Глава 26. Воспоминания о брате

Анна вбежала в комнату и захлопнула дверь. Прислонившись спиной к стене, она не смогла сдержать рыданий, рвущихся наружу.

Шон мертв. Как мне теперь спастись?

Еще вчера он обещал ей помочь, а сегодня…

Его нет.

И ей было страшно.

Потому что Анна понимала, что Рэй не отдаст Арману Софи. Он скорее пожертвует ненавистной супругой.

Она прекрасно видела какими глазами Рэй смотрит на девушку. Видела — и ничего не могла с этим поделать.

Слезы градом катились по красивому лицу. Чувство безысходности и жалости к себе заполнили душу Анны.

Она не хотела умирать. Не собиралась становиться частью дурацкой легенды.

— Я не сдамся, — рыдала девушка, подбежав к шкафу с одеждой, и выкидывая оттуда свои платья. — Не сдамся! Я справлюсь сама! Как справилась и много лет назад!

Смахнув слезы рукой, Анна достала саквояж, и быстро сложила все необходимое.

Она сбежит. Уедет. Подальше от этого города. От Армана с его Чистилищем. И от этой проклятой семейки.

И сбежит этой ночью. Тогда, когда никто не будет ожидать, что она выйдет из дома, который защищен от проникновения вампиров.

Как всегда одна.

Рэй сидел в тренировочной комнате и смотрел на догорающий камин. Он поднес к губам бутылку виски, и усмехнулся.

Он всегда завидовал Шону, способному почувствовать опьянение. Ему нравилось наблюдать за тем, как младший брат становится расслабленным. Как он начинал путаться во фразах, когда его язык заплетался от количества выпитого спиртного.

Дверь тихо скрипнула, привлекая его внимание.

— Ой, — Софи, увидев мужчину, поспешила закрыть дверь.

— Не уходи.

— Прости, я не знала, что тут кто-то есть, — испытывая огромное чувство неловкости, произнесла Софи.

Она держала в руках деревянные колья, которые решила вернуть назад.

— Все в порядке. Присоединишься? — Рэй поднял вверх бутылку с виски.

— С удовольствием, — запахнув получше полы халата, она присела в свободное кресло рядом с мужчиной, принимая из его рук стакан.

Оба смотрели на то, как языки пламени лижут деревянные поленья, и молчали.

Софи, глядя на огонь, вспомнила о пожаре. Теперь у нее была полная уверенность в том, что Чикагский пожар начнется не случайно*. И к этому обязательно будет причастен Арман.

— Ты как? — она повернулась к Блэкмору.

— Как человек, потерявший брата, — горько усмехнулся Рэй. — Но Эрону еще тяжелее. Он заменил Шону отца.

— Что ты имеешь ввиду?

— Вампиры убили нашу мать, когда мне было десять. Именно тогда, увидев мертвое тело матери, мои глаза впервые поменяли цвет. Шону, тогда было восемь лет, а Эрону — четырнадцать. Отец любил мать. И когда ее убили, он с особым рвением начал истреблять вампиров, порой забывая о существовании сыновей. Он вспоминал о нас лишь во время тренировок, когда рассказывал нам об этих тварях. Через четыре года после смерти матери, Арман убил и отца. Тогда Эрону было восемнадцать, а Шону едва исполнилось двенадцать.

— Шон тренировался вместе с вами?

— Да. Эрон сделал все, чтобы защитить своих младших братьев. Но особое внимание он всегда уделял Шону, не имевшему таких способностей, как у нас. Именно поэтому на любую охоту они всегда отправлялись в паре. Чтобы Эрон смог защитить Шона, в случае опасности.

— А ты?

— Я всегда неплохо справлялся сам. Но мы всегда следовали правилу Блэкморов: «Прикрой спину брата", — Рэй усмехнулся, и отпил виски.

— Теперь Эрон винит себя?

— Да. Он считает, что мы не смогли «прикрыть спину» Шона.

— Но он же взрослый человек! Не могли же вы быть ему няньками всю жизнь! В этом нет вины ни Эрона, ни твоей.

— Эрон активировал проклятье из-за нас. Мой дурной характер и гордость Шона сыграли злую шутку.

— А что случилось?

— Меня всегда раздражало то, что мой младший брат постоянно злился из-за того, что не имел способностей. Мне было обидно за Эрона, который из кожи вон лез, чтобы Шон не чувствовал себя обделенным… В общем, в один из дней, мы с Шоном очень сильно поругались. Я назвал его неудачником, не способным ни на что без нашей с Эроном помощи. Он же, решил доказать обратное.

— Ты жесток…

— Я эмоционален, — пожал плечами Рэй. — В общем, Шон отправился в порт, и затеял там драку. Он был один, а их было человек двадцать.

— О, Боже…

— Эрон нашел его в бессознательном состоянии, избитого до полусмерти. Ему пришлось отбивать Шона у разъяренной толпы. И он убил одного из обидчиков.

У Софи мороз прошелся по коже.

— Шон был слишком упрямым. Он возненавидел родную мать, за то, что она захотела для одного из сыновей нормальной жизни. Порой, мне казалось, что он ненавидел нас за наш дар.

— Мне кажется, что он просто не понимал плюсов быть обычным человеком, — предположила Софи. — Сам посуди, он рос, окруженный магией, необычными братьями, и вампирами. Это естественно, что он чувствовал себя не таким. Как ты думаешь, кто его убил?

— Несколько часов назад я встречался с Джаспером, — тихо ответил Рэй, сам не понимая, почему решил признаться ей в этом. — Шон пришел к ним, требуя встречи с Арманом. Но так ее и не дождался. Джаспер сказал, что вампиры решили отыграться на охотнике. Все-таки мы убили многих дорогих им людей.

— Они выпили его кровь?

— Нет. Джаспер сказал, что эта была смерть во имя мести. Они вонзили в его сердце деревянный кол, как это делали с ними мы.

Глаза Софи наполнились слезами. Хоть ей и не нравился Шон, но она совсем не желал ему смерти.

— А зачем ты встречался с вампиром? Чтобы отомстить за брата?

— Нет, — покачал головой Рэй. — Джаспер лишь видел смерть моего брата, но не участвовал в ней. Этот вампир отличается от других. Мы заключили с ним сделку.

— Сделку?! С вампиром?!

Блэкмор рассмеялся, и поведал Софи историю о том, как они познакомились с Джаспером, и как их дружба переросла во вражду. Но сейчас оба понимали, что могут быть полезны друг другу.

— Джаспер хочет занять место Армана. И хочет убить его с нашей помощью. Поэтому, мы решили сотрудничать. Но ему будет крайне сложно… Арман, как ты уже поняла, умеет читать мысли.

— Эрон знает? — Софи взглянула на идеальный мужской профиль, и ее глаза замерли на красивых мужских губах.

— Нет. — Рэй поднес бутылку к губам, и сделал глоток. — И ты не говори. После того, что случилось с Шоном, он точно не станет доверять вампирам.

Блэкмор повернулся к девушке.

Их взгляды встретились.

В мягком свете от камина, глаза Рэя казались черными…

— Не скажу, — тихо прошептала она, в тысячный раз мысленно проклиная его красоту и сексуальность. — Мне пора спать, — Софи поднялась из кресла, стараясь как можно быстрее убраться от соблазнов.

— Подожди, — ее рука утонула в его ладони.

Глаза в глаза.

— Ты обещала мне поцелуй. Мне кажется, что сейчас он мне жизненно необходим.

Блэкмор понимал, что ходит по лезвию ножа. Она исчезнет. Вернется назад в свой век, и он ей в этом поможет. Но смотря на нее, все демоны внутри пробуждались. Он хотел ее.

Хотел так, как до этого не желал ни одну женщину. И сам не мог понять этого порыва… Может поэтому нас так манит запретный плод?

— Это неправильно, Рэй, — тихо прошептала Софи, опустив взгляд на их руки.

— Что неправильно?

— Ты- женат, а я- вернусь домой. Не надо начинать то, что обязательно потом принесет боль.

Он не посмел ей возразить, потому что знал, что Софи права.

— Согласен, — хрипло произнес Рэй, и почувствовал, что она пытается вырвать руку из его ладони. — Но я готов к этой боли. А ты?

Секунда молчания. Ее замешательство.

Рэй резко притянул ее, и она приземлилась прямо на него. Его рука утонула в светлой копне волос, и он, не давая ей опомнится, впился поцелуем в желанные губы.