Глава 17. Спектакль

Контакт с моим пушистым защитником наладился не сразу. Какое-то время мы присматривались друг к другу. Попытки задобрить Снега вкусненьким провалились. Он был неподкупен, а если чего-то хотел, то просто шел и брал, не опускаясь до просьб.

   Тогда я решила взять его лаской, зовя нежно Снежок, но пес так посмотрел на меня, что я сразу поняла: подобной фамильярности он не позволит. В конце концов, мы нашли общий язык, и помогли нам совместные прогулки. Они и еще игры нас подружили. Скоро мы уже были не разлей вода. Куда я, туда и Снег.

   Неделя пролетела незаметно, а потом Марион в знак любви и благодарности к отцу приготовил ему подарок. Именно так мальчик и сказал на общем обеде. Говорил пафосно, словно собирался вручить лэрду как минимум захваченную им лично землю. На деле все оказалось прозаичнее – подарком был спектакль, поставленный по сценарию, который Марион лично написал.

  Всех, включая меня, пригласили на премьеру. Лэйди не пошла из-за плохого самочувствия, и я сопровождала лэрда вместо нее. Было странно сидеть на ее месте. Их с лэрдом стулья выделялись среди прочих бархатной, алой обивкой и резными подлокотниками.

   Я чувствовала себя неуютно. Мне здесь было не место. Об этом кричало все: то, как люди смотрели на меня, как неудобно было сидеть. По спине сбежала струйка пота, щекоча кожу. Нет, это невыносимо.

  Я совсем отчаялась, когда увидела Берту. Девушка улыбнулась мне открыто и дружелюбно. Она не заметила смены моего положения, а, может, ей было все равно. В любом случае я была благодарна ей за поддержку. Хоть кто-то не желал мне смерти, а это уже немало.

    Мы сидели в первом ряду перед сценой, занавешенной плотными шторами. Я бывала на выступлениях, но всегда играли местные актеры. Мне они нравились, талантливые ребята. Все-таки в труппу Кингросса набирали лучших из лучших. Тем любопытнее было, почему Марион для своего спектакля выбрал приезжих актеров. Чем местные ему не подошли?

   Занавес открылся, и мы зааплодировали. Я была в предвкушении, так как всегда любила театр. Спектакль назывался «Выгодная сделка». Действие на сцене поначалу увлекло меня, но вскоре я замерла соляной статуей. Дышать и то перестала.

  Пьеса была о некой бедной девушке по имени Илориана, которая задумала добиться высокого положения и охомутать короля. Именно охомутать, актеры так и говорили.

  То, что в моем имени изменили одну букву, никого не обмануло. Все мгновенно поняли, о ком речь. На меня словно опрокинули ведро помоев. Хотелось зажмуриться и зажать уши руками, чтобы не видеть и не слышать происходящего на сцене.

   Шепот в зале стих. Феодалы внимательно следили за пьесой, посматривая на меня и лэрда. Мне ни к чему было оборачиваться, я кожей ощущала их взгляды. Большего унижения я не знала.

  Спектакль был комедийный, но никто не смеялся. Актеры нервничали, не понимая, что происходит. Их игра становилась все более неестественной, они частенько поглядывали в зал, но вместо ожидаемой веселой реакции видели напряженные лица феодалов.

  Героиня пьесы вела себя вызывающе, всячески преследовала короля и умоляла овладеть ею. В одном из действий она задрала перед героем юбку до колен, и я на секунду забылась и едва слышно застонала. В тот же миг раздался сводящий зубы скрип – это ножки стула лэрда царапнули пол, когда он резко встал. Я так погрузилась в переживания, что забыла о его присутствии. Что он должно быть обо мне думает после этого спектакля!

  Я посмотрела на лэрда снизу вверх. Он крепко сжимал челюсти, что свидетельствовало о ярости. Казалось, еще немного и он начнет выдыхать пар, как разъяренный бык. В зале повисло молчание. Актеры застыли посреди сцены. Они были не в курсе, в чем проблема. Теперь-то я поняла, почему Марион задействовал пришлых комедиантов. Они не слышали местных сплетен и не догадывались, что своим спектаклем оскорбляют аманту.  

  Лэрд протянул мне руку. Я с радостью ее приняла, и мы покинули зал.

  У себя в кабинете, куда мужчина меня привел, он потребовал у слуги:

  — Позови Мариона. Немедленно.

  Он не сказал это, а прорычал. Слугу как ветром сдуло.

  — Мне жаль, что ты это видела, Флориана, — обратился ко мне лэрд. — Мальчик будет наказан. Пора учиться отвечать за свои поступки. Мать слишком его избаловала.

  — А чего вы ожидали? — поинтересовалась я. — Все ведут себя со мной соответственно моему положению.

  — О чем ты? — насторожился мужчина.

  — За глаза меня называют шлюхой, и они правы.

  — Не смей произносить этого слова! — лэрд подскочил ко мне. — Ты, ты…

  Он не находил приличного слова, которым можно обозначить мое положение. Я его понимала: такого слова не существует.

  — Они об этом пожалеют. Я заставлю их заткнуться, — в итоге произнес мужчина.

  — Каким образом? Казните весь двор?

   — Нет, — он рассмеялся, чем поразил меня. Признаться, я заволновалась, уж не тронулся ли он умом. — Я не настолько кровожаден. Есть более гуманное решение.

— Вы, разумеется, не скажите мне какое.

  — Разумеется, нет. Пусть это будет сюрпризом.

  — Надеюсь, приятным, — пробормотала я.

  Я перенервничала и устала. Выяснять, что именно задумал лэрд, а тем более присутствовать при его разговоре с сыном не хотелось. К тому же мальчик наверняка явится с матерью. Я попросила меня отпустить и, получив разрешение, откланялась. Но, выходя из кабинета, нос к носу столкнулась с леди Меланией и едва не застонала. Ведь почти сбежала.  

  Само собой, женщина не смолчала. У нее вошло в привычку говорить мне гадости, а сейчас она винила меня в проблемах сына. Не спусти змея яд, сама им отравится.

   — Не слишком радуйся, — заявила она, имея в виду грозящее Мариону наказание. — Мальчик, конечно, поступил глупо, но я знаю, как отвлечь лэрда от его проступка.

  — Я ровным счетом ничего не поняла из ваших слов, — призналась я.

  Тогда она приблизила свое лицо к моему, да так, что я рассмотрела свое отражение у нее в зрачках. Она нарочно сделала это, чтобы мой охранник не услышал ее слов.

  — Я кое-что знаю, — прошептала женщина. — О тебе. Один твой грязный секретик.

  Она скосила глаза на мой живот.

  — Сколько ты уже спишь с лэрдом? И по сей день не понесла? Я, например, забеременела в первый же месяц. Быть может, ты нездорова? Или…

   Она не договорила. Но ее молчание значило больше слов. Видя, что укол достиг цели, леди Мелания отправилась к лэрду. А я так и стояла в коридоре, будучи не в силах двинуться. Перед глазами плавали разноцветные круги, в ушах звенело, точно я снова получила сотрясение мозга.

  Не помню, как вернулась к себе. Телом словно управлял кто-то другой. Пришла в себя уже в гостиной и сразу бросилась в спальню, а там устремилась к тайнику. Склянку с настоем от знахарки я хранила в верхнем ящике прикроватной тумбы в одной из книг.

   Под ногами крутился Снег, и я оттолкнула его. Почувствовав, что хозяйке не до него, пес отстал. А я, распахнув книгу с вырезанным углублением в страницах, достала склянку. Леди Мелания знала, о чем говорит. Каким-то образом ей стала известна моя тайна. Может, Берта все-таки проболталась или за мной кто-то проследил, когда я ходила к знахарке. Уже неважно. Я не строила иллюзий – если лэрд выяснит о том, что я принимаю настойку, он придет в ярость. Напрямую он этого не говорил, но даже я понимала, что он рассчитывает на мою беременность. Об этом упоминала лэйди, да и сам лэрд ни раз на это намекал.

  Склянку необходимо перепрятать. Я металась по комнате в поисках достойного тайника, пока взгляд не упал на паркетную доску. Один ее край торчал из-под кровати. Он слегка отходил, и я подцепила его ногтем и приподняла.

  Я спрятала склянку и прикрыла сверху доской. После вставала с колен, держась за кровать.

  Дверь внезапно открылась и вошла служанка. Она не постучала, так как ее руки были заняты кувшином с водой для вечернего умывания.

  — Простите, — опустила она голову, — я не знала, что вы здесь.

  — Ничего, — сказала я беспечно. — Ты как раз вовремя.

   В тот момент я была уверена, что мой секрет надежно спрятан. Это меня успокоило. Даже если леди Мелания сдаст меня, никто не найдет доказательства – склянки с настойкой. А, значит, ее словам не поверят.