21. Чувства под замок

Как тяжело сдерживаться в такой близи от неё. Желание прижать Еву к себе и бежать из подземелья сломя голову причиняло едва ли не физическую боль. Каждый вздох отдавался огненной мукой.

Идя рядом с ничего не подозревающей взволнованной девушкой, скрипел зубами, сжимая кулаки, но упорно хранил непроницаемый внешний вид. Один неверный шаг, одно необдуманное касание, и насмерть перепуганная малышка навсегда замкнётся.

Удушливая энергетика страха и без того окутывала хрупкую невысокую фигурку мощным двойным «покрывалом». Не зачем пугать ее сильней. Пусть, как прежде видит рядом хладнокровного, равнодушного незнакомца, не имеющего ничего общего с тем чутким парнем из снов.

Прикрыв глаза, привел бушующий магический фон в относительно должный уровень, и строго запретил считывать эхо девичьих эмоций. Бесстрастно осмотрелся и указал в темный пролет, венчанный аркой из черного камня:

— Сюда.

Ева растерла плечи ледяными пальцами. Холод, сырость, угасающий факел с бледным пламенем — явно не пришлись ей по нраву.

— Уверен?

В считывании девичьих эмоций не было необходимости. Рваные обрывки, сочившиеся из сознания, явственно свидетельствовали о том, сколь сильно она боялась проводника и всего того, что он делал и предлагал. Не доверяла. Остерегалась. И главное (!) жаждала поскорее добраться до первого попавшего городка и навсегда распрощаться.

Уколовшись о последний обрывок, Рейден подавил глухой рык. Пальцы, сжатые в кулаки, возбужденно дрогнули. Он не причинял ей вреда, ни к чему не принуждал. За что заслужил такое отношение?

Тем временем Ева обернулась, и бледные огоньки пробежались бардовыми всполохами по одной половине ее лица и заметно подрагивающим губам, которые столь сильно манили дракона-вампира.

— Я задала вопрос.

Обрисовав их притягательные контуры, подхватил спутницу под локоть и уверенно потянул за собой:

— Да.

Долгое время шли в молчании.

Девушка нервно озиралась на блестевшие влагой стены. Пару раз умудрилась оступиться, не заметив в темноте ям. Трижды споткнулась об осколки камней. Но ни разу (!) не позволила к себе прикоснуться. Когда в очередной раз не удержав равновесия, осела на плиты, а он потянулся помочь, испуганно дернулась:

— Не маленькая, справлюсь.

Опустив голову, глянул исподлобья блеснувшими в темноте золотыми глазами. Как вразумить ее — он полная противоположность Кассиану? Как доказать благородные намерения и убедить себе верить?

Пока внутренне рассуждал, девушка оправила фартук, нащупала ладонью стену в качестве опоры и двинулась… сама.

Беззлобно рыкнул, скрестив руки на груди. Упрямая. Гордая.

Даже этот побег… Всецело верит — идея принадлежит ей одной?

Все с точностью до наоборот.

Рейден планировал бежать в ночь, когда иллюзорник принес новость о появлении в поместье новой горничной. Заклятия сдерживания, разумеется, были помехой, но не настолько серьезной, чтобы стать неодолимым препятствием участвовавшему не в одном кровопролитном сражении императорскому беллатору.

Рунольв стар и чрезмерно самоуверен — от того просчитался. Покрыв стены и потолок рунами, связывающими физическую плоть, что, несомненно, удерживало нежить в клетке, маг не озаботился «связать» новообращенному вампиру разум. Глупо, недальновидно. Было достаточно простого вторжения в головы охранников — и Рейден был бы свободен.

Но…

Все планы смешало знакомство с Евой. Побег отменился. Точнее, мысль о нем была деликатно вложена ловцом душ в ее милую головку. Разумеется, для формирования ментального потока пришлось затратить колоссальное количество энергии. Учитывая, что последние пару недель вампир заставлял тело двигаться лишь одной силой воли, это едва не стоило ему жизни. Однако, иного пути не нашлось.

Спорно, что девушка пришла бы в восторг, ворвись к ней ночью неизвестный с клыками, выкради из поместья и утащи в постоялый двор ближайшей префектуры. Пусть даже ради спасения.

Но вот если эта инициатива пойдет от нее…

Или она до сих пор верит, что добралась до подземелья ни кем не замеченная благодаря чистой удаче? Нет.

Весь путь, пока девчонка бежала от кухни до тюрьмы, магией невидимости ее «прикрывал» дух-служитель. Не отошли Рейден Оша навстречу, горничную легко бы отследили и пленили стражники.

Под ногами Евы глухо рассыпалось. Она подвернула ногу, и в который по счёту раз начала оседать.

Рейдена с Академии отличали невероятная сила, скорость и ловкость, а уж после обращения — способности дракона усилились в разы.

Подхватил — неуловимо глазу. Прижал малышку к себе и, улыбнувшись, не отказал в удовольствии втянуть пьянящий девичий аромат, отдающий сладкой карамелью и полевыми цветами.

Потерявшая на время ориентацию, Ева тот час уткнулась мужчине в предплечье. Но, видно, вспомнив, что обнимает не мужа — отдернулась. Секунду всматривалась в скрытое сумраком лицо, раздумывая сказать «спасибо» или нет, но, так и не решившись, осторожно двинулась дальше.

Скрипнув зубами, тронулся следом.

Проницающие мрак глаза против воли впились в точеный силуэт обтянутый узким платьем. Огладили рассыпанные по девичьей спине душистые локоны слегка кудрящиеся на концах. Оценили лодыжки в капроновых чулках телесного цвета.

Не стоит на нее давить. Для начала пусть привыкнет к постоянному присутствию опасного незнакомца, и успокоиться.

… Прошли еще около трети лииры, когда обостренные голодом рефлексы Рейдена остро отреагировали на резкое изменение в окружающем пространстве. Зрачки дракона резко сузились. В следующий момент со стороны поста охраны загремело железо, и воздух пропитался жалящими излучениями.

Такое случалось, когда вблизи появлялись очень сильные «темные» артефакты. Это значило лишь одно — их отследили маги-охранники. Те пятеро, что меньше получаса назад спустились сюда в поисках беглянки.

По туннелю прокатился злобный крик:

— Горничная совсем близко! Ощущаю вибрации ее ауры!

Инстинкты защитника сработали моментально. В два шага оказался близ Евы и прикрыл девичье тело собой. По ногам «пополз» созданный дайманом Зеркальный Заслон.

Иллюзии духа всегда превосходны, их практически невозможно распознать — пробегавшие в метре вояки видели лишь сложенную из черного камня стену с горящими через один факелами. Однако, расслабляться не стоит. Особенно, если в охотниках самые сильные маги клана Золотого Феникса.

— Ни звука, — шепнул ей на ухо.

И уловил, как ноздри укололо едким запахом страха.

Не помня себя, Ева напряглась. А он с опозданием сообразил, что проводника человечка боится не меньше, а, может, даже больше преследователей.

Сердце едва не остановилось.

Если так пойдет и дальше, путь к городу превратится для них в изощренную пытку. В его силах это изменить. Но в таком случае, прятать чувства под замком уже не получится.

Прикрыл глаза, успокаиваясь. Так тому и быть.

Как только стражники свернули, Ева подняла затравленный взгляд.

— Ушли?

«Да, милая», шепнул мыслеречью, не сводя с девушки взора, попутно окутывая ее магией, открываясь ментально и сливаясь разумами. Осторожно. Ненавязчиво. Дабы не испугать и в то же время убедить в искренности намерений.

Воздух наэлектризовался, сильно похолодало, и между ними зародилась связь. Особенная, возникающая лишь меж хозяином-вампиром и простым смертным — тем, кого он избрал в подопечные, связав с собой нерушимыми узами, когда пробовал крови последнего.

Брать под защиту от одного до трех смертных издревле было в традиции расы бессмертных, и даже носило нечто вроде обязательного характера. Став одним из них, Рейден охотно воспользовался правом хранителя, ни капли не сомневаясь, что будет оберегать связанную с ним саин до последнего вздоха.

«Не бойся. Доверься», внушали мерцающие золотом мужские глаза, «Откройся, как я открылся тебе, услышь мой голос».

Девушка услышала. Глухо выдохнула, задрожав всем телом. Охотно выгнулась навстречу. Трогательная, беззащитная, волнующая его драконье сердце…

Расслабила руки, потерялась в этих странных, вызывающих озноб ощущениях…

… С силой провела ладонями по мускулистой груди, неконтролируемо соскользнула к напряженному мужскому животу. Дыханье Рейдена прервалось. Зрачки расширились, обратив глаза в полночь, и по телу пронесся вихрь желания…

Благо, где-то вдали в самый острый момент загремели цепями. Шум перетекающих колец отрезвил, вернув уму ясность восприятия… иначе… Иначе одним поцелуем Он бы сейчас не ограничился.

Осознав, что наделала, Ева сильно испугалась. Отдернула пальцы и, зажмурившись, ткнулась в мужское плечо, прося прощения.

Несколько секунд острой боли в сердце и воин привычно взял контроль над собственными чувствами. Ласково провел по бархатистой скуле подопечной, охотно успокоил:

— Все нормально. Надо идти. 

* * * 

По подземелью петляли еще с полчаса.

Несколько раз Ева оступалась, совершенно не ориентируясь в темноте, и Рейден лихо пресекал эти падения, подхватывая на руки. Молча отпускал и, тяжело вздыхая, пристраивался за спиной, чтобы, когда это потребуется, в очередной раз придержать девушку.

Правда, в последний раз, когда Ева чуть не сломала лодыжку, терпение вампира иссякло.

В этой части подземелья полом служила рыхлая земля в корнях и осколках, факелы не горели совсем. Разжигать их (либо иной источник света) было равносильно крикнуть преследователям: «мы здесь!», применять магию для расчистки мусора — тем более.

С хмурым видом дождался, пока Ева выпрямится, оправит платье и нащупает босой ступней слетевшую с ноги обувь. После чего, не спрашивая разрешения, в два шага сократил расстояние и опустил ладони на хрупкие плечи.

От неожиданности она дернулась, но сразу притихла. Связь между вампиром и подопечной работала идеально. Малышка более не страшилась исходящих от мужского тела холода и мрака, не боялась его близости, чувствуя глубоким подсознанием — проводник никогда не обидит…

Притянув ближе, зарылся в волосы, на секунду прикрывая глаза, и глубоко вдохнул сладкий девичий запах.

— Что ты делаешь? — Задергалась она, выдержав стоять неподвижно от силы десять секунд. — Щекотно.

— Терпи, — глухо прорычал в макушку и решительно рванул от сырого пола, подхватывая на руки.

Испуганно пискнув, Ева рефлекторно всмотрелась перед собой. По блеску золотых огоньков попыталась угадать расположение лица проводника, но к несчастью — темнота размыла все очертания до нечитаемых.

— Я в состоянии идти сама.

— Знаю, — Рейден бодро зашагал в сторону выхода, — но так будет быстрее.

Через десять минут свернул в зияющую клыкастой пастью дыру и девушка радостно встрепенулась. Вдалеке бледным пятном просматривалась арка, ведущая к выходу.

— Свет!

Дав Еве свободу, что сразу кинулась на свежий воздух, мысленно обратился к духу-служителю. Все это время дайман вился у хозяйских ног черным дымком, изредка ныряя в возникающие по пути ответвления, дабы убедиться в отсутствие засевшей там засады.

«Отправляйся вперед. Разведай обстановку».

Ош недовольно зафырчал, очевидно, считая, что разделяться не следует, но приказу подчинился. Свился в бурлящую воронку и обернулся крупной светло-серого окраса неясытью с полосатым хвостом. Издав гулкое «ухху», описал над Рейденом круг и, спланировав над Евиным плечом, выскользнул из туннеля в беззвездное небо.

Помимо того, что полет неясыти легкий, бесшумный, с плавными взмахами пропитанных магией крыльев, ночная птица не привлечет излишнего внимания. К тому же, отличаясь особой маневренностью, без усилий преодолеет любые сигнальные огни и охранные сети и, вернувшись, сообщит об их расположении господину.

… Веки дракона-вампира устало прикрылись, когда выйдя из туннеля, по коже прошелся прохладный ночной ветерок, а сырость и гниль сменилась благоуханием осенних трав и близким дождем.

Размял затекшие от долгого бездействия мышцы и, вдохнув полной грудью, оглянулся к Еве, что глядела в сторону раскинувшегося в чаше долины поместья. Отсюда Эйрдаш представлял из себя комплекс смежных башен и жилых ярусов в ярких огнях. С одной стороны безмолвствовал темный лес, с другой о скалистый берег бились черно-серые морские волны.

— Не ожидала, что поместье настолько огромно, — Ева пошевелилась, когда Рейден сжал ее за плечи.

Подумала обернуться, но он не позволил. Прижал подопечную к собственной груди и сомкнул замком пальцы на уровне живота:

— Очень, — зарываясь в волосы, обогрел шею ланнаи горячим дыханием. — Но нам не следует здесь задерживаться.

— Куда теперь? — Она с удовольствием задрожала ресницами.

На выхваченную украдкой мысль, что в его объятиях ей отныне хорошо и спокойно, мужчина не сдержал довольной улыбки. Оттаяла.

— Ближайший город в двенадцати лиирах к юго-востоку. Если не останавливаться на привалы, к полуночи доберемся.