1 глава
Эйлин
― Мама, мама, ну скоро уже?
Маленькая девочка нетерпеливо дергает красивую высокую женщину с янтарными кудрями, которая лишь улыбается в ответ.
― Потерпи, Эйлин, видишь, очередь большая. Папа уже нас ждет, скоро и мы зайдем.
Девочка не может терпеть, скача то на одной ножке, то на другой, встряхивая непослушной каштановой шевелюрой. Она не понимает, почему в торговый центр, где много красивых вещей, кафе с вкуснейшим мороженым и классная детская игровая площадка, нельзя войти просто так, не выжидая огромную очередь на улице.
Из стеклянной двери два здоровяка в черной униформе выводят высокого мужчину с длинными вьющимися волосами, который пытается вырваться, но те держат крепко.
Отец.
Девочка рвется вперед, но мама крепко держит ее за руку.
― Вы не имеете права! ― Голос отца дрожит от негодования.
― Еще как имеем! Таким, как вы, здесь не место!
Мама резко разворачивает ее к себе. Вместо длинной очереди, огромного стеклянного здания и отца, которого пытаются столкнуть со ступенек мужчины в черном, девочка видит лишь синий с золотой бляшкой поясок на выходном платье матери.
― Значит, сегодня не будет мороженого? ― печально спрашивает она, подняв глаза на маму, которая ее будто не слышит. Она смотрит вперед, ее взгляд застыл, губы предательски дрожат.
― Нет, милая, в следующий раз… ― выдавливает она через несколько секунд.
― А почему…― Девочка пытается подобрать нужные слова, но она слишком мала для этого. ― За что они его выгнали? Ведь папа ничего плохого не сделал!
Мама молчит какое-то время, на ее лице мелькает целый ряд эмоций.
― Потому что он дракон, ― отведя глаза, быстро произносит она.
***
― Ты что, заснула? Не тормози!
Резкий тычок в спину. Ах, да. Стоит мне только задуматься, как уплываю мыслями и ничего не слышу.
Так, Эйлин, соберись. Это твой шанс все изменить. У тебя получится.
Невольно сжимаю руки в кулаки ― моя боевая позиция. Что ж, я здесь для того, чтобы никто больше не смел меня унижать. Меня ждет факультет Боевых Искусств, ведь я много чего умею.
Правда это поступление ― одно разочарование и испанский стыд. Я-то думала, что надо сдать экзамен, проявить себя… но вместо этого стою в очереди уже битых полчаса, чтобы добраться до Магического Куба, вложить руку в специальное отверстие и…
Этот Куб засветится красным и выдаст мне талон на факультет мечты. Он, несомненно, почувствует мое огромное желание стать воительницей, вступить в армию Непобедимых, чтобы в скором будущем сразиться с Лазурным Драконом.
А еще было бы неплохо изучить мощные магические приемы, которые не преподают в школе, хотя бы ради того, чтобы стать сильнее черного кристалла, которым тетушка каждый раз воздействует на меня, когда хочет добиться желаемого.
Все, что я хочу ― навсегда расквитаться с прошлым, оставить его за спиной, которая вся покрыта шрамами. Об этом никто не знает и… не узнает. Я не собираюсь замуж. Очень скоро я окажусь в рядах тех, кто не побоится выступить против Лазурного Дракона. И тогда огонь, что порой сжигает меня изнутри, может быть, погаснет.
― Ах… ты только посмотри!
― Да это же сам профессор Грейсон! Просто душка… да отодвинься же ты, весь вид загораживаешь…
― Дайте и мне посмотреть!
Слыша эти восторженные шепотки сзади, невольно обращаю внимание на молодого мужчину лет тридцати, который только что подошел и занял одно из роскошных кресел профессоров, и только глаза закатываю. Да, спорить не буду, он и впрямь красив: густые темно-каштановые волосы, точеные черты лица, но больно уж мрачный взгляд. Кажется, он из тех, от кого стоит ждать подвоха и разных проблем. А мне проблемы не нужны.
Я здесь не для того, чтобы заводить отношения, тем более с профессорами. Меня это совсем не интересует.
― Волнуешься?
На меня смотрит миниатюрная девушка с серыми глазами, стоящая спереди. Несколько минут назад она вела себя очень странно: то выглядывала куда-то, то пряталась за спинами, и все куталась в длинный платок, который скрывал ее почти целиком. Она закрывала им голову и половину лица. Я наблюдала за ней некоторое время, чтобы не умереть от скуки, а потом мне и это надоело.
И вот теперь она зачем-то обернулась ко мне и задала вопрос. Платок, которым она укрывалась, упал ей на плечи, а потом и вовсе оказался на полу. Я, как завороженная, разглядываю необычный цвет ее волос ― белый, почти седой. И длина внушительная ― до пояса.
На волосы всегда обращаю внимание. Это больной вопрос. Моя шевелюра никак не хочет складываться в нормальную прическу… я уже смирилась. Почти.
Странно, чего это она так заинтересовалась моим душевным самочувствием? Мы ведь незнакомы, да и абитуриенты в целом не слишком приветливы: здесь каждый сам за себя.
― Нет, ― вру, сцепив до боли пальцы. Наверняка от ногтей останутся царапины. Ну и пусть.
― А я ― да, ― говорит та. ― Немножко.
Девушка выглядит бледной, и эта бледность нездоровая, как будто она перенесла тяжелую болезнь, а может до конца и не оправилась от нее. Я знаю, как выглядят больные: уж я-то перевидала их сотни… если не тысячи.
Интересно когда-нибудь подсчитать, сколько тетушка на мне наварила. На моем даре исцелять.
А еще она смотрит на меня слишком внимательно и как-то загадочно. Не нравится мне все это.
― Я Риси, ― продолжает она, как будто больше не с кем поговорить. Видимо, не с кем. ― Просто Риси. Так меня зовут близкие… Ты тоже можешь так меня называть.
И улыбается почти детской, беззащитной улыбкой.
― Эйлин, ― представляюсь без всякой охоты. С чего эта девушка взяла, что мне нужны друзья? Да еще и в «близких» меня записала, с какой это радости?
Куб загорается красным. На факультет Боевых Искусств отправляется еще один широкоплечий парень с длинными светлыми волосами.
― Дракон, ― шепчет Риси… или как там ее.
― Откуда ты знаешь? ― не выдерживаю я.
Восемнадцать лет прожила, а так и не научилась отличать обычных людей от драконов. Ведь они… ну все одинаковые. Очень похожи на людей. Да они люди и есть. Только когда волнуются или злятся, за спиной начинают светиться крылья. Это проявляется у тех, кто не умеет держать себя в руках. Зрелые драконы знают, как себя не выдавать, мастерски владеют этим искусством: жизнь заставила. Ну и обернуться они могут в любой момент ― очень удобно для передвижения.
Распознать их сущность может только специальный детектор, который, к счастью, не используется уже много лет. Время дискриминации драконов прошло, это очевидно, раз их даже в Академию Магических Сил для Продвинутых, или если коротко ― в АМС ― пачками принимают.
― Просто знаю. ― Та пожимает плечами, отчего-то смутившись: у нее даже красные пятна на щеках проступают. ― А я бы никогда сюда не пришла, если бы не брат. ― Она обхватывает себя руками и быстро смотрит по сторонам, видимо, слишком уж нервничает. ― Понимаешь… я хочу за ним приглядывать… он единственный, кто у меня есть, ― проговаривает она, глядя в пол.
Печально, что уж там. Киваю, не желая вдаваться в эту тему. Ведь тогда придется рассказать, что я ― бедная сиротка, которую отверг даже собственный дом, и над которой троюродная тетушка измывалась все эти годы. Звучит ужасно для сильной и смелой воительницы, коей я собираюсь стать.
Может, тот светловолосый дракон и есть брат Риси? Волосами они точно похожи. В любом случае, забавно слышать, что эта тростиночка, на которую ветер дунет, и она сломается, собирается приглядывать за таким «большим лбом». В Академии проходной возраст ― восемнадцать, малышей здесь нет. Так что…
Задумываюсь так сильно, что не замечаю, как мою нервную разговорчивую соседку приглашают выйти вперед. Замечаю только, когда она уже у Куба, вкладывает в него руку, и тот загорается зеленым. Риси получает талончик со светящимися буквами, которые я не могу разглядеть, как ни пытаюсь. Она выглядит довольной и умиротворенной: значит, факультет ей по душе.
― Эйлин Фелл!
Мое имя ударяется о сводчатый потолок и эхом рассыпается по огромному залу. Несколько осколков словно попадает в меня, отчего меня словно парализует, и я вся каменею. Что за дурацкая привычка так реагировать? А еще будущая адептка факультета Боевых Искусств!
К слову, сейчас как раз и решится моя судьба. Вот прямо в эту секунду.
Не знаю как, но ноги выносят меня на середину зала, и я уже стою перед переливающимся искристым Кубом, который висит в воздухе над подставкой, которая тоже… в воздухе, держится ни на чем.
Что ж, красиво.
Все на меня смотрят. Ждут.
Ну же, Эйлин, что ты тянешь? Вперед!
Навстречу судьбе.
Вкладываю одеревеневшую руку в Куб и чувствую приятное тепло. Миг ― и он загорается ярко-синим. Сноп белых с голубым искр вырывается сквозь мою ладонь и устремляется вверх, рассыпаясь, подобно фейерверку.
По залу проносится громкое: «Ах!»
В ужасе смотрю на руку. С ней все в порядке, даже дырки нет. Что это сейчас было?
Нет, нет, я не ломала этот волшебный прибор! Я…
Тысяча мыслей проносится в голове, тысяча оправданий, которые вот-вот сорвутся с языка… Я не виновата, я ничего не сделала, я просто хотела… я…
Из Куба вылетает маленький клочок бумаги. Мой талон. Машинально хватают его и, замирая сердцем, подношу к глазам…
На нем серебристо-голубым написано: «Факультет Целительства».