31. Там опасно, госпожа!

Ролана

– И вот эту еще, пожалуйста, – указала я взглядом на понравившуюся одежду.

Вежливый торговец поспешил к витрине, передавая мне льняную рубаху с вышитым на ней узором и прикрепленным к одному боку поясом, чтобы ребенок не потерял его, если он развяжется.

Мое настроение было великолепным. Я находилась в предвкушении, обновляя гардероб Льюиса. Уже представляла, как сильно он обрадуется, скинув с себя то тряпье, в котором ходил с самого рождения.

– У нас есть сапожки для вашего мальчика из сыромятной кожи, – обратился ко мне хозяин лавки, – ручной выделки, – продолжил он, когда я сместила на него свое внимание.

– Если вы не против, я бы взглянула на них, – улыбнулась ему.

– Конечно, госпожа! – мужчина небольшого роста и довольно опрятного вида, скрылся за шторой, ведущей в кладовую.

– Здесь все так дорого, – вздохнула Инесса, – но зато качество отменное, – кивнула она, одобряя мои траты. – Льюису будет удобно в обновках.

– Надеюсь на это, – мое внимание привлекли аккуратные штаны-шаровары, собранные на щиколотках завязками.

– Вот, госпожа, – торговец разложил на прилавке несколько пар обуви, схожих по внешней форме, но разных цветов. – Сапожки, конечно, не дешёвые, но удобнее вам не сыскать, поверьте. Готов дать гарантию, – продолжил хозяин лавки, – на ногах ребенка не появится ни одной мозоли. Если таковое и случится, я заменю товар, но на моей памяти это было лишь единожды.

– Будьте любезны, – я обернулась к замеченным штанам, – их заверните.

– Есть такие же, только темно-зеленого цвета, – кивнул мужчина.

– Отлично, давайте, – в груди носился ураган эмоций. Невероятно хотелось как можно скорее нарядить Льюиса во все новое.

– Какой расцветки? – спросил хозяин лавки.

– Обе, – улыбнулась ему. – Заверните нам, пожалуйста, обе расцветки, а к ним те выбранные три рубахи, два жилета и про исподнее не забудьте. И еще вот эти двое сапожек.

Торговец, явно не ожидавший столь крупной покупки, на секунду растерялся, но потом быстро смог взять себя в руки.

– Конечно! – низко склонился он. – Сию же секунду все запакую!

Ушло совсем немного времени на то, чтобы выбранные вещи были аккуратно завернуты в бумажные свертки и обвязаны крученой веревкой.

– Госпожа, – лавочник держал в руках купленное мной, – если вы позволите, мой сын донесет ваши покупки до экипажа.

– Спасибо, – ответила я, не зная, как сказать, что экипажа-то у меня нет, хотя для аристократа это недопустимо, – но мы хотели посетить еще одну лавку.

– Тогда тем более примите помощь, – покачал головой мужчина. – С вашего разрешения Ронэнс сопроводит вас. Он не доставит хлопот, не волнуйтесь, просто хочу отплатить благодарностью за вашу покупку.

Немного подумав и "побеседовав" взглядом с Инессой, я решила не отказываться от носильщика, тем более, что по плану у нас был поход в лавку игрушек.

– А теперь игрушки, – лукаво улыбнулась я.

Что сказать, игрушки этого мира разительно отличались от нашего. Из дерева и ткани, но, как по мне, так даже лучше, ведь все из экологически чистых материалов.

– Красивая, – с придыханием произнесла Инесса, когда я остановилась возле одной из искусно сделанных машинок.

– Мне тоже нравится, – кивнула я в ответ. – Вот эту, пожалуйста, – обратилась к торговцу, находящемуся рядом.

Передав игрушку в крепкие руки Ронэнса, мы отправились дальше путешествовать по рынку.

Лавку с лакрицей и яблоками в карамели мы тоже не обошли стороной, купив всего понемногу. За ней последовала булочная, которая осталась одна на весь рынок, ведь другую Лимар закрыл, выкинув алчного торгаша за шкварник. А потом моего внимания коснулся прилавок с навесными плетениями, украшенными разноцветными перьями и бусинками. Чем-то это штука походила на ловец снов, и мне захотелось его приобрести, чтобы Льюис ночами спал спокойно и ничто не тревожило его.

Выбрав самый красивый ловец, мы отправились ловить экипаж.

Время уже было вечернее и следовало поторопиться с возвращением в поместье, которое теперь охранялось.

Мы направились к воротам рынка, но тут моего слуха коснулся скулеж, доносящийся из едва приметного переулка.

– Что такое? – нахмурилась я, вздрагивая от очередного жалобного, просящего о помощи воя.

– Госпожа, нам лучше уйти, – внезапно послышался голос Ронэнса, который до этого сохранял молчание.

И вновь скулеж, разрывающий сердце…

– Что происходит?! – резко обернулась я к парню, чуть старше моего возраста.

– Лови его! Лови! – орал кто-то взволнованно из того самого переулка.

– Твою же мать! Криворукий! По башке его! По башке бей!

Не вынося происходящего, я, забывая о покупках, рванула на голос, гонимая оглушающим сердцебиением собственного сердца.

– Госпожа! – бежал за мной Ронэнс. – Прошу вас! Не ходите туда, госпожа! Там… опасно!

И снова скулеж… Кто-то бил животное: безжалостно и жестоко.

– Госпожа! – звал меня Ронэнс. – Умоляю, госпожа! Там зрелище не для дам!

Рванув вперед, он обогнул меня, преграждая дорогу.

– Отойди! – рыкнула я ему, вздрагивая от собачьего крика о помощи, над которой зверски издевались.

– Молю! Выслушайте! – поджал губы парень, мотнув головой. – Торос сегодня проиграл десятый бой! А это значит, что его жизни пришел конец!

– Что ты несешь?! – зарычала я, тяжело дыша от шума возни и мужских криков, намеревающихся загнать в угол животное и, как стало понятно, лишить его жизни.

– Таковы правила! – взволнованно говорил парень. – Псу не жить… Госпожа! – кинулся за мной Ронэнс, когда я решительным шагом обогнула его, бегом устремляясь на брань и рычание собаки, которая жила, пока была кому-то нужна.

Подхватив низ пышной юбки, я прибавила скорости, влетая стрелой в тот самый переулок и замирая от увиденного...