78. Спи и ни о чём не переживай

Эми

– Эми!

Стоило только войти в свою комнату, как на меня тут же набросилась Амая.

– Я так за тебя переживала! – взгляд принцессы пристально осматривал меня. – Что… – ахнула она. – Что это?!

Скорее всего, от цепкой хватки стражников на моём лице появились синяки в области челюсти. Именно их Амая и заметила.

– Что она с тобой сделала?! – в голосе дочери императора плескалась ничем неприкрытая ярость.

«То, что она сделала… – горько подумалось мне, – ты об этом не узнаешь».

– Всё хорошо, – вяло улыбнулась я. – Ничего страшного не случилось.

Не знала, сколько мне отмерено и больно ли будет перед уходом из мира живых, но просить о помощи не собиралась. Стоит только открыть рот, как Дастан тут же об этом узнает, а я не могла допустить, чтобы он страдал из-за меня. Ему и так нелегко пришлось с самого детства.

– Я пыталась вырваться к тебе, – голос принцессы дрогнул, и она крепко обняла меня, – но меня не пускали! Держали силой! Где это видано?!

– Милая, – тётушка, лицо которой выглядело встревоженным, взволнованно дышала, – я сейчас приготовлю тебе примочки!

Всхлипы Амаи летали эхом по комнате, а она так и продолжала обнимать меня, прося прощения за то, что не смогла заступиться.

– Императрица не поверила, что мы не проходили ритуал, – выдохнула я, не собираясь говорить о большем. – С того и разозлилась. Но я была к этому готова, – кивнула я, обнимая Ами в ответ. – Знала, что она будет рвать и метать.

– Но ведь ритуала-то не было! – заревела Амая, шмыгая носом. – Это всё я! Я виновата! Из-за меня тебе достаётся!

– Ну что ты такое говоришь? – улыбнулась я, поглаживая принцессу по волосам. – Это всего лишь синяки. Сейчас тётушка сделает мне примочки, и они быстро сойдут на нет.

Чего уж там скрывать, я не хотела покидать этот мир. Амая, тётушка… Дастан… Они стали для меня так дороги. Стали моей семьёй, которую я и собиралась защитить ценой своей жизни.

Спустя час, когда меня перестали обмазывать настоем, источающим резкий запах, я сидела в кресле, поджав к груди согнутые в коленях ноги. Дело шло к закату. Амая Молчаливо сидела рядом со мной, не отрывая взгляда от неба, разукрашенного всеми оттенками алого.

– Скорей бы всё это закончилось, – прошептала она в тишину, нарушаемую шелестом тюля от легкого дуновения ветра. – Я так от всего этого устала. Знаешь, – вздохнула она, повернувшись ко мне, – иногда кажется, что мне не удастся вырваться из этой золотой клетки. Что я так и останусь в ней, обреченная стать заложницей на чужих землях.

– Не нужно так думать, – отрицательно мотнула я головой. – Говорят, что мысли материальны. Так что нужно представлять только хорошее, и оно обязательно сбудется, – улыбнулась я.

– Ты права, – кивнула Ами. – Жить без надежды очень тяжело. Так и с ума сойти недолго.

– Пойдём спать, – вздохнув, я устало поднялась на ноги, направляясь к кровати.

Не знала, проснусь ли утром. Увижу ли вновь рассвет над империей...

В груди болело. То ли сердце, то ли душа, а может и вовсе яд начал действовать.

Мы засыпали, как и всегда, болтая о всякой ерунде. Амая засопела первой. Такая забавная, словно ребёнок, причмокивала губами, находясь в объятиях Морфея.

Я не шевелилась, не хотела разбудить принцессу. Лежала, слушая пение цикад, да так и не заметила, как задремала, неосознанно сжимая ладонь подруги, ставшей мне сестрой…

Дастан

Осторожно перепрыгнув через перила балкона, я, освещенный серебряным светом луны, переступил порог комнат Эми.

За окном была глубокая ночь. Девушки уже спали, как и всегда, вместе.

Осторожно, стараясь не издавать ни единого шума, чтобы не разбудить их, я подошёл к кровати, вглядываясь в расслабленные черты лица той, что смогла согреть моё ледяное сердце.

Как же сильно она мне дорога. Можно сказать, стала центром моей вселенной. Ради неё я готов был на всё. Отбросить гордость и поступиться собственными принципами.

Серебро ночного светила освещало любимые черты лица, на которых проглядывались едва заметные следы…

Зубы стиснулись до ломоты в дёснах, а по венам побежала ярость.

Синяки… Не мог оторвать от них взгляда. Сердце болезненно сжалось. Меня не было там, рядом с ней. Я не смог её защитить, хотя должен был!

«За то, что вы сделали, я вырву ваши руки и скормлю бродячим псам!»

Невольно потянулся к Эми, намереваясь коснуться её, но вовремя одумался. Не хотел, чтобы она проснулась. Пусть отдыхает.

– Я больше никому не позволю причинить тебе боль, – прошептал тихо. – Завтра… Завтра утром всё изменится. Спи и ни о чём не переживай, а я... А я сделаю то, к чему готовился на протяжении многих лет…