Глава 32

К обеду следующего дня впереди показывается зелёная полоса зарослей, обрамляющих реку Мерру, на которой стоят Арские заводы. Мы сворачиваем в их сторону, но не доезжаем до самой плотины. Останавливаемся в крохотной деревушке на берегу.

Я успеваю испугаться, не поджидают ли нас и тут враги. Но Рейнар заверяет, что нет. У них тут, оказывается, целая система условных знаков. Жерди, наклонённые деревья, треснутые горшки на столбах изгородей.

— Не бойся, здесь живут надёжные люди! — говорит он.

Хочется надеяться, что он прав. Но я ведь знаю, что человека можно подкупить. Или запугать. Если сам смелый и честный — поставить под угрозу кого-то из родных.

Слегка обеспокоенная, вхожу следом за Рейнаром в небольшой домик. С облегчением замечаю, что сразу за огородом начинается кустарник, переходящий в небольшой лесок. Если что, хоть будет куда бежать.

Гостеприимные хозяева, пожилая супружеская пара, кормят нас сытным ужином. Чуть позже с заводов возвращается их взрослый сын.

Мы долго сидим за столом и слушаем новости:

— Плохи дела при графе-то! — сетует наш хозяин. — Сына и не видим почти. От зари до зари теперь работа. Покойный барон людей жалел. А этот сам особо не вникает, так управляющего поставил. Для того главное — денег побольше получить. Чтоб и граф доволен был, и самому в карман сунуть. А что люди уставшие у печей и молотов надрываются и калечатся порой — так им всё равно.

Всё-таки покойный барон Арский — очень достойным человеком был, — соображаю я. Все его добром вспоминают. Хорошо ему, наверное, на том свете. Хоть бы уж у Дарины получилось всё обратно вернуть.

Молча слушаю их разговор. Не всё понимаю даже. Не разбираюсь я в этих ремесленных делах. Но, похоже, придётся и в это вникать. Потому что Рейнар говорит, что мы будем жить рядом с заводами всю зиму. Лишь весной отправимся в Ренский лес. В тот самый новый посёлок Дарины.

Наконец, хозяйка проводит нас в комнату:

— Тесно у нас, уж не обессудьте! Зато тут печка своя сложена, не озябнете. А госпоже кроватку занавесочкой отгородить можно!

Мне это нисколечко не мешает. Я с детства привыкла жить в тесноте и многолюдстве. Разве что перед Рейнаром неудобно. Не хочу я к нему так близко.

Не то, что не хочу даже. Так-то он хороший. Ведёт себя безукоризненно. Просто страх у меня перед мужчинами.

Не перед всеми. Допустим, Тедара и Гая я вообще всерьёз не воспринимаю. Скорее, как младших братьев. Мы с Гаем в лесу прямо рядышком спали, и ничего.

Рейнар же… Это другое совсем. Особенно после того, как он меня поцеловал.

В общем, я изо всех сил стараюсь держать между нами дистанцию.

Он частенько уходит из дома. Встречается с разными людьми. Иногда берёт меня с собой. В основном, когда надо советоваться с Дариной.

Сам он тоже неплохо освоил артефакт. Если что — без проблем примет от неё сообщение. Вот только передать не сможет.

Я же не люблю сидеть без дела. Помогаю хозяйке по дому. Ещё соседских девчонок учу. Грамоте и математике. И вышиваем с ними иногда по вечерам, это я тоже с детства люблю.

Дарина сообщает по артефакту, что они уже выбрали место и даже успели свалить там лес. Это хорошо. Потому что жалко людей, которые были вынуждены бежать. И с заводов, и из деревень. В них вообще настоящая катастрофа. Как бы голод ещё зимой не случился.

Потихоньку я успокаиваюсь и перестаю бояться вообще. Здесь хорошо. Тихо, спокойно. Если бы ещё не новости печальные с заводов. То обварился человек, то кого-то жестоко наказали.

Люди ропщут. Не в открытую, конечно. Так, между собой. Рейнар говорит — это хорошо. Поддержат Дарину, значит. А мне их жалко.

Я даже не представляю, как она будет эти заводы возвращать. Когда мы ходили на одну встречу, я видела, как вокруг них рыскают вооружённые до зубов караулы графа Дейского.

Иногда Рейнар подолгу остаётся дома. Тогда мы с ним разговариваем. Он рассказывает о своём детстве. Ему пришлось как бы ещё не хуже, чем мне. Он и родителей-то почти не видел. Вместо матери — кормилица и нянька. А отец всё больше пропадал в столице.

Всё внимание доставалось его старшему брату. Тому, что должен был унаследовать титул и земли. Просто удивительно, как он среди всего этого вырос таким добрым и рассудительным.

— Мир — не без добрых людей! — отвечает он на мои недоумения. — И книги ещё помогли. Я с детства стремился больше узнать.

Ему точно надо к Антонию! — думаю я. И в свою очередь пересказываю всё, что услышала от пришельца из другого мира. Рейнар, кстати, воспринтмает это совершенно спокойно. Даже про то, как земля и небо устроены.

Вот про своё детство и, тем более, про замужество я стараюсь не распространяться. Хотя он и спрашивает. Я же отвечаю сухо и уклончиво.

Не потому, что не доверяю. Ему-то я как раз почти как Дарине и Антонию доверяю. Просто не хочу это вспоминать. Больно это. И стыдно.

Вот что мне нравится — так это заботиться о Рейнаре и чем-нибудь его радовать. Служить ему — очень здорово. Он мне ещё ни разу плохого слова не сказал. И даже голос не повысил. Хотя я с ним спорю иногда.

Поэтому я стараюсь баловать его всякими вкусностями. Я уже неплохо узнала, что ему нравится. Готовлю его любимые блюда. Пеку пирожки, делаю разные пирожные и десерты.

Правда, здесь далеко не все ингридиенты можно найти. Но я выкручиваюсь тем, что есть. И очень радуюсь, когда он от души меня благодарит.