14. Как разозлить дракона

— Попалась, воровка!

В воздухе треснула багровая вспышка и бадья, около которой я стирала наволочки вручную, с грохотом опрокинулась. Не понимая в чем дело, всплеснула мыльными руками и, вытерев о фартук, опасливо оглянулась. Из дверного проема взирала не скрывавшая своего бешенства леди Гертруда.

— Возвращай, что украла! — Ее ноздри демонстративно раздулись и по щекам со лбом проявились очертания изумрудных чешуек. — Или пожалеешь.

Опустив руку, охваченную алым свечением, она уверенно переступила порог, не сводя с «жертвы» мерцавших угрожающим светом глаз. Следом за ней в прачечную вошли управляющая и двое мрачных стражей в боевой экипировке.

С недоумением, чем насолила ей на этот раз, я отступила к ближайшей стене и какое-то время осознавала выдвинутое требование.

Украла?

… Полдень стоял в самом разгаре, когда, закончив уборку ее покоев, я собрала грязные вещи в бельевую корзину и спустилась в прачечную. Полумрачное каменное помещение с окнами под потолком примыкало к заднему двору для удобства выноса выстиранного белья и всегда давило на сердце непонятной тоской.

Остановилась у первой свободной бадьи и, взвалив принесенную ношу на столик, зажгла пару ламп. Сбросала вещи в наполненную водой тару и вернулась к шкафам, чтобы вытереть руки о висящее на углу полотенце.

Вдоль стен пестрели баночки и бутылочки с моющими порошками и пудрами для каждого вида ткани. Раздумывая, какое средство лучше подойдет для простыней и наволочек из тончайшего шелка, возникло ощущение, будто кто-то втихаря за мной подсматривает. И не просто из любопытства, а прощупывает сознание с какой-то определенной целью.

От острого укола в макушку в следующий момент чуть не вскрикнула. Резко обернулась, уже думая накинуться на мага-наглеца с обвинениями, но никого не заметила, кроме…

Полоска металла с рукоятью, украшенной синим драгоценным камнем, слабо поблескивающим на свету, притянула мое внимание даже издалека. Выпустив полотенце, быстро приблизилась к «поманившей» меня вещице и опознала на дальней полке маленький раритетный кинжал.

Разумно предположить, что в Империи магией наделены не только люди, но и предметы, но не думала, что однажды сама натолкнусь на один из таких.

Едва пальцы приблизились к лезвию зазубренному с одной стороны и гладкому с другой, подушечки закололо исходящей от него агрессивной аурой. Передавшись в ладонь, вибрации прокатились по руке и, достигнув головы, отпечатались в сознании яркими быстро сменяющими друг друга образами.

Кинжал отлит из редкого лунного железа и насквозь пропитан рунной магией, требующей особой синхронизации с владельцем. Это не просто красивый кусок металла с камнем на рукояти. В нем присутствует «дух». Он сам вправе выбирать для себя хозяина. Прошлый владелец плохо с ним обращался, часто использовал в кровавых делах, призванных его обогатить. Кинжал счел унизительным служить такому человеку, а потому решительно разорвал с ним ментальную и энергетическую связь. Он сказал, что давно за мной наблюдает. Я показалась ему достойной.

Я могу его взять.

Отдернув от лезвия руку, не поверила посетившей меня удаче. Стянула предмет и, быстро сунув в карман, распрямилась, задрала руки и с удовольствием потянулась. Наконец, перестану вздрагивать по ночам от скрипа коридорных половиц и неясных шорохов под дверью. В конце концов, с оружием под подушкой спать будет гораздо комфортней, нежели без оного.

— Эй! Я к тебе обращаюсь, — зашипела аристократка, привлекая внимание.

Сморгнула, фокусируя взгляд.

Речь о кинжале? Откуда я знала, что его владелица Гертруда. Думала, ничейный, потому и вязла.

— Хорошо, — чудом сохранила невозмутимый вид. Пальцы на автомате упали в карман в поисках металла, но схватили пустоту и в груди похолодело.

Ноги стали ватными и я инстинктивно ухватилась за выступ камня, чтобы не упасть там, где стою. Успела выронить нож во внутреннем дворе, когда развешивала на верёвки белье? Или же он выскользнул из фартука во время стирки?

Тем временем женское лицо потемнело от нетерпения. Кончики ее пальцев охватило алое свечение, обещавшее острую боль. Полный угрозы голос прожег до костей:

— Отвечай, где жемчужное ожерелье, мерзавка! Ты входила, когда оно лежало на столе. После этого украшение пропало. Никто из высоких лордов Империи не опускается до краж. На такое способны только рины и призванные по Договору слуги. Особенно, из народа людей, — выплюнула драконица с искренним отвращением.

Я на секунду углубилась в воспоминания, возвращаясь к стеклянному столику на котором видела темный жемчуг в последний раз. А после зло дернула головой ответить, что не виновна, но Мириам опередила:

— Мы просканировали твою комнату, но следов украшения не нашли. Магией ты не обладаешь, завуалировать камни не способна. Из чего следует: или ты носишь его на себе, или спрятала в тайник. Вздумала прихватить в свой мир сувенир? Имей в виду, вынести что-либо из Империи невозможно.

Не упуская из виду каждого, сделала долгий успокоительный вдох:

— Я. Его. Не брала.

— Лгунья! — Вскипела Гертруда, — где оно?

— Честно, не брала. — В груди больно сжалось — верить мне не собираются.

Ведьма удрученно вздохнула:

— Сама напросилась, — и кивнула страже: — обыскать.

Двое притихших в сумраке бугаев сделали два быстрых шага. Растерявшаяся в первое мгновенье, я сбросила наваждение от острого лязга висевших на их поясах ножен с мечами.

— Стойте, я не причастна…

Первый сдернул меня вбок и развернул лицом к стене, чем пресек попытку оправдания. Пальцы второго до боли сомкнулись на запястьях, поднимая мои руки на уровень головы и прижимая к камню. По лодыжкам неприятно хлестнуло холодным металлом, раздвигая ноги на ширину плеч. Грубые пальцы в перчатках легли на предплечья, дотошно их ощупали, а после прошлись по спине к бедрам, попутно обшаривая грудь и впадину живота.

На глаза навернулись горячие слезы. Чтобы не выдать их на потеху ухмыляющимся от удовольствия мужикам, бессовестно лапающим меня везде, где вздумается, я вжала лоб в камень и прикусила губы до боли. Но как ни старалась, отвлечься не смогла. Слишком ярко все воспринимала.

— Скажи, где ожерелье, — с насмешкой предложила управляющая. — И все закончится.

— У меня нет…

В этот момент чужие пальцы, рыскавшие под подолом, подобрались к нижнему белью и, дернувшись от вскрика, я забыла, что хотела добавить.

— Дикарка, — с издевкой дыхнул в ухо страж и усилил нажим колена на поясницу. Судя по растягивавшей мужские губы улыбке, ему нравилось, как я вздрагивала после каждого прикосновения его товарища.

— Что здесь происходит?

Твердый как камень голос заставил обступивших меня людей буквально присесть от испуга. Даже своды помещения дрогнули, посеяв пылью.

— Брат? — Воскликнула Гертруда чересчур высоким голосом.

— Милорд? — В отличие от аристократки Мириам обернулась без резких движений, но в ее интонации тоже промелькнуло волнение. — Мы вас не ждали.

Давление на спину резко прекратилось. Охранники метнулись в тень, а я, потеряв опору, осела на холодный, залитый мыльной водой пол. Испуганная, в странном оцепенении, с клубящимся в голове туманом. Мгновенье приходила в себя, а потом заставила себя обернуться.

В прачечную вошел Кассиан с заведенными за спину руками, в полурасстегнутой рубахе на голое тело и непроницаемым лицом. Попыталась уловить хоть малейшее проявление злости во взгляде дракона, но либо он очень хорошо маскировал эмоции, либо я совершенно не разбиралась в людях-драконах.

— Вы не ответили, ринесса. — Хозяин сузил недобро потемневшие глаза. — Что здесь происходит?

Управляющая замешкалась:

— Проводим допрос.

— По чьей инициативе?

— Моей, — сжалась растерявшая всю воинственность Гертруда.

— В чем она провинилась? — Жар, заколовший по телу, подсказал, что мужчина бросил в мою сторону долгий взгляд.

— Обокрала меня, — что я слышу? Гертруда захныкала?

— Видела лично?

— Нет.

— Почему не призвала магов? Они бы заглянули девушке в память.

— Зачем? — Яростно всхлипнула Гертруда, — кроме человечки — некому!

— Сомнительное утверждение, — твердость в голосе Кассиана придала уверенности, что не все потеряно и еще удастся обелить свою честь.

Хозяин остановился около опрокинутой навзничь бадьи, секунду смотрел на мерцающие мыльные пузыри, и властно позвал:

— Рунольв!

Очерченная темнотой стена заискрила, открываясь Порталом с выступающим из него человеком с сединой в волосах, смуглой кожей и лицом, испещренным морщинами. Окружающее пространство тут же наполнили негативные концентрации, темные, удушливые и одновременно сдавили разум и сердце.

— Господин? — Призванный маг поклонился.

— Найди и приведи Кассандру и Клейю.

— Девочки? — Возмутилась Гертруда, когда тот испарился. — Ты же не думаешь…

Кассиан оборвал сестру взмахом широкой ладони. Пересек прачечную и опустился рядом со мной на колено, опаляя драконьим жаром по открытым участкам тела.

— Ева.

Я не шелохнулась.

— Посмотрите на меня.

Не двинулась.

— Ева? — Настойчивее, властнее.

Ноль реакций. Слишком больно и обидно смотреть ему в глаза. Чего он ждет? Оправданий? Признаний? Раз меня все равно уже обвинили, пусть думает что хочет.

Терпеливо молчавший мужчина долго присматривался. После подался вперед и потянул ко мне ладонь, но я резко отодвинулась. Обхватила плечи и вдавилась в каменную стену до упора, закрывая глаза. Не хочу его прикосновений, ни чьих прикосновений. Не сейчас.

Дракон замер, удивленный (а может, оскорбленный) этим недоверием. Думала — рассвирепеет, прикажет наказать, а он тяжело вздохнул и, слегка отстранившись, обратился к страже:

— Принесите стул.

И без спроса обвил мою талию широкими ладонями. Осторожно поднял на ноги, но от пережитого стресса лодыжки подогнулись и с удивленным «ох» я навалилась Кассиану на грудь, обхватывая за шею. Наши глаза пересеклись. Бесстрастный золотой взгляд дракона против моего — растерянного и напуганного.

— Все в порядке? — Уточнил он, не думая разжимать крепких ладоней и по-прежнему внимательно глядя в мое лицо.

— Да, — совладала я с языком.

Подведя к обитому бархатом сиденью, он бережно меня усадил.

— Удобно?

— Вы очень добры. — Кивнула, благодарная за его вежливость.

Глаза дракона приобрели характерное золотистое мерцание, сужая зрачки до размеров иглы:

— Считаете?

Не извиняясь за взгляд, он жадно мазнул по моим губам и сразу отвернулся. Но то, как при этом немного закололо кожу, я почувствовала отчетливо.

— Звал, дядя? — Из открывшегося в стене Портала в прачечную вернулся Рунольв в компании двух сильно взволнованных девушек.

Кассандра, метившая сжечь мои волосы, нервно ломала сцепленные на уровне груди руки. Ту, что звали Клейя, озиралась по углам, будто ища скрытые ловушки.

Хозяин поместья развернулся навстречу племянницам с затаенной яростью. В его поводках появилась властность, поневоле сжавшая сердце в тиски. Даже Гертруда, посмевшая напомнить о себе сдавленным шепотом, непроизвольно сжалась в комок.

— Брат, это абсурд…

Правда, едва брови Кассиана дернулись в намеке на хмурость, сразу притихла.

— Что случилось, дядя? — Наконец осмелилась нарушить молчание одна из племянниц.

— Ты знаешь, Кассандра. Отдай сама.

— Я ни при чем, — решительный кивок в мою сторону, — на воровство способны только люди. Допроси ее и сам во всем убедишься.

Лицо дракона внезапно ожесточилось. Изогнув губы в жестоком оскале, он схватил девицу за локоть.

— Хватит лжи. Ты не настолько опытный маг, чтобы заморочить меня заклятием «отвода глаз».

Взмах драконьей ладони и шею девушки окутал серебристый дымок, через миг открывший взору мерцавшие черные бусины в оправе из серебра — те самые, отчаянно разыскиваемые Гертрудой.

— Кассандра? — Кажется, та была поражена до глубины души. — Как ты могла?

Не желая объясняться, Кассандра вывернулась из дядиных объятий и молчком выскочила в коридор; следом за ней бросилась Клейя. Проводив племянниц странным взглядом, Кассиан обратился к закаменевшей от открывшейся правды Гертруде.

— Возвращайся к себе. После поговорим.

И вновь обратил свое внимание на меня. Всмотрелся в нечто витавшее над моей головой и, будто что-то осмыслив, устремился в глаза.

— Уверены, что не нуждаетесь в лекаре?

— Абсолютно, — улыбнулась, чтобы ложь выглядела более естественно.

Ненавижу врать, но раскрываться перед драконом, к которому до сих пор не определилась в чувствах, побоялась. Несколько дней назад я сторонилась его, опасаясь расправы, зато сейчас была безумно благодарна случаю, приведшему Кассиана в прачечную. Не появись он, одному богу известно, какие наказания мне уготовили разъяренная аристократка и бессердечная ведьма-управляющая.

В дверях мелькнула светлая голова поверенного:

— Прощу прощения, милорд. Прибыл Посланник Императора.

— Препроводи в Алую гостиную, — распорядился Кассиан, не оборачиваясь.

Выслушав указ, Бриам испарился. На меня не взглянул. Впрочем, с происшествия в тот несчастливый вечер, альэрдо всячески избегал личных встреч, и я сочла это добрым знаком.

— В таком случае, Ева, — дракон поднялся, — я вас покидаю. — Он сделал широкий шаг в направлении двери, но посещенный внезапной догадкой, вдруг остановился. — Знаете, что. Сегодня прибирать мои покои не нужно. Сделаете это завтра. С утра.

— Ладно, — удивилась я решению лорда, но задавать вопросов не стала. Мало ли у него неотложных забот.

Ответив одобряющей улыбкой, мужчина высмотрел притихшую в дальнем углу Мириам, изменился в лице, и прачечная вздрогнула от тяжелого, властного рыка:

— С этой минуты эта горничная переходит под мою личную защиту. Достаточно громко, ринесса?