28. Пересечение судеб

Лестр

Утро началось с того, что я проклял свою мягкотелость. Согласиться на прогулку с леди Амалией было стратегической ошибкой, но отступать было поздно.

Ровно в назначенный час мой экипаж остановился у особняка князя. Амалия выпорхнула навстречу, сияя в своём небесно-голубом платье.

— Лорд Лестр! Вы пунктуальны, как всегда! — прощебетала она, позволяя мне помочь ей забраться в экипаж.

Всю дорогу до парка она не замолкала ни на секунду.

— ...и представляете, модистка уверяла меня, что в этом сезоне в моде пудра с перламутром, но я считаю, это вульгарно! А шляпка леди Виолетты? Вы видели эти поля? Под ними можно спрятать полк гвардейцев!

Я вежливо кивал в нужных местах, вставлял односложные «несомненно» и «поразительно», но мои мысли были далеко. В голове крутились формулы натяжения тетивы и схемы новых укреплений. Щебет Амалии превратился в фоновый шум, похожий на журчание ручья — приятный, но не несущий смысла.

— Мы приехали! — её восторженный возглас вырвал меня из раздумий о баллистике.

Экипаж остановился у входа в парк. Лакей распахнул дверцу.

Мы вышли на залитую солнцем площадь, и я уже набрал в грудь воздуха, чтобы предложить Амалии руку, как вдруг идиллию разорвал грубый, яростный крик.

— А ну рисуй!

Амалия замерла на полуслове. Её улыбка погасла, а кукольное личико мгновенно стало серьёзным.

— Это там, — прошептала она, и в её голосе появилась серьёзность. — Виолетта говорила, художница сидит у моста. Неужели…

Снова раздался крик и гул толпы.

— Там что-то случилось! — выдохнула Амалия.

И тут она мгновенно стала другой. Вместо того чтобы испуганно прижаться ко мне или упасть в обморок, как сделала бы на ее месте любая кисейная барышня, дочь князя подобрала свои пышные юбки и рванула вперёд с резвостью, которой позавидовал бы оруженосец.

— Леди Амалия, стойте! — крикнул я, бросаясь следом.

Мы бежали по аллее. Дочь князя, несмотря на неудобные туфли, не сбавляла темп. Мы приблизились к толпе зевак, которые плотным кольцом окружили место происшествия. Они, что вполне ожидаемо, не спешили вмешиваться, просто глазели с интересом со стороны, будто происходило какое-то представление уличных актеров.

— Пропустите! — рявкнула Амалия так властно, что люди шарахнулись в стороны, освобождая проход.

Мы вылетели на небольшую площадку у моста. И я застыл.

Посреди разгромленного рабочего места, среди обломков досок и растоптанных красок, стояла женщина.

Моя спасительница…

Она изменилась. Это была уже не та измученная, одетая в лохмотья молодая женщина, которую я встретил в лесу. На ней было опрятное платье, подчеркивающее стройную фигуру, волосы были уложены в простую, но изящную причёску. Эля похорошела, расцвела, обрела ту самую женскую силу, которая заставляет мужчин оборачиваться вслед. Но глаза… Глаза остались прежними. В них полыхал тот же огонь, что и тогда, когда она цепко держала мой кинжал. Яростный, неукротимый.

Моя спасительница держала за руку здоровенного детину, который стоял перед ней на коленях и выл от боли. Я профессиональным взглядом отметил, как грамотно она вывернула ему пальцы — ещё немного, и сломает.

— Вот гады! — прошипела рядом Амалия, что на неё было вообще не похоже.

Я скосил глаза и увидел, как рука княжеской дочки метнулась к поясу — туда, где у мужчины висели бы ножны. Это был отточенный рефлекс. Знал, что князь Лерей, мечтавший о сыне, в тайне обучал дочь владению мечом и стрельбе из лука, но никогда не думал, что увижу эти навыки в деле.

Амалия шагнула вперёд, сжимая кулаки, готовая броситься в драку, защищая искусство, которое так любила.

— Стоять, — я перехватил её за плечо, удерживая на месте. — Не вмешивайтесь, миледи. Позвольте лучше мне.

И вдруг я увидел то, чего не видела Эля. Второй нападавший, воспользовавшись тем, что она отвлеклась, замахнулся. Его тяжёлая ладонь летела прямо в лицо женщины, которая спасла мне жизнь.

Мир сузился до одной точки.

Я не думал. Я действовал.

Два широких шага. Рывок.

Успел в последнее мгновение. Моя рука перехватила запястье ублюдка в дюйме от лица Эли.

Удар сердца.

Я сжал пальцы, чувствуя, как хрустят кости нападавшего, и резко дёрнул его назад, выворачивая руку в плечевом суставе. Мужик взвыл дурным голосом, теряя равновесие.

Эля вздрогнула и подняла голову.

Наши взгляды встретились.

В её глазах плескался страх пополам с яростью, но стоило ей узнать меня, как страх исчез, сменившись безграничным изумлением. Она опешила, её губы слегка приоткрылись.

— Лорд Лестр?

— Видимо, — улыбнулся я, хмыкнув, — теперь настала моя очередь вас спасать, леди Эля…