Глава 33

Василиса – Послушайте меня, девочка, – ее голос звучит тревожно, видимо, из-за эмоций акцент усиливается, и некоторые слова не разобрать. – Я слышала сегодня разговор мужа с Иваном. Он сделал вам предложение… Она замолкает, я слышу только шумный вздох, больше похожий на всхлип. – Да, – начинаю, – но вы не думайте… – Девочка, простите меня, я не могу вас выслушать, у меня мало времени, – ее голос дрожит, будто от слез. – Я прошу вас. Очень прошу. Не расписывайтесь! – Что, простите? – Отец никогда этого не допустит! Он испортит жизнь вам и ему, но никогда этого не допустит! – Я не понимаю… – Он младший, – произносит с нежностью та, что представилась матерью Ивана. – Он самый последний. Я родила его… – она запинается. – Я родила его, чтобы спасти наш брак, – рвано вздыхает. – У меня получилось, брак я спасла, но не чувства! Отец никогда не любил Ивана! Считал его обузой, преградой, препятствием. Может, для Вани так было и лучше. Все детство он провел по закрытым школам и интернатам. Он не познал вседозволенности. Его никто не баловал. – Простите, – не выдерживаю. Меня просто разрывает от возмущения. Эта женщина только что рассказала мне, что мой Ваня был нежеланным ребенком для своего отца, но тут же начинает уговаривать меня или себя, что так было даже лучше! – Почему это имеет значение сейчас? – Потому что он не должен жениться первым, – выдает мать Ивана. – Потерпите. Не расписывайтесь. Пусть первым женится Коля или Петя. Но не Ваня. – Я не понимаю, – я действительно ничего не понимаю. Если честно, я просто в ступоре. – Это из-за наследства. Капитал не делится. Это придумал еще их прадед. Дед моего мужа. Капитал не делится, а остается самому благонадежному. Шестьдесят лет назад основным признаком благонадежности была крепкая семья. Женитьба. – То есть… – у меня сразу всплывет в памяти сцена из ресторана. – Иван не знает! – выкрикивает женщина на том конце провода. – Я уверена, что Иван не знает! Это очень удобно и отцу, и старшим братьям! Он управляет компанией на паритетных правах, по сути же они все совладельцы. Но сразу после вашей женитьбы все изменится. – Почему вы мне рассказываете это сейчас? – спрашиваю упавшим голосом. – Я слышала, как Иван отзывался о вас, – отвечает тихо Надежда Царева. – Он вас любит. Говорить об этом с ним бессмысленно. Но… он говорил, что вы крайне разумная девушка. Отец не позволит! Если вы сейчас распишетесь, то Ваня все потеряет. Все, над чем работал долгие годы, все, что составляло смысл его жизни… – Я поняла, – киваю, стиснув зубы, хоть и знаю, что меня не видят. – Я услышала вас. – Василиса! – вскрикивает Надежда. – Простите, – у меня нет сил больше ее слушать. – У меня очень много работы. Даже несмотря на помолвку, Иван очень строгий начальник. Отбиваю звонок, стискиваю пальцами переносицу. Что это было? Трясу головой, пытаясь отмахнуться от этих мыслей. Так вот, о чем говорил его брат. Все эти недомолвки. Наезды на Ваню, что “они ему не позволят и тут…” Боже! Ну и семейка! Ване точно повезло, что он воспитывался в дорогих интернатах. С такими-то родственничками. На глаза наворачиваются слезы, в горле встает ком… Надо куда-нибудь спрятаться. Нельзя, чтобы меня видели в таком состоянии. Срочно в свой кабинет и работать. Работать! Универсальный рецепт от всех проблем! Быстро иду по коридору, имитируя бесконечную занятость, распахиваю дверь приемной Царева, как вдруг!.. – По-здра-вля-ем! На меня летят шарики и сыплются конфетти! . Иван “Бу-бу-бу” и “бе-бе-бе”… Примерно так мой мозг сейчас воспринимает доклад финансового директора дочернего предприятия… Нет. Дело не в Василисе. Точнее… Не совсем в ней. На мой телефон гроздьями сыплются не совсем понятные мне угрозы и предупреждения. Братья, отец… даже мать… Что за нахрен происходит? Они что, с цепи все сорвались? Да, мы состоятельная семья. Но я не припомню засватанных за меня с пеленок дочерей папиных компаньонов или сложного генетического заболевания, из-за которого мне нужно жениться исключительно на африканской принцессе. Вся эта чертовщина настойчиво отравляет мне жизнь, перечеркивая теплые и сладкие воспоминания о Васькиных поцелуях. Заставляю себя отодвинуть смартфон подальше и игнорирую еле ощутимую вибрацию на смарт-часах. Я разберусь с этим. Позже. Сейчас надо все-таки сделать умное лицо. Мы тут собрались не только ради меня. Двум дочерним ветвям надо между собой договориться, и управлению головного офиса нужно учесть их доклады при планировании следующего квартала… Так что… Кошусь на телефон, но не для того, чтобы прочесть сообщения, а чтобы посмотреть время. Еще минут сорок, и я смогу стиснуть в объятьях мою Царевну, вдохнуть аромат ее волос, коснуться губами ее кожи на шее… Вот блин! Как раз в этот момент телефон снова мигает. Да пошло оно все к черту! Я к Ваське хочу. – Господа, – поднимаюсь, притворно скривившись, – я очень сожалею, но вам придется закончить без меня. Поворачиваюсь к секретарю: – Максимально подробный отчет, пожалуйста. Кто-то из директоров понимающе кивает, кто-то позволяет себе на мгновенье улыбнуться. Ну что ж. Вы зря думаете, что я не вижу. Выхожу из зала заседаний. Внутри все клокочет. И мне очень нужна моя ассистентка. Очень. Ну где может быть Васька, как не в приемной моего кабинета? Лечу туда, толкаю тяжелую резную дверь… .