Глаа 30

Отношения с Дейтоном будто застыли во времени. Утром и вечером он присылал мне магические вестники, полные скрытых намеков и тепла, но сам больше не появлялся. И чем дольше тянулась эта тишина, тем чаще я ловила себя на воспоминаниях о его мягкой улыбке, сиянии глаз и надежных объятиях.

Особенно мучительными были вечера. Стоило вспомнить полеты на драконе — стремительный ветер, жар чешуи под ладонями, шероховатость рогов, и ощущение свободы, и сон ускользал почти до самого рассвета.

Моя влюбленность все заметнее отражалась на работе. Во время приготовления зелий я могла внезапно замереть с травами в руках, потеряться в мыслях и забыть обо всем: о котле, огне под ним и терпком запахе настоев. Сначала Целия лишь посмеивалась над моей рассеянностью, но вскоре ее улыбки сменились недовольными взглядами, и все чаще вместо меня в помощницы она брала Ясю.

Даже в лесу, где мы с Целией знали каждую тропу и каждый поворот, я однажды едва не заблудилась, настолько далеко унесли меня мысли о Дейтоне.

— Что со мной, Целия? — однажды вечером тихо спросила наставницу. — На душе так тяжело, будто меня разрывает на части от противоречивых чувств. Эти бесконечные перепады настроения сводят с ума. Я ни на чем не могу сосредоточиться: ни на приготовлении зелий, ни на книгах, ни даже на самых простых делах.

Девочки уже отправились спать, а мы еще сидели на лавочке. Целия долго молчала перед тем, как ответила на мой вопрос.

— Я не хотела говорить раньше времени. Надеялась, что тебя обойдет это… проклятие. Хотя многие ведьмы называют его благословением. Но только ты сама сможешь решить, чем оно станет для тебя, — тихо произнесла Целия. — Ведьма любит лишь однажды. В этом наша сила… и наша ловушка.

Она ненадолго замолчала, внимательно глядя на меня, а затем продолжила:

— Дейтон — мудрый дракон. Он знает, как привязать тебя к себе, как соединить не только сердца, но и души. Он ведь тебе нравится? Только не спеши отвечать. Прислушайся к себе. Вспомни не только счастливые мгновения рядом с ним, но и те минуты, когда вы спорили, когда его слова задевали тебя или вы были готовы поссориться. Какие чувства он вызывал тогда?

Я задумалась. Не о нежности его прикосновений и не о счастливых моментах — там для меня все давно было ясно. Я вспоминала наши споры: как раздражало меня его упрямство, его уверенность в собственной правоте и привычка принимать решения так, будто другого мнения просто не существовало. Меня это злило, задевало до глубины души, пару раз даже хотелось ударить его, чтобы стереть с лица это невозмутимое выражение.

Но вместе с тем я понимала другое: несмотря на обиду и раздражение, мне никогда не хотелось отвернуться от него или уйти. Наоборот, я всегда была готова выслушать, поговорить или найти компромисс.

— Думаю, он поселился в моем сердце навсегда, — я покраснела.

Даже пытаясь сгладить углы, не смогла произнести это достаточно спокойно. Целия сделала вид, будто не заметила ни моей неловкости, ни дрогнувшего голоса.

— Я не слишком умею успокаивать, поэтому скажу прямо то, что думаю, — произнесла она после короткой паузы. — А думаю я, что Дейтон — твоя пара. Половинка, истинный, избранный — называй, как хочешь, однако сути это не изменит.

Она мягко улыбнулась и чуть тише добавила:

— Но даже если я ошибаюсь, ты никогда не останешься одна. Ведьма, которая по-настоящему любит, всегда рожает первенцем дочь — маленькую ведьмочку от любимого мужчины.

— Говорят, у драконов первый первенец — сын-дракон, — пробормотала я, пытаясь скрыть смущение.

— Вот и проверим это на практике, — невозмутимо ответила Целия.

— Я ничего проверять не собираюсь! — вспылила я, чувствуя, как щеки предательски заливает жар.

— Поверь, природа прекрасно справится и без твоего согласия, — фыркнула наставница, явно забавляясь моей реакцией.

В этот момент за нашими спинами раздался тихий смешок. Мы одновременно обернулись и увидели Ясю, стоявшую в дверном проеме с самым невинным видом.

— А ты почему не спишь? — прищурилась Целия.

— Как тут уснешь, когда по ночам такие тайны раскрываются, — загадочным голосом произнесла Яся, едва сдерживая улыбку.

Я невольно улыбнулась, глядя на девушку, но почти сразу заметила, что несмотря на улыбку, глаза у Яси оставались грустными и тревожными.

— Ты давно здесь стоишь? — спросила я мягче.

— С того самого момента, где было про проклятие… или благословение, — призналась она после короткой паузы.

— Значит, все слышала, — понимающе кивнула Целия.

Яся неловко переступила с ноги на ногу и тихо спросила:

— А от этого можно как-нибудь избавиться?

— Подожди… Ты влюбилась, а я этого даже не заметила? — наставница удивленно приподняла бровь.

Девушка смутилась, кашлянула, пряча взгляд. Медленно подошла к нам и опустилась на скамью, словно пыталась выиграть еще немного времени перед разговором.

— Мне давно нравится один парень… — наконец, призналась она едва слышно.

— Давно? — переспросила Целия с неожиданной серьезностью.

— Мы с детства были неразлучны, и я всегда думала, что однажды стану его женой, — тихо произнесла Яся, теребя край рукава. — А потом со мной случилось то несчастье… и все изменилось. Мы по-прежнему общаемся, но осенью у него свадьба.

В ее голосе не было ни обиды, ни злости — только усталая тоска, от которой почему-то сжалось сердце.

— И он до сих пор тебе нравится? — мягко спросила Целия.

— Да, — еле слышно ответила Яся. — Мне плохо на душе, тоскливо, но я не могу заставить себя поговорить с ним.

Наставница внимательно посмотрела на девушку, словно что-то обдумывая, а затем поднялась со скамьи.

— Иди сюда, Яся, я тебя посмотрю.

Девушка послушно встала. Целия положила ладонь ей на грудь и начала тихо шептать заклинание. В ночной тишине слова наставницы звучали странно и таинственно. Казалось, что воздух вокруг стал тяжелее.

Я отвернулась чуть в сторону и задумалась о том, что любовь может вызывать у людей очень разные чувства.

— Это не любовь, — наконец, произнесла Целия, убирая руку. — Скорее, привязанность. Очень сильная, почти родственная связь. И я бы посоветовала тебе разорвать ее, пока она не пустила корни слишком глубоко. Иначе эта тоска будет только мешать тебе жить, она уже отравляет твою жизнь.

Яся опустила взгляд, но после недолгого молчания все же кивнула:

— Я согласна.

— Тогда завтра на рассвете пойдем в лес, — решила Целия. — Я покажу тебе, какие нужны травы для зелья «забвение», как правильно их срезать и обрабатывать. Это непросто: если ошибешься хоть в одном движении, растение потеряет силу. А потом ты сама сваришь зелье, под моим присмотром. Я расскажу, как сделать все правильно.

— А я могу поучаствовать? — не удержалась я.

Целия усмехнулась уголком губ:

— Почему нет? Тебе тоже полезно будет знать, как варить это зелье.

Она оглядела нас обеих и уже строже добавила:

— А теперь идите спать. Подниму вас через пару часов, еще до рассвета.

Наставница действительно разбудила нас еще до рассвета. Мне казалось, что я только успела закрыть глаза. Спать в настоящей кровати на мягком матрасе и с подушкой было невероятно приятно. Очень хотелось еще понежиться, но я понимала, что они могут уйти без меня. Поэтому быстро оделась и вышла из комнаты.

Целия озвучила довольно большой список трав, которые следовало сегодня собрать. Среди них были и такие, о которых я раньше даже не слышала. На их сбор ушло полдня. Домой вернулись ближе к обеду усталые, но довольные.

Всю дорогу домой Целия заметно нервничала, переживая за девочек. Ванда была еще слишком мала, а Магда — хоть и смышленая, но все же ребенок. Женщина то ускоряла шаг, то снова замедлялась. Тревога не отпускала ее.

— Надеюсь, дом еще стоит на месте, — пробормотала Целия, крепче перехватывая корзину с травами.

Когда мы, наконец, оказались дома, тревога, которая передалась и нам с Ясей, сменилась искренним удивлением. Магда оказалась очень сообразительной девочкой. Она нашла способ занять Ванду и одновременно присматривать за ней.

Обе сидели прямо у дома, на прогретой солнцем земле. Ванда звонко смеялась, хлопая в ладоши, а перед ней то тут, то там появлялись маленькие ямки и кочки, словно сама земля играла с ребенком. Некоторое время мы наблюдали за ними, не решаясь нарушить идиллию.

Небольшой бугорок внезапно вырастал у самых ног Ванды, затем исчезал и возникал уже в стороне. Девочка с серьезным видом тянулась к нему руками, стараясь поймать, но земля будто дразнила ее, не позволяя прикоснуться.

Иногда из-под травы выскакивал крошечный комочек земли, а рядом тут же проваливалась аккуратная ямка. Ванда тихо ойкала, хмурилась от усердия и снова пыталась ухватить убегающие кочки. Магда сидела рядом и с улыбкой наблюдала за игрой девочки.

— Отличная тренировка магического источника и контроля стихии, — тихо произнесла наставница, наблюдая цепким взглядом за девочками.

Из ее глаз впервые за полдня ушла тревога. Увидев нас, Магда с облегчением выдохнула, а Ванда встала с земли и побежала навстречу Целии с криком: «Мама!»

Мы зашли в дом, отнесли травы в лабораторию и направились в кухню. Переступив порог помещения, были приятно удивлены, увидев, что Магда накрывает на стол. Девочка поставила горшочек с кашей, расставила тарелки и принесла яичницу.

— Я самая счастливая ведьма на свете, — выдохнула Целия, обнимая Ванду, сидящую у нее на руках, и с улыбкой глядя на Магду.

После обеда Ванду уложили спать, а мы отправились в лабораторию. Там Целия снова разложила на столе собранные утром травы и стала подробно рассказывать о том, в каких зельях они применяются. Свойства тех растений, которые я уже знала, объясняла я, стараясь не ошибиться и вспомнить все, чему учила меня наставница. Целия внимательно слушала, иногда одобрительно кивала или поправляла меня, если я упускала какую-нибудь важную деталь.

Остальные травы наставница разбирала сама. Она показывала нам, как выглядят их листья и корни, объясняла, какие из них можно смешивать между собой, а какие ни в коем случае нельзя держать рядом. Лаборатория постепенно наполнялась терпкими запахами растений и чего-то сладковато-горького, отчего у меня слегка кружилась голова.

Когда с травами было закончено, Целия отправила Магду отдыхать, а мне указала на свободное место около котла. Под ее руководством Яся начала варить зелье «Забвение».

Девушка осторожно бросала в кипящую жидкость нужные ингредиенты, следя за цветом и густотой отвара. Зелье медленно темнело, приобретая глубокий синевато-зеленый оттенок. От него поднимался густой пар с резким травяным запахом, от которого хотелось задержать дыхание.

Я внимательно наблюдала за каждым движением Яси, слушая, что говорит наставница.

— Не торопись. У этого зелья капризный характер, — тихо произнесла ведьма. — Стоит ошибиться хотя бы в одной мелочи, и вместо забвения получишь беспокойные сны на неделю.

Наконец зелье было готово. Яся перелила его в порционные бутылочки. Целия проверила его, слегка покачав флакон в руках, и удовлетворенно кивнула.

— Убирай в темное место. Ему нужно настояться три дня. После этого выпьешь половину вечером, а остальное — утром.

Яся молча кивнула и осторожно убрала готовое зелье в специальный шкаф, который запирался на ключ.

Следующая неделя прошла в постоянных хлопотах и занятиях. Целия всерьез взялась за обучение Яси и Магды основам зельеварения. Каждое утро она отправлялась с нами в лес, где показывала нужные травы, учила различать их по запаху, цвету листьев и даже по тому, как они реагируют на магию. Иногда наставница заставляла нас подолгу стоять возле одного и того же растения, пока мы не запоминали его особенности до мелочей.

Меня Целия тоже активно привлекала к обучению. Если раньше я просто слушала ее объяснения, то теперь сама рассказывала Магде и Ясе о знакомых травах, проверяла их работу и помогала разбирать ошибки. Кроме того, наставница выдала нам несколько старых книг — потрепанных, пахнущих пылью и сушеными растениями. На пожелтевших страницах были аккуратно выведены рецепты зелий, заметки на полях и странные символы, смысл которых я пока не понимала.