Глава 37

Я много раз гадала, каково это, когда тебя целует любимый, но все мои домыслы не были и тенью того чувства, что накрыло сейчас.

Первым, что я ощутила, была паника.

Я же поклялась никогда этого не делать и никогда не допускать чужого человека к себе так близко, но Рус давно и долго ослаблял мою оборону, и было неизбежно, что когда-то я сдамся.

А вот после паники пришло понимание, что теперь я ни за что и никогда не откажусь от этого. Его губы поначалу были будто из камня. Рус не шевелился – настолько обалдел от происходящего, а я лишь чувствовала их тепло и соленый привкус своих слез в нашем поцелуе.

Любимый, пожалуйста не бездействуй!

Обхватила его лицо руками и отстранилась, переводя дыхание, но не успела опомниться, как мои губы снова смяли, только теперь без компромиссов и вариантов отстраниться. Рус мгновенно перенял правила игры, будто прочел мои мысли и нежно прошелся по моему рту своим, будто на струнах нервов играя на приятных ощущениях.

А потом не дожидаясь, когда я привыкну к его ласке, скользнул языком по моему, и острый разряд тока коротнул нервы. Этот поцелуй уже не напоминал тот первый, который я подарила ему в запале. Этот поцелуй превратился в секс наших губ, в откровенную эротику, и ощущения по телу расходились еще более сильные, сродни тем, что накрывали, когда мы с Русом были в его ванной.

Он будто был везде, будто проник под кожу и потек по венам, и сейчас я уже не смогла бы сказать наверняка, какие ощущения мне нравятся больше. Те, что были в самом начале из-за их новизны, или те, что рождались внутри сейчас, когда Каримов приподнял меня и заставил оседлать его бедра, меняя положение на его коленях.

Ощущение, что я сверху развеяло остатки страхов, и опьянило, поэтому я не задумываясь запустила руки под край его футболки и стянула ее с его торса. Горячий шелк его кожи заражал как магнит и тянул к себе мои руки, которые никак не хотели опускаться. Они исследовали, жадно обрисовывали каждый сантиметр его тела, не расцепляясь с его кожей ни на миг.

– Любимая… – Рус попытался вставить слово, но я тут же зажала его рот рукой, упрямо мотая головой. Его взгляд не отрывался от моего, и Каримов все понял, и я отняла руку, чтобы снова иметь доступ к его губам, они творили что-то невообразимое с моими нервами.

Рус внял моим мольбам и не стал разговаривать, ведь любая заминка могла бы вернуть меня в оковы страха, и я уже никогда не решилась бы на то, на что решилась. А пока порыв стать его не остыл, я потянулась к ширинке Руса и дернула ее вниз, беззастенчиво исследуя его член сквозь преграду боксеров.

Рус зарычал и его губы прекратили терзать мои. Так бывает когда человеку настолько хорошо, что он забывает о том, что делал и как делал, просто отдается моменту и окунается в ощущения с головой. И сейчас он потерялся на секунду, и я испытала непреодолимое желание снова сбить его контроль. Поэтому стянула с себя блузку, оставаясь в одном бюстике, а потом привстала, чтобы снять джинсы.

Не знаю, по чьей инициативе они снялись быстрее, потому что Рус не дав мне отстраниться далеко, сдернул одежду с моих бедер и я торопливо заняла прежнее место на его коленях.

Ситуация накалилась насколько, что я уже не соображала, кто из нас кого целует и кто из нас яростнее отдается происходящему.

Безумие распахнуло свои объятия и укрыло нас от остального мира, бережно обволакивая дурманом того голода, что испытывали оба.

Рус приподнял бедра, чтобы я могла высвободить его член и сдвинул мои трусики в сторону отточенным жестом, и мне не хотелось думать, где он приобрел этот навык. Я просто позволила ему наставить и толкнуться в меня, насколько позволяла глубина и его размер.12727c

И мы синхронно выдохнули, не сговариваясь прекращая поцелуй.

Мы просто сцепились губами и тяжело дышали друг другом, привыкая к новым ощущениям. Он во мне казался таким огромным и чужеродным, что первое время мне было сложно расслабиться, а вот Рус вполне комфортно себя чувствовал судя по проклятиям удовольствия, сорвавшимся с его губ.

– Что такое? – спросила встревоженно.

– Я слишком тебя хочу, чтобы держаться хотя бы пару минут, – произнес хрипло, будто ему больно, и я с улыбкой выдохнула, и прикрыла глаза, утыкаясь в сгиб его шеи. Кожа была чуть солоноватой на вкус, и я прикусила её, отчего Рус зашипел.

– Лучше?

– Вообще-то нет. Лучше будет только если ты вынешь его, но я не позволю тебе этого сделать даже если ты меня пристрелишь.

– Рус, что мы делаем, это же безумие? – произнесла сдавленно, но тут же замолчала, когда вместо того, чтобы отвечать, Каримов взял меня за бедра и приподнял, а потом снова резко опустил на себя. Он не успел вынуть, лишь нанизал глубже, и в моей голове больше не осталось мыслей.

Поэтому я молча закрыла глаза и ощутила как Рус ткнулся в мою грудь лицом, а потом аккуратно уцепил край кружева и стянул его зубами, оголяя сосок. Второй ждала та же участь, и Каримов медленно и со вкусом начал творить со мной что-то невообразимое своими губами и языком. И даже его зубы заставляли меня крепче хвататься за мощную шею и растекаться от блаженства, когда смыкались до легкой боли на самом пике соска.

Ощущение наполненности начало сменяться нетерпением. У меня внутри словно пробуждался вулкан, заставляющий меня саму начать медленно двигаться на нем, качая бедрами в такт ударам сердца. Они ускорялись, и я инстинктивно тоже, потому что член внутри касался каких-то особо чувствительных точек. И от этого касания мне хотелось ерзать еще плотнее, прижиматься теснее, хотелось чтобы он не просто гладил эти точки, а чтобы стер их к чертям – настолько сильный мной завладел голод.

Рус однако осаживал.

– Ты спецом меня доводишь? – сжал мои бедра и строго посмотрел в глаза, хмурясь от того, что его слова для меня будто на китайском звучат, я ни слова не понимала, и начала злиться, что меня оторвали от любимого занятия. – Я сейчас кончу, Люб. И если ты не дашь мне немного остыть, прямо в тебя.

Я мотнула головой, чтобы не смел этого делать, но на большее меня не хватило. Точки внутри требовали шквала ощущений, и наплевав на предостережение Руса я начала двигаться с удвоенной силой и почувствовала что-то напоминающее разрядку, но она маячила где-то рядом, не позволяя наконец-то ощутить ее, будто вот-вот и…

– Чёрт! – Рус выругался и дернул меня наверх, вынимая член так резко, будто начался пожар. Ощутила горячую струю на своей коже именно там, откуда он только что вышел и поверить не смогла, что так и не успела. Не кончила, а ведь оставалась какая-то секунда!

Бездумно нанизалась на него снова. Было так скользко и кайфово, что я в пару движений вернула себе состояние эйфории, и наконец почувствовала то, к чему так стремилась. Меня переполнило экстазом. Он поплыл по венам, сжался внизу живота напряжением, а потом медленно начал растекаться по клеткам негой. Я кончила, и мои бедра запульсировали и начали ощутимо дрожать.

Вцепилась в Руса, и непроизвольный стон сорвался с губ, отчего Каримов поймал мои губы и обхватив лицо ладонями слизал с них поцелуй.

– Тише, малышка, тише… – он говорил шепотом, я слышала его, но не понимала смысла слов. Мозг отключился, и я не соображала ни черта. – Ты кончила?

Спросил, тяжело дыша, и я кивнула, кажется приходя в себя.

– Отлично, а теперь показывай, где у тебя душ, – он спросил, но только спустя пару секунд я осознала, смысл его фразы. Попыталась встать с него, но Каримов надавил на мои бедра не давая сдвинуться. – Я отнесу тебя, только направь.

Крепче ухватилась за него, когда поднялся с дивана и прикрыв глаза опустила голову на его плечо не в силах делать что-то еще. Этот оргазм выжал из меня все силы и ничего больше не хотелось.

Рус понял, что инструкций от меня не дождаться и отправился на поиски ванной со мной на руках. Я все еще цеплялась за него ногами и руками и безвольно висела, чувствуя его сильные руки на своих ягодицах. Он поддерживал меня, чтобы не упала, а я думала о том, как приятны эти ощущения принадлежности.

Я теперь его девушка, любовница, и эти мысли как масло обтекали душу и пьянили. С таким как Рус хочется свернуться на его коленях кошкой и мурлыкать пока хозяин тебя гладит. С таким хозяином иного не дано. Подчинить его себе? Пфф, ничего глупее я не слышала! Он не покорится. А вот пасть к его ногам – идеальный вариант. Ни с кем другим он не прошел бы, а вот с Русом…

– Я люблю тебя, – произнесла устало, и ощутила как мышцы под моими руками напряглись, и Рус, уже кстати входящий в ванную усадил меня на полку раковины, которая обожгла холодом ягодицы и заглянул в мои глаза, видимо ища в них признаки полоумия. – И не надейся, что я сошла с ума, я сейчас предельно серьезна и собрана.

– Правда? – спросил и в его глазах зажегся огонек веселья. – Может тогда, раз уж ты настроена, ответишь: выйдешь за меня замуж?

Я нахмурилась, обдумывая его предложение, и серьезно заявила.

– А ты можешь просто меня трахать, спать со мной ночью и водить меня в рестораны? Без этих всех формальностей.

– То, что ты перечислила и есть брак.

– Да? – опустила голову ему на грудь, прижимаясь так тесно насколько смогла. Рус так же крепко обнял меня и коснулся моей макушки губами. В его объятиях будто в теплом коконе, где безопасно и приятно. – Ну тогда давай поженимся.

Он улыбнулся мне в волосы, а я улыбнулась ему в грудь.

И мир вокруг снова прекратил существовать.