- Гадаешь, не решу ли я всё же тебя убить? - весело поднял бровь Ис.

- Ну, лично мне сразу вспоминается душа ныне покойного лорда Виишуры, проспавшая у тебя в подвале сто лет мертвым сном, - усмехнулся Алохаси зубасто.

- Нет уж, - зевнул Ледяной. - Ты слишком полезен, как менталист. Да и вообще, мороженная рыба теряет во вкусе, а порой и протухнуть может.

"И это было бы слишком просто, - добавил он мысленно. - Я скорее отравил бы тебя магическим ядом, не имеющим противоядия, мучительно убивающим жертву через сутки, а после отправил Лаари с подарочным бантиком. Или переспал бы с тобой, а его заставил смотреть"

- Ой, не надо, - Алохаси беспечно махнул хвостом. - Мы слишком долго знакомы, чтобы я молча скушал эту ерунду и послушно сделал вид, что верю. В конечном итоге, на свете много хороших менталистов. А я, при всех моих достоинствах, не тяну на незаменимого. Тут другое, ты просто считаешь, что усыпить меня было бы слишком скучно, просто, не в духе ваших с Лаари обычных зажигательно-морозных прелюдий. Я скорее поверю, что ты позволил бы ему Обрести меня на пороге смерти... Ну, или какая-то другая сентиментальная ерунда в таком духе. Из этой же оперы, что твои попытки со мной подружиться, обаять меня.

- Не сказать, чтобы провальные, - усмехнулся Ис. - Как ни крути, ты входишь в то не особенно обширное число существ, кого я могу худо-бедно отнести к друзьям.

- Ну да... - по губам Алохаси скользнула ироничная усмешка. - И я ценю это, сам знаешь. Но задумываюсь иногда: какую роль в твоем отношении играет то, что я - душа лорда Лаари? Не видится ли тебе в этом нечто совершенно патологичное?

- Ну, это отдельная графа в списке удовольствий, - усмехнулся Ледяной. - Ты знаешь мою историю получше прочих, как мой лекарь. Сам понимаешь, почему мне нравится сложившаяся ситуация. Он сходит с ума без пары, сгибается под тяжестью непокорной магии и собственной неполноценности. Разве это не потрясающе?

- Потрясающе... - протянул Алохаси. - В известной манере наблюдать со стороны за игрой в акулы-жертвы между ребятами вашего типа и масштаба действительно интересно с ментальной точки зрения - если, конечно, не оказываешься в ваше противостояние хоть как-нибудь вовлечён. Эмоционально ли, в качестве ли статиста... Вы похожи на две вагонетки из задачек для маленьких. Те самые, что вышли из точки А в точку Б и набирают скорость, чтобы неизбежно встретиться в некой точке катастрофы. Ты ведь понимаешь, что самое опасное в этом - невозможность сойти с заданного пути и затормозить? И не осознание ли этого отталкивает тебя от близких, все больше вовлекая в порочный круг?

Ис тепло улыбнулся.

Это то, что с самого начала завораживало, восхищало его в Алохаси - понимание чужих душ, тонкость и интеллект, не искаженные, как в случае с Лаари, гримасами безумия. Русал стремился исцелить, упорядочнить мир вокруг. Он верил в разум. Сам Ледяной умел прислушиваться к советам чернохвостого, пусть и не всегда им следовал. В конечном итоге, Алохаси был связан по рукам и ногам чарами и клятвами больше, чем иные преступники. Он не мог покинуть пределов Предгорья без особого разрешения Иса - это убило бы его. Когда стало известно, что именно Алохаси является душой лорда Лаари, дракон выставил именно такое условие - и по сей день неустанно поражался тому, что тритон безропотно согласился.

Смешной момент заключался ещё и в том, что Алохаси по-своему любил его. Некоторые эпизоды близости между ними, которые для Ледяного были не более чем минутными развлечениями, хвостатый воспринимал очень серьёзно. И Иса не особенно радовало то, что рано или поздно русалом всё же придётся пожертвовать.

- Верно, - сказал он вслух. - Мы с Лаари похожи на вагонетки, но тут уже ничего не поделаешь. Говоря языком твоих метафор, мы с ним вышли на финишную прямую. Катастрофа неизбежна, во многом она уже случилась. Нам не сойти с рельса, не затормозить, пока мы оба живы. У этой детской задачки только одно решение - игра запущена, первый ход.

Русал вздохнул.

- Я мало знаю о политике, - сказал он мягко. - Но очень много - о замкнутых кругах. Есть в ментальной магии даже такое понятие, как парадокс замкнутого круга, или феномен навязчивой зацикленности. Помнишь его?

- Да. "Тот, кто всеми силами хочет покинуть замкнутый круг, зачастую лишь замыкает его сильнее. Эмоциональная вовлечённость губит. Истинный выход из замкнутого круга - спокойное, безэмоциональное и отстраненное понимание того, почему его необхоидмо покинуть".

- Верно, - сказал Алохаси. - А помнишь первый принцип отношений жертвы и хищника?

- "Охотника нет, если нет жертвы; она зачастую и есть охотник?"

- Это второй, - ухмыльнулся русал. - Не притворяйся, что перепутал. Первый принцип гласит: "Своей ненавистью жертва привязывает себя к мучителю. Пока эта связь есть, ей не выиграть". Будь осторожен, Ис. И попроси о помощи у тех, кто рядом. Расскажи им правду, объясни свои страхи. Поверь моему опыту - иначе тебе не впорвать эту связь.

- Алохаси, повторяю для селёдок: я не буду вовлекать свои пары в это.

- Они уже в это вовлечены, - ощерился русал. - Когда любишь дракона, умей полюбить тёмные пещеры, разве не так говорят? Все мы делим с близкими и светлые, и тёмные стороны. Они любят тебя, они рядом, и потому это не может их не коснуться...

- Довольно, - Ледяной поднялся на ноги. - Я уничтожу эту тварь, и все закончится.  Ничего более.

Он решительно встал и направился в сторону выхода из подземной пещеры, в которой любил отдыхать менталист. Взгляд Алохаси, насмешливый и чуть грустный, обжигал лопатки.

Ис не обернулся.

Конец первой истории