Глава 10

Люк совершенно не ожидал увидеть то, что предстало перед его глазами. Как только дочитал последние слова запечатывающего заклинания и почувствовал свою магию, что наполнила весь зал вокруг, он распахнул веки и тут же протянул руки, чтобы поймать Лею.

Сначала сработали его рефлексы, и лишь потом мозг понял, что девушка падала и с ней что-то не так. А когда архимаг заметил кровь, разодранную шею и следы от глубоких когтей на груди девушки, на него накатила лавина удушающего ужаса.

Он подхватил Лею удобнее и помчался с ней наверх, всем своим существом жалея, что не умеет так же, как и она, строить порталы прямиком из этого места. Уже на улице он с трудом сконцентрировался и построил портал.

Лишь со второго раза.

Чертова сила очень медленно восстанавливалась, а он из-за этого терял такое драгоценное время. Переместился Люк в лазарет, надеясь встретить лекаря тут, но запоздало вспомнил, что в академии все еще шел новогодний бал. Слава Темному, здесь был артефакт вызова и тен Андер явился на изумление быстро. За ним следом в лекарское крыло переместилась и тена Мишель.

— Что здесь?.. Ох, светлая, пощади… — ахнула она и прикрыла рот ладонью. — Люк… Что?

— Разлом. Я понятия не имею, как это произошло, — разозлился архимаг. Он впервые за столь долгое время чувствовал себя беспомощным, как новорожденный тен.

Он, самый могущественный маг Триалана, не смог защитить приемную дочь родного брата. Не смог вылечить ее. Показал ей проход в самое пекло. Но все же самой главной его ошибкой было то, что он вовремя не научил ее нужному заклинанию. С ее-то силой и резервом у нее получилось бы еще быстрее и лучше, чем у него.

— Ваше Всесилие, — глухо отозвался тен Андер, — восстановительный процесс пошел. Вы очень вовремя ее принесли и вызвали меня, опасности для жизни больше нет, но было бы хорошо мне еще одного лекаря в помощь, потому что боюсь, что необходимое время будет упущено и я не смогу избавить ее от шрамов.

Люк кивнул, сосредоточился и понял, что силы опять не хватает.

Темный тебя раздери!

— Тена Мишель, не могли бы вы построить мне портал в королевский дворец темных, — сквозь зубы произнес он, ощущая, как каждое слово наждачкой точит его самолюбие. — Желательно поближе к королевским покоям.

Декан боевого факультета не стала задавать лишних вопросов, она просто построила портал, и за это Люк был ей безмерно благодарен. Появившись во дворце, он сразу направился к покоям брата. Ведь если Арина рожала, то и лекари должны были быть там. Зная своего брата, он ничуть не сомневался, что здесь сейчас находились лучшие лекари всего королевства. Зайдя в гостиную и встретившись взглядом с Анетти, Люк понял, что слегка ошибся: скорее всего, здесь были лекари и из Светлого королевства.

Он кивнул и, не задерживаясь на разговоры, пошел к спальне.

— Что? — удивился Кириан, на его руках уже был младенец.

— Поздравляю тебя с первенцем, — тихо произнес Люк, так чтобы его услышал лишь брат, а затем повернулся к королевской целительнице. — Тена Роза, раз вы здесь больше не требуетесь, вы мне нужны срочно. — Девушка округлила глаза и выставила вперед руки, демонстрируя Люку кровь на них, Его Всесилие же хмыкнул, вскользь глянув на свои не менее кровавые ладони и повернулся обратно к брату. — Построй портал в лекарское крыло академии, брат.

— Темный тебя забери, что случилось? — выругался Кириан, но начал строить портал.

— Лея? — ахнула Арина. — Что-то с Леей, да? — закричала она, пытаясь подняться, но оставшиеся целители удержали ее на кровати. — Я думала, что мне показалось во время родов, словно она была здесь. Что с моей девочкой?

Люк схватил за руку опешившую тену Розу, и перед тем, как покинуть королевскую спальню через портал, попытался, как смог, успокоить Арину:

— Угрозы для жизни Леи больше нет, — четко произнес он и уже на территории академии отпустил руку целительницы и быстро ввел ее в курс происходящего.

Весь следующий час прошел для него как в тумане, он не выходил из палаты, какими бы ухищрениями тен Андер ни пытался его прогнать. Люк чувствовал вину и нерациональную злость.

Он злился на Лею. До мушек перед глазами. Она поступила неразумно. Глупо. По-детски, темный раздери! Именно это его и раздражало, потому что он давно уже перестал видеть в ней ребенка и никак не мог с этим смириться. Никак не мог принять, что девочка, считающая его родного брата своим отцом, уже настолько выросла и… Да, начала привлекать его внимание, отнюдь не родственное.

Да и чего греха таить, он никогда не относился к ней по-родственному. Когда девочка только родилась, это скорее была настороженность. Люк не знал, чего ожидать от появления на свет полубогини. А ведь именно ей Лея и являлась. Чуть позже она стала головной болью, которая постоянно перемещалась на Землю. Совершенно случайно. Арина навестила мать с сестрой вместе с новорожденной Леей, и началось…

Лея чихнула — и оказалась у бабушки на руках. Лея пукнула в пеленки — и опять перенеслась в другой мир. И если бы не Дин, который отследил самое первое перемещение Леи, но куда-то запропастился сегодня, то страшно представить, что бы случилось с нервной системой Кириана семнадцать лет назад.

Люк иногда ему сочувствовал, потому что Арина была… Слишком похожей на Лею!

От этой мысли Люк усмехнулся, и девушка именно в этот момент распахнула глаза. Его Всесилие, никого не слушая, подошел к ней и провел пальцами по бледной щеке, отмечая, что его руки все еще были измазаны уже засохшей кровью.

— Я… я что, жива? — сипло проговорила Лея, медленно разлепив пересохшие губы.

— Не уверен, что надолго, — Люк растянул губы в ехидной улыбке, — потому что еще раз учудишь что-нибудь подобное, и я сам скорее тебя на тот свет отправлю, ясно?

Судя по расплывшейся довольной улыбке на ее красивом и очень бледном сейчас точеном лице, рыжая полубогиня угрозам Люка не вняла.

***

— Когда был последний прорыв, Люк? Когда?

— Вчера.

— А предпоследний?

— Позавчера, — хмуро ответил архимаг, глядя сквозь брата.

Они сидели в зале собраний, и здесь присутствовали еще две королевы, но в жене брата Люк видел лишь раздражающий его фактор. Лея все еще была в лекарском крыле. И несколько шрамов с ней теперь останется навсегда. Слава Темному, они небольшие, основную часть все же успели заживить. Но четыре тонкие полоски на ее шее ужасно ему не нравились, он считал именно себя виноватым в том, что тело молодой девушки портило такое уродство. Сама Лея не придала этому значения, она лишь отшутилась, что воспользуется заклинанием, улучшающим внешность, которое можно применить лишь единожды, и оно необратимо. И это Архимагу тоже не нравилось. Его Всесилие вскользь посмотрел на королеву Алану. Она когда-то тоже отказалась от такого заклинания, мотивировав свою позицию тем, что это ниже ее королевского достоинства.

— И что ты предлагаешь? — Кириан подорвался со стула и начал расхаживать по залу.

— Установить щит вокруг академии. Нам понадобится двадцать сильных магов и десять оборотней. Структура такого щита описана в хрониках одного из моих предшественников, — Люк попытался говорить спокойно, но раздражение никак не покидало его.

— Почему нельзя переместить всех? — спросила Арина, и, кажется, на этом Его Всесилие все же взорвался.

Нехорошо кричать на жену брата — королеву, а потому он прорычал сквозь зубы:

— Я бы на твоем месте забрал ребенка и переместился в другой мир. Пока не поздно.

— Именно так мы с Леей и сделаем, — вздернув нос, произнесла королева Темных.

— Она и так чуть не умерла. А все почему? — Люк резко поднялся, стул позади него отлетел и повалился на пол. — Потому что я в свое время пошел на поводу у тебя. Вовремя ей не рассказал и не обучил ее. Если бы она знала запечатывающее заклинание, в которое я на всякий случай посвятил даже брата, когда ему было лишь двенадцать, то вчера все было бы по-другому! Но Лея же твой ребенок, — Люк развел руки в стороны, припоминая слова невестки, — и только тебе решать вопросы ее воспитания.

— Да как ты… — ахнула она.

— Люк, прекрати, — строго сказал Кириан, — почему нельзя всех остальных переместить на Землю?

— Как ты себе это представляешь? — впервые за все время их маленького собрания заговорила Алана. Люк коротко посмотрел на нее и, бесшумно выругавшись, поднял стул и сел на место. Алана даже в такой важный момент спокойно сидела за столом, сложив на него ладони в замок и с идеально прямой спиной. В который раз Люк рядом с ней почувствовал себя бродягой с улицы. Хотя прошло уже достаточно много лет. — Абсолютно всех переместить невозможно. Да и куда? В какой именно мир? Все они заселены. Где-то маги намного сильнее нас, где-то нет. Но…

— Это не выход, — кивнул Люк. — Я верю, что Лея сможет закрыть портал, она действительно безумно сильна. Но сколько ей потребуется времени на то, чтобы понять, как это сделать, никому неизвестно.

— А что Дин? — спросил Кириан.

— Все еще где-то что-то ищет. — Люк пожал плечами, он уже не верил, что информацию об этом можно было найти, если даже Темный бог до сих пор не имел ни малейшего понятия, что должна сделать Лея. А ведь она была для него не абы кем. В ней была душа его ребенка от обычной триаланской тены.

— А Эрион не объявлялся? — тихо спросила Арина, видимо, желание спорить у нее пропало.

— Нет, Темный Бог молчит. — Его Всесилие хлопнул ладонями по столу и поднялся. — Мне нужно от вас, — он внимательно посмотрел на Кириана и Алану, — по восемь сильных магов плюс вы сами.

— А кто будет двадцатым? — выкрикнула Рина. — Не говори, что Лея.

— Она сильнее нас всех, вместе взятых. Поэтому я настоятельно рекомендую тебе прекратить ее опекать и вставлять ей палки в колеса. Лучше помоги и поддержи ее. Так, — Люк вернул свое внимание к брату и бывшей невесте, — у вас день. Я пока отдам указания отправить по домам оставшихся на новогодние каникулы студентов и перемещусь на территорию оборотней. Кроме их бойцов нужно попробовать призвать их бога. Почему-то с территории академии не получается.

— Попробуй в нашем храме.

— Мне все равно туда надо. — Люк кивнул брату и тут же построил портал к входу в королевский дворец оборотней. Появляться без приглашения на территории самого дворца было опасно даже ему.

Правитель оборотней Велигар Резкий был уже обо всем осведомлен, спасибо его жене тене Мишель. Поэтому он был наготове, так же как и все его бойцы.

— Хоть сейчас, сколько требуется…

— Завтра, — благодарно кивнул ему Люк. — Сегодня я бы хотел совершить вызов Кириноса в его центральном храме. Это возможно?

Велигар Резкий коротко кивнул ему и поспешил отдать указания своим подданным. В первую очередь храм нужно было освободить от прихожан, а затем Люк справился бы сам. Он уже не один раз совершал призыв, и, как ни странно, вызвать бога оборотней было проще всего. Для этого не требовалась какая-либо привязка к миру, как Темному Богу, или жертвоприношения, как почившей почти восемнадцать лет назад Светлой Богине — Марианне.

В храме Кириноса было очень светло из-за многочисленных свечей. Не магических, а самых обыкновенных, восковых. В углублении красовалась невысокая статуя самого бога, ее прикрывали полупрозрачные шелковые навесы, а по всему периметру храма были разбросаны разноцветные подушки — для прихожан. Люк сел на одну из них и начал читать заклинание, намертво отпечатанное в его памяти десятилетия назад.

— Спасибо, что позвал меня, — очень тихо прозвучало в отдалении, как только Люк закончил шептать нужные слова.

— Киринос, — кивнул архимаг появившемуся богу. Тот на первый взгляд ничем не отличался от своих детей — оборотней. Высокий, плотного телосложения, с длинными, слегка вьющимися темными волосами и с цепким по-звериному взглядом. Лишь одет он был в светлые льняные брюки и длинный, до колен, пиджак с воротником-стойкой, тогда как созданная им раса предпочитала накидки из шкур на грудь.

— Я уже несколько недель ждал, когда ко мне кто-нибудь обратится, чтобы донести до вас информацию, — Бог махнул рукой, разрешая Люку подняться, — но мои дети, оказывается, живут без забот, ни в чем не нуждаясь, — хмыкнул он, а затем, серьезно заглянув в глаза поравнявшемуся с ним Люку, произнес: — В нижнем мире переворот и передел власти. Сейчас им особенно негде жить. Вот они и выпустили своих стражей на расчистку. Именно подобная тварь и напала на Лею. Их можно убить только силовыми методами, магия для них безвредна. Еще в двух мирах, где живут мои дети, ситуация такая же напряженная, — задумчиво протянул Киринос, — и если я знаю, как помочь им, то с вашим миром все обстоит сложнее. Ты же понимаешь, что разлома здесь вообще не должно было быть.

Люк кивнул и все же спросил:

— А Лея?

— Она сможет помочь, но даже я не знаю как. Возможно, она должна сама перейти в нижний мир для того, чтобы восстановить равновесие.

Киринос пожал плечами и испарился, оставив Люка в полнейшем недоумении. Выходило, что все еще хуже, чем они представляли. Это теперь не просто прорыв, через который когда-то пару раз в год мог кто-то случайно прорваться. Теперь в этот прорыв твари рвались целенаправленно.

Перед тем как покинуть территорию оборотней, Люк вернулся к Велигару Резкому и посвятил правителя оборотней в ситуацию. Потому что в данный момент от бойцов-оборотней будет больше толка, чем от многих магов, что не умеют пользоваться настоящим оружием.

— Я уже сегодня отправлю к вам отряд бойцов, — кивнул Велигар, и Люк поспешил обратно в академию.

Он проведал Лею, девушка все еще спала, но, судя по появившемуся румянцу, она уже пошла на поправку. Архамаг провел пальцами по лицу Леи, убирая с него шикарные рыжие пряди. Еще вчера они были в крови, сегодня же выглядели так, словно к Лее успела наведаться ее личная горничная. Рука архимага непозволительно долго задержалась на щеке девушки, и он, осознав это, отдернул ее, ощущая странное покалывание на кончиках пальцев.

В своем личном кабинете после того, как отдал указания деканам всех факультетов выпроводить учеников за границы академии и найти пристанище даже для тех, кому по каким-либо причинам некуда было идти, Люк попытался вызвать Дина. Через него он намеревался призвать Эриона — Темного Бога. Но все его попытки оказались безуспешными.

Его Всесилие, отодвинул потайную полку с алкоголем, четко понимая, что такое снятие напряжение до добра его не доведет, но ситуация уже давно вышла из-под контроля. Мужчина налил янтарную жидкость в бокал, но даже к губам его поднести не успел.

В его кабинете появился Дин, а следом за ним Темный Бог собственной персоной. Привычный капюшон черного балахона был скинут, и Люк мог прекрасно видеть недовольное лицо Эриона, квадратный подбородок с такой знакомой ямкой на нем, узковатые голубые глаза и ярко-рыжие волосы, собранные в короткий хвост на затылке.

— Эрион, — Люк поприветствовал гостей, таких долгожданных и в то же время неожиданных, и все же отпил из бокала. Залпом. Все, что было. Слишком пугающим было сходство Леи и Темного Бога. Лучше бы тот и дальше появлялся в балахоне.

— Времени на это нет, — жестко произнес Эрион. — Где Лея? Я ее забираю. Она не будет закрывать никакой портал. К черту этот загибающийся мир.

Люк закашлялся, налил себе еще и, выпив опять залпом, чудом кашлять перестал, а затем он уставился на Дина.

— Разве он не чувствует Лею? — ехидно спросил Люк.

Темный стал на вид еще злее:

— Он и перенесся к ней.

— Лея в лазарете…

— Она что, уже пыталась прыгнуть в разлом…

— Жива, — тут же добавил архимаг, заметив, как вытянулось лицо Эриона, но заговорили они одновременно, а потому Люк услышал то, что услышал. — Спит. Лея просто спит. А раз уж вы наконец-то явились, Ваше Темнейшество, — Люк шутливо поклонился, — не могли бы вы разъяснить мне, о каком прыжке речь.

Архимаг уже почти восемнадцать лет никак не мог заставить себя заново начать уважать своего бога. Все же Люк сам по рождению Темный, но то, что случилось в тронном зале в день объявления финалистки королевского отбора… В день, когда Кириан провозгласил Рину будущей королевой, у всех присутствующих там раз и навсегда изменилось отношение к богам, создавшим их. Марианна и Эрион — когда-то муж и жена, каждый жил лишь своими собственными заботами… отнюдь не божественными.

— Лея должна закрыть этот чертов разлом собой. И я, естественно, ей этого не позволю. Поэтому к черту мир. Создам новый, если надо будет. — Он нервно взмахнул рукой, а Люк вспомнил, у кого он слышал подобное выражение. Его невестка постоянно ругалась каким-то чертом.

— Я никуда с вами не пойду, — прокричала Лея, распахивая дверь из спальни архимага, и только потом ахнула, заметив того, с кем Люк беседовал. — Эрик Богданович? — растерянно протянула она.

Над их миром нависла ужасная угроза, и жертвовать Леей Люк также не собирался, но в данный момент он ничего не мог поделать с приступом смеха, накатившего на него.

— Эрик? БОГданович? — повторил он, смеясь.

— Да, это мой учитель алгебры и геометрии в Земной школе. — А затем она, подобно змее, зашипела на Дина: — Так ты знал? Предатель маленький! А вы? Вы что… Вы Бог? — Лея взмахивала ладонями, открывала и закрывала рот, пытаясь справиться с накатившими эмоциями, а архимаг тихо посмеивался от абсурдности ситуации.

— Много ты слышала? — хмуро спросил ее Эрион.

— Я здесь с самого начала, потому Дин сюда и перенесся. Господи… какой же вы, — всхлипнула она, обойдя бога и Дина вместе с ним по широкой дуге, и выхватила у Люка бокал, который он как раз заново наполнил.

— Лея!

— Смирнова!

«Вредная девчонка!»

Вопль Дина был таким громким, что Люк поморщился, а Лея к тому моменту уже вернула ему пустой бокал, откашливаясь.

— Ты маленькая еще для таких напитков, — он успокаивающе ее приобнял, — ни в какой разлом прыгать ты не будешь. В нижний мир ты тоже не отправишься. Поняла меня? — спросил Люк, серьезно глядя на нее, Лея прикрыла голубые глаза и слабо кивнула. Его Всесилие же крепче сжал ладонь на плече девушки и задорно спросил: — А вот это вот Сми-рнова… это?

— Это моя земная фамилия.

— А у Бога БОГдановича тоже такая есть? — Нервный приступ смеха давно прошел, разум Люка прояснился, но он хоть как-то пытался подбодрить Лею.

— Не поверишь, но и фамилию его также легко можно угадать, — обиженно произнесла Лея и сложила руки на груди.

— Богов? — предположил Люк, а девушка качнула головой. — Божков? Опять нет? Богинич?

Лея наконец-то улыбнулась и тихо ответила:

— Темников.

Сам же Темников бог, то есть Темный Бог, тоже улыбнулся, но тут же скрыл свою улыбку.

— Ну, так и что будем делать? — спросил Эрион, отзеркалив позу своей дочери. В этот момент они стали еще сильнее похожи друг на друга. Странно, что ученики в Леиной земной школе не замечали ничего подобного. А может, и замечали, но ей этого не говорили.

— Я с вами никуда не пойду. А прорыв…

Лея не договорила, на улице послышался оглушающий грохот, больше похожий на взрыв.

— Что там? — ахнула Лея, после того как Люк начал строить портал.

— Я сам посмотрю, оставайся здесь, — спокойно произнес он, выискивая взглядом Темного Бога, тот ему кивнул. Хоть в чем-то у них было схожее мнение.

Люк построил портал к центральному входу, из которого в этот момент начали выбегать студенты, явно готовившиеся к перемещению по домам, но сейчас на их лицах читались любопытство и обеспокоенность.

— Вернитесь все в здание, — громко произнес архимаг, — и по домам! Быстро по домам.7d423c

Сам же развернулся и, заметив, с какой стороны идет свечение, построил новый портал — ко внутреннему дворику с лиственницами. Выходя из портала, он сразу поставил вокруг себя щит — и правильно сделал. Не веря собственным глазам, он создал плеть из магии и начал уничтожать ей серебристых тварей, которые каким-то неясным для него способом прорвались так далеко. Почему он не почувствовал момент прорыва? Вначале тварей всегда меньше и их проще загнать обратно, сейчас же, выбравшись из подземелья, их ничего не ограничивало в перемещениях.

— Ваше Все… — позади послышался голос тены Мишель.

— Срочно иди сначала за бойцами мужа, затем к королю Темных и королеве Светлых, все остальные преподаватели пусть занимаются эвакуацией студентов.

Мишель тут же испарилась. Люк понимал, что начинать читать запечатывающее заклинание не было никакого смысла, потому что он был далеко от прорыва и, судя по всему, эти твари как раз и не давали ему пробраться в подземный зал. Когда Люк увидел тварь, слегка отличающуюся от остальных, он сразу понял, что именно о них говорил Киринос, именно такая же напала на Лею. Архимаг мгновенно развеял магическую плеть и материализовал в ладони настоящую, что хранилась в его шкафу с оружием. Ведь все свое магическое оружие он всегда воссоздавал наподобие любимого, настоящего, с которым в свое время отработал немало часов занятий.

В остальную серебристую нечисть Люк начал кидать силовыми шарами, а в ту серую, замахнувшись, направил плеть, которая перекрутилась на шее у клыкастого создания и в считаные секунды сначала задушила его, а потом и вовсе отделила морду от туловища, и только после этого серая тварь, вспыхнув, испарилась. Так же как и ее сородичи, соприкасающиеся с магией Люка.

Его Всесилие потерял счёт времени, до последнего не давая тварям прорваться, умело вылавливая тех, что пытались полететь дальше. Но, к сожалению, у него было всего две руки. Первым на помощь пришёл Кириан, а за ним и его жена.

— Ты совсем, что ли, с катушек слетел? — выкрикнул Люк брату.

— Ты бы попробовал ее остановить!

— А где Лея? — закричала Арина, создавая в этот момент объемный щит. Укрывая им не только себя и их, но и внезапно подоспевших оборотней. После этого стало уже не до разговоров, началась настоящая бойня.

Лишь когда они перестали отстаивать границу уже разрушенного дворика — там попросту был обрыв в подземелье — и начали наступать, все сокращая численность тварей и приближаясь к разлому, Люк оглянулся и понял, что брат явился не один, а со всеми обещанными магами. Здесь были и Алана с сестрой и другими сильными Светлыми. Как же хорошо, что они его не послушали и начали искать людей уже сегодня, а не завтра.

— Люк, где Лея?

— Я оставил ее с Темным. Думаю, он спрятал ее где-то.

— Что значит спрятал? — недовольно выкрикнул его брат, разрубая в этот момент напополам серую зубастую тварь, по размерам напоминающую теленка, только без лап.

— Он узнал, что она должна закрыть разлом собой.

— Как? — далеко позади них раздался вопль Арины.

Архимаг и Кириан одновременно быстро оглянулись, понимая, что прижали тварей обратно к подземелью и, давно выйдя за границы щита Арины, подобрались к краю обрыва.

— Прыгаем? — одними губами спросил Кириан, и Люк, кивнув, прыгнул, создавая щит на них с братом.

Все подземелье кишело монстрами. И серыми, и серебристыми, совершенно разных размеров. Но все же численный и силовой перевес был на стороне Триаланцев.

— Прорываемся направо, — прокричал Люк, — разлом с той стороны. Главное — до него добраться. Когда закроем, остальные испарятся. Надеюсь. Если нет — добьём.

Следом за ними спрыгнули Велигар Резкий и его жена, на которую оборотень, давно сменивший ипостась, порыкивал. Порыкивал только в те моменты, когда его гигантская пасть была свободна от серых тварей.

— Надеюсь, Арина сюда не сунется, — хмыкнул Люк. А ещё через какое-то время боя, когда разлом уже можно было разглядеть, скомандовал: — На тебе щит. Велигар пусть защищает от серых, Мишель от серебристых магией. Ближе подходить нет смысла.

Сам же Люк сосредоточился и начал читать нужное заклинание. В этот раз он не стал закрывать глаза, пусть так и было бы намного проще. Он доверял Кириану ничуть не меньше, чем Лее, даже странно, что вчера он с такой легкостью доверил ей свою жизнь, но сейчас словно что-то его останавливало, не давало ему прикрыть веки. Он проговаривал слово за словом, чувствуя, как каждое отнимает у него все больше и больше сил. Всегда случалось именно так. И этот раз ничем не отличался от других, кроме того, что силы были на пределе.

Оставалось одно предложение. Пять коротких слов, когда около круглого, светящегося серебром разлома вспыхнул перламутровый портал. Люк знал, что построить сюда его может лишь один-единственный человек, а потому архимаг побежал, забывая о собственной защите — щите Кириана. В голове у Люка крутилось лишь отчаянное понимание того, что именно задумала Лея.

Он все ещё читал слова заклинания, надеясь успеть закрыть разлом и портал вместе с ним до того, как Лея совершит глупость. Но почему-то время тянулось неимоверно долго, так же как и слова.

Он произнёс всего два.

Оставалось три.

Так же как и шагов… Примерно три шага до портала, из которого в этот момент выскочила Лея и понеслась к разлому.

Где-то позади закричал Кириан, Люк же надеялся лишь на то, что он успеет. И он действительно успел. Схватил Лею за руку, но не сумел ее удержать и по инерции провалился вместе с ней в разлом, в последний момент почувствовав, как его что-то полоснуло по груди.

А ведь ему оставалось всего одно слово. И он бы закрыл разлом. Пусть бы не навсегда, но они обязательно решили бы этот вопрос как-то по-другому. Не жертвуя никем. Особенно Леей. Только не ей.