Глава 10

Летта

Едва дождавшись окончания завтрака, я вскочила со своего места. Синклер постарался остаться невозмутимым, но его выдавали тон и пульсирующая жилка на лбу.

— Летта, ты точно будешь вести себя благоразумно? — спросил он в самом конце, когда Атенаис встала и была готова увести меня за собой.

Я напряглась. Что за тон от супруга, который позволил любовнице прислуживать мне?

— Что за подозрительность?

Он мое настроение не понял, наоборот, еще больше помрачнел.

— Чую какой-то подвох.

К счастью, в нашу перепалку вступила ведьма.

— Лаэрд, как вы можете? Ваша супруга отправится со мной. Вы мне не доверяете? — выспрашивала его чудная женщина.

И хотя я знала, что он злится и против, но колдунье не противостоял. Мало того что она странная, так наверняка еще очень могущественная и нужная. Ведьмы, если привязались к месту, не смогут не исполнять приказов главы клана и делать что-то мешающее его деятельности, но все-таки связываться с ними себе дороже — они мастера на всякие злодеяния.

— Нет, Атенаис, — он покачал головой. — Сегодня леди с тобой, так и быть. Даю свое дозволение на посещение леса, но помните, что до заката вы обе должны вернуться.

— Слушаюсь, — чинно провозгласила чародейка.

Я просто кивнула. Мне бы поклониться, поблагодарить, согласиться, но все внутри восставало. Его беспечное поведение обидело меня, а он ничего не замечал.

— Госпожа, вы уже готовы? — поторопила меня колдунья.

— Конечно, — вздохнула, мысленно отмечая непорядок в зале. — Снорри, — подозвала служанку. — А кто все это убирает?

Порядки в обеденной мне не понравились. Мужчины брали с собой охотничьих псов и бросали им кости. Для меня это было неприятно. Собаки с грязными лапами лезли к людям, утыкались холодными носами в тарелки.

— Мы, леди Синклер. После каждого приема пищи.

— Хорошо, — хмыкнула, решив не вводить новые правила, пока не ознакомлюсь со всеми порядками.

Мы вышли за территорию замка и пересекли ристалище. Недалеко от нас воины учились, сражались и сопротивлялись друг другу. Вдалеке я заметила мишени, куда целились новобранцы.

— У нас всегда много новых воинов, — хвастаясь, отметила ведьма.

— Им повезло, — немного завороженно и с небольшой завистью смотрела на рыцарей. — Женщинам это не подвластно.

Не знаю, что было в голове у чаровницы, но та резко остановилась.

— Это они так говорят, а мы можем намного больше.

Будто понимая, что та имеет ввиду, произнесла:

— Неважно, я жена могущественного лаэрда. Он и будет меня защищать.

Атенаис прищурила глаза.

— Моя госпожа, пойдем в мой дом. Карты не любят ждать.

Значит, гадание никак не отменить. Оно меня волновало в последнюю очередь, а ведьму, напротив, в первую.

— Хорошо, но прежде я надеялась посетить Чаролесье.

Колдунья расплылась в довольной улыбке.

— Так и знала, что вы настоящее дитя леса. Оно зовет вас? — с каким-то пониманием заключила она.

Мне повезло, что я встретила ее. Она единственная догадалась о моем истинном отношении к лесу. А после того как я увидела белого оленя и услышала чей-то чужой голос, я больше и не сомневалась в очевидном.

— Зовет и любит.

Жаль, но Атенаис моим просьбам не вняла. Сперва она потянула к своему дому.

Мне бы настоять на своем, но не хотелось спорить с чародейкой. Ведьма по-настоящему тепло и дружелюбно отнеслась ко мне, да и было любопытно познакомиться с жизнью клана. Одно дело, жить в замке, а совершенно другое в доме на землях Синклеров.

— Ой, ладно, — скрыла насмешку, — давай сначала погадаем. Ты же этого хотела?

К подобному времяпрепровождению относилась с настороженностью. Иногда к Макензи приходили незнакомые колдуньи и давали очень туманные предсказания. Пару раз и я ходила к таким, но все заканчивалось на «встречу большую любовь» и «меня ждет несколько опасностей». А после, обсуждая с подружками, понимала, что они тоже слышали нечто подобное. Либо слова были неточными, либо у всех девиц примерно одинаковая судьба.

Атенаис нахмурилась, но отвечать не стала, только пошла вперед, не обращая внимания на здоровавшихся с нею людей.

— Стой, — побежала за ней. — Да стой же, — одновременно кивала соклановцам. — Я не хотела тебя обидеть.

Та подошла к своему жилищу. Что это именно ее домик, я увидела еще издалека, завидев маленький огородик и висящие пучки трав, сушившиеся на солнце. Распахнув дверь, женщина все еще в молчании пригласила меня внутрь. Я последовала за ней и удивленно округлила глаза. Конечно, многие рассказывали, как это побывать в жилище у колдуньи, но это были чужие истории, а теперь я увидела все воочию.

В первой комнате она явно принимала людей. Возле стола был очаг с огромным пустым котлом, а над ним висели различные яркие амулеты. На столе в полном хаосе лежали пергаменты с письменами. Язык был мне непонятен и незнаком. В доме было темно, пробивавшийся свет через грязное окно едва освещал помещение.

— Я не обиделась, — вдруг произнесла Атенаис. — Вы еще очень молоды и не постигли мудрости.

— Теперь впору обидеться мне, — пробурчала себе под нос, чтобы ведьма не услышала.

Она с безумным взглядом уселась и откуда-то из рукава вытащила колоду и стала быстро-быстро ее тасовать. Я тоже не стала стоять, нашла старый щербатый табурет и пододвинула его к чародейке.

— Коснитесь, леди Синклер, — Атенаис поднесла карты.

Многие из ее сестер так зарабатывали, но у всех были свои собственные колоды. Расписные, с изображением людей, зверей и замков.

Я не стала спорить и дотронулась до них, а потом принялась дальше осматривать дом. Ей бы не помешала здесь основательная уборка. Как она лечит жителей в грязи и пылище?

— У нас есть для этого отдельная избушка. — сказала ведьма, не глядя на меня.

— Что? — я ужаснулась.

Неужели она умеет читать чужие мысли?

— Для лечения людей у нас отдельная избушка.— пояснила она. — Я принимаю там днем или тогда, когда есть много раненых.

— Откуда ты знаешь, что я хотела спросить именно это?

— Госпожа, у вас на лице все написано, — с насмешкой выговаривала мне Атенаис. — Говорю же, вам немного не хватает мудрости, да и вы чересчур молоды.

В этом она права. Многие, включая новоявленного супруга подметили мою открытость и юность. Это точно будет мешать в будущем, но и меняться не хотелось. Я же его заинтересовала такой... бесхитростной и наивной.

— Что говорят тебя карты? — я решила перевести тему. — Про любовь и опасности?

Ведьма стала выкладывать передо мной рисунки. Я не сильно вникала в изображения, так как значения для меня в любом случае непонятны. Лишь подметила женщину на троне, башню и мужчину.

— Интересно...хм... хм, — она не отрывалась от них. — Любовь вы уже встретили, леди, надеюсь, это ваш супруг. А про опасности... да, они вас точно поджидают.

— Это не новость, — разочарованно вздохнула.

— А если я скажу, что в ваших силах усмирить два клана, предотвратить войну и помочь наследнику? — ухмыльнулась чародейка.

Вот это да. Подробностей я точно не ожидала, но, вспомнив, что обычно подобные слова заканчиваются ничем, с облегчением отозвалась:

— Значит, так тому и быть, — улыбнулась колдунье.

— Что-то вы слишком беспечны, — заметила Атенаис.

Еще бы. После всех моих злоключений, связанных со скорой свадьбой, Драммондами, Кирпатриками и схваткой в лесу, ее слова насчет опасностей и войны меня почти не всколыхнули.

— Просто я хочу быстрее очутиться в Чаролесье, — честно ответила ей.

— Конечно, — она поклонилась и быстрым движением смела все свои карты.

Я же из-за их исчезновения открыла рот. Не знаю, то ли это ловкость рук, то ли ее заклинание, но колода пропала, едва Атенаис ее коснулась.

— Идемте, лисичка, — она поднялась со своего места. — У нас не так много времени.

Земли Синклеров граничили со входом в эльфийскую чащу. Нам не были нужны лошади, чтобы попасть в это священное место. Люди его сторонились, а на тропинке стояли несколько стражников. Со слов ведьмы стало понятно, что давным-давно несколько детей нарушили запрет и не вернулись. С того дня вход в Чаролесье стал охраняться. Мало ли кто решится на путешествие? Дураков в любом клане хватало.

Едва мы оказались в волшебной чаще леса, я забылась. Многоликая, как давно я здесь не была? Пожалуй, еще до начала испытаний моих женихов.

Кружась и радуясь, как малое дитя, запрыгала по тропинкам.

— Леди, я надеюсь, вы не будете далеко отходить от меня? — с некоторой осторожностью обратилась Атенаис.

К этому моменту я могла пообещать что угодно. Стоило задуматься, почему я все проблемы стараюсь обдумывать в лесных покровах. Большинство жителей Андмарры Чаролесья побаивались. Ведь стоит забыться, забрести на вытоптанную дорожку, и окажешься в противоположном конце страны. А земледельцам и того обиднее: магический лес занимал треть страны. Землю здесь не вспашешь, не засеешь, так и стоит, по их мнению, непригодная. Им-то плевать на волшебство и магию.

Жители все больше рождались обычными людьми, переставали уважать возможности заклинаний. Еще несколько десятков лет, и не останется в Андмарре драконов, ведьм, оборотней. Будут жить одни крестьяне и благородные рыцари.

Я не стала отвечать на поставленный вопрос. В планах я не собиралась сбегать. По крайней мере, именно сейчас. Но размять лапы, почувствовать хвост и ощутить дуновение ветра, теребившего мягкую шерсть, очень хотелось. Недолго думая, я обратилась в зверя, а как только потеряла человеческую ипостась, приникла к земле.

Запахи сводили меня с ума. Незнакомые, новые, удивительные. Несколько секунд, и я поняла, как прогуляться до родного клана, но временно, та дорога казалась закрытой. Мысленно радуясь, что рядом нет медведя, пожелавшего бы меня остановить, устремилась вглубь. Нет, не в клан Макензи, а в другие места, ранее мною не изведанные.

— Летта, куда вы? — удивительно, но ведьма не отставала.

Но ведь это их лес. Он покажет ей самый краткий путь и поможет найти пропажу в любом случае. Рано или поздно чаща выберет себе хозяйку из ее сестер и перестанет считаться проклятой. Тогда, глядишь, наладиться сообщение между территориями, перестанет вспыхивать вражда и конкуренция. Сейчас многие боролись за свободных оставшихся чародеек, старательно привязывая к своим землям или за обращавшихся оборотней, кем я как раз и являлась.

Я повела мордой, мол, играю и не обращай внимание, но на самом деле меня привлек чужой непонятный запах. Что-то похожее я испытывала, когда набрела на умирающего Эвана Драммонда. Уверена, будь здесь Джеймс, он бы стал меня останавливать, но раз уж за мной увязалась одна колдунья...

Лапы перебирали землю и опавшую листву, нос улавливал смену направления ветра и тех животных, кто находился рядом. Теперь-то я настороже, больше не попадусь в ловушку волков. Наоборот, злая стая научила меня таиться, а также держаться той стороны, где мой запах будет практически неощутим.

Я брела, аккуратно ступая сквозь траву и ветки, пока не увидела вдалеке волка, встречавшегося с лесным львом. Я застыла, и чтобы меня никто не заметил, приникла к земле. По окрасу, по повадкам я узнала в одном из них старого знакомого. Он совсем недавно гостил в клане Макензи, а также очень старательно загонял меня в западню. Это точно был Нортон. Но для чего племянник лаэрда встречается с другим оборотнем?

Загадка. Приближенные к главе клана не могли встречаться с другими высокопоставленными лицами, иначе распространялись слухи про заговор. А эти двое?

— Нам пора, — кто-то ткнул меня в плечо, и я едва не залаяла от испуга.

Но не могла, спохватилась, боясь обозначать свое присутствие. Для меня младший Драммонд был неприятным человеком, хоть и одаренным магией. Пусть считает, что его тайная встреча не была никем замечена. А то, что она тайная, я не сомневалась. Звери не ведут себя настолько подозрительно, вслушиваясь в каждый шорох.

Обиженно просопев в сторону колдуньи клана, которая и подловила меня за подглядыванием, отползла назад. В данный момент надо мной довлели инстинкты, так что поведение Атенаис было не очень оправдано. Лисы — не самый кровожадный хищник, но мы вполне можем нанести незаживающие раны для обычных, да и необычных людей.

Я медленно и ползком удалялась с холма, старательно заметая следы. Большинство оборотней не пользовались подобным умением, но у меня был очень осторожный и дотошный брат. Эддард всегда настаивал, что мне стоит скрывать свое превращение, потому что женщин-перевертышей мало, и почти никто из них не покидает клана. Зачем провоцировать окружающих и показывать, что в не самой многочисленной семье родилось такое свободолюбивое сокровище?

Через какое-то время мы вернулись к выходу из леса. Я, уже не таясь и отбросив из головы мысли о Драммондах, обратилась в человеческую ипостась.

— Атенаис, спасибо за прогулку. — Поблагодарила провожатую.

— Не за что, — не глядя на меня, приняла благодарность колдунья, вырывая из земли непонятный мне корень. — Мне было приятно вам угодить.

— Все же я тебя благодарю, — еще раз посмотрела на свою спутницу. — А что ты делаешь? Ты вообще в курсе, что будь я лисицей, выкопала бы тебе это растение в два счета?

— Конечно, — та устало потерла лоб, — но травы любят, когда их добывают с трудом и старательностью, иначе не будут действовать.

Я мало смыслила в лекарском деле, так что спорить не стала. Ведьма добыла свою находку и счастливо уставилась вдаль. Потом мы обе переступили границу, где нас сразу же встретили несколько молодых девушек.

— Госпожа, Атенаис, нужна помощь. Там раненые, — причитали несколько из них.

Колдунья сразу же поспешила в сторону своего домика. Я была готова помогать с чем угодно, если она попросит, но передо мной выступила Мелисса.

— Леди Синклер, пожалуйста, наш чародейка справится сама, — она старалась незаметно поморщиться, но я успела уловить выражение брезгливости на хорошеньком личике. — Если вас не затруднит, пока другие служанки помогают с ранеными, не могли бы вы позвать лаэрда со второго этажа.

Вспомнив наставление Снорри о том, что в замке именно там проживали мужчины, удивилась. Неужели соперница сразу начала с грязной игры?

— Конечно, — мило улыбнулась и посмотрела вслед новоявленной заклятой подруги.

Атенаис я уже не интересовала, она с беспокойством удалялась прочь, чтобы вылечить воинов.

Я не дура, понимала, что Мелисса таким образом пытается меня как-то принизить, просто не в курсе, что ключница уже предупредила об одном из основных правил. Даже для меня явиться на мужскую территорию стало бы позором и поводом, чтобы муж смог выставить за пределы своего клана.

Пока я шла, приближаясь к каменным башенкам, схватила какого-то пробегавшего мимо мальчишку за воротник.

— Привет, — остановила его, но он, будто и не поняв, продолжал смешно перебирать руками и ногами.

Благо у оборотней сил больше, чем у обычного человека.

— Леди? — юнец, в конце концов, перестал активно сопротивляться. — Я могу вам чем-то помочь?

— Да, — приветливо поздоровалась и отпустила мальчика. — Как тебя зовут?

— Брюс, — он потупился и сделал шаг назад, как будто опасался меня.

— Брюс, хорошо, — продолжала улыбаться, — сильное имя. Ты можешь мне помочь?

Моя матушка была хорошей хозяйкой. Ее любили не за то, что она была женой главы клана, а за то, что она знала каждого жителя, никогда не приказывала, но очень убедительно просила. Кто-то посчитал бы это слабостью, но окажись она в беде, любой человек встал бы за нее горой. Мне тоже хотелось подобного отношения, оттого я не стала высокомерно вздергивать нос и спешно требовать решения моей проблемы. С терпением ждала, когда юнец обдумает и кивнет.

— Прошу тебя, найди Джеймса и позови в дом Атенаис. Там прибыли раненые, возможно, он еще не в курсе, — с заботой в голосе просила я.

— А че сами не разыщите? — нахально спросил меня мальчонка, утерев рукавом лицо.

— Разве ты не будущий воин? — с некоторой укоризной уставилась Брюса. — Не хочешь помочь своему главнокомандующему? А вдруг там кто-то из твоих родственников?

Он обиженно опустил глаза.

— Ладно, — и показывая абсолютное отсутствие манер, сплюнул на холодную землю. — Найди и сообщу, но я один в семье. У меня только мама, — сморкнулся и вывернулся из-под моей руки.

Я лишь могла наблюдать, как он пустился во весь опор в замок. Уверена, что он не забудет о задании. Оглянувшись на видневшийся издалека дом ведьмы, испытала забытое чувство зависти. Будь я дома, уже бы торопилась, помогала и никто бы не остановил меня в подобном деле, а здесь меня пока не принимали. Да и за что винить жителей? Они видят совсем юную девочку, которую даже должным образом не представили.

Смысла идти внутрь уже не было. Снорри — великолепная хозяйка, наверняка позаботившаяся об обеде. Чуть позже я поинтересуюсь делами и там, на кухне, но сейчас меня тянуло к ведьме. В Андмарре нет войны, изредка кланы боролись друг с дружкой, но старались обходиться малой кровью. Да, убийства случались, мое путешествие до Синклеров тому пример. И в голову пришла страшная мысль, что Мэйферы отомстили за убийство своих людей. В жизни себе не прощу, если кто-то из мужчин погибнет.

Пришлось разворачиваться. Многоликая, если на моем пути опять встрянет Мелисса, вряд ли я сохраню невозмутимость. Пока я шла, накручивала себя еще больше, страдая от бестолковой ревности, но, к счастью, оказавшись на территории Атенаис, блондинку не нашла. Может, та, упиваясь своим превосходством, убежала, чтобы наблюдать мой позор, или побежала нашептывать любовные скабрезности на уши лаэрду.

Я вошла в домик, где толпились люди. Передо мной они расступались, будучи просвещены насчет моего статуса. Я старалась быть более незаметной и не мешать окружающим. Меня искренне волновала судьба раненых.

Молодые мужчины, уложенные в постели, едва дышали. Около каждого находилось по одной-две девушки, аккуратно перевязывающие им раны. Рядом все контролировали родные, печально вздыхая и пряча слезы. Я так и не смогла понять, что конкретно произошло.

— Леди Синклер, — окликнула меня ведьма. — Я рада, что вы не ушли.

— Что случилось с несчастными? — приблизилась к колдунье и почти шепотом поинтересовалась ситуацией.

— А, — она махнула рукой. — Наш клан воинственный и принимает любой вызов. Очередная схватка.

— Но есть же причина, — совсем не поверила в ее беспечность. По глазам вижу, что женщина что-то скрывает. — Атенаис, говори, — без угроз и нажима в голосе попросила ее. — Не держи втайне.

Она нахмурилась, посмотрела на пострадавших, а потом вновь воззрилась на меня. И я не могла не заметить виноватый вид и сочувствие.

— Небольшая месть от Мэйферов нашим дозорным. Так бывает, — стала та поспешно объясняться, — вы здесь совершенно ни при чем.

— Они выживут? — подошла к тому, кто оказался ближе, старательно выкидывая из головы ее последнюю фразу.

Из его спины как раз достали наконечник стрелы.

— Стрела отравлены, — ведьма, качая головой, указала на вытащенный и брошенный в зелье наконечник.

Он окрасился черным цветом, а после и вовсе растворился в воздухе.

— Яд бругмансии, — провозгласила Атенаис, показывая содержимое миски, куда опустила вытащенное оружие.

Возле наконечника вылез ядовитого зеленого цвета осадок.

Женщины, находившиеся рядом, синхронно всхлипнули. Я обернулась на их лица, чтобы найти ту, чья душа будет болеть сильнее всего. Раненый стонал, метался в постели, но никто не приближался. Все держались в отдалении и склоняли головы к друг другу. Я быстро поняла, что в этом клане каждый упавший воин считался настоящей потерей, даже если у него не было жены или возлюбленной.

— Им можно хоть как-то помочь? — обратилась к колдунье шепотом.

Она для начала возвела глаза к потолку и цокнула неспокойным языком. Мое суетливость ее напрягала. Еще бы... кто таких любит? Но меня терзало чувство вины. Я убила одного из Мэйферов, а если бы слушалась лаэрда, то наша поездка обошлась бы малой кровью.

— Есть одно растение...

— Какое? — сразу дернулась, хватая вельму за рукава.

Атенаис нехотя вздохнула, как будто зная заранее, что мужчины обречены на медленную смерть. Не верила, что им можно помочь и окончательно сдалась.

— Госпожа, осталось совсем мало времени. А эти травы очень редкие. Никто из наших их никогда не находил.

— Но ты все-таки скажи, — настаивала на своем.

Она поджала губы, размышляя, стоит ли выдавать ценную информацию. Боялась, что глупые женщины бросятся на поиск в зачарованный лес. Вот только они не могли войти туда просто так. А я могла.

— Сноудонская ястребинка, — нехотя высказалась чародейка. — Это желтый цветок, напоминающий одуванчик. И по запаху похож, но он другой. Неуловимый, более сладкий, потому что в нем тоже яд. Но тот вызывает лишь бесполезные иллюзии. Ведьмы считают счастьем, если набредут на подобное растение.

— А что сложного его найти? — я продолжала недоумевать.

Мне казалось ясным, что если кто-то умирает от яда, то можно найти противоядие. Ведьма знает, из чего его можно изготовить. Почему все так хмурятся?

— Он очень напоминает сорняк, — выдохнула Атенаис. — От бесполезного цветка его не отличить. Они точь-в-точь похожи друг на друга.

— Ты сможешь его отличить? — всматривалась в лицо колдуньи.

Она повела подбородком и обратила свой взгляд на постели, где лежали раненые.

— Даже я не могу. Для того чтобы определить он это или нет, мне понадобятся сутки. Я чародейка, а не крот. К этому времени мужчины забудутся в лихорадке. А ведь его еще надо отыскать и приготовить противоядие.

После ее слов и я была готова расплакаться. Неужели все это случилось из-за меня? Как мне жить в этом клане, зная, что часть воинов отдала жизнь из-за бессмысленного спора?

Все застыли, больше не прислушивались к нашим тихим речам, расступились передо мной, а те, кто имел отношение к мужчинам, рассредоточились по кроватям, чтобы в последний раз попрощаться со своим спутником. Смотреть на это не хотелось. Слишком уж грустное зрелище.

— Атенаис, — я подняла голову. — А сколько им осталось?

Ведьма задумалась и наклонилась набок.

— Часов восемь. Буду ждать ночи, чтобы успели попрощаться с родными, а потом...

Она недоговорила.

В ее дом вошел лаэрд, а за его спиной стояли Крейг, Мелисса и пойманный мною мальчик Брюс.

— Рассказывай, — он уверенно обратился к колдунье.

Меня же больно укололо, что Джеймс даже не посмотрел в мою сторону, да еще и привел за собой бывшую любовницу.

Атенаис показывала плошку с наконечником, кивала в сторону людей и закончила свою мысль одной фразой:

— Лаэрд, мы не можем им помочь. — Она опустила взгляд. — Никто в клане не отличит запах ястребинки. Медведи не обладают столь тонким нюхом.

Помещение озарил тонкий девичий голос. Мой голос.

— Я, — сама не поняла, как откликнулась, всматриваясь в лицо мужа, — Я не медведь, я лисица. Я отлично понимаю разницу между корнями, цветами и специями, не думаю, что не отличу и это растение.

— Летта, тебя не спрашивали, — шикнул на меня супруг. —Ты в травах разбираешься...

— Лучше чем ты, — парировала я, перебивая мужчину. — Что ты теряешь, если я уйду в Чаролесье? Мне всего-то надо отыскать одно растение.

Лаэрд застыл, не ожидая сопротивления. Мои слова его напрягли, а про непокорный нрав он и вовсе давно высказывался.

— Ты не можешь пойти туда одна. Атенаис занята.

— Хорошо, — отвернулась от него, чтобы сохранить спокойствие и сдержать гнев, — меня может сопровождать кто-нибудь из твоих людей.

— Никого нет, — Джеймс развел руками.

Мне на помощь пришел Крейг.

— Иди с ней, — ткнул его в плечо друг. — За несколько часов в замке ничего не случится. А так у нас хотя бы будет шанс помочь остальным.

Я не стала ничего говорить. Дальнейшие действия мне казались очевидными. Будь я на месте главы, даже не думала. Вмиг бы отправилась испытывать удачу.

— Но, лаэрд, — обратилась Мелисса сладким голосом. — Это опасно. А если клан Мэйферов задумал ловушку?