Глава 6

В машине было на удивление тихо. Чувствовалась только легкая вибрация да работа подвески на трещинах в асфальте и небольших ямах. А вот Алису натурально трясло. Адреналин схлынул, и девушку накрыло осознание того, что могло произойти. Она безотчетно схватила мою руку и крепко ее обняла, прижалась щекой к плечу. Ткань куртки тут же пропиталась влагой.

— Что… что они собирались сделать? — шептала она. — Что вообще произошло?

В такой ситуации можно повести себя двумя разными способами. Первый: сказать, что все позади, все хорошо, и сделать так, чтобы человек как можно скорее забыл произошедшее. Не самый плохой вариант. Бережный для психики. Но вот усвоит ли человек урок? Будет ли готов к подобному в следующий раз? Вряд ли.

Поэтому я пошел вторым путем.

— Их было двое. Один отвлек твое внимание, когда ты получила напиток, второй подсыпал в него какой-то порошок. Именно это я и увидел, когда шел к тебе. Не будь меня, первый бы после твоей пощечины отвалил, и ты забрала свой коктейль. Пошла бы обратно к столику, по пути сделала глоток и потеряла сознание, а они подхватили тебя. Что они планировали делать дальше — не знаю. Но вряд ли хотели, чтобы ты выспалась.

Я закончил речь и замолчал. Алиса тоже молчала, но я видел, как ее все еще трясет, а мокрые губы что-то шепчут. Думаю, ценный урок усвоен. И в следующий раз она отвесит пощечину и первому и второму.

— Кстати, отличный вышел удар, — решил переключить внимание девушки с негатива на позитив. — Я думал, у него мозги вылетят.

Она хмыкнула.

— Спасибо. Я старалась.

Я высвободил свою руку из ослабевшей хватки и обнял девушку. Она не стала этому противиться. Помнится, в первый день нашей встречи у меня сложилось впечатление, что Алиса, как вчерашний подросток, еще хватается за какой-то свой старый иллюзорный мир, прячется в нем, как в ракушке, которая по швам трещит. Сегодня этот мир рухнул окончательно. Теперь она будет старательно собирать новый.

— Голубки, а куда едем-то? — спросил молчавший до этого водитель.

— Не хочу оставаться одна сегодня, — шепнула Селезнева, и я назвал свой адрес.

* * *

Свет в прихожей включать я не стал — стянул ботинки и прошел сразу налево, на кухню, где и щелкнул выключателем. Не хотел разбудить Романа, если он уже пришел со смены. Девушку усадил в угол стола, а сам занялся приготовлением успокаивающего отвара. Ничего алхимического. Немного Leonurus cardiaca, корень Valeriana officinalis, листья Mentha piperita и тертая Cinnamomum verum. Вскоре по кухне распространился тягучий травяной запах с коричной пряностью.

— Как будто травяной глинтвейн, — сказала Алиса. — Ой, а мы ведь не заплатили за столик!

— С таким сервисом они нам еще должны остались.

— Тоже верно.

— Вот, держи. Поможет уснуть сегодня.

Протянул девушке дымящуюся кружку. Она с благодарностью приняла ее и подула на горячую, слегка зеленоватую поверхность.

Вдруг в коридоре раздался скрип, а следом звук шаркающих шагов. В коридоре появился заспанный Роман в майке в облипку и боксерах.

— Макс, только не шуми… — сонно скользнул он по кухне взглядом и вошел в туалет, щелкнув выключателем. Спустя секунду его голова показалась вновь, но на этот раз глаза были широко раскрыты от удивления. — Макс, как ты такую крас…

Закончить он не смог. Так сильно отклонился назад, стоя возле белого трона, что не удержал равновесие и вылетел обратно в коридор.

Пришлось идти и проверять, не ударился ли он головой. Роман лежал в коридоре, лупая в темноте глазами.

— Да ну на хер! — выдавил он, когда я поднял его. — Не, ну ты видел? Видел? Она же просто сногсшибательная! Как ты…

— Ш-ш-ш… — попросил его. — Уверен, зеркалом она пользоваться умеет.

— А еще я все слышу! — донесся насмешливый голос.

— Пойдем, познакомлю со своей коллегой.

Я вытянул Романа на кухню, где познакомил с Алисой. Вкратце мы вдвоем пересказали события этого вечера. На середине истории я даже пожалел об этом. Друг очень близко к сердцу воспринял дуэль, вытирая слезы на глазах, выдал:

— Мышку жалко!

Пришлось ему тоже успокаивающий отвар налить. Зрелище плачущего мускулистого мужика странным исцеляющим образом подействовало на Алису. Она мягко улыбалась, поглядывая на меня, пила отвар и живо и эмоционально рассказывала свою часть истории.

После окончания Роман резко посерьезнел.

— В каком клубе, говорите, были?

Алиса назвала и спросила:

— А что? Это важно?

— Пока не знаю, но история точно паршивая. — Как будто мы этого не знали. — Последнее время участились пропажи девушек. В наше отделение поступило уже пять заявлений от родственников за последний месяц. Слышал, что в других районах ситуация не лучше.

— И что говорит следствие? — задал вопрос я.

Роман в ответ нахмурился и огрызнулся:

— Откуда я знаю? Я же не следователь, а просто патрульный. Пока…

— Ладно. Выпей еще отвара, а я пойду постелю Алисе свежее белье. Ты пока развлеки гостью.

— О! Это я с радостью! — вскочил друг. — Сейчас схожу за маслом…

— На фига?

— Как на фига? Подчеркнуть рельеф мышц, — он напряг массивный бицепс с сеткой вен. — Устрою ей шоу!

М-да… Все мозги в бицепс, что ли, ушли?

— Придурок, — осадил я его пыл. — Беседой развлеки.

— А-а-а…

Алиса спрятала лицо в ладонях, а ее плечи мелко тряслись.

— Ты прав, ты прав, — покивал Роман. — Алиса, я прошу прощения, при виде такой красоты у меня просто мозги набекрень сразу встают. Хотите, расскажу пару случаев со своей работы?..

Нужно прибраться в комнате, прежде чем укладывать туда Алису спать. Во-первых, как уже сказал, сменить белье, а во-вторых, убрать всякие алхимические штуки в шкаф. Например, атманит, завернутый в ее платок, кое-какие остатки рога гриборога. Да и вообще все опасное сложить в шкаф и запереть на ключ. А то понюхает споры Cornufungus profundus, и сны реальностью станут. Или наоборот.

Сделал все, как и планировал. Как-то даже в мыслях не было Алису укладывать на пол или на диван в зале. Вернулся на кухню, где Роман заканчивал историю:

— … а он и кричит: «Димо-о-он!» А Димон уже на лыжи встал. Тут остальных и повязали. А вот и Макс! Значит, пора спать… Спокойной ночи, Алиса.

— С-спокойной… после такой-то истории.

Алиса встала с дивана и прошла в коридор мимо меня. Пока она не видела, Роман корчил рожи, общий смысл которых был таков: боже, какая красота! Просто бомба, а не задница. Почему ты ее привел, а не я!

— Доброй ночи, Роман, — пожелал ему, покачав головой.

Вот что с человеком делает присутствие в жизни только работы и полное отсутствие личной жизни. Последней девушкой, которую он держал в руках, была, пожалуй, только дочка Листницкого. Но я в него верил.

Проводил Алису до своей комнаты и показал постель.

— Пахнет, как на весеннем лугу, — сказала она, глядя на гирлянды развешанных под потолком трав. — Выходит, Коршунов был прав насчет тебя? Ты все-таки алхимик?

Вздохнув, пояснил:

— Считай меня просто ботаником. Здесь ничего алхимического нет, только травы. Ты, кстати, из них отвар пила успокаивающий. Так что переодевайся, умывайся и ложись спать. Здесь тебе ничего не грозит… — на секунду задумался и показал на один подвешенный пучок. — Если, конечно, не съешь вон ту траву полностью. Она ядовита.

— С-спасибо… — отвечала Алиса с округлившимися глазами. — А ты… где будешь спать?

— На диване, — кивнул в сторону зала. — И не вздумай ко мне ночью приставать!

— Даже не собиралась! — вспыхнула румянцем рыжая.

А я закрыл дверь в комнату, умылся и нырнул под одеяло, отдаваясь на остаток ночи в лапы сна.

Жаль, продлился он недолго. Проснулся от того, что что-то теплое коснулось моей щеки. Потом это теплое забралось ко мне под одеяло, прижалось горячим телом и прошептало:

— Сказала же, не хочу спать одна, — обожгла шепотом ухо Алиса.

Затем ее губы нашли мои.

* * *

Секс — он как яд. Им можно убить или ранить. Устроить профилактику организму, чтобы он стал сильнее. Забыться с его помощью. Проявить любовь. А можно исцелиться. Все зависит от дозы и способа применения.

Для Алисы, кажется, он стал даже не забвением, а лекарством. Чтобы вновь почувствовать себя цельной, живой и принадлежащей самой себе.

Для меня? Ну, скажем так, я не верю в любовь с первого секса. Но верю, что это прекрасное занятие дает тебе жажду жизни.

Утром проснулся первым. Хоть и не выспался, но чувствовал себя на высоте. Сварил кофе, и на его запах вышла Алиса в моей футболке, что едва скрывала ее стройные красивые ноги и сочную упругую попку. Из-под ткани на уровне груди задорно торчали два островерхих бугорка.

Молча улыбнувшись мне, Алиса сделала большой глоток кофе и так же молча взялась за приготовление завтрака: поджаренные тосты с глазуньей вместо сердцевины и несколько ломтиков бекона.

Пожалуй, зрелище соблазнительной женщины у плиты — одно из тех, за которым можно наблюдать вечно.

За этим занятием меня и застал Роман, грохнув ладонью о мутное стекло кухонной двери.

— Я… не спал… всю ночь! — взревел он, буравя меня красными от недосыпа глазами.

Краем глаза увидел, как заалели щеки Алисы.

— Прости, друг, — с улыбкой развел руками. — Мы малость увлеклись.

— Увлеклись? Увлеклись⁈ Ты забыл, что я сплю за стенкой? Это не так называется!

Алиса начал краснеть не только лицом, но и всеми голыми участками тела. Роман прошел в кухню, сел напротив меня.

— Знаешь что? Я отомщу! Я… я приведу сразу двух и устрою оргию прямо у тебя под дверью!

— Ром, — вкрадчиво ответил ему, сделав глоток кофе, — да ради бога. Я не против, если их не будут звать Правая и Левая.

Алиса фыркнула и громко засмеялась, чуть не уронив сковородку. Я тоже заржал, глядя на обескураженное лицо друга. А потом и он присоединился: когда до него дошел смысл сказанного, захохотал до слез.

Завтрак прошел в абсолютно дружественной атмосфере. Вскоре Роман ушел на работу, а мы с Селезневой еще разок закрепили ее исцеление в утреннем душе. После этого она отправилась домой на такси. Проводил ее до подъехавшей машины, а сам пешком отправился на тренировку.

Да, они шли только вечером, но я заметил, что Тренер живет в своем зале. Надеюсь, не откажет мне в тренировке из-за слишком раннего визита. Сегодня выходной, и я хотел использовать его на полную катушку.

Настроение было хорошим, погода — отличный легкий морозец. Даже если из меня захотят все соки выжать — я готов!

Ожидаемо дверь зала оказалась заперта, и я настойчиво постучал в нее. Скоро щелкнули замки, и проход открылся.

— Исаев? — хмуро спросил Тренер. На нем был спортивный костюм с мелким пурпурным узором и кепи, на носу — очки. — Когда я говорил приходить к семи, я имел в виду к семи вечера, а не утра.

— Большие планы на вечер, Тренер.

— Ладно, заходи — вместе со мной разомнешься.

Честно говоря, после двух тренировок я уже заметил небольшой прогресс. Организм слегка окреп, стал выносливее (особенно это было заметно ночью), мышцы послушнее. Это дало мне повод думать, что буду легче переносить тренировки.

Как же жестоко я ошибся.

Когда переоделся в форму, Тренер уже разогревался, махая руками в наклоне.

Кстати, надо бы себе свою форму купить, а то до сих пор ношу и стираю одежду Романа. Блин, даже звучит так себе.

— Эй, а с руками что? — показал на мои кулаки Тренер. Один был перебинтован Алисой, второй — сбит после двух сильных ударов.

— Ну… — вспомнил я череду событий. — Одной рукой я вчера спас жизнь, второй — отнял ее.

Тренер протер очки и прищурился.

— Исаев, меня не интересует, чем ты занимаешься вне моего зала. Но у меня есть два правила, которые надо соблюдать. Первое: ко мне не должны прийти менты посреди ночи из-за тебя. Второе: мы не деремся за пределами зала.

— А Славик в курсе? — хмыкнул я, припоминая погоню и нож в подворотне.

— А Слава для тебя — мерило чести и достоинства? Мне здесь не нужны люди, которые ответственность за себя взваливают на других. Или ты все-таки из тех, кто своей головой думает?

— Туше. — Память Исаева подсказала подходящее выражение.

— Тогда начинай разогреваться.

Я стал повторять те упражнения, которым меня научила в прошлый раз Лиза. Прыжки, махи и вот это вот все, чтобы кровь насытила мышцы кислородом, разогрела их, сделав эластичными.

— А что Славик? — как бы между прочим спросил Тренер.

— Да так, ничего.

Я уже понял, что сболтнул лишнего сгоряча. Не собирался перекладывать свои проблемы на Тренера или сводить счеты его руками. Это не по мне, сам разберусь. К тому же стукачей никто не любит. Я в том числе.

Через полчаса я понял, что ошибся, когда оценивал свои силы. Еще через полчаса бега, отжиманий, приседаний и прочего я задумался, а есть ли жизнь за пределами этого зала? А еще через полчаса Тренер сказал:

— Ну все, размялись — начнем тренировку.

Хах! Прямо как мой старый наставник. Скучаю по этому брюзге.

Ладно, тренировка так тренировка!

* * *

— Корпусом! Корпусом доворачивай! — покрикивал Тренер, и я доворачивал. — Вот так. Вот так. Ладно, ямэ, на сегодня с тебя хватит. Не забудь закрыть белково-углеводное окно. Тут неплохая шаурмяшечная за углом.

— Спасибо, Тренер, — едва смог выдохнуть.

Последние полчаса я снова ощущал себя пушинкой. Очень мокрой от пота пушинкой. Мышцы сначала ныли от нагрузки, а затем просто онемели. Нервы отказались передавать от них сигналы — мол, все равно не помогает тебя остановить.

Тренер поработал со мной на славу.

Кое-как довел до раздевалки и закинул свое тело в горячий душ. Стало легче, мышцы ожили. Переоделся и направился на выход, где нос к носу столкнулся с Лизой.

— О! Какие люди! — Она подалась вперед и совершенно неожиданно шлепнула меня по заднице.

Я даже возмутиться не успел, как нога подкосилась и пришлось встать на колено.

— Да… Тренер гоняет тех, кто приходит не по расписанию, — криво улыбнулась она.

— Я догадался уже, — простонал, с трудом поднимаясь. — А ты здесь что делаешь?

— Люблю пожестче, — подмигнула чертовка с косой. — Тренировки, а не то, что ты подумал.

А я вообще не успел что-то подумать. Соображал очень плохо пока что.

— Драться с самыми сильными — вот единственный способ стать сильнее. — продолжила она.

— Насчет единственного я бы поспорил, но в остальном согласен. Ладно, удачной тренировки, Лиза.

— Ага, еще увидимся, — махнула она рукой и пошла мимо.

А я извернулся и шлепнул по заднице уже ее.

— Эй! — взвилась девушка.

— Квиты!

Улыбнулся, пожал плечами и направился в окно. Белково-углеводное. Прямо за соседним углом.

* * *

Шаурма придала мне сил, и дома я занялся приготовлением простенького укрепляющего зелья. Простенького в обычном состоянии, а у меня сейчас слегка тряслись руки. Но это прошло через несколько часов. А когда закончил с зельем и оставил его «доходить», чтобы узел Нитей, что я сплел, как следует набрал магической прочности, решил заняться еще одним важным делом.

Точнее, двумя. Перво-наперво сделал небольшую уборку, сменил на диване и кровати белье, кинул в стирку потную форму.

А вот теперь черед второго важного дела. Я отпер ключиком отсек в шкафу и вытащил на свет сверток зеленой батистовой ткани. Положил на стол и стал разворачивать.

— … ен моржовый! — сразу донеслось оттуда, едва я ослабил узел. — Поматросил и бросил! Кто так делает⁈ Дай еще магии! Дай-дай-дай…

— Это ты до буквы «Д» дошла, Морвина? — перебил я разговорчивый атманит, развернув артефакт до конца.

Атманит, лежа вверх лицом, вперил в меня свои злобные глазки.

— До ручки я дошла! До ручки! Три дня! Три дня ни крошки магии во рту! Ты хоть знаешь, чем это чревато для меня?

— Похудением?

Крохотная женщина с сотней острых, как иглы, зубов, угрожающе зашипела. Будь она побольше, у меня бы мурашки побежали по спине.

— Парень, — глухо зарычала она, — ты сейчас ходишь по офигенно тонкому льду. Я ведь в прошлом женщина, не забывай… И ты не мой хозяин. Вот соберу сейчас последние крохи магии и… Верни меня моему хозяину! Или я тебе гортань отгрызу! Нет… кочерыжку твою на лоскуты разорву, понял меня?

— А вот тут ты ошибаешься… — залез я в карман джинсов и нащупал там диск.

— Что? Кочерыжкой не вышел? Нечего рвать? — не прекращала сквернословить маленькая железная женщина.

— Нет, Морвина, не в этом дело. Просто я теперь твой Хозяин…

Вытащил из кармана диск и замолчал, наслаждаясь эффектом. Атманит открыла рот и глупо хлопала глазами. Знала, что это такое. Потом выдохнула:

— Сука…