Глава 17. Немного об Избранности

Диана

Я настолько ошарашена, что даже не возмущаюсь, когда Дима забирается ко мне. Пропустила трансформацию, хотя очень хотелось посмотреть. Но сейчас смотрю в одну точку и перевариваю слова Влада.

Умрут.

Это слишком неправильно и слишком большой груз. Почему я должна нести ответственность за других? Они волки и им с этим жить. А я оказалась втянута в это просто так. И теперь на мне ответственность за чужие жизни. Либо убить их, либо пожертвовать собой.

Да, вроде брак это не смерть, но…

Но это мой брак и моя смерть! И я сама хочу решать, а не подобный бред. Какие-то там нити решили, что я Избранная и связали меня с волками. Оборотнями! В которых я даже не верила до этого утра.

– Тише, малышка, - Дима совсем рядом. Прижимается ко мне бедром, естественно голым, и сжимает мою ладонь. Такая маленькая по сравнению с его. Я вообще себя крохотной чувствую рядом с этим викингом. – Не грусти.

Он щелкает меня по носу, широко улыбаясь. Будто только что мне не сказали о том, что кто-то из них может умереть. Из-за меня! А Дима на удивление спокоен. Пробирается ко мне под плед и обнимает.

– Ты… Мы говорить собрались.

– А что тебе мешает говорить?

То, что у меня в легких заканчивается воздух. Просто исчезает, будто украл кто-то. Стоит Диме спустить ладонь на мою ногу, я забываю и как дышать, и своё имя. Только думаю о том, что он меня касается. Ведёт по внутренней стороне бедра. Ласкает. А я отзываюсь. Снова в кровати, снова в западне этих троих. И меня ведёт. Просто накрывает смесью непонятных эмоций. Хочется прижаться ближе и оттолкнуть.

– Ты голый!

– А ты голых мужчин не видела?

– Видела. Вон Влад полчаса красуется.

– Ди, - парень называет меня, как обычно это делают самые близкие. И у меня не остаётся сил отвернуться. – Малышка, ты же видела голых мужчин помимо Влада?

– Да, - бурчу смущенно. Понимаю, что сдаю себя с потрохами. Но мне почему-то так неловко. Мужчины переглядываются. – И как она пахнет?

– Что?

– Моя ложь. Влад сказал, что каждая эмоция это запах. Как пахнет ложь?

– Лимоном. Свежим, таким кислым, что зубы сводит, - Захар отвечает, ни на секунду не задумавшись. Это жутко быть с живым детектором лжи. – Значит, ты…

– Я не хочу об этом говорить. И хватит ко мне прижиматься! 

– Почему? Мы тебе не нравимся? 

– Да, не нравитесь.

– Лимон? – Влад обращается к Захару, но нагло улыбается только для меня.

– Определенно лимон, - Дима кивает, утыкаясь подбородком мне в плечо. – И что с этим делать, Ди?

– Перестать меня нюхать? Я вас не чувствую, это не честно!

– Жизнь вообще нечестная, малышка, - Влад это доказывает, буквально вырывая меня из рук Димы. – Но ты начнешь. После обряда, ты станешь чувствовать Волка даже лучше, чем он тебя. Мы не считываем тебя специально, это инстинкты. Ты же видишь, когда родные счастливы или расстроены.

– Но не так.

– Не так, да. Ты научишься, Диан, всему научишься. Просто дай нам шанс. Дай кому-то завоевать тебя.

– А разве… Если я никого не выберу, то вы умрете. А если выберу только одного? Разве тогда не нужно выбирать всех? Я просто пытаюсь понять…

Я чувствую себя безвольной куклой, потому что теперь ко мне тянется Захар. Он утаскивает меня за собой, и мы просто укладываемся поперек кровати. Его рука греет талию, дыхание щекочет шею. Всё так странно, но очень хорошо.

– Если бы я сразу понял, что ты Избранная, то ты была бы только моей, - улыбается так широко, словно лучшая мысль. Его губы утыкаются в мою шею, а с другой стороны пристраивается Дима. – Но твоя магия проснулась только в домике, когда нас было трое. Ты выберешь одного, остальным ничего не будет угрожать.

– А по поводу твоего желания мжмм, - Дима смеётся над моим румянцем. – То Избранная может принадлежать только одному. Истинную иногда делят, пара на троих или даже четверых. Истинность Волчьи Бога определяют, а Избранную…

– Случайность? Какой бред. Господи, это всё такой бред.

Я прячу лицо в ладонях, громко вздыхаю. Выбираюсь с кровати, таща за собой одеяла. Потом, правда, бросила обратно, прикрывая мужчин. Я чувствую себя в параллельной Вселенной. Веду себя странно, реагирую замедленно.

Разве я не должна орать от страха? Должна! Как минимум из-за того, что вокруг меня три голых мужчина. Ещё и оборотни, будто я не была фанаткой Эдварда. Волчьи Боги, если вы реально существуете, сделайте с этим что-то! Ну знак какой-то, молнию.

Я не готова. Я не хочу и не собираюсь. Выхожу из комнаты, махнув рукой. Не планирую убегать и повторять свой подвиг. Ещё в первый раз стоило догадаться, что глупая затея. Они не отпустят, если от этого действительно зависит их жизнь. А я…

Не уверена, что я смогла бы жить, зная, что из-за меня погибли трое.

Усаживаюсь на мягкий диван, подтягивая под себя ноги. Кажется, что утром на собеседование отправлялась совсем другая девушка. Та Диана знала, что от босса-тирана нужно бежать, а наглому блондину можно угрожать ножом. А ещё она была уверена, как проведёт этот месяц и планировала, возможно, поцеловаться с барменом на вечеринке.

А теперь всё переменилось. Просто потому, что я стащила пару вещей. Ручки-загребучки утащили сувениры у волков, а те были недовольны. Не трогай то, что плохо лежит, блин. Или трогай, если хочешь трёх мужиков.

– Зеленоглазка.

Пяти минут не проходит, как Захар выходит. Мне кажется, что они все следили за мной сквозь стены. Слушали, чтобы никуда не делась. На мужчине протертые спортивные штаны. И это так не похоже на владельца всего курорта, что я улыбаюсь. И кручу в руках пачку сигарет и спички. Они нашлись между подушек дивана и теперь манили меня. Я редко курила, но в такой ситуации хотелось жутко.

Вот и думала, что делать.

– Не кури, вредно, - но сам достаёт и подкуривает. Затягивается, выдыхая дым кольцами, и протягивает сигарету мне. – Насколько сильно ты меня боишься?

– Немного? Не знаю. Это… Ты волк, это странно и непривычно. Но ты же не собираешься меня убивать?

– Не планировал на этой недели, - я давлюсь смехом и дымом от этой шутки. Отдаю сигарету обратно. – Я о том, насколько сильно я напугал тебя в кабинете. 

– Ты меня зажал и пытался изнасиловать.

На самом деле кажется, что утро было давным-давно. И приставания на собеседовании были наименьшей проблемой. Захар усаживается рядом. Такой уверенный и обаятельный, что я просто не выдерживаю. Сворачиваю клубочком и ложусь головой на его колени. Он взрослый, а я устала. Так устала. Что просто немного полежу и дам право решения другим.

– Прости. Прости, Ди, я думал, что это игра. Оттолкнуть, завлечь. На тебе был запах Влада, и я решил, что ты была с ним.

– И это нормально делить девушку на двоих?

– На троих, малышка. В стае часто делятся. Даже таким интимным. Но только не Избранной. Ты в безопасности. Никто тебя не тронет, пока сама не захочешь. Это я тебе обещаю.

– Через сколько я должна выбрать? Сколько у меня времени? Как вообще?

Ощущение, что легче ткнуть в случайного мужчину. Или Диму выбрать, он кажется самым безопасным среди других. Но при этом иногда смотрит так, что меня пробирает. Окутывает мороком опасности. Вроде милый, но не так прост.

– Двадцать восьмого полнолуние.

– Серьезно? Мы будет привязываться к луне, как во всех легендах?

– Луна это источник силы. Чем больше её видно – тем сильнее магия, всё просто. Обряд мы можем провести в любой день, но лучше всего именно в полную луну. Как раз твоя стажировка закончится.

– Откуда ты знаешь?

– Очень легко навести справки о человеке, который приходил устраиваться ко мне на работу. Должность твоя.

– Из-за того, что приставал ко мне или я оказалась Избранной?

– Из-за того, что у тебя опыт работы и отличные рекомендации. Я не даю работу по блату. Но на будущее, я не терплю опозданий, - ласково гладит меня по волосам и лицу, невесомо касается шеи. В очередной раз задевают мою несчастную эрогенную зону. – Малышка, ты вся горишь.

– Хах, да, я горячая.

Понимаю, что несу бред, но по-другому не получаются. Мысли липкие, напоминающие влажный комок бумаги. А глаза щиплет от слёз и жара.

– Ди, ты действительно горишь.

– Это от усталости, - отмахиваюсь, стараясь встать. Но Захар не дает, сильнее прижимая к себе. – У меня так часто, когда не сплю или сплю мало. Повышается температура и я капризничаю. Мне просто нужно отдохнуть.

– И когда ты спала?

– В прошлом году.

Сама хихикаю над свое глупой шуткой. Хах, шутки за триста, в этом я мастак. А ещё окончательный признак того, что мне совсем-совсем плохо. Ещё если начну ныть, что слишком шумно дышат, то значит мне совсем кранты. 

– Давай, малышка, тогда нужно поспать.

Меня ловко подхватывают на руки и не слушают протестов. Но кровать такая мягкая, а одеяло теплое, что я просто не хочу спорить. Не за это, не сейчас. Начинаю вертеться лишь тогда, когда с меня стягивают юбку и блузку. Чертова стая с шестью руками.

Я оказываюсь словно в коконе. Глаза не получается открыть, но чувствую, что ко мне прижимается горячее мужское тело. Не одно. Со всех сторон зажали, везде руки их, дыхание.

– Тише, зеленоглазка.

– Мы будем спать, малышка.

– Просто спать.

Это удивительно, но под их шепот я проваливаюсь в сон.