= 3 =

    В субботу Павел проснулся не в лучшем расположении духа. Мало того, что спать пришлось на животе, так еще и предстоящие выходные не радовали. В доме бардак, пыль клочьями лежит по углам, еды нет. Он вполне справлялся с бытом во Франции, но тут его угнетала необходимость разбора завалов. Квартиру нужно превращать в нормальное жилье, а делать это одному скучно и лениво.

    Зад болел не сильно, но все же напоминал о вчерашнем, и мысли о «госпоже» не отпускали. Вчера, под адреналином, Павел снисходительно отнесся к выходке обнаглевшей сабы. Поутру все встало на свои места, и праведный гнев не давал ему покоя.

    Во-первых, «госпожа Мари» - саба, в этом нет никаких сомнений. Домины так себя не ведут, даже новички. Это вообще особенное состояние, его ни с чем не перепутаешь. Из «во-первых» следовало «во-вторых». Если саба переоделась, чтобы выдать себя за госпожу, значит, она знала об особенном лоте на аукционе. Или ее попросили сыграть роль госпожи. Сделать это мог только Лео.

    Дальше – варианты. Лео хотел, чтобы его купили и отпустили, но вредная девчонка решила посмеяться над доминантом. Лео хотел, чтобы его купили и унизили сильнее, чем это сделал бы другой доминант. И оба варианта сливались в один – его унизила саба, по своей воле или по наущению, следовательно, с этим нужно разобраться.

    Павел понимал, что с настоящей госпожой эта сессия могла бы протекать в более жестком варианте. И все же чувствовал себя уязвленным именно потому, что им командовала саба. Найти и покарать – вполне справедливое желание. А поиски он начнет… с Лео.

    К слову, они не созванивались. Вечером Павел посчитал, что уже поздно – у Лео семья, наверняка рядом спала его беременная жена. А утром он понял, что хочет услышать ответ на свой вопрос, глядя другу в глаза, не по телефону. Поэтому и поехал к нему домой, перехватив по дороге кофе и сэндвич.

    Дверь ему открыла Дина.

    - Добрый день, Павел. – Он заметил, что Дина удивлена, но больше обрадована. – Лео на прогулке с детьми. За поселком есть овраг, малышня там с горки катается.

    - Я знаю, где это. Прогуляюсь, - решил Павел.

    - Дина! Кто там? – крикнули из глубины дома. – Если коробейники, гони в шею!

    Павел, который уже приоткрыл дверь, чтобы выйти, замер. Он узнал голос. Он узнал голос девчонки! Хорошо, что в этот момент Дина не видела его лица. Его перекосило от едва сдерживаемого гнева. Вдох-выдох.

    - Может, я не вовремя? – как можно небрежнее поинтересовался Павел, не оборачиваясь. – У вас гости?

    - Нет, это Соня, - рассмеялась Дина. – Вы же знаете Соню?

    - Ах, да… Прислуга, - обронил он. – Давно ее не видел. Хорошо, я пойду.

    - Вы пообедаете с нами?

    - С удовольствием.

    «С удовольствием! – рычал про себя Павел, направляясь к оврагу. – С удовольствием врежу Лео и прижму к стенке наглую сабу!»

    Он остановился у высокого сугроба, зачерпнул пригоршню снега и обтер им лицо. Нет, так нельзя. Вернее, можно, но слишком просто. Лео отопрется, скажет, что хотел, как лучше. Соня – так вот как зовут девчонку! – улизнет. Лео встанет на защиту и не позволит Павлу наказать ее. Что ж, теперь его очередь водить в этой игре.

    Среди весело визжащей малышни на горке Лео возвышался, как великан. Он зорко следил, но не вмешивался, в то время, как остальные родители суетились вокруг своих чад, то помогая им втащить санки наверх, то отряхивая от снега. Павел без труда нашел глазами близнецов. Они пыхтели, взбираясь по склону, и тянули за веревочку санки.

    - Привет. – Павел остановился рядом с Лео. – Приучаешь к самостоятельности?

    - Привет. – Тот приобнял друга, похлопав его по плечу. – А кто их потом научит? Потом будет поздно.

    - Тоже верно.

    - Смотрю, ты жив. Как… прошло?

    - Как в сказке, - хмыкнул Павел. – Меня унизили, выпороли и трахнули. Никогда не пробовал побывать на обратной стороне Луны?

    - Нет, не приходилось, - ответил Лео, отворачиваясь.

    - Вот и не пробуй. Не смертельно, но чувство мерзкое.

    - Ты сам так решил.

    - Угу, - согласился Павел, - сам. Мне кажется, это бы кто-то из знакомых.

    - Почему?

    - Маска.

    - А-а-а… ну… мало ли.

    Павел не стал спрашивать в лоб. Если Лео не соврет, то лишит его шанса наказать Соню. Намек решил проигнорировать – и ладно. А вдруг саба подслушала их разговор, и вся авантюра – ее рук дело? Ничего, он узнает правду.

    - Ты по делу или так? – поинтересовался Лео.

    - Или так… - вздохнул Павел. – Извини, что не предупредил.

    - Да ерунда. Пообедаешь с нами? Нам уже домой пора. Саня! Даша! – крикнул он. – Мама ждет!

    - Дина уже пригласила, я не стал отказываться.

    - И правильно.

    Лео дождался детей, свистнул Матильду, которая нарезала круги по оврагу, и они пошли обратно.

    Странное дело, но Павел не чувствовал себя чужим в доме друга и теперь, когда здесь поселилась его жена и приемные дети. Наверное, в этом заслуга Дины. Зря он был настроен против нее. Добрая, искренняя, радушная, милая – она успевала и угощать гостя, и ухаживать за мужем, и следить за детьми. Вообще, друзьям повезло. И у Ильи замечательная жена, и у Лео. Один он неудачник.

    - Папа, твоя очередь читать, - заявила Даша после обеда. – Пойдем!

    - Дашенька, сегодня папа уступил свою очередь мне, - поспешно сказала Дина. – Он останется с дядей Пашей, а я уберу со стола и приду. Идите к себе.

    - Попроси Соню помочь, - сказал Лео.

    - Я тоже умею читать сказки, - вызвался Павел.

    Порешили на том, что Лео и Павел вместе пойдут читать детям книжку. Однако, узнав, что Соня в доме, Павел стал придумывать способ увидеться с ней. Хорошо бы убедиться, что это та самая девчонка – он запомнил ее глаза и запах духов: что-то цветочное, напоминающее о весне.

    В голову не пришло ничего умного – Павел просто уронил на пол стакан, вроде бы случайно задев его локтем. Как он и предполагал, Лео не позволил Дине убирать осколки и позвал Соню.

    - Добрый день, - поздоровалась та, появившись в столовой.

    - Добрый, - ответил Павел, довольно улыбнувшись.

    Да, это она! Соня лишь бросила на него испуганный взгляд и тут же отвернулась, но и этого было достаточно. Он запомнил ее глаза. Вечером они казались темными, а при дневном свете сияли небесной синевой. И запах! Она прошла мимо, Павел принюхался, как ищейка. Тот самый запах!

    Как замечательно, что у него было время успокоиться! Он смог сыграть равнодушие, хотя внутри все кипело и бурлило – и от гнева, и от радости. Он все равно нашел бы девчонку! В клубе есть камеры наблюдения, на которые наверняка попал номер ее машины, к примеру. Но мышка нашлась без труда. Осталось выманить ее из норки.

    Павел ломал голову, как вызвать Соню из дома. Не караулить же у забора! Но ему снова повезло.

    После книжек дети легли отдыхать – они еще спали после обеда. Павел и Лео спустились вниз, немножко поболтали в гостиной. Дина ушла наверх, И Павел решил не засиживаться. Пора и честь знать, тем более, он уже выяснил то, что хотел. Пусть не все, но всему свое время.

    Лео проводил его до двери, но на улицу выходить не стал. В этом не было необходимости, калитка защелкивалась сама. В декабре темнеет рано. Павел вышел за забор, завел машину, дождался, когда зажегся свет на втором этаже – в кабинете Лео, - и нажал на кнопку домофона.

    - Кто там? – спросил женский голос.

    Сонин, конечно же.

    - Это Павел, - ответил он. – Я тут детям подарки привез, да забыл их в машине. Не хочу возвращаться.

    Тишина.

    - Ладно, наберу Лео.

    - Не надо, - ответила Соня. – Я сейчас выйду.

    Глупый мышонок сам вышел из норки!

    Едва Соня открыла калитку, Павел схватил ее в охапку, засунул в машину и пристегнул наручником к потолочной ручке. Это он умел – научился у охранников, когда еще пользовался их услугами.

    Соня сопротивлялась. Павел даже удивился, как умело она действовала. И захват попыталась провести, и ногой лягнула так, что он чуть не загнулся от боли. И руку расцарапала. Правда, не кричала и не звала на помощь, что тоже его удивило. Соня успокоилась, едва он захлопнул дверцу.

    Павел сел за руль и тронул машину с места.

    - Меня будут искать… - пробормотала Соня.

    Он протянул ей телефон.

    - Позвони Лео. Пусть не ищет.

    - Так и сказать, что меня похитили?

    Павел притормозил у обочины.

    - Звони, - велел он. – Попросишь помощи, я сам отвезу тебя обратно. Ты нарвалась, девочка. Саба переоделась госпожой и купила Дома на аукционе. Эта новость переплюнет даже ту, что ты меня порола. Потому что эта саба – протеже Лео. Звони.

    Он специально запугивал ее. Можно удержать и силой, в конце концов, Павел не собирался делать с Соней ничего дурного: только то, что делала она. Однако она давала ему шанс уйти, дал и он. Если он не ошибся, то саба с таким характером не сбежит.

    - Мастер? – Соня все же позвонила Лео. – Да, это я. Мне срочно понадобилось уйти. Да, я вернусь завтра. Простите. Нет, все в порядке. Правда…

    Она нажала отбой, кинула телефон на бардачок и отвернулась к окну.

    - Вот и умница, - хмыкнул Павел. – Поехали.

    Через пару минут на телефон пришло смс от Лео.

    «Пашка, если ты ее обидишь – я тебя убью», - прочитал Павел.

    Вот теперь паззл сошелся.

    Соня держалась за потолочную ручку, чтобы наручник не сильно впивался в кожу, и даже ухитрилась пристегнуться до того, как они выехали на трассу.

    И почему она не попросила Лео о помощи? Как глупо! Кому нужно это благородство? Да, Павел не ушел, когда она его отпустила. Но чем он рисковал? Всего лишь побитой задницей и уязвленным самолюбием. А она вляпалась! Потому что обозленный Дом – это ужасно.

    И Дина считала себя глупой! Да по сравнению с ней, Соней, Дина – образец мудрости. И с чего она решила, что выдержит это испытание? Уже сейчас память «услужливо» подсунула ей воспоминания о пережитом кошмаре. Заболели давно сросшиеся ребра и перебитые кости на пальцах, зачесались шрамы, захотелось схватиться за нос и проверить, не свернут ли он набок, а в ушах раздался крик так и не рожденного ребенка.

    Паника. Соня тяжело задышала, ей не хватало воздуха. Вдох-выдох. Все позади. Вдох-выдох. Ее мучитель мертв. Вдох-выдох. Павел – друг Лео.

    - Тебе плохо? – услышала она встревоженный голос Павла.

    Несмотря на полутьму она поймала его взгляд в зеркале – такой же встревоженный, как и голос. Небезразличный. И именно это ее успокоило, помогло справиться с приступом паники. «Умница, Соня, - похвалила она себя. – Психотерапевт будет гордиться тобой».

    - Все в порядке, - ответила она, облизав пересохшие губы. – Просто мне страшно.

    - О да, бойся, детка, - усмехнулся Павел. – Есть чего бояться.

    Странно, но угроза не испугала. Может, Соня уже устала бояться? Или не верила, что Павел может по-настоящему ее обидеть?

    - Поищи в бардачке, там должен быть ключ от наручников. Сними, - добавил он.

    - Не боишься, что сбегу? – дерзко произнесла она.

    - Попробуй. И еще, детка, не зли меня. Я и так зол. Правила ты знаешь.

    Соня упрямо поджала губы.

    - Не слышу ответа. А ведь к тем двадцати ударам, что я тебе задолжал, можно добавить еще двадцать.

    - Да, Мастер… - пробормотала она.

    - Хозяин, - поправил ее Павел. – Ты же купила раба. Значит, и ты – рабыня.

    - На двенадцать часов? – рискнула поинтересоваться Соня.

    - На сутки.

    Она завозилась, разыскивая ключ, а потом долго не могла попасть в щель замка, потому что было темно, а машину слегка шатало на неровном асфальте. На запястье будет синяк. Соня потерла освобожденную руку и неожиданно улыбнулась. Хозяин оставляет на ней свои отметины. Давно забытое чувство: «ты – вещь, ты принадлежишь мне». У Лео Соня работала – он платил ей зарплату и делал подарки. Она только воображала, что принадлежит ему. Павел объявил, что она – его рабыня на сутки. И внутри разлилось приятное тепло. Как же ей этого не хватало!

    - Ты понимаешь, за что будешь наказана? – поинтересовался Павел.

    Соня не знала, где он живет, и молчать всю дорогу глупо, возможно, им далеко ехать.

    - Да, хозяин, - вежливо ответила она.

    - Зачем ты это сделала?

    И правда, зачем? До вчерашнего дня Соня была уверена, что знает ответ. Вроде бы она и теперь знала – ради ребенка. Это почти то же самое, что искусственное оплодотворение, только в присутствии мужчины, которого она выбрала. Цинично, но ей не стыдно. Другое дело, что Павел не должен об этом знать. Как и то, что она сказала Лео.

    - Мне показалось, это забавно. – Соня заметила, как лицо Павла превратилось в каменную маску. – Я услышала ваш разговор в доме, в прошлые выходные.

    - Забавно поставить Дома на колени? – очень тихо спросил он.

    - Мне хотелось примерить на себя роль госпожи.

    - Ты лжешь.

    Соня промолчала. Как можно возразить, если так оно и есть? Лео тоже каким-то непостижимым образом всегда чувствовал ложь. Хотя удалось же ей обмануть его…

    - Вы мне нравитесь… - пробормотала Соня, краснея.

    - И поэтому ты решила меня выпороть?

    - Я была аккуратна…

    - Это не ответ!

    - Я… я не хочу говорить на эту тему, хозяин.

    - Ты провернула все с помощью Лео? – не унимался Павел.

    - Вам лучше поговорить об этом с ним, хозяин.

    - Хо-ро-шо… - отчеканил он.

    И больше ни о чем не спрашивал до самого дома.

    Едва переступив порог квартиры, девчонка разулась и опустилась на колени. Павел усмехнулся – правила она точно знает. Он прошел на кухню, окинул взглядом пустые полки холодильника, как будто в его отсутствие там могли появиться продукты и крикнул:

    - Иди сюда!

    Соня хотела и тут опуститься на пол, но он не позволил.

    - Сядь за стол и составь список продуктов, чтобы приготовить ужин и завтрак.

    - Я могу посмотреть, что есть, хозяин?

    - Ничего нет.

    Похоже, это ее не особенно удивило. Как и бардак в квартире.

    - Я к встрече не готовился, так что будем импровизировать, - сообщил Павел. – Стоп-слово, табу? Говори сейчас и не придумывай ничего после.

    - У меня нет стоп-слова. И табу… тоже.

    - С тобой можно делать абсолютно все? – Павел изумленно приподнял бровь. – Ты хорошо подумала?

    - Есть вещи, которые мне не нравятся… Но я могу стерпеть все.

    - К черту терпение! Я не хочу, чтобы ты терпела. Что тебе не нравится?

    - Связывание. Вообще, любые игры… Огонь, воск, иглы, ножи, крюки, удушение, утопление…

    - Так, стоп. Остановись, - перебил ее Павел. – Я садист, это ты знаешь?

    - Да, хозяин.

    - Я практикую порку, остальное мне не очень интересно. Порка?

    - Любая… - Павел нахмурился, и она поправилась: - Любая, хозяин.

    - Ладно… Придумай стоп-слово к моему возвращению. – Он забрал у нее список, пробежал глазами. – Издеваешься?! Фуагра? Ягоды? Листья мяты? Корнишоны и артишоки? Анчоусы? Кленовый сироп? Я попросил составить меню для банкета?

    - Вы не уточнили, хозяин.

    Соня ответила ему, опустив взгляд, но Павел словно наяву видел чертенят в ее глазах.

    - Продукты для ужина, который можно приготовить за полчаса, что-нибудь простое и сытное. А на завтрак я хочу блины с творогом, сметаной и вареньем. Пиши заново. – Он выкинул листок в корзину для мусора. – И посмотри, может, нужна какая-то посуда. Я не уверен, что у меня есть сковорода.

    - Вы недавно переехали, хозяин? – поинтересовалась Соня, - заглядывая в кухонные шкафы.

    - Не заметно?

    - Простите…

    - Пиши! Мне еще все это покупать.

    - Я могу поехать с ва…

    - Нет, ты останешься и уберешь тут все. Коробки можешь не трогать.

    - Где хранятся тряпки, ведро?

    - Нигде. Придумай что-нибудь. Список готов?

    Павел выхватил листок из рук Сони, проверил, кивнул и отправился в супермаркет.

    Девчонка вполне могла сбежать, но вроде бы не собиралась. Она могла позвонить Лео и попросить его приехать. И отлично! Вот тогда-то им придется во всем признаться! Правда, Павел сомневался и в этом. Хотела бы – попросила б о помощи еще в машине.

    Странная девочка Соня. Сначала играла в госпожу, потом согласилась на наказание. Может, он ей действительно нравится? Что ж, карт-бланш на секс у него есть. Если подумать, то у него карт-бланш на что угодно. У нее даже стоп-слова нет! Как ее предыдущий партнер допустил это? Или они жили в Л/С-отношениях. Да, Лео говорил что-то о трагедии и запрещал смотреть в ее сторону. Сейчас не запрещает, значит, что-то изменилось.

    Павел ходил по магазину, нагружая тележку, и придумывал сценарий сессии. Рабыня… У него никогда не было рабыни. Это, должно быть, приятно. У Сони красивое лицо, тяжелые темные волосы. Она маленькая и складная. Обнаженная рабыня у его ног… м-м-м…

    А вот девайсов и игрушек у него нет. Может, и есть где-то в коробках, но не будет же он искать. Впрочем, и в секс-шоп не побежит, обойдется ремнем и другими подручными средствами. Например, в детском отделе можно купить скакалку. Ох, как подпрыгивают сабы под ее хлесткими ударами! Соня против связывания, но если понадобиться, он сумеет зафиксировать ее на стуле, есть галстуки и полотенца.

    Павел вернулся домой часа через два, не раньше. Пол сиял чистотой, Соня ждала его на коленях у двери. Он постеснялся пачкать пол грязными ботинками, сгрузил пакеты и усмехнулся:

    - Твоя очередь, детка.

    Она подчинилась без звука. Сняла с него обувь, отставила в сторону, подхватила сумки с продуктами, потащила на кухню.

    - Эй, детка… Я не приказывал носить тяжести, - становил ее Павел.

    - Простите, я… - она замолчала.

    - Договаривай.

    - Я привыкла, что это входит в мои обязанности.

    - У Лео – может быть. Я отнесу, а разбирать будешь сама.

    - Не у Лео, - ответила она чуть слышно, - прежде…

    Павел прошелся по квартире, довольно улыбаясь. Коробки так и высились кучей, но зато исчезли пыль и мусор. Одежду Соня убрала в шкаф.

    Мурлыча под нос песенку, Павел отправился в ванную умыться. И там обнаружил, чем Соня мыла пол.

    - Это что? – в гневе спросил он, вылетая на кухню и тряся мокрой футболкой.

    - Тряпка, хозяин.

    Соня тут же опустила взгляд. Павел был уверен, что она смеется над ним.

    - Это футболка от «Армани», детка! Какого черта ты мыла ей пол?!

    - Вы сказали: «Придумай что-нибудь». Ничего умнее я не придумала. Она мягкая и хорошо отжимается.

    Смеется и издевается!

    - Раздевайся! Почему ты до сих пор одета?

    - Вы не прика…

    - Живо!

    Соня не тронулась с места.

    - Это… не лучшая идея… хозяин, - выдавила она. – Если вы хотите наказать, я…

    - Посмотри на меня. – Соня послушно подняла голову. В ее глазах не было страха, только какой-то непонятный стыд и досада. Павел сбавил тон, но добавил в голос властные нотки: – Раздевайся.

    Она ушла в комнату и через несколько минут вернулась нагая. Он сразу догадался о причине ее стеснения. Да и чего тут гадать! Левое бедро пересекал шрам – не уродливый, но заметный. Спина испещрена мелкими следами от неумелой порки розгами. И еще шрам на правой груди – на месте соска.

    Соня с вызовом смотрела ему в глаза. Ждала, что он сочтет это уродством? Или начнет жалеть?

    «С этим не ко мне, детка».

    - Животом на стол, - приказал Павел.

    Пока она раздевалась, он освободил столешницу. Соня легла. Из-за небольшого роста в такой позе ей пришлось встать на цыпочки. Руками она крепко вцепилась в края стола и замерла. Павел от всей души шлепнул ее мокрой тряпкой по ягодицам. Ожидал крика, но Соня даже не дернулась. А ведь пороть мокрой тканью – это очень больно.

    - Считай, - велел Павел. – И повторяй: «Прошу прощения, что испортила вашу вещь, хозяин».

    Он снова ударил, сильнее, надеясь вырвать у нее крик или слезы.

    - Один, - ровным голосом произнесла Соня. – Прошу прощения, что испортила вашу вещь, хозяин.

    На пятом ударе Павел сдался. Бить сильнее он не мог, так и кожу повредить недолго. А упрямая Соня терпела порку, как партизанка на допросе.

    - Маза? – спросил он, проводя пальцем по ее половым губам. К слову, совершенно сухим.

    - Да, хозяин, - ответила она.

    Мазохистка, но поркой она не наслаждалась. Павел подумал, что прежний хозяин, тот, что был у нее до Лео, приучил ее стойко переносить боль.

    Павлу не нравилась стойкость. Он любил отдачу – стоны и мольбы о пощаде, соблазнительно вертящуюся попку, дрожь по всему телу, слезы.

    - Займись ужином, - приказал он. – Желательно, без сюрпризов. Позовешь, когда все будет готово.

    - Да, хозяин…

    Уходя, он обернулся в дверях. Соня стояла к нему боком и осторожно поглаживала ягодицы, морщась от боли.

    Все же не бесчувственная. Наверное, будет непросто заставить ее плакать, но это возможно.