Глава 1

Летта

Ну не чудо ли? Мне удалось сбежать от вездесущего конюха и войти в зачарованный лес. Мой сопровождающий не был оборотнем, оттого сюда и не сунется. Радуясь лисьему коварству, спешилась с лошади и обратилась в своего зверя.

Мягко ступая лапами, бродила по Чаролесью, словно это родной дом. Куща становилась все темнее, но я не замечала становившихся в ряд деревьев. Мне так сложно побыть одной.

Меня зовут Летисия, и я младшая дочь лаэрда Макензи. Старику давно перевалило за пятьдесят лет, и за это время тот обогатился пятью сыновьями и дочерью. Старший — Эддард, унаследовал возможность перевоплощаться в зверя, а остальные нет. Оттого моя ценность сильно возрастала. Меня называли сокровищем, а иногда — проклятием семьи. Шутка ли, наградить ипостасью неугомонную девочку?

Многоликая жестоко посмеялась над родными, даруя обращение старшему сыну и младшей дочери. Другие дети лаэрда не могли похвастаться магией. Может, поэтому я такая — бедовая, шустрая, смышленая? Постоянно огорчаю матушку, не желая подчиняться женским правилам в кланах.

Нащупав что-то интересное, рыла лапами в поисках добычи.

Гриб.

Я фыркнула.

Братья бы сказали, что чушь, но только не Эд. Он также обладал чутким нюхом и знал, как важно для лисицы найти редкое растение. С этим грибом я могу улучшить вкус пищи, но кому из мужчин это интересно? Им подавай добычу — чем быстрее и сильнее зверь, тем лучше. Куропатка, кабан, олень. Да только лисицы на таких не охотятся. Хорошо, что никто из них не может войти в Чаролесье без сопровождения ведьмы.

Лес считался священным, где не следует убивать зверей и птиц. Все воины обходили чащу стороной, чтобы не стать ее пленниками.

Нет, все-таки пора. Бер хоть и верный слуга, но точно побежит жаловаться в замок, а отец долго выслушивать не будет — запрет, а может, и того хуже... выпорет.

Правда, сколько он не обещал устроить экзекуцию, ни разу не смог выполнить слово. Я милая и девочка, жаль, матушка так не считает. Всегда грозится выдать меня замуж.

Я добежала до лошади и перевоплотилась в человека. Моя верная подружка немного нервничала.

— Успокойся, — шагнула к ней. — Волки здесь не нападают на животных.

За все время, как я обуздала ипостась, со мной не случалось ничего страшного. По рассказам Эда, в чаще могли бродить и враги, но, видимо, богиня меня оберегала. У меня, вообще, была странная связь с этим местом. Я любила лес, стремилась оказаться на его волшебных дорожках и никогда не хотела его покидать.

Лошадь сначала уперлась, а потом встала на дыбы, не желая слушаться.

— Звездочка, ты чего? — я не на шутку озадачилась.

Эту серую кобылку мне подарили из-за ее спокойного нрава. Почему же поведение Звездочки так удивляет? Она суетилась, что и я почувствовала настороженность.

За спиной раздался хруст веток, обозначая незнакомца.

Многоликая! Кто вышел на наш след?

Я обернулась и заметила, как в отдалении стоял грозный коричневый медведь, наблюдавший за нами.

С таким мне не справится. Это не змея или олень. Нет. Хищники почти не заходили в нашу часть леса.

Сердце заколотилось, как заведенное. Зверь быстрым рывком приблизился к нам, отчего лошадь снова встала на дыбы и грозно заржала.

А я... я упала на землю и лежа на изумрудной траве, смотрела, как медведь медленно подходит.

Неужели это конец? Я даже обратиться не могу, настолько застопорилась из-за опасности.

Медведь встал вплотную, обнюхал лошадь, потом меня и замер.

«Так он тоже оборотень»! —с облегчением подумала я, почувствовав его ауру, но в голову закралась еще одна мысль: «А чем мне это грозит?»

Зажмурив глаза, надеялась, что в звериной ипостаси девушка. Мало ли оборотней бродит по лесу? И сама себе ответила: «Мало, совсем мало». Вблизи жил только один клан, в котором люди становились медведями. Синклеры не враги, но и не друзья. А если кто-то забрался из более дальних земель, так можно и с жизнью прощаться. В Андмарре почти никто не приятельствовал, все разделились, надежно оберегая семьи.

— Ррр, — послышалось рычание, а потом он грубо толкнул меня лапой.

Наконец, совладав с испугом, я поднялась.

— Обращайся, я поняла, что ты человек.

Гортанные звуки из его пасти показались мне смехом. Медведь не стал тянуть и вмиг преобразился в мужчину.

Будь мы дома, я бы опустила голову и молча бы ждала, когда он что-то скажет. Но я в Чаролесье, да и воин вел себя необычно. Высокий, огромный, как его ипостась, зато в голубых глазах виднелась смешинка. Для меня это было добрым знаком. Он улыбался, лениво играл с ремешком на перчатке и не произносил ни слова. Я окончательно перестала бояться и улыбнулась в ответ.

— Я Летта, а вы? — изогнула брови дугой.

Пусть думает, что дурочка. Впрочем, так и есть, умные девушки одни в лес не ходят.

Мужчина продолжал сохранять молчание, чем начинал меня раздражать.

— Вы Синклер? — опять спросила я , надеясь на ответ.

— Да, — наконец-то услышала тихий низкий голос. — Синклер. Почему девушка бродит здесь одна? Ты разве не знаешь, что без ведьмы в чаще находиться опасно? Ты ведьма?

— Нет... да, да, я ведьма, — похлопала ресницами.

Моего обращения он не видел, а у Макензи только одна девица может стать лисичкой. Вряд ли этот Синклер не догадается, кто именно я такая. Увезет и затребует выкуп. А после отец точно выдаст замуж. Зато с ведьмами никто не любит спорить.

— Ведьма значит? — Усмехнулся он.

— Ведьма, — еще раз усиленно закивала.

— Ну что же, ведьма, проведи. Откуда ты?

Я нахмурилась, рассказывать, с каких земель происхожу, желания не было.

— Молчишь, значит? — Он тоже был недоволен моим поведением. — Не доверяешь. И правильно. Тебе повезло, что в наших землях уже есть колдунья, а то бы сразу тебя забрал не раздумывая. Нам как раз не хватает таких курносеньких, — коснулся пальцами моего носа, отчего я вмиг стала красной.

Я редко общалась с посторонними, и уж точно никто из них меня не трогал.

— А вам говорили, что касаться леди неприлично? — буркнула и тут же прикусила язык.

Какая леди из ведьмы? Большинство колдуний были женщинами, не относящимся к аристократическим сословиям.

— Леди? — Сразу уцепился за слова Синклер. — Теперь стало еще интересней откуда ты. Рассказывай. Обещаю, что не обижу.

— И не увезете, — прищурила глаза, — отпустите и не пойдете искать.

Он скрестил руки на груди и долго раздумывал. По-видимому, ставить условия в моем положении было чересчур самонадеянно.

— Хорошо, — раздалось через минуту, показавшуюся мне вечностью, — слово Синклера. Не буду преследовать и отпущу.

— Я из клана Макензи, — выложила как на духу.

Почему-то была уверена, что воин сразу поймет, если обману. Нет, в этом случае лгать нельзя. Еще оскорблю страшного и опасного оборотня. Отец не искал дружбы с их лаэрдом, но и стать врагом не желал. А тут дурная дочь испортит зыбкое перемирие.

— У них не было ведьмы, насколько я помню,— удивился воин.

— А я новенькая, — старательно качала головой. — Да, да. Вот и брожу здесь в одиночестве. Травы ищу.

Ох, богиня, как я жалела, что нет ничего подходящего в руках. Совсем непохожа на травницу. Ну не говорить же недругу, что перед ним единственная и горячо любимая наследница лаэрда. Он дал слово чести, но это слово касается колдуньи, которой я не была.

— Хорошо, Летта, новая ведьма Макензи, — опять усмехнулся он, бросая взгляд на котомку, привязанную к лошади, в которой, как ни кстати, было пусто. — А я Джеймс. Джеймс Синклер. Лаэрд клана. — Вот это да. Знал бы отец, в какой переплет я попала. Видя, что в моей голове происходит взрыв мыслей и ощущений, воин решил пояснить. — Я же обещал тебя не трогать, не бойся.

— Ладно, — смиренно вздохнула.Мне показалось, что этот Джеймс безопасен. Безопасен, пока не в курсе кто я. — Мне пора. Скоро начнут искать.

— Давай я тебя провожу.

— Не стоит, — подошла к Звездочке и хотела запрыгнуть, но чужие руки подхватили меня и помогли.

Прижали на короткое время к себе, а потом без видимых усилий забросили в седло.

— Даже ведьме не следует бродить одной, — наставительно заметил мужчина, отдавая мне поводья. — Да еще и такой...

— Вы тоже без лошади, — не желала сдаваться, игнорируя последнюю фразу.

Какой? Взбалмошной, чудной, смешливой?

Мне не нравилось, когда меня излишне опекают. А уж если мужчина решит проводить до замка — пиши пропало. Хотя... нет. Не самоубийца же? Братья только рады будут пленить соседнего лаэрда.

— Жди здесь, — велел мне.

Ага, сейчас. Только его мне не хватало в качестве надзирателя. Нет, надо давать деру. Похлопав кобылку, пустилась во весь опор, желая быстрее выйти из чащи. Там, за незримой границей ждет Бер и свобода. Уверена, что лаэрд не решится выйти на чужие земли.

Галопом я неслась по лесу, радуясь своей выходке, но это продлилось недолго. За мной словно хищник следовал Джеймс, не желая отпускать добычу. И конь у него был, и оружие. Ну вот что он привязался?

Быстро нагнав Звездочку, он перегнулся через лошадь и вырвал из моих рук уздечку.

— Непослушная, значит? — гневно спросил мужчина.

— Нет, но вы мне не хозяин? — я тоже яростно посмотрела на него.

Сдаваться не буду, и с ним не пойду. Если меня увидит конюх, доложит лаэрду, а этого хотелось бы избежать. И так сильно задержалась.

— Если тебе что-то говорит воин, ты обязана подчиняться! — приказал, нет, словно отпечатал на моем лбу Синклер.

— Да, конечно, — ухмыльнулась я, — сами-то в это верите? — И пока он был в прострации от дерзкого ответа, вырвала тонкую кожу из его рук. — Прощайте, постараюсь не попадаться вам на пути.

До границы осталось пару шагов, и мужчина остановился, удержав своего коня.

— До свидания, Летисия, дочка Родерика, — крикнул Джеймс напоследок.

Я обомлела, но оборачиваться не стала. Что? Так он все время знал, кто перед ним? Что же мне делать? Я вздрогнула, почувствовав себя в западне. С другой стороны, он не стал преследовать дальше, не догнал, не присвоил. Может, не стоит бояться, что повстречалась с лаэрдом чужого клана в Чаролесье? Вон, он какой честный. Обещал не обижать и не обидел.

Вся в своих мыслях достигла дороги и нашла Бера.

— Леди, что же вы так? — Пожурил на меня слуга отца, хватая кобылку. — Думаете, господин не будет гневаться?

— А ты ему не говори, — улыбнулась, стараясь вложить все свое очарование.

Братья часто говорили, что моя улыбка не позволяет им меня ругать. А я отчаянно пользовалась всеобщей слабостью.

— Э, нет, леди, — чуть нахмурился конюх. — Мы сильно задержались. Наверняка вас уже ищут.

Мехлиос! Что стоит Эду, Рикону, Коэну, Стэну или Томасу нажаловаться на меня?

Видя мое грустное лицо, старик меня все же пожалел.

— Ладно, скажу, что сам потерял счет времени.

— Спасибо, — я снова просияла. — Спасибо, Бер. Сам знаешь, они же меня заживо съедят.

— Ох, наградила Многоликая лаэрда. Он и сам не рад, — проворчал для острастки грум.

Все в клане наслышаны о моем неуемном характере.

Очень скоро мы вернулись в родной замок. Конюх еще издалека заметил мою мать, так что я грустно ожидала очередного выговора.

— Летти, — всплеснула она руками, встретим меня на пороге, — где ты бродишь? Тебя срочно требует отец!

— Зачем? — испугалась не на шутку.

Страшно. Он проводил со мной не так много времени. Больше избегал, абсолютно не понимая о чем общаться с дочерью. То ли дело сыновья. С ними он легко находил общий язык.

— Скоро в наш клан пребудут гости, милая, — хозяйка наблюдала, как я слезаю с лошади. — А ты вечно бродишь словно оборванка.

— Да какое им дело до меня, — отмахнулась от очередного наставления.

— Не скажи, — мать поджала губы. — Бер, где опять гуляла Летисия?

Конюх опустил голову. Он не хотел выдавать меня, но и лгать хозяйке не желал. У Макензи госпожу любили, она была честной, справедливой, доброй, да еще и подарила главе аж пять сыновей.

— Мы были около Чаролесья, — чуть слышно пробормотал старый слуга.

Спасибо и на том, что не упомянул долгое отсутствие в самой чаще.

— Опять?! — Вмиг озверела леди Макензи. — Сколько раз говорить, что это опасно?

— Так, не внутри же, — пыталась оправдаться, — снаружи.

Всячески игнорировала пронзительный взгляд Бера и не особенно ощущала себя виноватой.

— Это не важно. Девушки в твоем возрасте так себя не ведут!

— А они и не оборотни, — защищалась насколько могла.

Как объяснить женщине, что ипостась рвется на прогулку? Что могу не спать ночами, когда лиса отчаянно желает повыть на луну, а я ведь не волк. Никто, кроме старшего брата, не занимался подобными вопросами, а тому было не до меня. Лаэрд готовил себе преемника, отчего Эд становился все более мрачным, холодным и угрюмым.

— Даже не знаю, это оказалось большим проклятием, чем благодатью. — Невозмутимо ответила матушка. — Пойдем. Отец не станет долго ждать.

Громко вздохнув, отряхнула платье. Опять меня станут ругать за ожидание, за неподобающий вид, за вызывающее поведение. Я ко всему привыкла, но было обидно, что ни один из них в мое положение не входил. Мы поднялись по лестнице и вошли в зал, где на возвышении сидел батюшка.

— Летисия! — Он заметил меня и понизил голос.

Тревожное начало. Обведя глазами все помещение, заметила, что рядом с лаэрдом сидит брат и также гневно поглядывает в мою сторону. Предатель. Подальше устроились младшие. Коэн, к счастью, ободряюще улыбнулся, показывая, что мне нечего бояться. А вот Томас пребывал в грустной задумчивости. С ним у меня отношения складывались лучше, чем с другими. Между нами разница — меньше года. Мы росли вместе до тех пор, пока никто из взрослых не делал различий в воспитании.

— Да?

— Мы искали тебя несколько часов. Где тебя носило?

— Простите, батюшка. Я была возле Чаролесья. — Постаралась казаться как можно более послушной.

— Опять?! — Он хлопнул по столу правой рукой. — Разве я не запрещал ходить в древнюю чащу?

— Нет, — почти пропищала. — Вы говорили про само Чаролесье, а то, что рядом не упоминали, — быстро соврала, уставившись в пол.

Если упомянуть, что еще и главу соседнего клана видела, сидеть мне в башенке годами, да гобелены вышивать, на радость хозяйке замка.

— Скажи ей, — перебила лаэрда матушка. — Она должна оценить нашу щедрость.

— О чем? — недоверчиво к ней повернулась.

Зная леди Макензи, новость будет ошеломляющая, но вряд ли мне понравится.

— Сегодня в клан прибыли гонцы от Киркпатриков... С предложением.

Батюшка давно хотел связаться с равнинным поселением, наладить торговлю. Все же их земли были куда плодороднее наших, хотя и мы не бедствовали. Те славились отборными овощами, скотом и другими животными, а горные кланы — дичью и сильными воинами.

— Каким? — Что-то ее тон настораживал.

Подозрения закрались быстро , но верить в слова, которые последовали за этим, совсем не хотелось.

— Просят твоей руки старшему сыну лаэрда, — с некоторой усмешкой возвестил отец. — Предлагают замужество единственной дочери и к тому же оборотню для Лахлана.

Выждав минуту, пытаясь не задохнуться от полученного шока, все же выдавила из себя:

— Я понятия не имею, кто он такой, — с ужасом воззрилась на стол, где сидели мужчины.

Мать, заметив мое состояние, сжалилась.

— Ну что ты, дочка. Лахлан — молодой юноша, ему чуть за двадцать лет. Вы почти ровесники. Говорят, он очень красив, — совсем по-девичьи хихикнула леди Макензи, под неодобрительный взгляд мужа. — Девушки Кирпатриков его просто обожают. Да каждая позавидует такому жениху.

— А что ты ответил? — льстивые речи матушки в адрес возможного жениха меня никак не тронули.

Замужество. Этого я больше всего боялась, когда вошла в прекрасный возраст. Одно дело жить в стенах родного замка, хоть и с ограничениями, где все знают о складе моего характера, а другое — уехать в неизвестность, подчинясь будущему супругу, о котором услышала только сейчас.

— Решил поинтересоваться твоим мнением, дочь, — серьезно ответил лаэрд. — Ты уже выросла и готова вступить в брак. И заодно принесешь пользу семье.

— Но мы незнакомы, — я посмотрела на братьев, ожидая помощи, но из них меня не поддержал.

Понятно. Сплавить решили.

— Летти, чего ты испугалась? — Вступил Эддард. — Никто не отберет у тебя краски. Будешь рисовать, как и прежде. Киркпатрикам нужен оборотень. Такое предложение выгодно. Да они тебя на руках носить будут.

— Я же неразменная монета, — обиженно проговорила, обращаясь к старшему брату. — Откуда тебе знать?

На глазах выступили слезы. Хоть отец и интересуется мнением, но я же вижу, что решение давно принято.

— Летти, успокойся! — начала мама. — Такое счастье...

— Летти, у тебя пять защитников, — перебил ее Рикон. — Если что-то будет не так, известишь нас.

— Это уже после того, как что-то будет не так! — уперто отнекивалась я и снова подняла голову на родителя. — Ты ведь согласился, не стал ждать моего ответа?

Многоликая, за что? Неужели он так быстро решился, услышав первое предложение. Да разнеси по кланам весть, что у тебя дочь обращается в лисицу, сюда прибегут мужчины всех возможных положений и званий. И Синклер прибежит, почти уверена.

— Я не буду выслушивать упреки от дочери! — Разъярился отец. — Тебя с детства к этому готовили. Тебе ли не знать, как важно налаживать связи!

— Продавая меня?

Да, сколько ни говори, но жизнь женщины в Андмарре сурова. Кого волнует мнение девушки, пусть и со второй ипостасью?

— Молчи! — Я окончательно рагневала главу клана. — Лахлан и его глава Киркпатриков прибудут сюда через неделю. Попробуй свыкнуться с этой мыслью и помни, скандалы мне не нужны. — Предостерег меня. — А пока разрешаю тебе в сопровождении наведываться в лес. Считай это моим предсвадебным даром.

Таким образом, Родерик пытался извиниться. Сказать прямо он не мог, но я давно научилась читать между строк. В мысли закралась отчаянная идея там потеряться, но отец продумал все.

— Только с Эддардом. — Кивнул в сторону брата. — Другие тебя не удержат.

— Спасибо, — пробурчала себе под нос и развернулась на каблуках.

— Летти, постой, — попыталась догнать меня матушка, но я лишь скорости прибавила, подтянув повыше юбки.

Нет, хватит с меня семьи. Пока я бежала подальше, старшие подтолкнули Томаса.

— Поговори с ней, она тебя послушает, — наседали на него.

— Нет, я тоже считаю, что это плохая идея, — отнекивался юноша. — Лахлан — мямля. Вы сами его знаете.

— И что? — недоумевал Стэн. — Сможет вертеть им, как захочет.

— И останется в еще большей опасности. Нет, Летти нужен другой муж, — качал головой Томас.

***

Не слышав последнего разговора между братьями, бежала в свою опочивальню в башне. Меня душили слезы и обида. Как мог отец, мой лаэрд, так поступить с единственной дочерью? Понятно, что мне придется выйти замуж, но он отсылает меня так далеко. Равнины находятся на противоположной стороне Андмарры, ближе к землям короля. Кто из родных навестит меня, если в нашем клане даже нет ведьмы? Дорога займет не одну неделю. Разве это выгодная сделка? Рядом Маклины, Мэйферы, Бьюкенены, везде есть сыновья или молодые вожди. Даже Синклер.

Мужчина отчего-то никак не желал покидать моих мыслей.

Зачем батюшка пожелал отправить меня так далеко? Разве торговля стоит потери своего ребенка?

Вытерев слезы и пару раз шмыгнув носом, села за стол. Меня успокаивало рисование. В клане не скупились на краски, все гордились моим талантом, даже выписывали учителей. А вот шитье и работы по хозяйству приводили меня в уныние. Матушка за голову хваталась, когда пыталась меня чему-то научить. Поэтому, недолго думая, села писать портрет увиденного в лесу мужчины. Он произвел впечатление. Сильное, невероятное.

В нашем клане я знала всех, мальчишки пытались ухаживать за мной, но количество братьев их пугало. А те, как вороны, следили за каждым моим ухажером. Еще бы, оборотница, которую ценят, как возможную пару для кого-то из лаэрдов. Я могла преумножить честь семьи. Ведь мы достаточно маленький клан, не так много мужчин в войске.

Как бы то ни было, я увлеклась, пока меня не потревожил стук в дверь. Набросив ткань, развернулась и ответила.

— Войдите.

В комнату ввалился Томас, а за ним и Стэн.

— Мы не вовремя? — Младший сразу посмотрел на работу, скрытую под полотном.

— Да, наверно, — ответила без энтузиазма. — Будете уговаривать, что это выгодная партия?

— Вообще-то, да, — потянул Стэн, но почти сразу замолк, встретившись глазами с братом.

— Летти, ты как? — подошел ко мне Том, излучая сочувствие.

Можно было подумать, что мы близнецы, очень похожие внешне и по характеру. Братик всегда чувствовал, когда мне плохо, успокаивал и помогал.

— Плохо. Не думала, что батюшка решит поступить подобным образом.

— Летти, — ужаснулся Стэн, — но ты же понимала, что тебе нужно замуж? В брак обычно вступают намного раньше. Ты еще сильно задержалась.

Вот только его очевидных фраз не хватало.

— Стэн, уйди! — Приказал ему любимый брат.

— Да что я такого сказал?

— Что она не желала слышать! — отрезал Томас. — Совсем дурак? Летисия же сестра, ты сам-то будешь рад, когда будешь видеть ее раз в несколько лет?

Юноша смешно почесал затылок. Четвертый сын лаэрда был тем еще сорвиголовой, да и умом он не всегда блистал — о том, что после замужества мы будем редко встречаться, он и не думал.

— Она же наша сестра? — возмутился Стэн, повторяя слова Тома.

— То-то и оно, — усмехнулся младший. — Иди, я сам поговорю с Летти.

— Ой, не больно и хотелось, — скорчился парень и громко хлопнул дверью, обозначая недовольство.

Я не обижалась. Все в клане за меня переживали, слишком странно себя вела. Леди приходили в ужас от моих развлечений, друзья и братья хохотали, и только отец мрачно водил желваками, услышав про очередную проделку. Как сказал когда-то Бер: «Даже страшно за того, кому вы достанетесь».

— А все-таки ты как? — в очередной раз спросил брат, когда мы остались наедине.

Лишь с ним я делилась сокровенным. Других я тоже любила, и они меня, но отношения складывались чуть иначе. Старшие стремились опекать, не чураясь любыми способами, мое мнение в расчет не шло, но только не Том.

— Я не врала, — на глаза опять выступили бисеринки слез. — Недовольна. Не хочу, но батюшка так уверен в своем решении. Скажи, ты знал об этом раньше?

Томас вздохнул, собираясь с мыслями.

— Нет. Точнее, узнал утром, но ты гуляла в Чаролесье. И не ври, — усмехнулся парень. — Уверен, что ты бродила не за чащей, а в ней.

— И что? — Просто проигнорировала замечание.

Он слишком хорошо меня знает.

— Отец сообщил о новости, что приедут из клана Киркпатриков, а потом разговаривал с Эддардом о твоем замужестве.

— Он поддержал? — Приложила ладошку ко рту.

Старший был более всех похож на лаэрда — властный, сильный, волевой. Он тоже качал головой при моих проделках, ругал и наказывал. В этом плане Родерик мог ему всецело довериться. Место лаэрда по праву его, он уже ведет себя словно глава клана.

— Да, все же знают, насколько ты бедовая. — Хмыкнул Том. — Считают, что это во благо.

— А ты?

— Я? — он удивился моему вопросу. — Я не рад. Я знаю Лахлана, он слаб и безволен. Но в жизни тебя не обидит.

— Мало успокаивает, — заметила, бросая нервный взгляд на рисунок.

От него это не укрылось.

— Да что там у тебя, — подошел к столу с воплем и отбросил полотно.— Кто это? — повернул ко мне голову. — Кого ты изобразила?

— Ну, хоть ты не начинай, — закатила глаза до потолка. — Просто мужчина. Еще даже непонятно, что получится.

— Нет, черты очень знакомые. Значит, с этим человеком я когда-то встречался. Признавайся! Это не соклановец, кто-то посторонний.

— Нет!

Ну что он сделает?

— Нет? — Том противно улыбнулся, а потом припечатал: — Не скажешь, отнесу отцу.

— Ты этого не сделаешь, — с ужасом поняла, что брат не остановится.

— Сделаю, Летти, сделаю. Рассказывай.

И я рассказала. Про свою прогулку, про перевоплощение и про знакомство с вождем Синклеров.