Глава 36

— Хорошо, дети из деревни заметили, — объясняет Рейнар. — Если бы я тебя потерял — не простил бы себе никогда!

Нет, всё-таки я и правда истеричная дура. Опять слёзы бегут. Он точно от меня откажется! Намекнёт Дарине, и она отправит к нему другого.

Может, это и к лучшему. Не надо будет переживать. С Дариной проще. Только буду теперь как следует головой думать. Проявлять надлежащую осторожность.

— Ты — настоящее сокровище! — говорит Рейнар.

Я не верю, что он — не маг! Потому что ментальная магия подсказывает: он говорит правду. Но этого — не может быть! Или притворяться можно и без дара?

Замираю в полной растерянности. Не знаю, как вести себя с ним дальше. Но чётко понимаю — я не хочу, чтобы он отказался от моей службы!

Почему? Ведь тот, кто меня заменит — явно справится лучше. Да и мне не надо будет…

Что со мной творится? Меня словно надвое разрывает. Я и хочу, и не хочу одновременно. Как разобраться? Никто не поможет… Даже с Антонием стыдно говорить о таких вещах.

Перед глазами опять встаёт тот Рейнар, которого я увидела на берегу реки. Жёсткий и властный. Он может быть и таким. Но что он нашёл в такой, как я?

Он берёт мою руку и подносит к губам. И улыбается.

Что мне делать? Я опускаю взгляд. И краснею. Потому что совсем не понимаю. Ни его, ни себя.

— Кажется, земля достаточно просохла, чтобы тронуться в путь! — замечает он.

Я с ним полностью согласна. Пора готовиться.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает он. — Нам может понадобиться твоя помощь!

— Я… готова уже! Всё хорошо, правда! Моя магия — в порядке!

— Я научу тебя пользоваться арбалетом! — говорит он. — Это несложно. Вы, женщины, привыкли работать руками. Причём совершать тонкие и точные движения. Значит, у тебя должно хорошо получиться! Так будет лучше. Спокойнее. И тебе, и мне.

— Хорошо! — соглашаюсь я.

Буду делать всё, что он скажет. Я ему верю!

Мы стоим на заднем дворе. Рейнар учит меня прицеливаться в круг, нарисованный углём на дощатой стене сарая. Это правда не сложно. И у меня действительно получается.

Вот только я не уверена, что смогу в человека. Это хорошо или плохо? Я опять ничего не понимаю.

Просто выполнять приказ? Раньше мне было бы этого достаточно. Но не теперь.

Я научилась решать сама. И нести ответственность.

Что ж, значит, буду решать. Если придётся. Прямо на месте.

Мы сидим за столом. Пьём чай с печеньем. На столе — собранные мною цветы. Я всегда любила делать красивые букеты.

Я так хочу, чтобы мир вокруг становился ещё прекрасней! Цветы, чистота, добрые и честные отношения. Не обязательно дожидаться всего этого в загробном царстве. Да может, туда и не войдёт тот, кто хотя бы не попытался так жить уже здесь, на земле!

Эта мысль взбудораживает меня со страшной силой. Я не выдерживаю и озвучиваю её Рейнару. И тут же отчаянно жалею. Заливаюсь краской. Сморозила глупость. А может, ещё и богохульство.

— Ты — моя драгоценность! — ласково улыбается он и тянется к моей руке.

Меня часто смущают его слова. Мне от них и хорошо, и тревожно.

Я с новой силой осознаю вдруг, что хочу и дальше ему служить. Просто быть с ним рядом.

Настаёт время отъезда. Нас, беглецов из Арского замка — всего четверо. По пути присоединятся те, кто ушёл с заводов. Мы много чего везём. Оружие и инструменты. Часть казны Арского баронства. И много-много продуктов, закупленных у крестьян. Под ними как раз и спрятано всё самое ценное.

К середине дороги до Ренского леса у нас набирается очень приличный обоз. Мы с Рейнаром по большей части едем верхом. Я привыкла уже. Даже удивляюсь теперь, почему раньше боялась.

Просто едем рядом и молчим. Кони идут шагом. Этот ритм даже убаюкивает слегка. Погружает в какое-то умиротворённое состояние. Только я больше не забываю смотреть по сторонам. Наотдыхаюсь потом, когда будем на месте.

К седлу прикреплён арбалет. Я даже подстрелила дикого селезня на одной из стоянок. Очень вкусное жаркое получилось!

Я и правда как лесовичка. Но мне нравится, как они живут. Вот бы у них погостить подольше. Поговорить с их женщинами. По их виду заметно, что мужчины-лесовики их очень ценят.

А какие у них детишки замечательные! Я аж глаза зажмуриваю. Во мне опять рождается та исступлённая жажда обнимать своего младенца. Прижимать его к груди. Кормить. Держать за руку, когда он будет делать свои первые шаги.

Я мотаю головой, чтобы прогнать наваждение. Это не для меня!

— Ты чего? — ласково спрашивает Рейнар.

— Всё в порядке! Просто задумалась немного! — я старательно оглядываюсь по сторонам.

— Ещё три дня осталось. Если дожди не зарядят. Небо хмурое, — замечает он.

Я вслушиваюсь и всматриваюсь внутренним взором в сложное переплетение невидимых глазу потоков и вихрей.

— Давай заберём немного влево! — предлагаю я. — Там если и польёт, то не сильно. Да и я попробую кое-что сделать. Есть у меня некоторые идеи. И силы должно хватить.

Рейнар тотчас отдаёт приказ. Мы огибаем лежащую впереди гряду холмов слева. А не справа, как планировали.

К вечеру действительно начинает моросить. Попробовать, что ли? Я никогда ещё такого не делала. Но в целом представляю, как сплести подобное заклятье. Спасибо Антонию и его урокам естественных наук. Я знаю, как и почему меняется погода.

Надо разве что отойти подальше. Вот только… Нет уж, хватит с меня опрометчивых поступков!

Иду к Рейнару и объясняю ему ситуацию. Мы садимся на коней и скачем подальше от лагеря. Я прошу подняться на холм.

Волнуюсь. Пытаюсь улыбаться, но это плохо получается.

— Ты только не смейся, если ничего не выйдет! Или, чего доброго, наоборот польёт, как из ведра. Хотя не должно! — сбивчиво лепечу я.

— Ну, что ты! Я в тебя верю! — отвечает он.

Теперь отстраниться от всего и сконцентрироваться на потоках. Направить их. Связать с вихрями.

Кажется, ничего не происходит. Хотя я сделала всё, что хотела. Устала даже, и сильно. Лишь на обратном пути мы чувствуем, как усилился ветер.

Возвращаемся в лагерь. Там уже горят костры, над которыми кипят котлы с ужином. Дождь так и не начинается. А когда я просыпаюсь среди ночи, вижу, как в прорехе между тучами сияет одинокая звезда.

Я переворачиваюсь на другой бок, укутываюсь потеплее и опять засыпаю.