37. Пара

Утром из квартиры они вышли вместе. Егору предстояла встреча со своим начальством, которое улетало за границу на неделю. Аня же собралась на личную встречу к хозяйке собственной мастерской по изготовлению эко-сумок и пошиву других изделий, которая также вела небольшой интернет-магазин, где и завязалось их сетевое знакомство. Они решили обсудить линейку товаров с цветочной вышивкой. Аня подготовила папку с накопившимися набросками и заметно волновалась.

— У тебя всё получится, — без малейшего сомнения в голосе подбодрил Егор, придерживая для неё дверь подъезда.

Аня неожиданно остановилась. На её лице расцвела улыбка. Егор огляделся, пытаясь понять, что привлекло её внимание, и тоже широко улыбнулся. Маленький мальчик, лет двух или трёх, внимательно рассматривал мотоцикл Егора. Затем развернулся к Аниному Ижику и приложил пухлую ручку к переднему колесу.

— Парнишка не промах, — заметил Егор, неотрывно наблюдая за ребёнком.

— Классика вне возраста, — усмехнулась Аня и потянула его за рукав.

Рядом с мальчиком присела симпатичная женщина и тихо уговаривала его пойти в песочницу. Он же вцепился в крыло и упрямо отказывался сдвинуться с места. Аня наклонилась к карапузу.

— Привет!

Он уставился на неё круглыми смородиновыми глазёнками.

— Держаться нужно не за колёса, а за руль, — Аня показала пальцем вверх, — иначе запачкаешься. Хочешь на нём посидеть?

Ребёнок радостно закивал. Аня вопросительно взглянула на маму мальчика. Та растерянно пожала плечами.

— Только если мы вас не задерживаем.

— Пара минут у нас точно есть, — Аня подхватила мальчишку и посадила на сиденье. Он дотянулся до ближайшей ручки вывернутого в сторону руля и засмеялся.

Егор смотрел, как Аня что-то шепчет на ушко малышу, крепко удерживает его одной рукой, а второй поправляет ножку в более удобное положение, будто сама природа подсказывала ей, что делать и как себя вести с ребёнком.

Молодая женщина следила за счастливым малышом и под влиянием эмоций обратилась к Ане:

— Когда у вас самой родится сын, с такой боевой и смелой мамой папе нужно будет очень постараться придумать им общее, только их мужское занятие.

Аня взглянула на женщину, вскользь посмотрела на Егора и снова сосредоточилась на мальчике, который радостно стучал ладошками по крышке бака. Её щёки вспыхнули густым розовым цветом.

Мать малыша не обратила внимания на смущение Ани, пытаясь уговорить сына отпустить добрую тётю по своим делам. Мальчик закапризничал. В итоге женщина просто подхватила его на руки и со словами благодарности и извинений направилась со своей упирающейся ношей к детской площадке.

Аня снова кинула взгляд на Егора и едва заметно ему улыбнулась. Он обошёл свой мотоцикл и встал рядом с ней, не зная, нужно ли что-то сказать или просто молча погладить по спине.

— Так странно, — она начала говорить сама. — Я никогда не думала о детях. Да и просто то, что у меня может быть мужчина, не представляла.

Егор накрыл её пальцы, безостановочно перебирающие по ручке руля.

— А ведь эта женщина права. — Он удержал взгляд Ани. — Папе нужно будет очень сильно постараться, чтобы быть примером для сына при такой маме.

Румянец снова вернулся на её лицо.

— Зато с девочкой мне будет нечем блеснуть.

Егор приобнял Аню.

— Девочку нужно будет безудержно баловать. Так, как не всегда позволяешь баловать себя ты.

Её глаза словно выстрелили, расширившись в удивлении. Он внимательно и очень серьезно на неё посмотрел.

— Ты же не боишься мечтать.

— Я не боюсь. Я приучила себя не ждать ничего от других. И тем сильнее перехватывает внутри, когда вдруг озвучивается то, о чём даже про себя подумать не решалась. — Аня уткнулась лбом в грудь Егора. — Мы, наверное, оба ненормальные. Вчера ты предложил жить вместе, а сегодня мы говорим о детях.

Он обнял её полноценно, перекрещивая руки за спиной.

— Зато остаёмся верны себе. Сначала стали любовниками, потом познакомились. Почти съехались, потом обозначили отношения.

— И рассуждаем о мальчике и девочке, еще даже не… — она зажала рот ладонью и спрятала лицо под воротник его куртки.

— Тсс, давай хотя бы эту часть оставим традиционной и до оскомины банальной, — засмеялся Егор, пытаясь разрядить возникшую неловкость.

Аня подняла руку и прижала уже к его губам.

Она не заметила, как пролетело полдня. Встреча в мастерской прошла замечательно. Они отобрали несколько эскизов для сумок, отложили варианты для дуэтов с косметичками. Аня долго сомневалась, но всё-таки, практически при прощании, показала фотографию вышивки на берете и как будто услышала голос бабы Нади, вторивший словам новой знакомой:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Аннушка, у вас дар.

Воодушевлённая, Аня примчалась домой — иначе называть квартиру Егора не получалось и не хотелось — и до вечера просидела среди лоскутков, листов, карандашей и ниток. Когда свет потускнел и заныла шея, она сдвинула проделанную работу кучками к стене, поразминала затёкшее тело и написала сообщение Егору: «Тебя ждать к ужину?» Она успела вскипятить чайник и сделать пару любимых бутербродов с помидором и сыром, когда от него пришёл краткий ответ: «Нет. Буду позже».

Аня перекусила, набрала полную ванну и с наслаждением растянулась в тёплой воде. Впереди несколько недель новой плотной и интересной работы. Нужно перевезти некоторые вещи из общаги. Мысль забрать всё и полностью переехать к Егору пока не укладывалась в её восприятии. Хотя сегодня она ощутила их настоящей парой, странной и честной. Их разговор про детей. Вроде бы отвлечённый. И в то же время очевидно, что каждый думал про другого. Ещё Аня поняла, что ей нужно показаться гинекологу, пройти осмотр, который раньше вызывал необъяснимое чувство стыда. Задать вопросы и выяснить то, в чём она до сих пор оставалась полным профаном.

Аня вымылась, промокнула волосы полотенцем. Ещё одна галочка — необходимо записаться в парикмахерскую. За три месяца волосы значительно отросли и требовали нового оформления. Что делать с чёлкой, которая лезла в глаза и не убиралась за уши, она пока не решила. Взбив сырые волосы пальцами и завернувшись в большое банное полотенце, Аня вышла в коридор и сразу поняла, что Егор вернулся. Его присутствие она не могла перепутать ни с чем другим.

Вокруг было темно. Каким-то шестым чувством она поняла, что не нужно включать свет. Он сидел на диване в гостиной. Она встала перед ним, отмечая боковым зрением стакан и бутылку конька на столике.

— Что-то случилось?

Он посмотрел на неё снизу вверх, и, хотя в сумраке невозможно было разглядеть выражение лица, она ощутила тяжесть его взгляда. Егор сгрёб Аню под попу, не церемонясь, и притянул к себе. Уткнулся лбом в складку полотенца и шумно втянул воздух.

— Драка в клубе.

Он сильнее смял её ягодицы. Она провела рукой по его волосам. Он напрягся и отстранился, выпуская её из рук.

— Ложись. Я слишком зол сейчас. Немного посижу.

Она покачала головой.

— Так выпусти пар.

Протянула к нему руку, но он перехватил её запястье и слегка сдавил.

— Не заводи меня. Я могу сделать тебе больно.

Она накрыла его пальцы второй рукой.

— Я не стеклянная, не разобьюсь.

Егор поднялся, обхватил её плечи, поцеловал в лоб и развернул от себя.

— Я не хочу так с тобой, — проговорил в её затылок, подтолкнул в сторону спальни и сделал широкий шаг назад, полностью разрывая контакт.

Аня замерла. Затем резко развернулась и вцепилась в его грудь возле подмышек. Дёрнула на себя, сминая ткань футболки вместе с кожей и причиняя острую боль. Выдохнула сквозь зубы:

— А с кем ты хочешь так?

Он со свистом прошипел:

— Больно. Отпусти.

Она вонзила ногти глубже, он захрипел.

— Только ты можешь делать больно?! — Она оттолкнула его и метнулась в сторону.

Егор поймал её, вдавливая в себя спиной и тяжело дыша в шею. Аня продолжала вырываться. Он прижал её ещё сильнее, обездвиживая.

— Хватит! Мне нужна только ты. Прекрати! Строптивица… И так явно уже вся в синяках. Хочешь, чтобы я руки себе завтра оторвал?

Она затихла, пряча улыбку безумной, но довольной женщины. Извернулась к нему лицом в кольце обнимающих рук. Нежно погладила по щекам. Встала на цыпочки и начала осыпать поцелуями его колючий подбородок. Он поймал её губы, подхватил на руки и опустил на диван, упиваясь этой девчонкой. Отчаянной. Его.

Он прижимал к себе её, всё ещё подрагивающее, тело, слушал их общее сбившееся дыхание и ясно осознавал, что сейчас, на тесном диване, далеко не в удобном положении, с Аней, оплетающей его руками и ногами, находился в самом лучшем месте.

— Я люблю тебя, — прошептал в её волосы, — моя искра и огнетушительница.

Она вздохнула и, задевая его ухо губами, ответила:

— Люблю тебя.

Егор переместил Аню на себя, подтянулся повыше, опираясь спиной в угол между подлокотником и спинкой дивана. Она собралась в тёплый комочек и приятно очерчивала ногтями его бицепс.

— Расскажешь, что за драка, которая настолько тебя рассердила?

Он запускал пальцы ей в волосы, соскальзывал на шею и снова зарывался в мягкие пряди.

— В юности я был довольно безбашенный. Гибель родителей стала чем-то страшным и невозможным, что никак от меня не зависело. Я много рисковал тогда. Чем страшнее и невозможнее, тем круче. На преодоление. Угробил пару мотоциклов. Один утопил в болоте, второй разбил. Потом переделками увлёкся, но мне терпения не хватает возиться с болтами и форсунками. Движение — вот это моё.

Аня затихла. Егор шевельнул рукой, намекая ей возобновить путешествие по его плечу. Её пальчики ожили, и он продолжил.

— Как в насмешку, я на год выпал из активной жизни из-за травмы. Снова столкнулся с по-настоящему страшным и невозможным. Злился на весь свет, но приобрёл и кое-что полезное. Научился быть наблюдательнее и сдержаннее.

Аня тихо фыркнула. Он нежно потрепал её по щеке.

— Я сказал «сдержаннее», а не «сдержанным».

Она покивала, подавляя новый смешок.

— Тебя покалечил Герман? — спросила Аня.

— Нет. Герман появился позже. Я уже оклемался к тому времени. У него много амбиций и язык подвешен. Последнее время наши пацаны стали слишком много драться. Не спорю, порой действительно нужно сразу дать в нос. Завтра я встречаюсь с Германом. Пообщаемся один на один. Он любит играть на публику. Без свидетелей ему это не понадобится.

Аня распрямилась и пытливо всматривалась в лицо Егора.

— Я ему не доверяю.

— Я тоже. — Он отвёл в сторону упавшую ей на глаза чёлку. — Не волнуйся. Мы встречаемся в городе на нейтральной территории.

Она продолжала напряжённо смотреть ему в глаза.

— Что будете делать завтра с Василисой? — Егор улыбнулся и сел повыше.

Аня поджала губы на смену темы.

— Сплетничать и есть много мороженого, — она сделала страшные глаза.

— Ты и сплетни не совместимы, — он усмехнулся.

Аня пожала плечами и прильнула к нему. Он крепко обнял прохладные плечи и поцеловал её в макушку.